не важный

это было день рождения Уилла. в тот день, когда, как казалось, всё внимание и вся любовь должна быть адресована к имениннику. хоть сам парень и не очень любил излишнее к себе внимание, он всё же никак не мог даже подумать, что про него попросту забудут. по началу, он надеялся, что, возможно, в конце дня будет что-то вроде сюрприза. вынесут торт, будут хлопушки, веселье.., но этого не произошло. ни утром, ни днём, ни, забегая наперед, даже вечером. весь день он чувствовал себя третьим лишним, будучи окружённым людьми. без сомнений, приезд Майка был очень важным и долгожданным, даже несмотря на их взаимоотношения последний год. возможно, парень просто устал с долгой дороги и забылся хотя бы извиниться.. или же правда забил на их дружбу. было обидно. Уилер проводил всё время с Оди, хоть и вел себя как-то странно, но с другой стороны, никто не мог подтвердить, не показалось ли Уиллу. в любом случае, кудрявый лишь иногда делал вид, будто обращает вообще внимание на находящегося рядом Байерса, что лишь сильнее разбивало тому сердце. видеть, как твой, когда-то лучший, друг и твоя сестра так счастливо проводят время без тебя.. невыносимо больно.

***

день был правда тяжёлым. хоть троица почти сразу же ушла с роллдрома, они всё так же приторно проводили время, просто в другой локации — кафешке. "они" это без Уилла. и теперь, придя домой, он был очень уставшим и жутко злым. почти весь день он вел себя терпимо и спокойно, — как тряпка, — было пронеслось в мыслях. но была и другая проблема, вытекающая из предыдущей. приглашенный на семейный ужин Майк. уже не верилось, что это может быть как-то связано с днём рождения. Уилл не ошибся. хоть Байерсу и не было ведомо, что происходило в доме весь день, он точно чувствовал некое напряжение между всеми, хоть семья и выглядела вполне обычно. шумно, улыбчиво и ещё раз шумно. не имея сил больше терпеть это всё, парень, пытаясь не выдавать своё недовольство, даже не притронувшись к еде, поблагодарил за ужин, уходя в свою комнату, ссылаясь на то, что ему ещё нужно закончить картину. и третья проблема. чертова картина. сейчас парень вовсе не понимал зачем брал её с собой, зачем вообще пытался выразить свои чувства на холсте.. мысли путаются, сливаясь в кашу, липкую и противную. это всё его вина. тревога пробирает до дрожжи. всё жутко раздражает. чувства бурлят в жилах, пробираясь до самого сердца, раня. он сжимает пальцы в кулаки, ногти больно впиваются в ладони, точно оставив след после. из потока самобичевания вырывает стук в дверь. раз. второй. мама или Джонатан не стали бы заходить к нему сейчас. и снова. три, четыре. Уилл пытается глубоко дышать, успокоиться, чтобы не сорваться на бедного первого встречного. пятый, шестой. сделав последний глубокий вдох и выдох, он выдавил из себя тихое, — входите, — в мыслях уже откручивая голову настойчивому неизвестному засранцу за дверью. честно признать, было плевать кто там. одинаково не хотелось никого видеть, однако судьба решила проверить насколько ему было действительно плевать. это был Майк. Уилл молча уставился на него, словно олень в свете фар. не замечая явное беспокойство парня напротив, он лишь спустя минуту смог выразить недовольство — почему ты вообще.. — Уилл, ты вел себя сегодня отстранено.. что-то случилось? если хочешь, мы могли бы.., — аккуратно было начал Уилер, но его перебили. в миг, Уилл почувствовал всё и сразу. вязкая тревога перетекла в ярость, а та, видя проблеск искренности во взгляде Уилера, переросла в давящий горло ком, добавив сверху дрожь в руках, — могли бы что, Майк? поговорить? после того, как ты больше года игнорировал меня? и сегодня, в мой день рождения, ты снова забыл обо мне, не обращая внимания вовсе! — Уилл с силой вцепился пальцами в его костлявые плечи, на глаза наворачивались слёзы, теперь, вместе с телом дрожал и голос, — неужели я сделал что-то не так? чем я это заслужил и почему ты ведёшь себя так, будто так и должно быть? Майк, боже хотя бы сейчас.. объясни мне! почему всё так изменилось..почему..Майк.., — последнее он произносил одними лишь губами, уже не имея сил на более. голова была опущена, пальцы оставались вжаты в чужие плечи, пока собственные вздрагивали при каждом вдохе. теперь оленем в свете фар был Майк. сказать, что он ошарашен — ничего не сказать. он ещё ни разу не становился свидетелем подобного. не только от Уилла. в целом, подобные столь яркие эмоции были чем-то вроде новинки для кудрявого. понимая, что причиной является он сам, наблюдать за этим всем было в разы больнее. своей глупостью и страхом он всё испортил. уже давно и надолго. придя в чувства, Уилер, словно машинально, положил руки на чужие плечи, осторожно поглаживая. он не был уверен имеет ли он право сейчас на подобные проявления заботы или ему вообще стоит застрелиться прямо сейчас.. но всё же он пытался исправиться. — Уилл, мне.. очень жаль, — глаза бегали по уткнувшийся в его грудь русой макушке, будто надеясь, что так будет проще подобрать нужные слова. — я боялся.. много чего. что в новой школе ты нашел себе нормальных друзей, лучше меня. что стал не интересен тебе и поэтому мне не писал, хотя мне стоило ещё раз подумать и написать тебе первым, переступить через свой страх. я часто перечитывал письма Оди, в которых она хотя бы мельком упоминала тебя, после ещё долго собирая в голове пазлы из полученной информации.. я очень нуждался в тебе, оттого и боялся. я виноват, прости меня.. — нет.. — что? Уилл поднял голову: слезы оставили влажные следы на его лице, покрасневшие глаза смотрели прямо, прожигая Майка насквозь. — почему ты вообще вдруг стал считать себя плохим другом? до моего отъезда всё было замечательно и ты был больше, чем хорошим другом. но потом.. что-то изменилось. ты изменился. — я.. я не уверен, что сказать тебе.., — вина сдавила лёгкие, но разве он мог так просто признаться ему? сейчас? — я не приму твои извинения до тех пор, пока ты не объяснишься, — выдох, хватка на чужих плечах сошла на нет, а взгляд был отведен в сторону, — но и заставлять тебя не собираюсь. так что, если это всё.. — потому что я люблю тебя, — признание вылетело из его уст быстрее, чем он сам успел его обдумать. само собой, по другому и не вышло бы. какой же идиот. хотелось провалиться под землю, дабы не видеть чужой реакции, но всё же, их зрительный контакт был восстановлен и Майк не заметил во взгляде Байерса хотя бы намёк на злость, ненависть или отвращение. только искреннее удивление и.. тоску? — ты сейчас.. серьёзно? — Уилл пытался говорить как можно более нейтрально, боясь, что это могла быть ложь или он снова всё не так понял. — да.