Магическая битва: хэдканоны.

Вы все когда-то были лучшими друзьями, и за это время успели узнать друг друга достаточно хорошо, чтобы избегать скандальных ситуаций в романтических отношениях. В основном, конечно, ты сомневалась насчёт взаимоотношений парней — раньше они часто друг друга подкалывали не самым мягким образом, и было немного волнительно, не перерастёт ли это в соперничество за твою любовь. Но всё оказалось куда проще — их связь друг с другом была глубже, чем ты представляла. Без этого полиаморные отношения с ними не сработали бы. Каким-то образом у вас получилось создать отношения, полные любви, поддержки и взаимопонимания. Конечно, без переменного перевеса в чью-то пользу не обходилось, но никто из вас не чувствовал себя долго отвергнутым другими. Бывало, что, вернувшись домой после изнурительной миссии, ты заставала их вдвоём в гостиной. Пока ты думала, что незаметно заглядываешь к ним через щель дверного проёма, они смеялись и играли в приставку. В один момент Сатору выпускал из рук джойстик, и тот стремительно падал вниз, мягко ударяясь о поверхность ковра. Никто из них не тянулся поднимать его, потому что оба уже были заняты наслаждением мягкими и местами потрескавшимися губами друг друга. Ты издавала тихий писк и отступала назад, смущённая увиденной сценой, но вдруг дверь, прятавшая тебя, открывалась нараспашку. Оба мужчины обращали взор в твою сторону: Годжо — со знающей ухмылкой, Гето — со спокойствием в чертах и какой-то присущей ему загадкой в глубине тёмных глаз. И эти взгляды двух мужчин сообщали тебе, что, позволив им обнаружить своё присутствие, ты больше не останешься в стороне. Почти всегда они не давали тебе слишком отстраниться, даже если ты хотела. Это было похоже на перетягивание каната, только каждый боролся за счастье двух других. Оказавшись внутри этого механизма, все принимали за должное такое поведение — и ты с удовольствием подхватила этот настрой, познав все прелести и горести подобного самопожертвования. Иногда ты тянула слишком сильно, а кто-то из них недотягивал, или наоборот. Так рождались конфликты, которые, впрочем, не длились достаточно долго, чтобы перерастать в ссоры. Время от времени вам всем нужно было побыть одним. Порой, по одиночке, порой тебе с кем-то из них, порой им друг с другом. Ты не знала, как именно чувствовали себя Сатору и Сугуру, когда ты оставалась наедине с последним из двоих, но хорошо помнила, как чувствовала себя ты, выкинутая за борт этой личной жизни уже ими. Свет из прощелины комнаты, стелющийся по длинному коридору исчезающим лучом, и ты, прильнувшая спиной к противоположной стене, сидящая на полу с баночкой открытой содовой в руке. Поворачивая её под нужным углом к просачивающимуся свету, наблюдаешь через маленькое отверстие за появлением и лопанием пузырьков газа. За дверью слышится мужской смех, и твой блеклый взгляд переносится на деревянную поверхность, а затем на тени, поднявшиеся и опустившиеся под ней. В груди как-то пусто. Нет желания ворваться в их маленький мирок и снова стать его частью, — ведь головой ты понимаешь, что им нужно это время вместе — но нет и сил сидеть возле спальни дальше. Начинают посещать воспоминания о подобных моментах ранее и мысли о том, что начинать эти отношения было в корне неправильно, и не только по отношению к тебе. Но ты небрежно стряхиваешь эту тяжесть с собственных плеч, поднимаясь во весь рост и направляясь в тёмную тишину гостиной. Потому что знаешь, что завтра, когда вы трое воссоединитесь, ты уже будешь думать иначе. Ваша интимная жизнь, наоборот, была минным полем, где временные отстранения друг от друга для уединения с кем-то одним считались недопустимыми всеми сторонами, только если это были не поцелуйчики или другие маленькие шалости. Сколько поз и ролей вы перепробовали не пересчитать и по пальцем четырёх рук, в фантазии вам троим точно не занимать. Однако ты на остаток своей жизни запомнила, как это начиналось впервые. Вы все просто игрались, как тебе казалось. Парни забавлялись, ты смеялась из-за их придурковатости, потом завязался какой-то дружеский спор, в ход пошла щекотка и шутливые пытки с целью выманить личные секреты друг из друга. Годжо оказался позади тебя на мягких подушках кровати, его крепкие руки обхватили твою талию, утягивая назад и прижимая ближе к своему широкому торсу. Нос настойчиво уткнулся в местечко под ухом, вдыхая аромат шампуня, смешанный с натуральным запахом твоей кожи. В этом не было ничего необычного, он просто нежился в тепле твоего тела, как приставучий кот, и ты не особо возражала. Пока сверху на тебя не забрался Сугуру, и пока ты каким-то образом не стала центром происходящих событий. Ты не могла знать наверняка, но в тот момент показалось, что они одними лишь встретившимися взглядами договорились о том, что должно произойти дальше. Теплота внутри сменилась пробудившимися бабочками в животе, когда Сатору на мгновение сжал тебя в объятиях по-собственнически, позволяя губам очертить контуры шеи. Слишком интимно, чтобы быть простым заигрыванием. Прежде, чем ты успела запротестовать, его ладони подхватили твои ноги под коленными чашечками и подняли их ввысь, раздвигая в стороны и устраивая тебя поудобнее у его собственной груди. — С-Сатору, что ты делаешь... — с волнением заикнулась ты, тут же перебитая видом второго твоего парня, опускающегося на колени перед краем кровати. Его сильные руки легли на твои бёдра, пододвигая их ближе к его лицу, и твоё дыхание перехватило от этой беспомощной, но такой возбуждающей позиции. Твои ладони машинально поднялись, без труда обхватывая предплечья Годжо, а спина изогнулась навстречу его торсу. Его горячее дыхание обдало шею сзади, когда длинные и шероховатые пальцы Гето отодвинули ткань твоих шортиков вместе с трусиками в сторону, чтобы прильнуть к месту, где ты уже горела для них, жадным и влажным ртом. Тело пронзил удар тока, и твоё сопротивление быстро растаяло в сладкие, томные стоны, смешивающиеся с напряжением в воздухе и собственными разгорячёнными вздохами двух мужчин. Твоя голова запрокинулась, и рассеянный взгляд туманного наслаждения был встречен пристальным, довольным взглядом лазурных глаз Годжо. Поцелуй оставил мокрый след на лбу, а хватка под коленями стала крепче и надёжнее. Одна из рук Гето стала прокрадываться выше по твоему телу, поднимая футболку и скрываясь за тонкой тканью твоего топика, чтобы нежно сжать и помять одну из мягких грудей. Указательный и средний палец второй руки проникли внутрь, заставив тебя содрогнуться в натянутом, как тетива, напряжении. Язык Сугуру задержался на клиторе, давая ему последнее сильное посасывание, прежде чем двинуться выше. Облизать низ твоего живота в горячем порыве, пока пальцы начинали работать в более ускоренном темпе, подстраиваясь под твоё учащённое сердцебиение. Сладкие стоны превратились во всхлипы, мольбу о пощаде, но были поглощены всё тем же ртом чёрноволосого мужчины. В один момент всё тело задрожало. Оба парня, чувствуя твой оргазм, стали одаривать нежную шею поцелуями, смягчая эффект твоих ощущений, делая возвращение с небес удовольствия более плавным и приятным. Твои пальцы впились в их кожу, оставляя красные царапины, как напоминание о том, что два сильнейших мага-экзорциста сделали с тобой этим вечером. Когда всё закончилось, не осталось ничего, кроме сладкого послевкусия от запретного плода и улыбок на ваших лицах.