Научиться дышать: как выйти из ада и начать жить

Подъем с кровати ощущается так же тяжело, как и остальные домашние дела, последний год в принципе. Кевин поднимает себя усилием воли и старается оттолкнуться от подушки как можно резче, желая скорее найти себя вечером в ней же и забыться очередным сном без красок. С окна, что он забыл вчера прикрыть светить до боли в глазах яркое солнце, Дэй жмуриться и наконец чувствует пробуждение, привставая со своего места и сжимая в руках покрывало, что подогнал ему на новоселье Джереми. Комната ничем не отличалась, все те же разбросанные с вечера вещи, которые он каждый день в планах разбирает, закрытый тренировочной сумкой комод и приоткрытые дверцы шкафа с которых так и видно еле держащееся худи на одной из петелек. Тапочки давно утеряны где-то под кроватью, потому Кевин даже не старается их отыскать и голыми ногами ступает по холодному паркету, прожигая взглядом приоткрытую дверь, когда-нибудь он научиться ее плотно закрывать перед сном, говорят открытая дверь привлекает ночных монстров, хотя он давно в сказки не верит. Совсем давно. Из комнаты он сразу попадает в небольшой холл, где еще вчера забыл свой телефон, что теперь горит от нехватки заряда, а ближайшая зарядка, конечно же, на кухне, сцепленная в борьбу с другими проводами домашней утвари, как кофе-машинка и микроволновка. Кевин без всяких раздумий ступает дальше, в голове прокручивая план на целый день. План он ежедневный ничем не отличающийся от набора команд и действий, одно и тоже повторяющееся ежедневно без смены. Подъем, плотный завтрак кашей приготовленной впопыхах на единственной кастрюле, поход в спортзал для прогона мышц и полного пробуждения тела, прогон тренировки до вечера с его командой оболтусов, пинки по их юношеским задницам и чертовски скучное хождение по первому - попавшемуся супермаркету для покупки съестного и спиртного для вечерней скуки под какой-нибудь фильм-мелодраму. Не подумай, что это его жизнь, Кевин посчитал бы, что тот - полностью потерявший вкус жизни человек. Ах, да, это так и есть. Что там по плану, точно: кастрюля, вода и пшёнка. Он ее терпеть не может, но на большее сил нет, хоть готовить его не учили с детства, спасибо Рико за подаренные знания в отношениях. Точно, еще соль. Кевин на автомате сыпет чуть меньше положенного и ставит все на плиту, чтобы наконец сделать себе завтрак, к каше он хочет добавить фруктов лишь для того, что полученное месиво здорового питания стало хоть немного удовлетворительней было возможно к употреблению. Пока все вариться, он заполняет машинку зёрнами кофе и дробит их с неким удовольствием, ощущая как вместе с перемолотыми зёрнами он тоже вновь собирает себя по-кусочкам, молока в его доме нет и не будет, кофе запивает утренний застой во рту и после проезжает своим кипятком вдоль до желудка, согревая изнутри не хуже водки. Кевин, заканчивает завтрак за мытьем используемой посуды, сразу ставя все на сушку до вечера, ему еще нужно будет поесть вечером, вновь готовя на единственной кастрюле и есть на единственной тарелке. Телефон звучит где-то в холле, противным пиликаньем и затухает потеряв всю свою жизненную энергию, Дэй так и не ставил его на зарядку. Трусцой он забирает с маленького диванчика свой мобильник и тщетно пытается включить старую махину или хотя бы сделать вид того, что ему действительно интересно, что за уведомление ему пришло. Он меняет кофе-машинку с зарядником местами и ставит кирпич на позарядку, спеша в ванную комнату. Спасибо Джереми за предоставленные им апартаменты, маленькая квартира полностью удовлетворяло Дэя своими размерами и размещением комнат, потому что душевая напротив кухни спасение от лишний минут ходьбы, ведь спасала его с утра лишь холодная вода, что сводила ноги судорогой, заставляя чувствовать хоть что-то; сжимающейся челюстью, вспоминал что у него все еще непереносимость холода и чувство отрезвления, потому что негоже тренеру ходить, как зомби с похмельем ежедневно к молодому поколению и показывать плохой пример. В общем Дэй наконец почти готов для выхода в свет, осталось только просушить волосы одеть очередные черные спортивки и налить горячего кофе в термос. День начинается в очередной постоянной рутине, белкой в колесе и нежеланием жить, вот только Кевин никому не признает, что такое чувство у него есть, ощущая, как мертвецкой хваткой жалкая и рабочая улыбка вновь приклеивается на лицо, доставляя такой дискомфорт, что каждую секунду хочется расцарапать себе лицо и забыть что это такое, иметь мимику. Он склеивает маску каждый вечер, чтобы в следующей день не дать ей треснуть с такой силой, чтобы дай бог никому не навредить, особенно подопечным, с которыми он видится каждую тренировку и чувствует, как звереет с каждым часом. Он выходить из дома со своей сумкой и папкой запланированных тренировок.

***

— Кейн смотри внимательно, ты чего так расслабленно держишь клюшку, — Кевин одним махом уворачивается от мальчишки в защитной форме и без особых усилий выхватывает среднюю клюшку из рук,— или ты считаешь, что она приклеена к твоей руке? Мальчишка перед ним, хотя тому уже восемнадцать, топает ногой и быстрым движением пытается вырвать свой инвентарь обратно, чтобы продолжить бесполезную тренировку на удержание мяча. Дэй не дает ему и шанса ловко перекидывая ее из правой в левую через спину и хмыкает на дерзкое поведение юноши. — Да тренер, отдайте уже! —Кейн ростом под два метра, хлопает руками по бокам и одним шагам переступает вновь в атаку, он все еще надеется на удачную сборку из его длинных рук и неожиданности. Кевин смеётся ему в лицо, полностью оборачиваясь вокруг тела юноши и ставя клюшку поодаль. — Вот вроде взрослый парень, а ведёшься как пяти-летка еще и спортсменом себя возомнил,— он лучезарно улыбается своей маленькой победе и смотрит на то, как Кейн снимает шлем и, уже не брыкаясь, просто выставляет руку, намеривая ее выпросить у молодого тренера,— Не надо дуться Кейн, давай-ка лучше ты круг по полю сделаешь и тело «спасибо» скажет, ребят,— Кевин оборачивается на своих игроков, что до этого смеялись всей кучей и так же кивает на край поля,— не хотите составить компанию нашему нападающему, все-таки мы все с вами дружны. По одной только улыбки, весь гул тут же прекратился, а ребята с неохотой и, подбивая друг друга локтями, устремились неровной змейкой за Кейном, уже распределясь на маленькие подгруппы. Кевин же в это время собрал весь инвентарь его подопечных, сложив все в одну кучу, где чье они разберутся и без него, да начал собирать конусы, готовя поле для тренировочного матча. Впереди у них сезон игр, очередной сезон, где он не участвует, снова оседая на трибуне, в этом же году будет на ближайшей лавке, первый ряд для чертового просмотра: любуйся не хочу; завидуя как новые таланты будут биться на стадионе не на жизнь, а на победу, вырывая мяч чуть ли не из глотки соперника, он по-блядски скучает по тому адреналину в ушах, в мозолях на ладонях и спевшемуся воздуху на кончике языка. Он так хочет играть, что каждый день прогоняет себя по сложной тренировке в тренажерном зале, чтобы руки каменели, а ноги дрожали от шага, лишь бы вновь почувствовать ту необходимую нагрузку на тело. Пропала вся романтика этих силовых еще на первом месяце свободы, когда Эндрю повел его, пьяного в щи, на растяжку, чтобы восстановить хотя бы долю той полноценности, что утеряна от ужасных травм. Сейчас он уже не может вот так побегать и посоревноваться, потому до мурашек завидует игрокам, что сам тренирует, да может не так как его, но все так же стараясь привить ту жажду победы и соревнования. Первые игры еще не определены, только утверждены команды, а его, полная распиздяев бегает, как ни в чем не бывало, смеясь от какой-то шутки из стороны, возможно, он бы хотел быть с ними жёстче, но тогда он потеряет ту единственную нить доверия, что возложили на него эти ребята. Он будет с ними, поджигая фитиль того самого изголодавшегося зверя, фитиль из себя и из своих стремлений, стараясь не переложить свой груз на плечи еще юных парней и девушек. Круг они добежали разрывными группами, кто-то вдвоём кто-то оравой, Кейн смеялся громче всех и задыхался от каждой смены ног, но вселяя в других улыбки, даже Кевин не сдержал мелкую, зато искреннюю полу-улыбку, громко хлопая в ладоши, для привлечения внимания. — Ну что, разгорелись? — Кевин налепил очередную улыбку и подошёл ближе к своей команде. Она разношёрстная, вся кривая и неугомонная, зато составленная из хороших спортсменов. Вслух такое он никогда не признает, но с придыханием вздыхает очередной глухой стон зависти,— дети-дети, распределяйтесь по командам из шести человек. Один тайм победа до пятнадцати очков, справитесь за час, отпущу раньше. Новый гогот ребят, что тут же начали чикаться на команды, потому что с каждым играть будет не по правилам, Дэй сам установил такой порядок решений, не нужно ему чтобы каждый пристрастился к работе с одним игроком, лучше уж пусть составляют комбинации для каждого сокомандника. Кевин отошёл на два шага и рассмотрел поле. Его мечта, что останется былью в его снах и мыслях, сверкала ярким синие покрытием, белыми рисунками и белыми большими воротами. Мечта, что ускользала из его пальцев и теперь махала ему рукой каждый раз, как он входил в этот спортзал, ноющее плечо до сих пор побаливает на погоду, скорее всего сегодня пойдёт ливень, хотя он и не верит в суеверие. Давно не верит. — Ах, да, делайте, что хотите в рамках правил, но пусть Карл возьмёт Кейна к себе в команду, и для надёжности попробует научиться бегать с клюшкой, — он хищно улыбается ораве и лукаво рассматривает свои руки, будто ища какие-то пылинки,— загоняйте будущего нападающего, чтобы даже во сне мог клюшку держать с достоинством. Одобрительный шум вылез из пучины команды и каждая пара глаз начала гореть неистовым огоньком азарта, Кевин улыбается своей работе и после отходить за акриловую стену, он считает про себя до десяти, сжимая руки в крепкие кулаки, в попытке справиться с дрожью несправедливости и кивая каждому участнику на поле, дает сигнал свистком. — Развлекайтесь Акулы, пусть каждый из вас уже заглотить наживу побед!— вскрикивает Дэй и наблюдает, как игра заполняется быстрым темпом череды передач и удачных, так и неудачных блоков от защиты. Тренировочный матч начался, а Кевин мысленно ставил пометки: кого можно отдать на стартовый состав для предстоящей игры в новом сезоне между университетами, намериваясь заработать как можно больше побед и уйти с кубком, не меньше. Он уж постарается воплотить свою несбывшуюся мечту через других, зарождая огонь стремления в своих подопечных, чтобы не считать себя до конца моральным уродом.

***

Конечно он их отпустил только после семи, потому что исправление ошибок, прогон общих связок и разработка работы по группам, для улучшения общей игры никто не отменял, зато Кейн шел еле волоча ноги и первым попросился в душ, не смотря на то, что они тогда не вышли даже с корта, вид  парня немного озадачил Кевина, потому он подошёл поближе к Вулдберри, чтобы слегка постучать папкой по его плечу. — Эй, недотёпа нападающий, береги силы от лишних уворотов и делай чаще пасы, проще будет, — он рассмотрел красное лицо юноши и коротко вздохнул,— прими душ и хорошенько отоспись иначе даже до первой игры не доживёшь и будешь на скамейке весь сезон. — С-слушаюсь тренер!— неуверенно крикнул Вулдберри и поскакал в раздевалку быстрее прежнего, будто сбегал от ночного кошмара, либо же скрываясь от стыда. Кевин чтоли перестарался? Надо будет посмотреть на состояние мальчишки завтра, а пока он прощался с остальными игроками и намеривался пойти в свой кабинет доделать записи за сегодняшний день. Ребята каждые пару минут заглядывали к нему в щёлку двери и прощались, буквально как кролики: раз голова, два голова, Кейн к нему не подходил, но Дэй уже и забыл о неком конфликте между ними. Распределяя последние записи между очередными записными вкладышами и заметками на полях, его телефон оживает будто из ада, разнося эту неприятную дрель. Чертов Эндрю со своими приколами придумал поставить ему оглушающую мелодию со звуками как из преисподнии, чтобы научиться различать нужные уведомления от ненужных, пуская ее еще и на полной громкости, чтобы  точно отпечаталась в памяти. Кевин рукой сносит жестяной термос и чертыхается, мечтая уже выйти прочь и закрываться у себя дома, желательно на неделю-месяц, в мечтах навсегда, сгнивая под одеялом в кровати. — Жан?— он принимает звонок, слушая, как первыми фразами были ругательства на французском и спёртые вздохи друга, — Жан что-то случилось? — Чертов Кевин Дэй, где тебя носит? Мы с Джереми уже тридцать минут ждем тебя в кафе! —бурчит Моро ему в трубку и на фоне даже слышно нервный смех Нокса, почему они ждут его Кевин даже не помнит, но на инерции поднимается из-за стола и хлопает своей журнальной книжкой, попутно собирая вещи в тренировочную сумку.

Блять.

Они же планировали поужинать вместе сегодня, у него где-то точно было напоминание об этом и в телефоне и в заметках в журнале, где-то же были? Кевин снимает звонок и тут же переодевается в свои черные спортивки и проверяет в зеркале, насколько он сегодня урод, попробовав улыбнуться чуть шире, он в хаотичном порядке начал рукой расчесывать съехавшие пряди волос и нервно смеяться. Боже почему сегодня? Почему он согласился и забыл, он надеялся снова упасть в свою рутину: что выбрать филе курицы или индейки, выбирать ненужные полуфабрикаты и положить их на место, после чего брать свой обычный набор овощей и молочки. Сегодня он никак не готов ко встрече со своими друзьями. «Походу ты закрываешься даже от них...» Дэй закрыл глаза и начал уходить от этой мысли десятиметровыми шагами. Он любит своих друзей, всегда рад встречи с ними и потому, хлопнув себя по щекам, приводя в чувство, он молниеносно вылетел из своего кабинета и побежал в кафе, где его ждут. Он не хочет закрываться и стать отшельником в финальной фазе. Нет он и не будет этого делать. До кафе минут семь пешком, если побежит, то управиться за четыре. Жан ждет. — Ты очень сильно опоздал!— шипит на него Моро, как только он ставит свою сумку на пол и пригвождает себя к перво-попавшемуся стулу около друзей. Кевин нервно улыбается, смотря на то, как Жан перед ним словно фурия, с нахмуренными бровями и злыми леденящими глазами, Джереми рядом ему широко улыбается и одним ласковым движением по плечу Моро, успокаивая того моментально и переводя все внимание на себя. — Жан все нормально, у нас нет дел сегодня,— Нокс, солнечный человек, теплый на вид, с соженными волосами, широкой улыбкой и горящими глазами. После секундного любования своим партнером он снова смотрит на Дэя и вновь улыбается ему, своей лучезарной улыбкой, — Кевин, рад тебя видеть. Дэй неровно кивает и причет глаза в меню, хотя знает, что будет заказывать. Где-то внутри разрастается огонек тепла, согревающий все тело, а гнетущие мысли наконец растворяются и в голове и Кевин вздыхает полной грудью. Жан остывает за период недолгого молчания. — Извини. Кевин говорит это в спешке, пряча глаза в стол, пытаясь спрятаться и стать меньше, чтобы случайно не разбудить истинную натуру Жана. Моро на это вздыхает и тянет руку к его, сжимая запястье, заставляя того поднять голову. Глаза друга большие, яркие и притягивают к себе, Кевин сглотнул, но взгляд не отнял, устанавливая контакт и переживая свой мини-инфаркт где-то внутри. Жан смотрит пристально, выявляет все мысли внутри Дэя. — Проехали, поставь себе уже на уведомления звук погромче, — Жан закатывает глаза и наконец рукой зовет официантку для заказа еды. Колкий ответ Жана ударил ему между рёбрами и Кевин сделал пометку точно не забыть ставить заметки на самую отвратительную мелодию, что успел сохранить ему Минъярд на память о себе. Единственной проблемой составляло то, что Дэй ни капельки не разбирался в телефонных настройках и на то чтобы сделать всё как задумано, ему понадобиться очевидная помощь. Эндрю рядом нет, с Нилом контактировать вообще не хочется после всего, Джереми тоже не попросишь, потому что она напрямую передаст это Жану, а Кевин не хочет упасть перед ним еще ниже. Вывод один, попросить кого-то из его команды, там все способные и постоянно сидят в гаджетах на перерывах, точно справятся с такой уж небольшой задачей. Официантка подошла тихо, с мягкой улыбкой уточнив, по какому поводу те её вызвали, шатен на автомате продиктовал заказ, даже не заглядывая в буклет меню и стал вновь обдумывать план, точно намереваясь запомнить его как следует. Моро в то время, сжал запястье Джереми и хмыкнул своим мыслям в голове, сдувая чёлку с лица. Он потихоньку успокаивался и выглядел уже не таким раздражённым, как в первые минуты их встречи. Джереми засмеялся, опуская голову на свободную руку и поймал глаза Кевина. От чего-то весь его вид успокаивал своими тёплыми оттенками: давно сожжённые блондинистые волосы, медовая кожа и тёплые карие глаза, одним словом, завораживал. Он как мальчик с пляжа – светлый по натуре и мягкий на вид, Дэй не удивлён, что тот очаровал Моро чуть ли не с первой встречи в команде. Нокс подмигнул Дэю и весь груз вины притих, Кевин наконец расслабился, опустив плечи, он даже не заметил как всё это время был как болванчик с перекошенным туловищем. Он опустил глаза и понял, что всё это время рвал салфетку на мелкие кусочками, никак не контролируя свои действия, потому собрав всё в одну небольшую кучу, Дэй отодвинул её дальше от себя, скрывая свои улики, как нарушителя. – Нууу.. Рассказывай Кев, как сам? Как ребята? – Джереми начал разговор первым, – Тот пацан, про которого мне говорил Жан, все-таки доконал тебя с просьбами взять в этом сезоне в основной состав или ты по прежнему не упускаешь ни единой возможности поиздеваться над чувствами этой нежной и ранимой души паренька? — Да, когда это я издевался вообще над детьми? Можно подумать, я в твоем представлении какой-то тиран прям…– Кевин улыбнулся на это и потер свою руку в кофте, Жан хмыкнул, но промолчал, – Нормально все у этих оболтусов.. Я бы сказал, балду пинают и радуются. Жан скептично посмотрел на Дэя, так что тому стало неловко. Джереми пускай и смеялся, но смех казался отчего-то максимально наигранными и резал уши. Кевин прошёлся мысленно по своему диалогу и таки не понял причины таких взглядов. — Так и есть, пр-ридурок.– всё же пояснил Моро, закатывая глаза и свободной рукой сделал петлю в воздухе, пытаясь подобрать более-менее подходящие слова, Кевин приподнял бровь, – Когда ты на поле, ведёшь себя как последние Мудло в тряпках тренера. – Жан улыбнулся дикой улыбкой и слегка скосил голову, нормальных слов он не подобрал – Я если честно все еще в шоке, как эти дети от тебя еще не сбежали. Кевин опустил брови и сжал губы, возможно Жан мог быть и прав, он не пытается его как-то остановить и сжимает руку чуть крепче. Он любит экси настолько же сильно, насколько не может в него играть, стараясь хоть как-то это заменить. В первый месяц тренировок, он признаёт, что поставил слишком тяжёлый список тренировок, сейчас же его игроки чуть ли не лафу собирают, заканчивая как по часам даже не близко к ночи. Дэй слишком многого ожидал наверное, но сейчас он уже подутих и старается в мере возможностей просто натренировать их тощие задницы и не упасть в грязь лицом в первый же матч, хотя хотел бы вернутся к восьми часовым тренировкам, да не позволяет себе этого. Возможно, он просто обмяк с этими детьми, стал как собачонка, бегать и не ранить нежную детскую психику, ещё успеют. Жан по крайней мере об этом ещё не знал, не было нужды говорить. — Жан ну ты тоже, не преувеличивай– Джереми в попыхах выставил между ними руку, словно пытаясь остановить начало битвы, которой бы ни при каких обстоятельствах бы все равно не последовала, пока другие двое по прежнему сидели и просто пялились друг на друга – На самом деле Жан больше всех радовался, когда узнал, что после ну…той ситуации.. ты решил пойти в тренера. Ты сразу стал выглядеть немного живее, спокойнее.. типа, словно действительно нашёл себя в тренерстве с теми детишками. Кевин перевёл взгляд на Нокса и не поверил глазам, Жан что-то промычал, но никто из присутствующих за столом не смог разобрать толи шёпот толи шипение. — Типа…Мы на самом деле безумно рады за тебя и гордимся за каждую новость об очередном успехе твоих ребят. Ведь в этом всем большая часть твоих вложенных сил и стараний. Ты молодец, Кев! Жан неловко помялся, скидывая со своего плеча руку Джереми, и с покрасневшими ушами отвернул голову в сторону — Говори за себя. А то этот придурок еще возгордится — Жан таки не повернулся к ним лицом буквально протаранив эти слова с ещё сущим румянцем на ушах, Кевин нежно улыбнулся и наконец отпустил кофту, мягким движением сжав свободную руку Моро. Некая благодарность за столь колкую, но ничем не прикрытую, поддержку. Официантка с той же яркой улыбкой принесла первый поднос с горячими напитками и Жан, не теряя времени, спрятался за своим чаем, отпуская тему их разговора. Дэй решил, что действительно про него пока достаточно. — Лан мои дела вроде уже обсудили, сами то как? – он поочерёдно встретился со своими друзьями глазами и шире улыбнулся, он давно не сидел вместе с ними вот так, без повода, соскучился оказывается так же чертовски сильно, – Уже все вещи распаковали и разложили после приезда? Джереми усмехнулся, переплетая его пальцы с Моро и выдохнул, наконец снова смотря на Дэя. — Да какой там! Мы поехали в … налегке. — Он махнул рукой, снова улыбнулся. — Но из-за купленных сувениров и подарков родне, какая-то часть еще летит почтой, каюсь моя вина, не сумел устоять — он блаженно улыбается, будто вспоминает весь список своих покупок. Кевин тоже улыбнулся, потому что видел, как Жан тихо прошептал проклятья на французском и снова закатил глаза. Нокс сжал их замок и быстро прижался к боку брюнета заговорчески начиная шептать тому в волосы — Жан, но мы ведь так редко выбираемся куда-то из города, а тут ещё после сыгранных матчей до вылета была еще целых два дня.. Жан тыкнул тому в лоб между бровей отодвигая его лицо подальше и выдохнул, наконец переводя глаза на Кевина и сжал губы. Моро недовольно скосил брови и вновь пальцем тыкнул в сторону парня, Дэй неосознанно опустил голову, будто осознавал что ему сейчас расскажут какую-то тайну, заговорческий план по порабощению мира, он склонился ближе и Жан начал шептать между ними, буквально игнорируя, как Нокс тоже попытался войти в их кружок секретов. — Ага, и это он говорит каждый раз как одну из причин почему наша комната теперь выглядит как кладовка. — Джереми на фоне хмыкнул, а Моро благополучно продолжил шептать, Дэй неосознанно усмехнулся и сжал свои руки в кулаки ощущая продолжение и друг засмеялся, стукая себя по виске —К нам даже его подружки побоялись зайти, когда увидела количество чемоданов и пакетов на входе. Мне кажется, что Кэт с Лайлой только поэтому звали нас к ним, чтобы мы наконец ощутили уют обычной квартиры, а не склада икеи. Кевин рассмеялся в голос, отклоняясь назад и полностью опираясь на спинку его стула. Он так рад, что пересёкся с ними, Джереми рядом тоже смеялся, а Моро счастливо улыбался, их круг смеха прервался расстановкой еды и как-то их разговор просто перешёл из интересных хихи-хаха к «а что в жизни». Еда вкусная, мохито без алкоголя интересное и приятное на вкус, а где-то внутри разрастается тепло в сердцевине его рёбер, погружая его в такой комфорт и расслабляя до конца, что он уже больше не скрывал, что рад этому будничному вечеру. — И когда вы уезжаете? — Дэй ставит полупустой стакан на стол и думает его обновить, исключая в голове даже мысль о заказе мохито на роме, не хочется ради этого предавать свой упертый спор, — слышал скоро будет новая олимпиада. — К сожалению,— Жан отодвинул свою тарелку, что означало - он наелся, Джереми поглядывал на почти полную порцию пасты, но ничего не сказал,— в конце следующего месяца, мы даже решили просто постирать вещи и обратно сложить в чемодан. Кевин кивнул и где-то на сознаниях мозга решил сделать пометку не забыть. — Даже не думай запоминать, я лучше тебе напишу перед уездом,— ворчит Моро и Кевин понимает, что да, так будет даже лучше с его-то памятью. А дальше продолжился диалог о Испании куда они поедет первым делом. Кевин все-таки заказал второй стакан коктейля и по-тихоньку начал растворяться в этом вечере. Свой ужин он тоже не доел и причина не в том, что было не вкусно, нет он настолько уже забыл о плотных и больших порциях, что больше половины просто не влезло. Жан рядом уже полностью опперся на Нокса и что-то рассказывал о совместных прогулках по улицам, музеям и паркам, Кевин не перебивал слушал и наслаждался своими друзьями.

***

Джереми с Жаном уехали на такси, Дэй отказался потому что после всего хотелось пройтись до дома, тем более, что идти ему совсем немного, сколько минут пятнадцать? Нормально ему, он бы с удовольствием даже кружок лишний прошел. И как раз из-за такой мысли он и побрёл в другую сторону. Похер, что время уже близиться к десяти и на улице включаются фонари. Похер, что сумка на плече тяжелит своей ношей. Да вообще в принципе похер на эту будничную жизнь, где он утопает в серой полосе однокипных действий. Сегодня не похер, потому что он чувствует крылья за спиной и ни на что не похожее счастье. Парк светится алеями с лавочками, своей антуражной аркой и каким-то типичным названием района. Кевин свистит какую-то мелодию из головы, возможно услышал у кого-то из своих подопечных, может по радио или же из кафе, в котором они были. Его мысли наконец собрались в единую полочку-механизм, где все на удивление складно составляло планы на завтра, пометкой о смене уведомления и анализ слов друзей. У него есть впереди месяц спокойных встреч, шуток Джереми и наилюбимейшего ворчания Жана. Есть целый месяц, чтобы жить. Мысли, что наконец все налаживается приободряет, Кевин в первые дышит полной грудью без страхов и решается на небольшую пробежку по главным улицам парка, мобильник летит в один из спрятанных карманов его сумки, та на первую попавшуюся скамью и вот он разминается, чтобы вспомнить что такое бежать без страхов. Руки ломит от лёгкого массажа, ноги как пружинки сжимают и разжимают уже засушенные мышцы, а Дэй лёгкими повторами головы высматривает лучший маршрут для начала тренировки. Похер, что на улице уже почти ночь и ему завтра вновь вставать с утра на очередную тренировку в зале. Похер, что там у его младшеньких и какой состав ставить в первый отборочный матч. Похер, что он Кевин Дэй, бывшая звезда экси, что ушла из карьеры так и не начав ее. Первые шаги, как будто наконец отпускают какой-то шарнирный механизм, он оборачивается и смотрит, как арка парка все так же горит ему в след, дает силу и благословляет на быстрый и легкий путь. Он ускоряется и дышит. Парк сам по себе небольшой, с кучей алей и беседок, прудом по центру и очаровательными кустами лабиринтами. По каким-то даже все еще ходят люди, где-то с собаками, где-то парами, а кто-то один. Кевин особо не придаёт внимания, он в действии. Он бежит и релаксирует, потому что бег - его любимое занятие после экси, после желания взять клюшку и наконец попробовать вновь начать этот стремительное сражение за очки, после всего накала страстей бег это то, что вводило его в чувство покоя. Так и сейчас. Он дышит, он переносит свой вес от одной ноги в другую, старательно относит все мысли в долгий ящик и чувствует как пульс уже стучит где-то в подкорке его головы, полностью заглушая все остальное. Похер заканчивается лишь на моменте, где он как вкопанный останавливается и переходит от чувств благодати в чувство панического страха. Перед ним небольшая поляна с двумя скамейками, рядом почти такая же сумка как и у него. Двое молодых человек сидят слишком близко друг к другу и о чем-то переговаривают делясь чем-то сокровенным. Кевин промаргивается чтобы стереть образ. Глаза начинают болеть и он скрывается за первым деревом на пути и закрывает глаза. Паника вместо той тишины начинает полностью овладевать его телом, что Кевин прижимает руки к ушам и надеется совладать с сердцем, кульбит за кульбитом сотворяет микроинфаркты где-то в желудке, упав о органы слишком сильно и пригвождая его к земле. Он точно ошибся. Не может быть, чтобы его кошмар наяву вновь постиг его жизнь, когда он только что чувствовал такое облегчение и нарекая это смыслом жизни, распинывая то разрастающееся чувство надежды, все втаптывается в грязь лишь один похожим силуэтом. Кевин знает, что накручивает себя, понимает, что сейчас лучшим выходом будет убедиться в своей неправоте и сбежать с места преступления, окончательно разбивая все хорошие чувства от этого дня. Промаргиваясь еще раз, Дэй делает самый глубокий вздох из всех, что он когда-либо делал и почувствовал как его ударили в живот одним еле слышным смехом. Нет. Он отсюда не выйдет. Не сейчас и походу никогда либо, ноги буквально не сгибаются, руки что до этого были на ушах теперь беспокойно теребят его спортивки и сжимают место рядом с сердцем. По ощущениям оно перестаёт биться и в голове как и вокруг него, становится до одури тихо. Слышит как смех колокольчик зазывает обернуться, заставляет слушать и хранить где-то в подкорке мысль. «Он все еще здесь». Он все так же где-то внутри ломая кости, сжимая органы до кровотечения и разрывая трахею где-то под шеей. Воздуха не хватает, вдохи хаотичные неровные и Дэй чувствует, как его сейчас стошнит его же недоеденным ужином.  В закрытых глазах горят красные, кровавые искры, пальцы не слушаются и сжимают ворот спортивки сильнее до треска, что оглушает его с порывом ветра. Он не сможет сделать и шага, потому падает на колени. Он не хочет видеть его, не хочет знать: прав он или это лишь напускная паника от мысли, что вот он вновь в его жизни. Они не виделись чуть больше года, но Дэя до сих пор трясет лишь от мысли, что Рико подойдет к нему и заставит вновь смотреть только на себя. Кевин все-таки оборачивает вдоль дерева и видит. Рико. Дэя снесло с этого места, не успев он даже подумать о том, что был прав, арка парка все так же горит. Сумка никуда не пропадает и лежит себе припеваючи на краю скамьи, что он впопыхах чуть не сносит и бежит. Бежит уже не из желания, а из-за нужды скрыться, сбежать и потеряться. Парк остается позади, как и мысли о Джереми с Жаном, с планом о тренировке и предстоящими соревнованиями. Все потеряло смысл, кроме побега в данный момент в единственное место, где он мог хотя бы не скрывать свои крики и мысли о ножах в его кухне. Он не хотел быть вообще, по пути он забежал в тот чертов супер-макрет. Он не искал того обычного списка продуктов, они ему сейчас нахрен не нужны он берет бутылки водки и даже не смотрит на название или стоимость. Ему нахер не нужна эта информация, ему нужно, чтобы он вновь потерялся где-то между похером и нежеланием жить. Он желает этого. Квартира темная, мрачная и не пропускающая свет из-за закрытых занавесок с утра, в Кевине уже бутылка спиртного и непрекращающийся табун мыслей о том, что он не хочет просыпаться и вообще быть. Его кроссовки не поддаются трясущимся рукам и как бы он старательно не пытался выжать из себя способность что-либо сделать сдается, опуская свое бренное и еле-держащееся тело в полуприясяде рядом с тумбой его обуви. Выключатель слишком далеко, а бутылка рядом, еще неоткрытая и манящая своим удивительными способностями снять весь груз с плеч и забыться. Кевин очевидно выбирает бутылку. Он не хочет думать от том что видел сегодня, но не останавливает себя от этого занятия. Полки что до этого в шатком положении были воздвигнуты внутри его сознания вновь переворошены, снова там какой-то рой из больных и совсем нездоровых позывов закончить с этим прямо сейчас, открыв крышку такой притягательной бутылки. Как вообще Рико умудрился быть в его районе с какой-то мандой, с широкой улыбкой в лёгком платьишке и залакированными кудрями, Кевин не рассматривал ее, но почему-то запомнил, ее кружевные лямки, платье светло-кремового оттенка или же это так падал свет, юбка чуть выше колена и очаровательные ямочки на щеках с румянцем. Кевин вообще не такой, он крепкий, с угловатыми краями и высокий, она же еле доставала до подбородка Рико. Он понимал почему, но не хотел признавать. Рико был перед ним, с той самой улыбкой, румянцем на щеках и развязными руками, что то и дело касались чужих плеч. А смеялся он громко, с широкой улыбкой и трепетом в глазах. Бутылка водки пустеет слишком быстро, она уже вся внутри и Кевин Дэй сдается. Он повержен сломлен и нуждается в помощи. Впереди мрак без надежды на свет, а Кевин глупо смеется и закрывает глаза рукой. Возможно он пожалеет об этом утром или когда проснётся, но все же одна мысль таки остаётся на подкорке сознания:

«Он все еще настолько жалок, что спасают его опять эти чертовы Минъярды».