❄Шалости норки.

Глава 11

ААРОН

Мы в гостиной на диване, и Пакс отключился на середине «Чуда на 34-й улице». Он очарователен, и я притягиваю его ближе к себе и поправляю наше общее одеяло. Мы съели кучу еды и отложили остатки на потом, прежде чем удалиться в гостиную смотреть фильмы. Я подумал, что это будет спокойный вечер, когда ему не придется слишком много думать о тихой интимности всего этого. Ему нужен как можно больше отдыха после такой изматывающей течки. Я думал, что она вытянет из меня больше, но после довольно короткого сна после той последней волны я снова был готов к действию. Может, так происходит, когда помогаешь своему Судьбой избранному пережить течку? Я не уверен, и мне не у кого спросить. Несколько дизайнов играют у меня в голове, но они недостаточно сформированы, чтобы их зарисовывать. Я знаю, что некоторые люди постоянно все зарисовывают, но это не мой процесс. Большую часть времени мой мозг работает со скоростью мили в минуту, но с тех пор, как началась течка, он успокоился. Я могу на самом деле думать о дизайнах без стресса. Пакс вдохновляет меня и напоминает, что мне тоже нужно отдыхать. Титры фильма прокручиваются, и я втягиваю Пакса к себе на колени, чтобы поднять его. Он почти не шевелится, когда я встаю. Я просто хочу зарыться носом в его горло и чувствовать его запах днями, но мы не говорили об этом. Мы вообще мало, о чем говорили, но я знаю, что это изменится, когда он почувствует себя готовым. Я кладу его в кровать, и он хватается за меня, когда я пытаюсь отстраниться. - Не уходи. Пожалуйста, не оставляй меня. - Он хнычет во сне. - Я никуда не ухожу, дорогой. - Я снова прижимаю его к себе, а затем ложусь в кровать с ним прямо сверху на мне. Это идеально. Мне все равно, что это немного неудобно. Я набрасываю одеяла на нас обоих и обнимаю его, пока не отключаюсь. Я просыпаюсь от лужи слюны на груди и стояка, давящего на мое бедро, и я не мог бы быть счастливее. - Черт. Извини! - Пакс приподнимается и вытирает мою грудь рукой. - Все в порядке, дорогой. Значит, ты был счастлив. - Я треплю его по спине и снова притягиваю вниз. - Не о чем беспокоиться. Его лицо розовеет, когда он ухмыляется. - Это странно, что я больше смущен из-за слюней, чем из-за эрекции? - Не смущайся ни из-за того, ни из-за другого. Я не смущаюсь. - Я наклоняю бедра, чтобы он мог увидеть палатку, которую я делаю с одеялами. Пакс смеется и плюхается на спину, просто глядя в потолок. Я так сильно хочу его поцеловать. После всего, что мы уже сделали, это единственное, чего мы еще не делали. Но я не буду просить, потому что не уверен, что он готов. - Еще раз спасибо. Это была лучшая течка, которую я когда-либо испытывал. - Рад быть полезным. - Я беру его за руку и сжимаю. - Чувствуешь себя получше сегодня? - Намного, намного лучше. Спасибо. - Он сжимает мою руку в ответ, и мое сердце тает. Я знаю, что я предвзят, потому что верю в Судьбой избранные пары, но я уже думаю, что Судьба выбрала для меня идеально. - Как насчет того, чтобы встать и найти милое местечко на завтрак? В таком городке должно быть что-то. Затем пойдем за продуктами. Как долго ты планируешь здесь оставаться? Я забыл спросить раньше. Я уезжаю третьего января. Пакс фыркает смехом. - Я тоже. Мы оба садимся и свешиваем ноги с противоположных сторон кровати. - Откуда ты? - спрашивает он, пока мы переодеваемся из пижамы в одежду, пригодную для внешнего мира. - Я из Вирджинии. Я свищу. - У тебя был долгий, долгий перелет, да? Я из Мичигана. - Мы живем очень далеко друг от друга, и это делает мое сердце тяжелым. - Полет вовремя ПГС может идти лесом. Но у нас была действительно отличная стюардесса. Она помогала мне сохранять прохладу все время. - Я не завидую Омегам. Все мои братья и сестры и я - Альфы. У мамы и папы были полные руки с пятью такими, как мы. - У меня две старшие сестры Беты. Мама все еще называет меня своим малышом. Мне тридцать два! - Никогда бы не подумал. У тебя такое милое детское лицо. - Я похлопываю его по щеке, и он отмахивается от моей руки, но все еще ухмыляется, так что, думаю, я его не обидел. К счастью. - А ты? Я прижимаю руку к груди. - Леди никогда не раскрывает свой возраст. Он фыркает, опускаясь снова на край кровати и натягивая носок. - Конечно. Конечно. - Тридцать семь. Тридцать восемь в феврале. В День святого Валентина, если быть точным. - Уверен, твои родители были в восторге от праздничных детей. Я киваю. - Да. День святого Валентина - любимый праздник мамы после Рождества. Она хотела назвать нас всех в честь разных рождественских предметов, но папа наложил вето на имена Орнамент, Джолли, Джингл, Гирлянда и Венок. - К твоему сведению, я бы тоже наложил вето на эти имена. - Пакс смотрит на меня. В его глазах такой прекрасный блеск. - В итоге нас всех назвали в честь дядей. Пока Мисти не выбрала имя Мисти. Ее мертвое имя ей никогда не подходило, в любом случае. - Я вздрагиваю, вспоминая, как сильно она его ненавидела. Улыбка Пакса, кажется, становится еще ярче. - Моя старшая сестра выбрала Анну, когда совершила переход. Маме потребовалось некоторое время, чтобы понять все, но, к счастью, она в итоге пришла к пониманию. Легче ли в семьях оборотней? Клянусь, мое сердце пропускает удар. Судьба действительно знает свое дело. - Иногда, не всегда. Зависит от семьи, правда. Моя, очевидно, фантастическая. Он снова фыркает. - Анне было тяжело, но я горжусь ею за то, что она стала своей истинной сущностью. Это нечто важное. - Действительно, это так. Всегда будь собой. Если только ты не можешь быть чем-то волшебным, тогда будь волшебным. - Говорит оборотень. Ты и есть волшебный. - Это тебя беспокоит? - Я готовлюсь к его ответу. - Меня трахнуло волшебное существо. С чего бы это меня беспокоило? - Ты только что не назвал меня волшебным существом! - Волшебная норка. - Он тычет меня в бок. - Лучше. Намного лучше. Теперь пойдем возьмем немного еды и продуктов. - И мне нужно найти прачечную, чтобы постирать свой беспорядок. - Пакс бросает взгляд на дверь в ванную. - Нет-нет. Мы вызовем горничную, чтобы разобраться с этим. Часть их услуг - убирать после течек. - Я не хочу, чтобы Пакс об этом беспокоился. - Хорошо, но я не думаю, что они ожидают… - он кивает в сторону двери в ванную. - Этого. - А я уверен, что они видели всякое. - Я беру телефон на тумбочке и звоню на стойку регистрации. - Брэнсон? Прекрасно. Будь добор, пришли горничную в домик 22 для уборки после течки? Мы идем завтракать и по магазинам, и мы навели большой беспорядок. Пожалуйста, принеси свежие полотенца, простыни и наволочки, и я не знаю, целый шкаф белья, пожалуйста и спасибо. - Брэнсон все еще говорит, что сейчас все будет, когда я вешаю трубку. - Видишь? Легко. - Мне все еще неловко. - Они пошлют Бет или Омег. Никто не возбудится от твоих феромонов. О! Но, возможно, стоит спрятать игрушки. Глаза Пакса расширяются, и он мчится в ванную. Когда он выходит, он сжимает свою цветочную сумку. - Я сложил все в ванну, чтобы было проще. - Идеально. Теперь, еда, или я стану ворчливым.