Лезвие

Послышался звук. Шипение. Тишина. Щелкание зажигалки. Раз, два.. Огонь вспыхнул. Наконечник толстой сигары с шипением загорелся и тут же потух, выпуская едкий дым. Зубы, что с намеренной темпераментностью сжимали сигару, резко спрятались за алыми, как кровь, губами. А тонкие женские пальцы отвели зажигалку прочь, пока глаза глядели на улицу. Камилла сидела за небольшим плетенным столиком на террасе. Широкая шляпа скрывала её острый взгляд, что оценивал всё вокруг. Это старое кафе ей понравилось: здесь наливали спиртное утром, не задавая лишних вопросов. Шумные улицы, существующие в туманном солнце, дышали жизнью. На удивление, местные жители никогда не уставали от палящего зноя и продолжали торопиться, весело постукивая своими ботинками по песчаному гравию. Бабки в разноцветных юбках неустанно что-то продавали, весь рабочий люд только и был занят тем, что куда-то бежал, тарахтел. Этот гул впивался в мозг когтями, вызывая раздражение, но иногда всё же забавлял её. Она прикурила снова, и, пока дым обволакивал её, Камилла возвращалась в прошлое. В монастырь. Последнее время ей снились странные сны. Запах тех серых влажных стен не покидал сознание, но самое главное — во всех этих снах её преследовала одна-единственная фигура. Тот, кто не давал покоя даже наяву, возвращаясь в мысли воспоминаниями. Камилла понимала, что чем больше думает о нём, тем вернее притянет демона в свою судьбу, хоть это было маловероятно. Прикурив снова, она отвлеклась на проезжающий мимо фургон с курами. Её хилый столик слегка пошатнулся. Сидеть так близко к дороге было вовсе не расслабляюще, но именно эта суматоха иногда отвлекала её. Вот только за ней уже пристально следили. «Не успела кофе попить, как кому-то уже не терпится получить в рожу». Она тяжело вздохнула и с натиском потушила сигару о пустое блюдце. Кажется девушка устала. Неутомимая, такая яркая, она тускнела в этот день, хоть грубая сила её всё так же жила в ней. Камилла не любила этих игр, оттого она дерзко подняла голову, показывая своё бледное лицо из-под шляпы. Она смотрела в упор на мужчину, что на другом конце дороги так же пылился на неё. Игриво облокотившись о близ стоявшее здание, этот незнакомец испытывал её терпение. Смешливый прищур и такая же улыбка на его лице выдавали то, чего быть не могло. Он её знает. Камилла отвела взгляд и устало откинулась на спинку кресла. Кто бы он ни был, чего бы ни хотел, уже не важно. Единственное, что ей нужно было знать: придется убивать или нет. Моля, чтобы он ничего не делал, к своему полнейшему разочарованию боковым зрением она видела, как эта тёмная фигура вальяжно приближается к ней. Что ж, раз хочет познакомиться, не грех его как следует рассмотреть. Зелёные глаза устремились на новый объект грядущих пыток. Он был достаточно высок, длинные чёрные волосы, слегка бледноват. Не местный. И носил чёрное. Точно не местный. Что-то в его внешности показалось знакомым. То ли манера держать плечи, то ли этот бесячий прищур, но она видела его раньше. И не могла понять где. Мужчина не сводил с неё глаз. Он прошёл сквозь оживлённую улицу так, словно никого больше не существовало. Не будь он чужаком, возможно, в её сердце что-то тронулось бы. Но даже самые первые зачатки приятного волнения подавились напряжением от неизвестности. Приблизившись, он бесцеремонно ухватился за спинку кресла напротив, отодвинул его и расселся, как у себя дома, закинув ногу на ногу. Выглядел счастливым. Через чур… — Ну привет, бестия. Я вот думал, узнаешь или нет? «Вот же черт!» — Он самый. — Асмодей. — Знаю, ты меня не ждала, но я не мог провести без тебя больше ни минуты. — Ты даже подпалиться в аду не успел. Какого хрена ты тут делаешь? — приступ гнева и волна негодования заставили её наклониться к нему через стол. Камилла уцепилась пальцами о края плетёного дерева, и единственное, что она сейчас делала, — это испепеляла его взглядом. — Я вижу, ты работаешь одна, и решил, что так не годится. Возьмёшь в напарники? — тонкие, но крепкие пальцы потянулись к сигаре. Асмодей зажал её между губами до неприличия интимно, словно ощущая остаточный вкус девушки. Задорно подмигнув ей, он заставил наконечник загореться, не используя ничего при этом, а после вкусно затянулся. Но всё это время он смотрел на неё. И думал только о ней. — Это всё, конечно, интересно, но ты тут ненадолго. Камилла потянулась рукой к одному из своих стволов под юбкой. Он был заряжен абсидовым патроном. В ад не вернёт, но потрепает даже такого высшего, как он. — Не спеши, крошка. Меня вернул твой начальник… — Врёшь. С чего бы это? — Я просто поделился с ним тем, что знаю, и пообещал тебе помочь. Камилла угрюмо сложила руки на груди. — Я больше поверю в доброго бога, чем в эту чушь. — Не сердись, милая, — он снова вдыхал табак, да так сильно, что почти выкурил до конца. — Просто демон, за которым ты сейчас гоняешься, к сожалению, мой брат. Камилла лишь иронично усмехнулась. — Я уже справилась с одним лордом, если не забываешь, — она потянулась и выхватила сигару у него из рук. — И ты был не против умереть дважды. — Да, ты права. Но он сильнее меня, придется признаться. Девушка замерла. Она испытующе смотрела Асмодею в глаза, высматривая крупицы лжи. Да только это была не ложь. Её догадка росла вместе с тревогой внутри. — Кто он? — Просто так не скажу.. — Ты ему сказал, где меня искать? Асмодей усмехнулся. Она его не разочаровала. — Не совсем так… — Так ты? — она почти рычала, и его это забавляло не по-детски. — Ты такая горячая, что я не устаю сходить с ума, — улыбаясь, он словно издевался над ней. — Прости, моя любовь, но у нас в аду своя иерархия. Это просто бизнес, ничего личного. «Вот же ж сукин сын». Разочарованно она опустилась на спинку кресла снова. Её поза расслабилась, на лице не читалось эмоций. Асмодей беспрерывно вглядывался в её лицо, чтобы понять. Но Камилла и сама не понимала, что она чувствует. После монастыря привычная жизнь пошатнулась, а возвращение на землю её худшего кошмара означало только одно. И тот, кто сидел напротив, помогал ему в этом. — Ты убил Дамиана? — Нет, нет, ты что, — Асмодей поднял перед собой руки. — Я не способен на такое зверство. — Хватить лить говно мне в уши, — Камилла встала. — Ладно, Камилла, я говорю правду, — огонёк во взгляде демона потух, и он впервые стал серьёзен. Смотря на неё снизу вверх, демон признал поражение. — Я говорю правду. Ему я пообещал защитить тебя. С губ девушки сорвался презрительный смешок. — И что же ты потребовал взамен? — Ничего, — его тон был ниже обычного, а холод в глазах секундой вспыхнул красным. Камилла уловила и то, и другое. На вкус его ложь была как прожжённая плоть. Она скривилась, но не захотела выяснять. Вместо этого продолжила рассматривать его новое тело, немного отвлекаясь. — Красивая шкурка, — цокнув языком, она бесцеремонно пробежалась взглядом по его точёным скулам. — Нравится? — С кого снял? Мм? Девушка наклонила голову в привычно игривом жесте, а демон лишь рассмеялся, довольный своим превосходством, и, поправив волосы назад, медленно поднялся с кресла. Он возвышался над ней и закрывал от солнца тонкую фигуру. Но Камилле всё так же было жарко. Так, как он на неё не смотрел ни один мужчина, хоть они все и умирали от похоти рядом с ней. — Она моя. — Кто? — она уже успела потерять нить разговора. — Внешность, — Асмодей развёл руками в напыщенно-театральном жесте. — Приятно наконец показать себя настоящего. — Мог бы быть и получше, — прищурившись, Камилла облизала губы, словно пробуя свои слова на вкус, а после улыбнулась. И это была лучезарная, опасная улыбка. Та, которая не означала ничего хорошего. Но, дикий ад, как же она нравилась Асмодею. Он смотрел на неё, не скрывая этого интереса. То, что крутилось в голове демона, сложно было считать, но и догадаться не трудно. — А я скучал. Камилла недоверчиво надула губы. — Разве? Пару месяцев для тебя не стоят и одного часа, я ведь не ошибаюсь? — Ты интересна мне, — искренне ответил он. — Ещё с нашего первого знакомства. Мне было забавно поиграть с теми людишками, но, признаться, всё это было так скучно. До тех пор, пока не появилась ты. — Хмм, вот как, — девушка обогнула столик, подходя к нему вплотную. — А я вот считаю иначе. Ты пришёл туда, чтобы встретить меня. В монастыре спланировал ловушку. А сейчас ты здесь, ведь знаешь: времени осталось мало, а укусить свой кусочек ой как хочется. — Камилла, я… — Нет! — она подняла руку, давая понять, что лучше не рыпаться. — Ты лживый пёс моего отца, единственный, кто согласился следить за мной. Девушка отступила. — Дешевле воздуха. Между ними воцарилась тишина. Минута, словно грубая резина, тянулась очень медленно, наращивая то напряжение, что создали сказанные ею слова. Она не верила демону. Мало того, Камилла всё знала. — Ты всё поняла, не так ли? — вдруг спросил он, осознавая этот проблеск. — Уже давно. — Не терплю эти притворные игры. — Отчего же не призналась Дамиану? Камилла нахмурилась. Неужели он и вправду был у начальства? — Почему не рассказала им? Ты же на их стороне. Защищаешь человечков. — Я не защищаю людей, Асмодей. Девушка отступила на шаг назад и посмотрела на оживлённую улицу. — Мне нет дела до них или того, что станет с этим миром. Единственное, чего я хочу, — её взгляд вернулся к нему, — это убивать вас. — Уничтожать родню. Ох, как это жестоко. — Вы мне не родня! — Ошибаешься, милая, — его голос опустился. — В тебе падшей крови больше, чем в ком бы то ни было ещё. — Твоя агитация, конечно, забавная, но суть остаётся одна. Пока я не выберу вашу сторону, ничего не произойдёт. — Верно, — Асмодей смирительно кивнул и расставил руки. — Но ты выбрала очень скользкую дорожку. С неё так легко сойти. — Слушай, старый. «Ты меня заебал». — Не иди за мной! Она развернулась и быстрым шагом направилась прочь. Ей уже осточертело всё. — Камилла! Где моя дикая неугомонная девочка? — Слушай сюда! — она вернула к нему своё внимание, и на ходу мужчина почти что влетел в неё. Между их телами остались считанные сантиметры — именно это и помогало спрятать то, что так чётко было направлено ему прямо в подбородок. Холодный металл приятно освежал в такие жаркие дни, и всё же Асмодей не посмел пошевелиться. Он лишь наблюдал за ней. Его настоящие глаза ледяного, снежного цвета были слишком чужеродными для этого мира. И такими чистыми, какими могли быть лишь у падшего ангела. Камилла не скрывала свою ярость. Но она не могла нажать на крючок. Девушка и вправду изменилась, а сейчас словно была не в своей тарелке. — Ну… Он нарушил молчание. — Чего ждёшь? Время вокруг замедлилось. Шум дышащей зноем улицы стих, и, кажется, все фигуры замедлились. Камилла медленно вдохнула воздух, наполняя лёгкие. Она выжидала. — Стреляй, — Асмодей игриво склонил голову набок. — Мой милый Антихрист…