Partners?

— Зелья, и то, как Дамблдор сказал, что он может навещать ее, когда ему «понадобится», а не когда ему «захочется», обеспокоило меня. Я беспокоюсь, что Билл что-то ей подмешивает. Гарри доел бутерброд, который приготовила Тонкс, и вернулся наверх. Беллатриса сидела в постели и наблюдала за ним, прикрыв шею простыней, а на губах играла кокетливая улыбка. — Итак, Лорд Поттер-Блэк, каков план? — План? — Да, в конце концов она что-нибудь заметит. Я начну просыпаться пораньше. Если каждое утро накладывать гламур, она не заметит, что одна из женщин в твоем доме — известная убийца, — сказала она с тихим смешком. Гарри разделся и залез в постель рядом с ней. Он почувствовал тепло ее бедра сквозь хлопок своих боксеров и повернулся к ней лицом. — Ты без трусиков? — Я без всего, Гарри, это наша «брачная ночь»… — Она улыбнулась и откинула одеяло, показывая, что она действительно обнажена. — Белла, я… эм… — Белла, мне нравится это имя, оно звучит лучше, чем Беллатриса. — Она сказала это с улыбкой, ее рука скользнула вверх по его груди. Она наклонилась и крепко поцеловала Гарри, прежде чем выключить лампу. На следующее утро Гарри спустился вниз и обнаружил накрытый к завтраку кухонный стол. На этот раз Кикимер приготовил полноценный завтрак; казалось, то, как Беллатриса поговорила с ним, дошло до домового эльфа. Его место было, по-видимому, во главе стола. Беллатриса, в своем обличье Жозефины, сидела справа от него, а Нарцисса — слева. Рядом с Беллатрисой сидела Тонкс, наливая стакан тыквенного сока Флер, которая сидела напротив нее. — Доброе утро всем, — сказал Гарри, накладывая себе завтрак. — Доброе утро, Гарри, пожалуйста, не забывай, нам троим нужно пойти в «Гринготтс» сегодня, — сказала Нарцисса, намазывая тонкий слой джема на тост. Казалось, Нарцисса верила в очень легкие порции: у нее был только тост и кружка чая. У Беллатрисы, с другой стороны, был гораздо более здоровый аппетит. Гарри мягко усмехнулся, глядя, как она добавляет еще ломтик бекона на свою тарелку. Логично, после прошлой ночи я умираю с голоду… Гарри принялся за еду. — 'Арри, ты не против, если я сопровожу вашу маленькую группу? Как сказал профессор Дамблдор, я должна оставаться 'рядом с тобой. Было бы нехорошо, если бы я выглядела так, будто бросаю свой долг. — Полагаю, можешь, но это личное дело, так что тебе придется подождать нас в вестибюле. Тебя это устроит? — предложил Гарри. Флер кивнула, хотя не выглядела довольной. Профессор Дамблдор поручил ей следовать за Гарри повсюду, но ждать в вестибюле «Гринготтса» было лучшей идеей, чем ждать на площади Гриммо, как она полагала. — Прежде чем мы это сделаем, Гарри. Я хочу установить несколько мер безопасности, если ты не против. Ничего слишком радикального, просто усилим базовые чары. Теперь ты Лорд нашего Дома, так что можешь взять под контроль, кто входит в дом. Без обид, Флер, но достаточно крота от плохих парней, вроде Снейпа наоборот, и Гарри может оказаться на острие убивающего проклятия, — Тонкс доела свой завтрак из кофе и бутерброда с беконом. — Я бы не удивился Снейпу, он, вероятно, был бы рад сдать меня Волди, — мрачно пробормотал Гарри. Нарцисса слегка нахмурилась, но ничего не сказала. Она знала свое место как жена, Люциус позаботился об этом: она должна была молчать и быть привлекательной. Гарри заметил ее взгляд и взял ее за руку, не думая о Флер, сидевшей рядом и мысленно делавшей заметки. — Нарцисса, что случилось? — Северус — крестный отец Драко, мысль, что он может причинить боль кому-то его возраста, расстраивает меня, вот и все… — сказала она, слегка краснея щеками. Люциус никогда не спросил бы меня об этом, а если бы и заметил мое хмурое выражение, то только чтобы сказать, что оно вызывает морщины. — Мне жаль, если я расстроил тебя, но Снейп точит на меня зуб с тех пор, как я приехал в Хогвартс. Он всегда относился ко мне так, будто я был просто еще одним Джеймсом Поттером. Он был сосредоточен на Нарциссе и не заметил, как Беллатриса слегка вздрогнула: Я отношусь к нему как к другому Джеймсу? Черт возьми… я просто пытаюсь вернуть роман, который у меня был с Джеймсом Поттером? После завтрака Тонкс принялась за работу над усилением защитных чар. Одним из особых дополнений были чары, которые оповещали жителей, если кто-либо приносил какие-либо принуждающие зелья. Мне все равно, приворотное это зелье, зелье верности или даже веритасерум… никто не принесет ничего подобного в мой дом, — подумала Тонкс с легкой ухмылкой. Следующее изменение было немного сложнее: эти чары должны были работать как дверной звонок. Никто не мог войти на площадь Гриммо, ни трансгрессировать, ни через камин, без разрешения Гарри или члена его семьи. Нарцисса работала над очищающим зельем в подвальной лаборатории. Тонкс рано утром сообщила ей о своих подозрениях. Это зелье было стандартом в каждом чистокровном доме. Было слишком легко предположить, что кто-то попытается получить влияние над членом семьи с помощью бутылки отравленного вина. Очищающее зелье было простым, но мощным. Мисс Делакур нужно будет дать это, а затем быстро направить в ванную. Она подумала, наблюдая, как зелье меняет цвет с прозрачного на серебристый, а затем обратно на прозрачный. Зелью нужно было отстояться час. Оно будет готово до того, как группа отправится в «Гринготтс». Она все равно, вероятно, захочет пойти с нами, просто чтобы отчитать своего бывшего возлюбленного… Гарри и Беллатриса удалились обратно наверх. Беллатриса положила руки ему на плечи. — Гарри, пожалуйста, скажи мне что-нибудь… ты уверен, что любишь меня? Дело не в том, что ты чувствуешь, что обязан мне, или что я просто для быстрого перепиха? — Белла, — начал Гарри, используя прозвище, которое ей понравилось, когда он шептал его ей на ухо прошлой ночью. — Я люблю тебя. Я не знаю, как это объяснить, но всякий раз, когда я вижу тебя… я просто… Он не знал, как это лучше описать, поэтому он поцеловал ее. Беллатриса на мгновение замерла, а затем обняла его. — Мне так жаль, Гарри, я просто… я слышала, как ты сказал, что Снейп относится к тебе как к другому Джеймсу, и я боялась, что делаю то же самое. — Я слышал, как ты звала меня Джеймсом во сне. — сказал он мягко. — Я все еще здесь, Белла. Если бы я волновался, что все, чего ты хочешь, это другой Джеймс Поттер. Я поговорил бы с тобой об этом. — сказал он с улыбкой. — Как ты стал таким умным, Гарри? — спросила его Беллатриса, прежде чем Гарри успел ответить, Беллатриса снова поцеловала его, а затем толкнула обратно на кровать. Тонкс поднялась наверх, как только закончила свою работу. Дом был защищен от «внешних влияний». Если кто-то принесет принуждающее зелье, они не только узнают об этом, но и человек, ответственный за это, окажется прикованным к двери. Попробуй выкрутиться теперь, Билл Уизли, ты, осёл. Она подошла, чтобы постучать в дверь Гарри, но услышала тихий стон и замерла. Думаю, я пойду посмотрю, готова ли Нарцисса. Она подумала, возвращаясь вниз и направляясь в подвал. Флер Делакур вздохнула, сидя перед зеркалом в своей комнате. Она рассеянно расчесывала волосы, с утра чувствовала себя неважно. Возможно, я заболела… возможно, я скучаю по Биллу. Семья Гарри была странной. Он, очевидно, был очень близок с Жозефиной, она заметила, что то, как она смотрела на него, вызвало странное чувство в животе. Она вспомнила Хогвартс и Турнир Трех Волшебников. Гарри был сильным участником. Она, как и все, считала его просто маленьким мальчиком. Но снова и снова он удивлял ее. Призвал свою метлу и победил Хвосторогу. Затем второе задание. Он спас Габриэль, когда она не смогла, он спас ее собственную жизнь в лабиринте. Он видел самого злого волшебника в мире и дуэлировал с ним до ничьей. Она вспомнила ночь перед тем, как они должны были вернуться в Шармбатон, профессор Дамблдор попросил ее увидеть его. Кабинет директора был не таким, как она ожидала. В Шармбатоне у мадам Максим был офис, выкрашенный в белый цвет. Это было элегантное место, офис Дамблдора был гораздо более тесным. Когда она пришла, Дамблдор предложил ей конфету, и, зная правила этикета, она взяла ее. — Мисс Делакур, я знаю, вы с Гарри планировали писать друг другу письма летом. Я бы попросил вас воздержаться от этого. Гарри останется со своей тетей и дядей по материнской линии. Они не одобряют магию, и я боюсь, что любые письма, которые вы пришлете, будут плохо приняты. Если хотите, можете отправлять письма мне, и я позабочусь о том, чтобы мистер Поттер получил их, когда вернется в Хогвартс. Она отправила пять писем, прежде чем сдалась. Возможно, Гарри решил, что больше не хочет с ней дружить. Затем настал день, когда она получила письмо. Оно было от друга профессора Дамблдора по имени Билл Уизли. Он предложил предложить ее имя своему начальнику отдела в «Гринготтсе», чтобы заполнить вакансию. Это было началом их отношений. Билл был не таким, как она ожидала. Сначала она подумала, что он грубоват, но в нем была определенная милость. Он всегда приносил ей стакан чая по утрам, он всегда готовил им обед, именно эти мелочи заставили ее полюбить его. Это вернуло ее к ее дискомфорту. Тонкс вела себя очень странно в отношении того, как Билл ее баловал. Возможно, она никогда не была с джентльменом. С теми взглядами, что она бросала на Гарри этим утром, я бы не удивилась, если бы она действительно ревновала к его девушке. Молли Уизли предполагала это до собрания вчера. — Она очень расстроилась при мысли, что Гарри рассердится на нее, но все, что ей нужно было сделать, это объяснить, что мы пытаемся обеспечить его безопасность. Такая девушка обернет его вокруг своего пальца одним взмахом ресниц, — сказала она. Джинни кивнула, как будто ее мать произнесла Евангелие. В ее дверь постучали: — Entrez. Это была миссис Малфой, хотя Флер решила, что теперь должна называть ее мисс Блэк. Гарри чуть не умер, чтобы вернуть этой женщине ее фамилию, — подумала она, нахмурившись на мгновение, прежде чем придать своему лицу выражение вежливого равнодушия. — Мисс Блэк, что я могу для вас сделать? Я не задерживаю нас от «Гринготтса»? Нарцисса покачала головой: — Нет, мисс Делакур, я просто хотела поговорить с вами. Я знаю, что Орден не доверяет мне, у них нет причин доверять. Однако я бы попросила вас помнить, что Гарри — Лорд моего Дома. Моя роль как члена Дома Блэк — служить ему. Даже если бы я захотела, я не смогла бы причинить ему вред. — Зен, что вы считаете отправкой им на бой с вашим мужем? — сказала Флер. По-видимому, это была не та фраза, которую стоило говорить, хотя бы потому, что тон Нарциссы сменился с вежливого на очень холодный. — Люциус, мисс Делакур, видел во мне ценное имущество, которое нужно вернуть. Ни в какой момент он не видел во мне равную или любимую. Он рисковал жизнью моего единственного ребенка. Гарри рискнул своей магией, пообещав мне, хотя я его не просила, что не убьет Драко. Вы, как никто другой, должны понимать, каково это — перейти от жизни, где тебя ценили только за твою красоту, к жизни, где тебя считают членом семьи, — Нарцисса посмотрела на женщину. — Гарри спас вашу жизнь, так же, как он спас мою. Вы бы предали его так же легко, как, похоже, думаете, что я бы предала? — Вы Малфой… — Я — Блэк! — крикнула Нарцисса. Флер немного съежилась, но Нарцисса не закончила: — Я Нарцисса Блэк, Гарри Поттер-Блэк — мой Лорд, и я отдам свою жизнь, чтобы защитить его! Не говоря уже о том, что он мой муж, — подумала Нарцисса. — Я извиняюсь тогда, мисс Блэк. Я не знала, что 'Арри значит для вас. Он не был таким хорошим другом для меня, я должна признаться. Мы должны были писать друг другу, но он никогда не отправлял мне ни единого письма. Нарцисса вышла за дверь: — Возможно, вам стоит спросить, получал ли он когда-нибудь письмо. Эта мысль поразила Флер странно: Что, если мои письма потерялись по пути? Но мое письмо Биллу Уизли дошло… Я поговорю с Гарри, прежде чем мы уедем. Нарцисса вышла из комнаты в ярости, но сделала то, о чем просила Тонкс: — Просто поднимись наверх, немного задень ее за живое, достаточно, чтобы она начала сомневаться… Ее племянница действительно была умной ведьмой, подумала она, когда группа начала собираться для поездки в «Гринготтс». — 'Арри, я должна спросить тебя кое-что… ты когда-нибудь получал мои письма? — нерешительно сказала Флер. — Нет, Флер, я подумал, что ты была занята, или решила, что не хочешь мне больше ничего присылать. Флер выглядела смущенной: — 'Арри, я отправила тебе пять писем, прежде чем сдалась. Я отправила их в Хогвартс… — Я клянусь тебе, Флер, я не получал никаких писем. Если бы получил, я бы ответил. — Но профессор Дамблдор сказал, что он убедится, что ты получишь их. Гарри слегка нахмурился: — Дамблдор не считает, что я способен справиться сам. Флер, мы же друзья, ты действительно думаешь, что я бы проигнорировал тебя? Она выглядела неуверенной: — Я не знаю, что произошло, профессор Дамблдор попросил меня не писать тебе летом из-за страха, что твои родственники не одобрят, если ты получишь письма из мира магии. Тут Гарри закатил глаза: — Моя тетя и дядя не одобрят ничего, что я делаю. Если бы я умер прямо перед ними, они бы сказали, что я невежа, раз умер там, где они могут видеть. Я был в «Норе» часть лета, ты могла бы отправить их туда. — Билл сказал, что ты остаешься дома весь год, пока не придет время ехать в Лондон. Теперь настала очередь Нимфадоры: — Флер, Гарри проводил почти каждое лето в «Норе» с тех пор, как начал учиться в Хогвартсе. Я не знаю, почему Билл солгал… — Он не солгал бы мне, мы любим друг друга. — Он любит тебя так сильно, что подсыпает тебе зелья? — Как вы смеете! Билл никогда не сделал бы этого, он хороший человек. Вы просто завидуете! — выплюнула Флер. Тонкс рассмеялась: — Я с мужчиной, который в десять раз лучше любого Уизли. Но если ты так уверена, выпей это. Она поставила маленький прозрачный флакон на стол перед Флер. — Что это? — Это очищающее зелье. Если я ошибаюсь, ничего не произойдет, если я права, ты избавишься от любых следов зелья и узнаешь, что Билл и Дамблдор лгали тебе, — уверенно сказала Тонкс, ожидая, примет ли Флер вызов. — И как я узнаю, что вы не пытаетесь меня отравить, чтобы заполучить моего чудесного Билла себе? — сказала Флер с превосходной ухмылкой. — Признайтесь, вы хотите его себе! Гарри посмотрел на Флер: — Флер, пожалуйста, просто чтобы быть в безопасности, выпей зелье. Если ты волнуешься, я принесу клятву волшебника здесь и сейчас, что мы не пытаемся навредить тебе. Ты мне поверишь? Поверит ли она Гарри? Не похоже было, что он способен на ложь, но она почувствовала смутный голос внутри себя, шепчущий, что он хочет, чтобы она не доверяла Биллу, возможно, он хотел ее себе? «Маленький мальчик» думает, что он ровня моему Биллу? Я покажу ему. Флер взяла флакон и выпила его. На мгновение ничего не произошло, и она ухмыльнулась: — Видите ли, мой Билл непогрешим, он… он… Затем она позеленела и побежала в сторону кухни. Они услышали сильные рвотные позывы, когда Флер лишилась содержимого желудка. Гарри подошел к кухонной двери, как только звуки прекратились, и услышал тихие всхлипывания. Гарри открыл дверь, обнаружив Флер сидящей рядом с мусорным ведром, обнимающей его. — Флер, ты в порядке? — сказал он, входя на кухню и опускаясь на колени рядом с ней. — Как вы думаете? Я только что узнала, что человек, которого, как я думала, я любила, кормил меня зельями, чтобы сделать своей, — Она начала плакать еще сильнее. Гарри, к этому моменту уже привыкший утешать плачущих женщин, притянул ее к себе. Она зарыдала у него на плече. — Мне жаль, Флер, правда. Тонкс изменила чары. Если кто-то принесет принуждающие зелья, он не сможет их использовать. — Хорошо 'Арри. Потому что когда я увижу Билла Уизли снова, Ce bâtard, je vais le tuer. Je vais brûler ses couilles… Гарри заметил, что руки Флер были горячими на его шее. Он отодвинулся и увидел, что теперь в ее руках маленькие огненные шары…