Поездка, в которую ехать не стоило

Вэньлан смотрел ему в глаза, внимательно, изучающе, так, что Гао Ту почти физически не мог отвести взгляд. Его пальцы коснулись шеи Гао Ту в сантиметрах от железы. Снег на перчатках моментально растаял, талая вода прочертила тонкую дорожку за ворот свитера. Гао Ту вздрогнул, что-то внутри него сжалось в пульсирующий комок недовольства и наслаждения. Не самое лучшее, что могло с ним случиться в двадцатиградусный мороз, но ощущение его пальцев на коже… это было чем-то, неподдающимся описанию. Он выдохнул. Облако пара растворилось в воздухе между ними. Вэньлан моргнул, слегка нахмурился… и рванул в противоположную от Гао Ту сторону прямиком в лес. Э… стоп, что?! — Вэнь… Соученик Шэнь?! — крикнул Гао Ту ему вдогонку. Интонация вышла совершенно дурацкой. Не то возмущённой, не то умоляющей. Соученик Шэнь даже не обернулся. Гао Ту растерянно огляделся, наткнулся взглядом на Хуа Юна и Шэн Шаою, укладывавших вещи в кофры снегохода. Хуа Юн, поймав его взгляд, улыбнулся и помахал рукой. Посмотрел за спину Гао Ту и снова ему в лицо, кивнул, прошептал что-то на ухо Шэн Шаою. Тот что-то ответил. Хуа Юн хихикнул и с широкой улыбкой прокричал Гао Ту: — Догоняйте! После чего Шэн Шаою, проверив всё в последний раз, уселся на место водителя и завёл мотор. Тревога отозвалась покалыванием в кончиках пальцев. Гао Ту нервно сглотнул. Ждать их никто не собирался, совсем. Сейчас Вэньлан убежит в лес, заблудится и не вернётся, и хладные тела их обоих найдут где-то через неделю поисковые группы. Вэньлана — в лесу, под какой-нибудь елью, в недостроенном иглу; Гао Ту — в этом самом доме, умершим от голода. Хотя, от голода так быстро не умирают, всегда можно продержаться на коре, или ещё что-нибудь придумать… Гао Ту недовольно цокнул и, подхватив свой полупустой рюкзак, метнулся за Вэньланом, пока тот окончательно не скрылся из виду. Вещи раздражающе бренчали за спиной, но лучше уж так, с аптечкой и минимальным провиантом, чем если они вдруг вдвоём заблудятся с абсолютно пустыми руками. Вот если бы Гао Ту помнил дорогу… да кого он обманывает, никуда он не уехал бы без Вэньлана. Чего он вообще сорвался, что за безумие на пустом месте. — Со… Шэнь Вэньлан!.. Стой ты!.. — стараясь контролировать дыхание, проорал Гао Ту. Вэньлан споткнулся о выступающий корень и чуть не полетел носом в сугроб. Гао Ту криво усмехнулся, тяжело дыша. Хоть какая-то справедливость. Чтоб он ещё раз согласился на загородные поездки с этим человеком. И с его едва знакомыми Гао Ту друзьями. «Будет весело, Гэ, поезжай. Когда ещё веселиться, если не в университете». Ага. Гао Ту было весело, как никогда раньше, действительно незабываемый опыт, не поспоришь. — Шэнь Вэньл!.. — Гао Ту сам споткнулся и прочертил ладонью по стволу дерева, стараясь не упасть на полном ходу. Чудом не прикусил себе язык. Приземлился на колени. Резко поднялся и, сжав саднящую ладонь в кулак, рванул дальше. К чёрту. Хочет поиграть в догонялки? Прекрасно, Гао Ту это умеет как никто другой. Вдох-выдох, сосредоточиться на дыхании, дыхание — основное. Следить за целью, следить за ландшафтом. Сокращать путь, только если уверен. Огибать препятствия плавно, не сбиваясь с ритма. Вдох-выдох. Вэньлан впереди бежал хаотично. То замедляясь, то снова ускоряясь, будто подстёгивая себя. Периодически врезаясь в деревья. С ним явно что-то было не так. И Гао Ту выяснит, что именно, когда поймает его. Расстояние между ними медленно, но сокращалось. Вэньлан иногда на пару секунд останавливался. Прикладывал ко лбу ладонь в заснеженной перчатке, мотал головой пару раз и устремлялся дальше. Гао Ту чувствовал, что ещё несколько таких остановок — и он догонит его. Если, конечно, Вэньлан при всём при этом не перестанет врезаться в деревья. Он снова остановился. Потянулся ладонью ко лбу. — Вэньлан! — заорал Гао Ту во все лёгкие, рискуя задохнуться. Морозный воздух моментально перехватил горло обжигающим холодом и болью. Гао Ту закашлялся. Но не сбавил шага. Это сработало. Вэньлан вздрогнул и замер, так и не донеся ладонь до лба. Повернулся к Гао Ту. И Гао Ту, спешивший к нему в уже более спокойном темпе, внезапно уловил лёгкий запах ириса. Сладкий, обволакивающий, пробиравшийся к нему в нутро вместе с колючим морозом. С каждым шагом становившийся всё более интенсивным и давящим, сбивающим дыхание, которое Гао Ту так старался держать ровным. Нет. Нет-нет-нет-нет-нет. Вот чёрт. Гао Ту тут же затормозил, рискуя упасть и, как Вэньлан десять или сколько там минут назад, рванул по своим же следам обратно. В глазах Вэньлана он успел заметить мучительное желание — и больше ничего. У него начинался гон. Чем ему при этом помог бы побег в лес, Гао Ту понятия не имел, но сцепка посреди заснеженного леса не поможет точно им обоим. Лучше бы их хладные тела нашли по отдельности, чем так. Хоть не придётся сгорать со стыда в посмертии. За спиной раздался хруст снега, треск веток и шелест куртки по коре деревьев. Вэньлан в той же хаотичной манере бежал за ним. Вдох-выдох. Следить за дыханием. Огибать препятствия плавно. Всё в порядке. Не слушать гудящие ноги. Хотелось обернуться, но Гао Ту даже не пытался. Это замедлит и не принесёт никакой пользы. Не сбавляя темпа, он скинул с плеча лямку рюкзака, быстрым движением перекинул рюкзак вперёд, держа одной рукой на весу. Рванул другой рукой молнию, нащупал внутри аптечку и сбросил рюкзак с руки. Гао Ту успел раскрыть аптечку — а потом его рванули за шиворот и повалили на снег. Пластыри-подавители с бинтами и мазями разлетелись вокруг. Гао Ту видел перед собой безупречно красивое лицо Вэньлана в обрамлении синего неба и еловых ветвей. Начинал идти снег. Они оба тяжело дышали. И Вэньлан смотрел на него совершенно влюблёнными глазами. Бежать уже не хотелось. Совсем. Вэньлан наклонился и, оттянув ворот его куртки, прильнул к шее в поцелуе. Страстном, но нежном. Его губы были такими мягкими… Чужая рука расстёгивала ширинку Гао Ту. — Нет, стой… — прохрипел Гао Ту ему на ухо. Голос подводил. Он попытался помешать ему, но его руку тут же перехватили и, переплетя пальцы, пригвоздили к снегу чуть выше головы. Как романтично. Два трупа в сцепке пронеслись перед глазами. Гао Ту безусловно влюблённый дурак, но твою же мать, Шэнь Вэньлан! — Подожди, хочу видеть твоё лицо… — прошептал ему Гао Ту, зарываясь второй рукой в снег. Вэньлан, чуть прикусив кожу напоследок, всё же отстранился. Ни одной цельной мысли в этих глазах. Гао Ту его не винил. Он сам выглядит так же во время течки. Гао Ту сжал в пальцах столько снега, сколько мог ухватить, и впечатал ладонь Вэньлану в лицо. Вэньлана откинуло как от кипятка. Он порывисто вдохнул. Гао Ту тут же выполз из-под него и отполз на пару шагов, надеясь, что он хоть немного пришёл в себя. Мышцы начинало нещадно саднить. Гао Ту бегает просто отлично, но не из этого положения, не с этими исходными, и уж точно не с альфой в гоне на хвосте. Он понимал, что сейчас у него нет шансов. Вэньлан вскинул на него ошалелый взгляд. Ясный взгляд. Полный ужаса, неловкости и раскаяния. Гао Ту усмехнулся. Его затрясло. Он неожиданно для себя нервно рассмеялся. Хорошо, отлично, полдела сделано. Он окинул взглядом разбросанные вокруг медикаменты. — Гао Ту, я… прости… — голос Вэньлана дрожал. Он сам весь дрожал. — Иди, я… — Ты замёрзнешь здесь насмерть? — как можно более твёрдо спросил Гао Ту, хватая со снега пластырь-подавитель. После чего протянул его Вэньлану, очень стараясь быть спокойным и неприступным. Но рука всё равно тряслась. Вэньлан аккуратно принял пластырь, взволнованно вглядываясь в лицо Гао Ту. — Его надолго не хватит. — Я знаю. У меня есть ещё несколько. И инъекционный ингибитор в рюкзаке. Сейчас, только найду его… Гао Ту торопливо пошёл по их следам вглубь леса. Рюкзак оказался не так уж и далеко. К счастью. Снегопад усиливался, и их следы потихоньку начинало заносить. Когда он вернулся, Вэньлан уже собрал медикаменты на снегу обратно в аптечку и ждал его, прислонившись спиной к стволу дерева. Тяжёлый аромат ириса начинал ослабевать. Но на Вэньлана было жалко смотреть. Конечно. Подавители никогда не были панацеей. Они лишь позволяли страдать с более-менее чистой головой и не причиняя неудобства другим. — Пойдём. Нам нужно дойти до дома, пока следы не занесло снегом, — Гао Ту протянул ему руку. Вэньлан с сомнением посмотрел на него. — Откуда у тебя подавители для альф? — На всякий случай, — не моргнув глазом, ответил Гао Ту. Ему не нужна течка. Но случайный гон рядом ему тоже не нужен. — А для омег? — Вэньлан с подозрением прищурился. Гао Ту знал, что Хуа Юн энигма. И Вэньлан знал, что он знает. Вот чёрт. — Об этом мы поговорим позже, когда вернёмся в дом и вколем тебе ингибитор, — голосом, не терпящим пререканий, ответил Гао Ту. Сейчас он не имел права бояться. Вэньлан, недовольно поджав губы, всё же взял его руку и с усилием встал.

***

Они сидели у небольшого камина на толстом пушистом ковре, закутавшись в пледы и стараясь лишний раз не смотреть друг на друга. И тем не менее, их обоих трясло. И, вероятнее всего, не только от холода. Гао Ту старался дышать через раз. Ирис забивался в ноздри и разгонял кровь по венам. Ему нужно было оставаться в здравом уме, ради них обоих. Сейчас не важно, что творилось у Гао Ту внутри, не важно, что он чувствовал и на что зачем-то надеялся. Что раньше, что сейчас у него были дела поважнее. Он прикусит язык до боли, улыбнётся с долей иронии и продолжит идти дальше, как ни в чём не бывало. Как всегда делал. — Вколи мне ингибитор, — голос Вэньлана звучал глухо и надломленно. Непривычно. — Не могу. Тебе нужно немного отогреться. — Всё в порядке. Гао Ту повернулся к Вэньлану и схватил его за запястье. Запястье было лишь слегка тёплым. А пальцы Гао Ту — ледяными. Вэньлан тут же вырвался из его хватки. С нервным испугом во взгляде. — Отогревайся. Иначе я могу не попасть в вену. Нельзя лишний раз рисковать, мы должны увеличить шансы на успех. Гао Ту протянул свои окоченевшие руки ближе к огню. Отогреваться нужно было не только Вэньлану. Не в такие руки делать уколы, но и не такими руками тоже. — Но я… — Вэньлан замялся. Гао Ту бросил на него быстрый взгляд. Он выглядел так, будто сейчас провалится под землю от стыда. Гао Ту снова уставился на потрескивавший в камине огонь. — Мы могли бы не применять подавители. По крайней мере, прямо сейчас. Дать тебе выпустить пар сначала. Но нам хватит провианта на пару дней максимум. Поэтому всё равно… — Нет!.. Да, конечно!.. Мне нужны подавители… Я не хочу ввязывать тебя в это, и вообще, это мерзко… поступать так с тобой… Гао Ту усмехнулся. — Да, было бы намного удобней, если б рядом оказался подходящий омега… — Что? Нет, стой… — Расслабься. Я помню, что ты ненавидишь омег. Шутка судьбы. Шэнь Вэньлан ненавидит омег, но и как бета Гао Ту недостаточно хорош для него. Впрочем, Гао Ту всегда это знал. Поэтому и нельзя поддаваться на провокации. Сделанное во время гона не будет иметь никакого значения после. Это истина, которую стоит помнить каждому. Они посидят десять минут у камина, он вколет Вэньлану ингибитор, и, как только его отпустит, они уедут отсюда на основную базу. Гао Ту за рулём, Вэньлан штурманом сзади. И вся эта ситуация забудется дурным сном… — Причём здесь омеги? Я люблю тебя, — голос Вэньлана ворвался в окружавшую их тишину. Гао Ту вскинул на него ошарашенный взгляд. Треск поленьев в камине и завывающий за окном ветер были слышны излишне отчётливо. — В тебе говорит гон, — голос вышел неожиданно глухим. Гао Ту прочистил горло. Вэньлан нахмурился и мотнул головой. — Нет, я серьёзно. Я люблю тебя, и не хочу причинить вред. — И поэтому убежал в лес от альфы и энигмы, которые могли помочь? — Гао Ту продолжал диалог на автомате, в голове всё смешалось. Он уловил запах шалфея, примешивающегося к наполнявшему комнату ирису. Ему не стоило ехать в эту поездку. Совершенно точно не стоило. Вэньлан неловко пожал плечами и отвёл взгляд. — Первое, что пришло в голову. Извини. Но я не стану ни на чём настаивать. У тебя есть партнёр, да? Те пластыри для омег… — Они мои. — Ну да… — Нет, они для меня. Гао Ту чувствовал лёгкое головокружение. Нужно было взять себя в руки и заткнуться. Но произошедшее во время гона и течки не сыграет никакой роли после, так что, можешь быть… — Но ты же бета. — Кто сказал? — Ты, — Вэньлан явно перестал что-либо понимать. — Ага, сразу после того, как ты сказал, что омеги отвратительные манипуляторы, не заслуживающие всего этого внимания вокруг них, — Гао Ту усмехнулся. Забавно, как он подтвердил это абсурдное мнение из-за идиотского страха быть отвергнутым. Его жизнь — клятая трагикомедия. Но, опять же, есть вещи гораздо важнее, чем его поломанные отношения с Вэньланом. Например, больничные счета А-Цин и долговые расписки отца. Вэньлан замер на пару секунд, а потом зарылся пальцами в волосы и, зажмурившись, склонился к самому полу. — Чёрт… Прости… Прости-прости-прости… Неудивительно, что ты меня не любишь. — Это ты меня прости. И я люблю тебя, — Гао Ту был неожиданно спокоен, говоря это. Ирис пульсировал в голове, хотелось рассказать ему всё, и не важно, какой запретной тайной это должно было быть. — Не заставляй себя… — пробурчал Вэньлан, всё ещё прижимаясь лбом к ковру. — Я серьёзно. Я люблю тебя, Шэнь Вэньлан. Но через пару дней ты вспомнишь, как ненавидишь омег, и возненавидишь меня тоже. Если не забудешь этот разговор… Вэньлан вскинул на него мутный взгляд. — Неправда. Гао Ту усмехнулся. Что неправда? Что Вэньлан возненавидит его? То, что он влюблён в Гао Ту — вот, что неправда, что исчезнет по щелчку пальцев вместе с гоном. Гао Ту тихо засмеялся. — Вот видишь, ты врёшь. Я никогда тебя не разлюблю, даже если бы захотел этого. А ты врёшь, не знаю, ради чего. С этим нельзя играть. Мне не смешно, Гао Ту, — его голос дрожал, полный плохо скрытого отчаянья и еле заметной злости. Вэньлан смотрел ему прямо в глаза. Гао Ту отнял руки от огня. Пальцы покалывало от тепла. Ему уже бесконечно давно не было смешно. И впервые за долгие-долгие годы он осознанно рушил что-то важное в своей жизни, говоря ему правду. И ему всё равно не верили. Как и он не верил словам Вэньлана, которым управлял гон. Этот диалог начинал терять всякий смысл. — Хочешь доказательств? Гао Ту привык бесконечно что-то доказывать. Это не проблема. Шалфей неожиданно хорошо сочетался с ирисом. Вэньлан непонимающе нахмурился. Гао Ту обхватил его щёки ладонями и склонился к его лицу. Действия говорят громче слов. Всегда. — Что ты дела… — Гао Ту легко поцеловал уголок его губ, и Вэньлан заткнулся. Он смотрел на него в полном замешательстве, но Гао Ту и не думал отстраняться. Слишком хорошая возможность, чтобы упустить её. Губы Вэньлана были мягкими, дыхание обжигало и будоражило. Огонь отражался в его глазах, играл тенями на его коже. Когда Вэньлан прикусил его губу, Гао Ту невольно выдохнул. Мурашки прошлись по позвоночнику. Становилось жарко и нечем дышать. Гао Ту прервал поцелуй и слегка отстранился. Заглянул ему в глаза. — Тебе точно нужны подавители? — голос был хриплым, не слушался. Вэньлан помотал головой из стороны в сторону. Пару раз с усилием отвёл взгляд от Гао Ту. — Да… — выдавил он. — Не так… Нельзя так… Гао Ту скривил губы в улыбке. А по-другому у них ничего не будет. Ну и ладно, чёрт с тобой, Шэнь Вэньлан. Тогда один последний поцелуй — и он снова возьмёт себя в руки, прикусит язык до боли и будет делать то, что должен. Один последний поцелуй… Вэньлан ответил с готовностью. Сжал его плечи в ладонях почти до боли. Простонал в поцелуй его имя. К чёрту подавители, к чёрту всё, им ничего этого не нужно… Входная дверь распахнулась неожиданно, впуская внутрь снег, морозный воздух и завывающую метель. Они вздрогнули и прервали поцелуй. — Ой, мы, кажется, помешали… Можем вернуться завтра! — буднично предложил Хуа Юн. Ворвавшийся порыв ветра прошёлся по всей комнате. Завеса феромонов вокруг спала. Из хорошего, у Вэньлана всё же не такие паршивые друзья. — Нет, помогите ему, — прочистив горло, попросил Гао Ту, избегая прямого взгляда на них. Хуа Юн сдавленно засмеялся в кулак. — Мне кажется, ты ему поможешь куда лучше нас. — Да, уходите… — простонал Вэньлан, снова склонившись к ковру. — Инъекционный ингибитор в рюкзаке! — повысив голос, заявил Гао Ту и рывком поднялся на ноги. Его тут же повело в сторону. Он сам пошёл к рюкзаку, где уже рылся Шэн Шаою. — Держи, — Шаою протянул ему пластырь-подавитель. Для омег. В его лице читалось лёгкое волнение. — Спасибо… — Гао Ту кивнул. Шэн Шаою кивнул в ответ и, вытащив из рюкзака кейс с инъекционным подавителем, направился к Вэньлану. Гао Ту, наклеив пластырь, сполз по стенке на пол. Из хорошего, у Вэньлана, в принципе, приемлемые друзья. Из плохого, они могут рассказать Вэньлану, что видели, и Вэньлан может всё вспомнить. И тогда Гао Ту крышка. Он тяжело выдохнул, смотря на пляшущий в камине огонь. Ему определённо не стоило ехать в эту поездку. Но уже чёрт с ним. Губы Вэньлана намного мягче, чем он думал.