Зимняя ночь тайны прячет.

Зачем он приходит сюда? Снова и снова. Знает, что несёт это лишь боль и всё ровно приходит напролом отрезвляющим мыслям. Желает видеть, подглядеть, хотя бы одним глазком! Хотя бы.. хотя бы немного. Босые ноги жмутся в неуверенности и от холода. Не страшно. Всего один раз. Один.. Се Лянь с шумом вываливается из окна первого этажа дряхлой хижины. Снег встречает его необъятным холодом и юноша морщится с непривычки. Заболеет. Пожалеет. Бежит вперёд, изо рта клубы пара вылетают, стремясь высоко в небо. Боль иглами проходится по ступням, намекая на переохлаждение, но юноша бежит дальше. Снег летит в лицо, загораживая обзор, но он знает дорогу наизусть. Знает и идёт туда. Нет, он бежит. Сердце ходит ходуном, тело трясётся от мороза. Под ногами появляются камни, выложенные в дорожку к заброшенному храму. Се Лянь облокачивается уставше о колону, часто дыша. Морозный ветер дует в спину, как бы подгоняя. Волосы разлетаются в стороны, путаясь и низвергнутый небожитель заходит вовнутрь. Темно. Он мнётся на одном месте, очищая стопы от лишнего снега и идёт дальше. Это его храм, хоть и давным давно брошенный, тогда.. почему он боится? Здесь тепло. Кто-то был недавно или до сих пор тут? Холод просачивается сквозь щели и юноша вынужден идти дальше - к центру. Благовония.. Се Лянь слабо улыбается, прижимая замёрзшие руки к груди, пытаясь тщетно их согреть. Смотрит на почти догоревшие палочки и вдыхает лёгкий аромат жасмина. Глупо было полагать, что он тут один. Глупо было думать, что люди поклоняются ему и зажигают благовония. Всё это лишь часть представления. Представления, только для него. Только он поймёт для чего всё это и кто это устроил. Мимо проходили люди, плевали возле храма, даже не подозревая, что небожитель находится в нём. В груди просыпается гнев, но также быстро гасится. Он почти привык к такому отношению. Сгоревшие палочки трогает кончиками пальцев, с трепетом замечая как с них слегка посыпался пепел. — Нравится? Се Лянь вздрагивает, оборачивается. Непроизвольно теряет равновесие на скользком полу и вжимается в постамент спиной, руками еле себя удерживая. Смотрит на белую фигуру, а колени только сильнее подкосились, задрожали. Сяньлэ злиться на свою слабость. Поднимается он шустро, смотрит пристально. Боится, что демон что-то сделает снова, но тот не двигался, только ветер слегка колышет тёмные волосы и траурные одеяния. — Ты хотел меня видеть, так почему испуганно смотришь? — вопросил Белое Бедствие, подходя ближе, — Бежал сломя голову в тени ночи, лишь бы тебя не заметили. Лишь бы не остановили. Лишь бы не узнали. Се Лянь не шевелится, только сильнее сжимает пальцами постамент, выдавая напряжение. Сердце стучит быстро-быстро, адреналин разгоняя. Голова кружится. — Просто.. неожидал. — тихо буркнул он себе под нос, опуская взгляд. Замечает безжизненно белые ноги. Демон голову в забаве склоняет, усмехается под маской. — Но надеялся. — руки тянет к юношескому лицу, сжимает пальцами холодные щёки, — Сяньлэ, я вижу тебя насквозь. Демон так близко. Голова кружится сильнее. Плохо. Наследный принц вглядывается в прорези маски, смотрит пристально в тёмные омуты глаз демона. В них плескается азарт, неподдельная радость и предвкушение. Безликий Бай прижимает его к алтарю, перекрывая путь к отступлению. Се Лянь нервно сглатывает. Это неправильно. Близость с Белым Бедствием приятно дурманит и он ничего не может с собой поделать. Он, словно специально бросается в ловушку, хотя прекрасно её видит. Словно он хочет, нет, он жаждет быть пойманным. Се Лянь - мотылёк, Безликий Бай - паук. И демон явно не хочет отпускать свою добычу. Холодные пальцы проводят по скулам, очерчивают линию подбородка. Любуется. Наслаждается. — Ты так красив, Сяньлэ. И Се Лянь жмурится от этих слов, ведь ему приятно. А удовольствие в этой ситуации инородное. Ему нельзя его испытывать. Тело обдаёт странным жаром. Голове плохо, а мир начинает плыть. Белое Бедствие тихо усмехается, щуря взгляд в ехидстве. Руки демона силой сжимают талию небожителя, не давая ему упасть. — Бедное дитя, — шепчет скользкий голос, — так жаждешь быть со мной, но бросаешься в ноги этим жалким отродьям. — в голосе звенит недовольство, пальцы сильнее сжимают талию, до боли. И Наследный принц давит в себе вздох наслаждения. Кончики пальцев коротко стучат по дрожащему телу, словно демон думал, что же делать с пойманной добычей. — Они не.. — Сяньлэ вдруг вздрагивает, когда чувствует как рука Белого Бедствия тянется к поясу ханьфу, —..отродья! — Оу? — Безликий смеётся, словно ему сказали банальную глупость, — Тогда что они? Белое Бедствие немного приподнимает маску, чтобы виднелись лишь губы и смазано ведёт по нежной шее. Кадык вздрагивает, тело вперёд поддаётся назло хозяину. Се Лянь чувствует кожей чужую довольную и едкую улыбку. Целует дальше, ведёт дорожку от шее до острой ключицы, заставляя юношу часто дышать. Ноги совсем не держали и Белому Бедствию пришлось усадить юношу на алтарь. Поставленные палочки упали, рассыпавшись в пепел. Демона это не смутило. — Что же они, Сяньлэ? Дымка возбуждения мешает думать. Он должен сказать что-то нормальное, связное, но когда тело горит в приятной агонии, говорить невозможно. — Думаешь, люди бы поступали с тобой так, как сейчас? — настойчивые руки проникли под одежду, оглаживая торс небожителя. Они с нажимом проходились по рёбрам, словно намереваясь их сломать. После бежали на спину, по лопаткам грубо гладя. Демон его дурманил и Се Лянь с охотой поддавался на дурман, сам того не замечая. Безликий Бай оставлял багровые засосы, довольно урча. Жажда присвоить, подчинить читалась во всех движениях и Сяньлэ мог только тихо постанывать в крепких руках. Разум кричал остановиться, но тело извивалось и плавилось от наслаждения. Возбуждение сладкой патокой текло по венам, заражая всё на своём пути. Каждый укус Бай Усянь облизывал, слизывая кровь, как голодный зверь. Ему нравиться видеть внутренний конфликт Се Ляня о том, что он делает то, что нельзя, но всё ровно продолжает поддаваться. Демон обнажил бледные плечи, жадно оглядывая новую территорию. Невинный. Безликий Бай прижался сильнее, давя животный рык. Нельзя спешить, нужно медленно растянуть удовольствие. Сяньлэ перед ним дрожит, часто дышит, а взгляд источает желание. Чистое, правдивое желание. Вдруг, на губах непревзойдённого расплылась недобрая улыбка. Се Лянь невольно напрягся, но не шелохнулся. Сладкое предвкушение заставило молча наблюдать. Из рукавов похороных одеяний, демон извлёк палочку благовоний. Замечая на себе изучающий взгляд, Бай Усянь довольно усмехнулся. — Хочу осквернить тебя красиво, мой драгоценный Сяньлэ.. Благовония загорелось и с кончика палочки потянулся сладкий запах. Наверное, стоило убежать ещё тогда, когда демон заманивал его приторными устами. Кожи коснулась разгорячённая точка и юноша выгнулся, застонал. Боль пронеслась по всему телу, заставляя выгибаться. Рука демона крепко держала его, наслаждаясь новыми эмоциями. На месте прикосновения образовалось красное пятно. Безликий Бай ощущал усладу. Ему нужно больше. Он прикоснулся ещё, новые трепетания принца сдерживая. — Больно.. — тихо хнычет Се Лянь, пытаясь вырвать руку из стальной хватки. — Терпи. — холодно приказал непревзойдённый. Ожоги струились незамысловатой цепочкой, а рваные вздохи так и срывались с уст. Се Ляню плохо, но плохо от того, что эта пытка кончилась. Демон провёл пальцами по выжженным иероглифам, губы свои облизывая в довольстве. — Я не вещь, чтобы меня подписывать. — злость заструилась в голосе и Сяньлэ стихнул, ибо руки непревзойдённого двинулись ниже - к самому очагу. — Ты моя собственность, Сяньлэ. — шипит в ответ Безликий Бай, оглаживая мягкие бёдра небожителя, — Тебе это нравится, просто не хочешь показывать это себе, предпочитая тешиться во лжи. Маленький наивный мальчишка.. Тело дрожит. Возбуждение безумной волной отходило от слов Белого Бедствия, падая прямиком в низ живота. Там приятно тянет и юноша почти задохнулся от этих чувств. Он теряет контроль всё больше. — Ещё чего.. — только и вымолвил Сяньлэ, сдавлено простонав от неаккуратного прикосновения к члену через ткань одежды. — Моё имя идеально смотрится на твоём чудесном теле, Ваше Высочество. — тянет слова, пока руки расправляются с нижними штанами Наследного принца. Холодный язык очерчивает выжженные иероглифы, словно в насмешке. Се Лянь слаб и демон это показывает. Се Лянь слаб рядом с ним. И небожитель выгибается, руками цепляясь за чужие плечи, будто в мольбе или продолжить, или прекратить. Взгляд жалобный впивается в Безликого Бая, а бёдра ёрзают от приятного напряжения. Ему нравиться быть таким жалким перед ним и осознание этого волной сносит все мысли. — Прошу.. — слова застревают на губах. Белое Бедствие целует его сначала нежно, заводя в свою ловушку, а после, как только Сяньлэ расслабился, грубо впился в нежную плоть. Безликий Бай голоден. Наследный принц смел играть с ним, так долго не попадаясь в сеть. Избегал, ускользал. Его вид - нуждающийся в нём заводил сильнее. Демон не желал делиться. Не желал упускать жертву. Се Лянь болезненно пискнул. Бай Усянь прикусил ему губу до крови, медленно высасывая кровь. Он смакует её, наслаждается. Хочет больше и эта жажда заставляет юношу сжаться. Она приятными мурашками пробегает по спине, оседая возбуждением в паху. — Умоляй. Демон расплылся в довольной ухмылке. Ему нравится уязвимость Сяньлэ. Нравится как он дрожит, как трепещут ресницы, как он непроизвольно трётся об его бедро своим возбуждением. Чёртов мальчишка. Се Лянь, в лёгком замешательстве часто моргает, не понимая. — Умоляй меня. Ну же, Сяньлэ, будь хорошим мальчиком.. — ладонь нежно прошлась по щеке, медленно перемещаясь к затылку. Он вцепился мёртвой хваткой в волосы небожителя, оттягивая его голову назад. Се Лянь теряется и демон льнёт ближе, желая насладиться смущением мальчишки. — Прошу.. — тихо шепчет Наследный принц, проглатывая ком в горле. Гордость неприятно трещит под ногами, — Я умоляю тебя.. прошу.. — Скажи, что ты хочешь, мой дорогой Сяньлэ. — Прошу.. я хочу.. — слова застряли в горле. Что он хочет? Как это называется? Он не знает. Ему хочется, чтобы устранили это чёртово чувство жара.. Превосходство дурманило разум. Бай Усянь оттягивает его голову чуть сильнее, прильнув к беззащитной шее. Владеть своей целью слишком хорошо. Рука опускается на член, сначала медленно делая пару движений. Се Лянь вздрагивает, бёдрами поддаётся и глухо стонет. Удовольствие захлёстывает. Наследный принц жмётся ближе, старается заполучить больше приятных ощущений. Если бы его родители и друзья знали, что он делает и с кем.. Сяньлэ стонет громче. Мысли только усугубляли возбуждение, подкидывая дрова в огонь. Язык непревзойдённого вычерчивал всякие узоры на нежной коже шеи. Сумасшествие. — Ещё.. — тихо шепчет юноша, словно боясь, что их кто-то заметит. — Нетерпеливый. Ваше Высочество, разве вас не учили терпению? — рука на члене останавливается, сжимает кольцом у основания и Се Лянь жалобно хнычет. Безликий Бай довольно улыбается. Демон собирает естественную смазку, растирает её меж пальцев и подставляет к колечку мышц. — Расслабься. — шепчет он, обдавая горячим дыханием мочку уха. Прикусывает нежную кожу, оттягивает. Сяньлэ дрожит, выгибается. Мозги превратились в одну сплошную кашицу. Ему плохо и хорошо одновременно. Один палец проник вовнутрь и новый стон вырвался из горла. Тело начинает плавиться снова. Контраст холода рук демона и горячего тела от возбуждения заставляет терять голову. — Ты прекрасен. — шепчет шипящий голос, — Ты только мой. Знаешь, Сяньлэ, я ведь не люблю делиться.. Короткие ногти свободной руки впиваются в тонкую кожу на бедренной косточке и проводят пару царапин. Помечает. Юноша прикрывает рот рукой, чтобы хоть как-то сдержать стоны и рваные вздохи. К пальцу добавляется второй и Наследный принц выгибается, хнычет. Ему больно, но приятно. Странные чувства сносят голову. Плохо.. плохо! Безликий Бай продолжает улыбаться, издеваться над бедным и слабым телом низвергнутого небожителя. Собственное возбуждение теплится, хочет выйти, пометить. Се Лянь знал на что он пошёл, решив прийти сюда. Знает, что уже не сможет и не захочет вернуться. — Каково это нарушать обет? — спрашивает Белое Бедствие, находя нужную точку внутри, от чего Наследный принц дрожит сильнее, стонет громко. На ресницах виднеются слёзы и демон слизывает их, — Нарушать обет со своим врагом.. Как низко ты пал, Ваше Высочество.. — Прекрати такое говорить! — злоба в голосе вышла плохая, больше похожая на жалобный писк. Голос дрожал, предательски показывая демону, насколько же его обладателю хорошо. — Неприятно слышать правду? Безликий негромко смеётся и от звука его смеха по телу Сяньлэ бегут приятные мурашки. Два пальца успешно стимулируют простату, вызывая непристойно-хлюпающий звук. И сейчас этот звук вызывал лишь большее возбуждение. — Ваше Высочество, — тянет в довольстве слова, — не думал, что вы хотите меня настолько сильно.. Ненавидите меня так яро, что сжимаетесь вокруг моих пальцев, лишь бы они не лишили вас удовольствия.. Похотливый мальчишка. Тело вздрагивает. Каждое слово проносится по разуму звоном, наслаждением. И он уверен, что демон это видит. Видит как небожитель закатывает глаза от удовольствия; как ёрзает бёдрами в нетерпении; как тяжело вздымается его грудь.. Когда пальцы покидают его тело, разочарованный стон вырывается слишком быстро. Он краснеет, совсем теряясь в ощущениях. Эта лихорадка..неправильная. — Хочу утолить нашу жажду, что думаешь, Сяньлэ? — насмешка звенит безприкословно. Даже если бы Наследный принц отказался бы, демон сделает так, как хочет сам. Его Высочество вздрагивает вновь, но после стонет глухо и жмётся теснее к чужой плоти. Внутри стало слишком сладко-тягуче. Белый Безликий крепко держит бёдра небожителя, наслаждаясь моментом воссоединения. Первый толчок выбил новый стон из нежных губ. Се Лянь дрожит, ибо ощущений много. Чересчур много. Белое Бедствие не церемонился, вбиваясь в податливое тело грубо, звонко. Жгучее удовольствие расплывается по всему телу, ударяя в разум и сметая все мысли разом. Наследный принц выгибается, обнимает ногами бёдра демона, хнычет. С каждым движением возбуждение всё больше требовало выхода. Боль и удовольствие слились воедино и он уже не мог себя контролировать. Если бы кто-то видел его заплаканное лицо от дикого наслаждения.. Небожитель сжимается, стонет громче. Близость с Белым Бедствием сводит с ума. Его тёмная ци пробивается сквозь слабое тело, заполняет вены, путает мысли. Пьянит. До боли. Сквозь дымку наслаждения Се Лянь ощущает как непревзойдённый сжимает его шею, придушивает. Играет с его сознанием как хочет, показывает кому Сяньлэ полностью принадлежит. Или это влияние демона, или плод его больного разума, но небожитель хочет ему принадлежать. Мир плывёт, Се Лянь задыхается. Безликий Бай входит вновь грубо, усмехается, замечая на лице мальчишки истинное наслаждение. Ослабляет хватку, разрешает вдохнуть чистый воздух и смотрит в чужие омуты глаз, находя в них ответное желание. Се Лянь чувствует себя тряпичной куклой, которую ломают; с которой играют так как хотят. И это возбуждает. Юноша сжимается, а после с протяжным стоном изливается, пачкает живот. Мычит в послеоргазменной неге. Тело расслабилось, веки прикрыли взгляд полный удовольствия, а ресницы трепещут. Мелкая дрожь пробивает насквозь и Се Лянь чувствует внутри себя нечто горячее, вязкое. Безликий Бай замирает на некоторое время, сжимает талию небожителя и довольно усмехается. — Сяньлэ, ты навсегда будешь моим. — интонация не терпит возражения и возражать сильно не хочется, если вообще не хочется. Он забывается. Часы летят незаметно. Темнота в объятия принимает. — Ваше Высочество, вы в порядке? — голос знакомый его откликает. Скорее всего, это Фэн Синь. Наследный принц хмурится, мычит. Всё тело ноет, болит. Что произошло? Он толком ничего не помнил. — М? Да.. — сонно отзывается небожитель. Незванный гость уходит, оставляя его одного. Пальцы ощупывали шею, плечи.. шрамы и укусы.. воспоминания прошлой ночи красной вспышкой всплыли перед глазами и юноша краснеет. Пальцы двинулись ниже, нащупывая ожоги. Имя.

Бай Усянь.

Это было наяву. Отмыть себя от этого позора невозможно. А стоит ли? А был ли это позор? Се Лянь уставше выдыхает, стараясь голову не забивать. Ведь он знает, что придёт ещё раз, и ещё, и ещё.. Привязан. Отвратительно привязан. И отвязаться никогда не сможет.