Шанс на искупление

      В тот день небо над Пентаграмм-сити было другим, привычная кроваво-бордовая палитра сменилась тусклым красноватым оттенком. Облака из пыли и дыма проплывали медленно, их было много. В воздухе висело еще тягостное ощущение недавних битв. Разрушения свидетельствовали о недавнем погроме, район Ви придется полностью восстанавливать. Во всем этом хаосе сильнее всего выделялись ангелы, своей чистотой и показной невинностью. Белые светлые платья, яркие нимбы над головами, аккуратно сложенные переливающиеся жемчужно-золотые крылья. Они были здесь лишними, резали глаз, и им самим было некомфортно. Божественный облик Рая и ангелов, за столько лет ставший для грешников синонимом смерти и страданий, вдруг начал меняться. Сейчас никто не бежал в страхе, не пытался спрятаться или защититься, демоны просто наблюдали за происходящим. Наблюдали за тем, как Оверлорды, принцесса Ада и Сама Младший Серафим общими усилиями спасли от уничтожения их дом.              Мир изменился, и, кажется, сами правила мироздания подверглись преобразованиям. Тот, кто был рожден от греха, преобразил мир, не смотря ни на что. Принцесса была самой счастливой душой в этот день, она доказала всем свою правоту, спасла свой народ и заставила публику поверить в её дело. Стремящаяся личность пробьётся сквозь все невзгоды навстречу своей мечте              Он был стремящейся личностью. При жизни добивался успехов, хоть и не самым праведным путем, покорял вершины, шёл по головам. Попав в Ад его цель не изменилась: только вверх, вперёд, быстрее всех, лучше всех, доказать всем, или кому-то одному, что он чего-то стоит, что он смог все сам. И конечно, его старания воздались ему втройне: он владелец крупной компании, имел двух союзников в лице влиятельных Оверлордов, любые его желания выполнялись во мгновение ока.       Одно только было ему не по силам — это стремление захватить, завладеть, заполучить Аластора. Вокс мечтал об этом всю свою загробную "жизнь". Грезил мечтами о нем, думал перед сном, жаждал в минуты уединений. Неприкрытое восхищение и очарование переросло в более серьёзные чувства, не поддающиеся пониманию, но заставляющие сбоить его технологичный организм каждый раз после взаимодействия с обьектом обожания.       Можно ли пережить расставание в таком случае? Слова не ангельское оружие, и придётся жить дальше, пытаясь закрыть рану в душе. Самому отпустить подобное вряд-ли получится, но кто станет заморачиваться на психологическую помощь в Аду? Конечно, проще забыться в круговороте порочности, чем решать свои проблемы. Особенно когда считаешь, что проблем-то у тебя и нет.       Вокс не помнил сколько пролежал так. Ничего не болело, ничего не хотелось. Он смотрел на мимо проплывающие облака, на изредка показывающуюся Пентраграмму, и осознавал величие неба. Все тщетно, все не имеет смысла, только бесконечная высота. Везде обман и вся сущность бытия была больше не нужна Воксу. Он еще не до конца понял свое нынешнее положение, не думал о будущем, не анализировал произошедшее. Голоса доносились до него, и кажется они были радостными, но зачем это все теперь? Пустота была внутри Вокса или он сам стал пустотой, не важно, ведь по итогу все это так нелепо. Он стремился ввысь, хотел захватить Рай, все было в его руках, но одержимость, маниакальная извращенная донельзя "любовь" взяла вверх, отрубила мозги, отключила сознание. Хватит ли целого океана, чтобы смыть весь этот позор? Он знал, что это конец, знал, что проиграл, знал, что не смог победить Аластора. В конце концов, Вокс ничего не смог с собой поделать.       Матрица экрана начала подтекать, шляпа давно где-то упала, динамики отказывались работать, а оторванное тело давно запинали ногами куда-то под обломки. Желание закончить жизнь увеличивалось с каждой минутой, но что он может сделать?       Приближающиеся шаги в виде постукивания двух пар каблуков приближались к Воксу. Силуэты были полны агрессии, движения были резкими и быстрыми. Подойдя ближе, фигуры встали перед измученным экраном. Вокс узнал в них своих старых напарников, в какой-то степени друзей, может даже семью. Он никогда не задумывался о том, кем они для него являются. Вельвет была ему как младшая сестра или дочь, он любил ее, хотел лучшего. Он ценил её советы, ценил ее способности, но часто ненамеренно обижал и пренебрегал ею. Вокс не имел привычки извиняться и у Вельвет копилась обида на него. С Валентино же были более сложные отношения. Он не любил его как пару, но проводил время в постели. Не интересовался его мнением, но всегда на него рассчитывал. Плевал на его чувства и поддерживал видимость любовной связи только ради выгоды. Но, несмотря на это, все равно была привязанность к обоим Оверлордам, все же они стали для него ближе всех в Аду.       Вельвет смотрела на него свысока с презрением, явно не желая ему помочь, а у Валентино в руках было ангельское оружие-пистолет. Вокс хотел было сказать что-то друзьям, поприветствовать их, возможно извиниться, но звук выходил тихим и скрежущущим, динамики сильно сломались, разобрать что-то было нереально. Бывшие партнёры по "бизнесу" смотрели на него сверху вниз, в глазах читалось отвращение, всем видом они показывали свою неприязнь к нему. Их взгляды были полны осуждения. Улыбки давно пропали с их лиц, губы были сжаты в кривую линию, они стояли скрестив руки. Валентино было наклонился, открыв рот чтобы что-то сказать, не не стал. Вместо этого он достал пистолет и направил на Вокса. На экране появилась ухмылка, теледемон знал, что обычные пули ему не страшны и что ему нечего боятся. —Мне их дала Кармилла.— сказал Вал, показав на магазин пистолета, и переглянулся с Вельвет. Получив от нее одобрение в виде кивка, Вал снова направил оружие на бывшего партнера. Зрачки Вокса сузились, взгляд замер на дуле пистолета. —Аdiós, cariño...— Прозвучал выстрел.       Что бывает после смерти в Аду? Душа никогда уже не обретёт покой и не сможет искупиться. Она обречена на вечные мучения, становясь частью Ада. Большая часть сознания умирает вместе с демоническим телом, остальная же часть вечно мучается в агонии собственных грехов и мыслей. Самые жалкие грешники вросли в ту же землю, что и некогда могучие Оверлорды. Все две жизни стремясь к большему, имея желание и возможность достичь высот, душа все равно рано или поздно обретёт свой конец в адской почве. Искупление дано не всем, а лишь тем, кто совершил не тяжёлый грех и готов исправить его.              У Вокса же никогда не было ни единого шанса не искупление