Интровертно незаконное месиво табуреток

Если задуматься как следует, легко понять, что если бы я была чьей-то девушкой, этот человек бы сильно настрадался со мной. Ревность к каждому столбу, ужасное собственничество, почти нездоровое желание заявить всему миру "это мое!"...слышали строки полматери "я хочу тебя забрать и убежать от них,/только ты и я, песок и море с пальмами"? Все про меня. А ещё я очень сильно привязываюсь. Я точно не избегающий, но, скорее всего, тревожный. Постоянно кажется, что я навязываюсь. Что на самом деле я бешу собеседника, а он просто меня терпит и улыбается, лишь бы я отвязалась. Поэтому иногда я регулярно начинаю задавать вопросы по типу "а я тебя точно не бешу?". Сложно не понимать. Сложно обманывать свой мозг, говоря ему что-то типа "окей, мы пара, все, заткнись и не мешай" и при этом знать, что это не так. Что нихрена не будет, и я только даю своему мозгу потешиться ложной надеждой. Особенно последнее время. Когда я чувствую себя ненужной по отношению к человеку, чувствую, что от меня ему никакой пользы нет. Просто какое-то несуразное ноющее существо. Причем, когда я в нормальном, не депрессивном состоянии, такие мысли меня не беспокоят. Мда... Я лежала на спине, смотря в потолок и слушая какую то мелодию без слов. Под такое удобно думать. Хотя, честно говоря, думать я могу под что угодно, хоть под панк-рок или фонк. Я не совсем меломан, есть жанры, которые я не слушаю, но все же я слушаю очень разную музыку. Даже заслушав песню до дыр, я не прекращаю и могу крутить один и тот же трек несколько суток. Как я уже говорила, наушники у меня такие, что даже не на полной громкости я перестаю слышать внешний мир. Вообще. Я не слышу вообще ничего. Ни стука в дверь, ни шагов, ни слов собеседника, если такой объявится. Но, когда перестаешь слышать, начинаешь чувствовать. Я научилась угадывать шаги и открывающуюся дверь по колебаниям воздуха. Примерно так я ориентировалась дома, когда лежала на кровати, уткнувшись в Антона. Иногда, конечно, меня можно застать врасплох в очень странной позе, таращущуюся на вас такими глазами, как будто меня поймали с поличным на месте преступления. Ну а кто из нас не представлял в голове сцену эпичной битвы с собой в главной роли под какой-нибудь трек? Но последнее время это желание как-то испарилось. Сил не осталось. И брать их было неоткуда. Не было сил даже написать кому-нибудь, спросить, как дела, пожаловаться на свое отвратное состояние. Помню, в прошлые, осенние каникулы я впала в какое-то супер интровертное состояние, и не подпускала к себе никого, кроме Алёны, а с ней общалась сутки напролёт. До сих пор не знаю, что на меня тогда нашло. Сейчас вроде получше, но все же. Спустя какое-то время мне удалось уснуть. Снилась мне какая-то полнейшая дичь про Летово, Алёну, мать, перспроект и ещё Анатолия. Кто такой этот Анатолий, мне уже не вспомнить. У меня было воскресенье. Точнее, его половина. Я успешно выкинула их в окно, ничего не делая и изредка переписываясь с Дианой. А потом была Ночь. С большой буквы, потому что это - событие редкое. И до него ещё дожить надо. Но каждый раз я жду его, как будто завтра меня расстреляют за пропаганду. Ну да, ну да, возможно, я просто извращённый пубертатник. Но как же мне плевать на это по Ночам. Вот вы сначала попробуйте сосаться туеву хучу раз по туеву хучу минут до головокружения, при этом иногда сменяя "романтику" на смех, а потом уже думайте, отношусь я к "пубертатникам" или нет. А может, я просто слишком тактильная. Сложно все это. А что в нашей жизни вообще легко? Мой мозг все равно не успокоится, пока я не разберусь, какого же черта между нами происходит, пока не сдам экзамены и не напишу олимпиады и пока я не перестану считать свое тело и навыки некрасивыми, глупыми и бесполезными. Ночь была такой же, как и все Ночи - ахуенной, бессонной и с постоянным, приятным ощущением "неправильности", но при этом логичности происходящего. Утром мы заварили кофе. Алёнин, у меня такового не водится. На шее у меня красовался свежий засос, и я уже предчувствовала, как же буду психовать перед бассейном, пока Алёна будет смотреть на меня (ну конечно, у нее то купальник закрытый, хоть все тело засосами разукрась, ей похрену) и ржать с выражением лица "эхехе ща я выдам шутку/фразу от которой тебя флэшбекнет и ты начнёшь пиздить меня чем угодно, при том, что мы обе прекрасно понимаем, что мои шутки тебе нравятся". Из дома я притащила колоду карт, и иногда мы играли в дурака. Как правило, проигрывала я, на что Алена отвечала: - не везёт в картах, повезет в любви. - так уже... - а какого черта мне тогда везёт в картах? Вообще, таких моментов много - шутки на обеде, споры на поцелуи, цитирование отрывков каких-то мемов или книг наизусть, очень много чая...Сложно их описать, ведь придется вырывать из контекста, а если не вырывать из контекста, то я этот самый контекст буду объяснять несколько суток. Поэтому, я стараюсь запоминать их так, чтобы контекст был короче недели. Пока не особо справляюсь, но это так, детали. Раз в два-три дня я ставила наушники на зарядку. И это не было бы проблемой, если бы не до ужаса короткий провод. Из-за него мне приходилось вставлять наушники на ощупь, согнув руки в четырех местах из двух возможных. Действие это происходило всегда ночью, и, поэтому, если мне не удавалось сразу запихнуть наушники в кейс, висящий на проводе, это сопровождалось звуком искреннего разочарования из-за того, что я могла разбудить ту, кто заведомо не спал. Да, логика у меня просто железная. Но ночью любые звуки кажутся гораздо громче, чем есть на самом деле, не только щелчок коробки от наушников. Да и сама я стала зашуганной после зимних каникул, что только обострило ситуацию. Настолько, что первое время после возвращения меня коробило от любого звука, будь то шуршание одеяла или, боже упаси, голоса из-за стенки. Там жили те самые соцэки, собираясь своей компанией именно в этой комнате, как будто назло. Насколько я помню, даже первый день учебы не обошёлся без того, чтобы не ударить кулаком по стене в знак праведного гнева и "да завалите ебало". Почему я стала такой зашуганной? Спросите мою мать, она вам ответит. За все каникулы выспаться мне не удалось, хотя каждый вечер меня ещё в 11 гнали спать. Естественно, спать мне не хотелось, и я сидела в телефоне, поставленном на зарядку в изножье кровати. Вся соль была в том, что кровать довольно скрипучая, и мать как-то научилась различать тип этого скрипа, чтобы понять, когда я "прыгаю к телефону". Из-за этого ее прекрасного навыка я постоянно сидела как на иголках, готовая в любой момент положить телефон, не задев при этом кровать, и принять более-менее естественную позу. Две недели подряд. Поэтому, когда я, ничего не подозревающая о таких побочных эффектах нахождения дома, легла спать и, услышав какой-то звук, то ли скрип матраса, то ли соседнюю дверь, резко проснулась, да ещё и с тревогой, поняла, несколько вредно мне находиться в "родном" городе. Уснула я тогда только благодаря последней таблетке мелатонина, валявшейся у меня где-то в сумке. Кстати, о той, кто "заведомо не спит". График сна Алёны просто поражает своей стабильностью - то она спит 16 часов подряд, то не может заснуть и спит по 2-3 часа. Как она выживает, я понятия не имею. А на своем опыте я не решусь проверять. Точнее, не сейчас. Я сейчас слишком занята для таких экспериментов. Возможно, чуть позже я обязательно проверю, как это работает на самом деле. Алёна меня, естественно, прибьёт, если узнает, но это мы опустим. Время до региона сокращалось с феноменальной скоростью.