Цена твоего существования

Утро началось удивительно легко. Когда мелодия будильника разрезала тишину спальни, я не почувствовал привычной тяжести — лишь сонливость, которая быстро испарилась, стоило мне потереть глаза и сесть на кровати. На часах было 7:40. До того момента, как в гостиной соберутся первокурсники, оставалось чуть больше часа. Я сладко, до хруста в суставах, зевнул и обвел взглядом комнату. Соседи всё еще спали. Глядя на их безмятежные лица, я невольно почувствовал укол зависти — они еще могли поспать, а моя привычка мыть голову по утрам этого не позволяла. Не заостряя на этом внимание, я поплелся в ванную комнату, прихватив с собой вещи.

***

Вернувшись из ванной, я замер перед зеркалом, набрасывая на плечи полотенце. Влажные волосы слегка вились и путались, превращая голову в подобие гнезда. Я дотянулся до тумбочки, взял палочку и, сделав пару привычных движений, прошептал несложное заклинание. В ту же секунду голову обдало ласковым, сухим теплом. Потоки воздуха быстро усмирили непокорные пряди, укладывая их в аккуратную прическу. — Тут даже страдать не надо, — пробормотал я себе под нос, любуясь результатом. — В своем прежнем мире я бы всё отдал за такую экспресс-сушку. Никаких фенов, никаких мучений с брашингом. Пальцы привычно заскользили по ткани, завязывая узел на ярко-красном галстуке. Алый цвет выгодно подчеркивал форму, напоминая о принадлежности к факультету. Бросив взгляд на настольные часы, я отметил, что в запасе есть еще полчаса. Когда я наконец обратил внимание на то, что происходит в комнате, то увидел, как Ален, едва разлепив веки, лениво взмахнул палочкой — и его волосы сами собой начали заплетаться в тугую, безупречную косу. Эллиот, уже полностью собранный, в последний раз поправил свой галстук, проверяя, идеально ли сидит воротник. Авеля нигде не было видно, но приглушенный плеск воды и ворчание, доносившиеся из-за двери ванной, выдавали его местоположение. Когда я уже потянулся к ручке двери, чтобы выйти в гостиную, по бокам от меня, словно верные стражи, пристроились Ален и Эллиот. Я невольно улыбнулся им. — Эй, Авель! — крикнул Бенуа, оборачиваясь к закрытой двери ванной прямо перед выходом. — Зря ты решил, что поспать подольше — отличная идея. Мы уходим, догоняй как хочешь! Ответом нам послужил приглушенный, возмущенный и абсолютно нечленораздельный вопль, потонувший в шуме воды. Смеясь, мы вышли из комнаты, оставляя за спиной утреннюю суету. Обмениваясь короткими смешками, мы спустились по винтовой лестнице в гостиную. Здесь уже вовсю кипела жизнь: у камина, в котором потрескивали поленья, собралась добрая половина факультета. Кто-то, развалившись в глубоких креслах, дочитывал заданные на лето главы, кто-то азартно спорил над доской для волшебных шахмат, а первокурсники кучковались небольшими группками, испуганно и восторженно озираясь по сторонам. Наша компания целенаправленно направилась к доске объявлений. На пожелтевшем пергаменте размашистым почерком был выведен свежий пароль: «Взрывная карамель», а чуть ниже висел плотный лист с нашим первым расписанием. — Хм, интересно, — задумчиво пронеслось в моих мыслях, пока я изучал сетку занятий. — Уроки длятся почти по часу, но и перемены королевские. Самая короткая — двадцать минут. — Черт, серьезно? Астрономия в полночь? — раздался над ухом страдальческий стон Алена. Он, ничуть не смущаясь, тяжело облокотился на моё плечо. Высокий, как жердь, он навис надо мной, едва не задевая подбородком ухо. — И почему именно по средам? Вот бы почаще случались туманные ночи... я слышал, в Хогвартсе это законный повод отменить занятия. Эллиот, тем временем, почти уткнулся носом в пергамент, смешно щурясь и пытаясь разобрать витиеватые буквы: — Так, сегодня у нас плотный график. В 10:30 — Чары с Когтевраном. Затем, в 11:50, Трансфигурация со Слизерином... О, и Зельеварение в 13:20 тоже с ними. — Ну, звучит не так уж страшно, — резюмировал я, прикидывая примерную нагрузку. В этот момент чья-то тяжелая рука бесцеремонно опустилась мне на плечи, едва не сбив с ног и грубо отодвигая Алена в сторону. Я вздрогнул от неожиданности и резко развернулся. Передо мной стоял Сириус Блэк, сияющий своей ухмылкой. Прямо за его спиной, поправляя очки и выглядя не менее довольным, маячил Джеймс. Сириус скользнул взглядом по расписанию и картинно закатил глаза. — Ужасно, просто кошмарно! Но есть и плюс: вторая половина дня полностью в нашем распоряжении. У нас уже готов грандиозный план для первой вылазки и прогулки, дорогой Лиам... — начал было он, понизив голос до заговорщического шепота. Но его пламенную речь прервал сухой, вежливый кашель Бенуа. — Невежливо вот так врываться в чужой разговор, мистер Блэк, — произнес Ален, слегка наклонив голову набок. Его взгляд был спокойным, но твердым. Только сейчас, в этой тишине, я заметил, что он едва уловимо картавит — мягко приглушая звук «р». Это звучало неожиданно мило и придавало его облику какое-то особое благородство. — Ты… — Сириус на мгновение осекся. На его скулах проступил едва заметный смущенный румянец. Сверкнув глазами на «нарушителя» своих планов, он отступил на шаг, поспешно ретируясь к Джеймсу. — Это было... неловко, — подал голос Эллиот, когда те скрылись в толпе. — Так, внимание, первокурсники! — над гостиной разнесся звонкий голос старосты. — Прошу всех собраться в центре. Сейчас я вас пересчитаю, и мы выдвигаемся в Большой зал на завтрак. Напоминаю: всю эту неделю я или мои коллеги будем сопровождать вас до кабинетов. Замок огромный, лестницы коварные, так что не отставайте. Но если заблудитесь — не бойтесь просить помощи у старших курсов. Мы уже стояли в очереди, и староста заканчивал финальный пересчет, когда в нашу группу, едва не сбив всех с ног, вихрем влетел Авель. Он тяжело дышал, его светлые волосы растрепались, а галстук съехал набок. — Успел! Все-таки успел! — радостно выдохнул блондин, на ходу приглаживая непослушные пряди и пытаясь придать себе мало-мальски приличный вид. Когда формальности были соблюдены, нас повели в Большой зал. Сегодня знакомые коридоры уже не казались такими бесконечными и пугающими, как вчера. Я шел, едва заметно кивая самому себе, словно вбивая в память каждый поворот, каждую картину и направление движения лестниц. Замок понемногу переставал быть лабиринтом. В Большом зале царила утренняя суета. Мы заняли свои места за длинным столом. Я заметил, что зал заполнен лишь наполовину: в основном здесь чинно сидели первокурсники. Старшекурсники, видимо, пользовались своим правом поспать подольше, планируя проскочить на завтрак в последний момент, а кто-то уже вовсю использовал кухню Хогвартса. За преподавательским столом тоже было оживленно. Учителя негромко переговаривались, и их сегодняшние мантии выглядели куда скромнее вчерашних парадных одеяний — более простые ткани, приглушенные цвета, рабочий настрой. Я на мгновение засмотрелся на заколдованный потолок: сегодня он отражал безупречно чистое, нежно-голубое небо, залитое мягким солнечным светом. На столах, словно по щелчку пальцев, возникла еда. Я положил себе немного дымящейся каши с кусочками ярких фруктов и налил из тяжелого графина сладкий ягодный сок.

***

После завтрака нас, тех, кто уже справился с трапезой, подхватил второй староста. Он оказался куда более энергичным и нетерпеливым: шагал быстро, чеканя шаг по каменным плитам и лишь изредка оглядывался, чтобы проверить, не растеряли ли мы кого по дороге. Оказавшись в родной гостиной, я не удержался и с наслаждением потянулся всем телом. — Так, слушайте внимательно! — звонко объявил староста. — У вас есть ровно тридцать минут, чтобы привести себя в порядок и собраться. В 10:10 жду всех здесь, как штыки. Кто опоздает — будет искать кабинеты самостоятельно. А теперь бегом за сумками! Мы поплелись в спальню. Я достал свою новую сумку-почтальонку из плотной черной кожи. С удовольствием начал укладывать в неё тяжелые учебники, чистые тетради и несколько свитков пергамента. Туда же отправился футляр с перьями, чернильница и остро заточенный карандаш. К моему восторгу, сумка совсем не потяжелела — магические чары облегчения веса работали безупречно. Я в очередной раз убедился, что не зря переплатил за неё в Косом переулке. Сборы заняли от силы десять минут. Сбросив на время мантию, я аккуратно прилег на покрывало, глядя в балдахин кровати. В голове крутились мысли о последних событиях. Было странно и непривычно осознавать, как легко я влился в эту компанию. Сириус с его вечными шутками, взрывной Джеймс, неугомонный Авель, статный Ален, тихий Эллиот и загадочный Римус... Раньше любое знакомство было для меня испытанием. Тревога липким комом подступала к горлу, а стеснение заставляло молчать, когда хотелось говорить. Друзей у меня было мало, и каждый из них был крупицей золота, проверенной годами. А здесь... здесь эти невидимые стены одиночества будто начали осыпаться сами собой. Я зевнул и обвел комнату взглядом в поисках своей любимицы. В углу сиротливо стояла миска, в которой еще утром было сочное куриное мясо. Кошка обнаружилась на кровати Алена. Она сидела, грациозно обернув хвост вокруг лапок, и с самым довольным видом облизывалась, явно чувствуя себя хозяйкой положения. Парень же, явно не противясь, завороженно наблюдал за умывающейся кошкой, и когда она отвлеклась, захватил в тиски. Ниа успел лишь мяукнуть, когда ее начали тискать. И смирившись, перестала вырываться, напряженно сопя и дергая хвостом. Я захихикал с этой картины. Повернувшись, на другой бок я посмотрел на читающего Эллиота. Он тихо переворачивал страницы учебника, явно что-то повторяя. Такими темпами и прошли еще десять минут, когда мы стали собираться, я слегка пригладил рубашку и накинул мантию, беря сумку. Ален смешно копошился, пытаясь заклинанием очистить шерсть с одежды. Когда все из нас были в сборе, мы спустились вниз, почти все первокурсники были уже в сборе и взволнованно ждали первого урока. Увидев уже знакомую компанию из 4 человек, я быстро извинился перед соседями по комнате и направился к ним. увидев меня, Сириус надул губы и обиженно закатил глаза. Я неловко усмехнулся с этого, слегка проведя рукой по своим волосам. — Привет. Сириус, извини за утро, Ален бывает немного излишне суров,— тихо сказал я, а после мысленно добавил —насколько я могу судить за день знакомства. Услышав это, он сразу преобразился и снова ярко улыбнулся, кладя руку мне на плечо. — Да все нормально! Но я рад, что ты выбрал верную сторону…— сказал кудрявый, намекая, что сейчас я выбрал их, а не других. После его слов, все первокурсники пошли на первый урок вслед за старостой.

***

— Боже, я сейчас просто усну на ходу… — промямлил я, едва переставляя ноги. Остановившись посреди коридора, я с наслаждением потянулся, так что суставы согласно хрустнули. Рядом со мной, словно синхронно, это же движение повторил Сириус, издав какой-то неопределенный стон усталости. — И ради этого стоило просыпаться? — Джеймс разочарованно закатил глаза, поправляя на носу очки. — Никакой практики, одна сухая теория. Я всё это прочитал в учебнике еще неделю назад. Мы замерли в ожидании старосты, который замешкался у дверей кабинета. В этот момент какое-то странное предчувствие — холодный ветерок на затылке или едва уловимый свист — заставило меня резко обернуться. Миг — и пространство коридора прорезал пронзительный, издевательский хохот. Прямо на нас, сверху вниз, обрушился поток ледяной воды, перемешанный со скользкими, пахнущими тиной водорослями. Инстинкты сработали быстрее мыслей. На чистых рефлексах я отпрянул в сторону, почти впечатавшись спиной в холодную каменную кладку. По пути я успел схватить за плечи стоящих рядом Сириуса и Джеймса, буквально выдергивая их из-под удара. Те, спотыкаясь, увлекли за собой Ремуса и Питера. Тяжелая масса воды с оглушительным всплеском обрушилась на то место, где мы стояли секунду назад. Несколько капель все же долетели до моих брюк и обуви, но, наученный жесткими тренировками, я смог избежать основного «душа». Я вскинул голову, чувствуя, как в груди еще колотится сердце. Над нами, под самым сводом потолка, парил Пивз. Его угрюмое лицо расплылось в злобной ухмылке, а в руках он всё еще сжимал пустое ведро. Заметив наши яростные взгляды и мелькнувшую мантию старосты, полтергейст что-то нечленораздельно выкрикнул, показал язык и растворился в воздухе так же быстро, как и появился. — Черт возьми… Как ты вообще его заметил, Лиам?! — Питер, тяжело дыша и едва удерживая равновесие, во все глаза смотрел на меня. — Да так… просто тренировки, — ответил я максимально неопределенно, крепче сжимая лямку сумки. — Скользкий тип, — Сириус брезгливо стряхнул воображаемую пылинку с плеча и зачесал взлохмаченную челку назад. Его серые глаза внезапно вспыхнули недобрым, но азартным огнем. — Знаете, а ведь это было... примитивно. Ведро воды? Серьезно? Это уровень ребенка, не выше. Джеймс понимающе усмехнулся, потирая подбородок: — Согласен. Мало изящества, ноль фантазии. Если Хогвартс считает это эталоном шутника, то у школы большие проблемы. После этих слов, к Сириуса загорелись глаза. И в этот момент мне захотелось стать невидимым. Потому что взгляд Блэка не предвещал спокойной жизни. И нет, пусть это будет не то, о чем я подумал… — Слушайте, у меня есть просто мега-крутая идея! — Сириус обвел нас горящим взглядом. — Мы превзойдем этого призрака. Мы устроим нечто такое, что заставит весь замок содрогнуться от восторга, а Пивза — забиться в угол от зависти! Покажем им, на что способны первокурсники. Вы со мной? Джеймс и Питер отозвались мгновенно, синхронно кивнув. Ремус замялся, его улыбка была немного виноватой и заторможенной, но в глазах тоже промелькнул опасный интерес. Когда очередь дошла до меня, я непроизвольно сделал шаг назад. — Ха, ребят, я не уверен, что мы должны соревноваться с полтергейстом в безумии... — попытался вставить я голос разума. Договорить мне не дали. Поттер и Блэк с двух сторон «повисли» на моих плечах, буквально придавливая к месту. Люпин подошел ближе и ободряюще улыбнулся. — Ладно, ладно! — рассмеялся я, поднимая руки. — Но только один раз!