Железная дорога – дело семейное

Зима. Февраль месяц. За окном шумел ветер, бушевала метель. Нина с тоской посмотрела в окно, грустно вздохнула и снова взглянула на стих, который ей надо было учить. В эти выходные Нина вместе со своим младшим братом Вовой гостили у бабушки с дедушкой в маленьком посёлке у железной дороги. Только что мимо их дома проехал пассажирский поезд, что и отвлёк девушку от стиха, который она сейчас пыталась учить. Ключевое слово "пыталась". Вдруг она услышала звон. Хотя это был даже не звон, а скорее биение. Будто биение часов из тех самых ужастиков, чтобы напрячь атмосферу перед самым ужасным. Пробило восемь раз. Нину это немного напрягло и испугало, поэтому она поднялась с кровати и медленно, на цыпочках, вышла из комнаты. Надо же было узнать, что это за звук? А как говорится: "Кто не рискует, тот не пьёт шампанского". Звук повторился. Немного пройдя по коридору, она поняла, что звуки доносятся из дедушкиной комнаты, оттуда же доносились два знакомых голоса. Пробило девять раз. Заглянув в приоткрытую дверь, Нина тут же успокоилась. В комнате находились дедушка и Вова, и они возились с механическими часами с маятником, который деда взял у друга. "Вот что это било. В принципе я не ошиблась." – подумала Нина и зашла в комнату. – Привет! Часы чините? – спросила она, зайдя в комнату и села на кровать. – Чиним - это громко сказано. – ответил ей Вова – Мы стрелки переводим на одно время, а они бьют другое! – Это механические часы, Вовчик, тут тонкая работа нужна. А ты хочешь, чтобы они сразу заработали! – сказал дед, не отрываясь от механизма. – Ну да! А я что, так много прошу? – От этих часов - да, много. – Понятно всё с вами. – заключила Нина и взглянула на настенные, рабочие, часы. Половина четвёртого. Нина некоторое время смотрела на эти часы. – Блин! – с грустью сказала она и перевела взгляд в пол. – Что такое? – спросил Вова, взглянув на сестру. – Вова, держи часы! – сказал дед внуку, продолжая копаться в механизмах. Вова стал крепче держать часы, чтобы деду было удобней. – А время-то идёт, даже летит! – ответила Нина на вопрос Вовы и посмотрела на него. – А оно что по твоему должно делать? Ползти что-ли? – хихикнул Вова и тоже посмотрел на сестру, продолжая держать часы. – Да лучше бы ползло, ей богу! У меня на носу пробные экзамены, знаешь ли. И уже сейчас меня достают вопросом "Куда, Ниночка, будешь поступать?" Аж бесит! – последнее предложение она прошипела сквозь зубы. – Тебе везёт, у тебя ещё четыре года есть, чтобы подумать. А я ещё даже не решила, кем хочу быть! Может графическим дизайнером? Или как Люда, менеджером? – Я вообще то уже твёрдо решил, что буду киберспортсменом. Буду зарабатывать на любимом деле. – с гордостью сообщил Вова. – Э-эх, молодёж, не о том думаете. На рисунках и видеоиграх хорошие деньги и уважение не заработаешь! – сказал дедушка, взглянув на внуков, а затем вернул взгляд на часы. – Ох, да неужели? – саркастически спросила Нина, глядя на деда. – И кем это нам надо по твоему работать, чтобы хорошие деньги и уважение зарабатывать? – Ну как это "кем"? Да теми же адвокатами или стоматологами! А ещё лучше на железной дороге, как я и ваши отец с тётей. Будете продолжать наше семейное дело. – Дед, ну ты мыслишь стереотипно, ей богу. – на этих словах Нина закатила глаза. – Это раньше люди могли поколениями работать в одном ремесле, передавая знания от отца к сыну, из поколения в поколение, потому что другого они не умели. А сейчас на дворе двадцать первый век, и можно выучиться буквально на кого угодно! И между прочим, – тут она укоризненно посмотрела на деда, а тот упорно не замечал её взгляда. – графический дизайнер сейчас очень даже востребованная профессия. – И вообще, чего мы не видели на этой железной дороге? – поддержал сестру Вова. – Мы же, можно сказать, живём прямо напротив неё! Тут, будто в подтверждении его слов, мимо их дома проехал очередной состав. – Да мало ли чего вы не видели? – ответил им дедушка. – На железной дороге можно найти разные профессии. И льготы хорошие прилагаются. Например на проезд. Поэтому можете как я, бригадиром. А можете и как ваша тётя, на птоле. Или как ваш папа... – На восстановительном поезде. – перебил Вова. – Да, именно там. – после небольшой паузы, подтвердил дед. – И между прочим, – сказал он эти слова, имитируя голос внучки. – эту железную дорогу я прокладывал сам. Отсюда и до Ярославля. Закончив с часами, он стал оглядываться в поисках тряпки. – Да ну? Да неужели? – саркастически спросила Нина, глядя на деда. – Да, так и есть! И за это я и моя бригада в Москве получали медали из рук самого президента! – сказал он это с гордостью в голосе и взглянул на внуков, но в их глазах читались недоверие и скептизм. – Что, не верите? Вова покачал головой. – Вериться, но с большой натяжкой. – дала свой ответ Нина. Она с детства знала, что их дедушка всю жизнь работал на железной дороге и дошёл до главного бригадира. В посёлке его все действительно знали и уважали, и у него даже были грамоты за отличную и преданную работу. Но вот чтобы получать медаль, так ещё и в Москве, так ещё и из рук президента... В это ей не особо верилось. – Без вещественных доказательств - не поверю! – за протестовал Вова, которому всем вечно приходиться что-то доказать. – Ведь как говорится: "Нет тела - нет дела". – А я сейчас вам это докажу. Наскоро вытерев руки от смазки, он подошёл к своему шкафу. Шкаф был далеко не новый, а по мнению Вовы, даже очень старый: дверцы поскрипывали, весь в царапинах, да и лак на нём уже давно потемнел. Но этот шкаф был добротно сделан, что он стоял до сих пор и простоит ещё, по мнению деда, порядка 50 лет. А эти царапины и тёмный лак, по мнению Нины, лишь придавали этому шкафу неповторимый шарм. Дед открыл шкаф и начал доставать большую и на вид тяжёлую коробку. Тогда Нина подбежала к деду и забрала у него коробку, которая действительно оказалась тяжёлой. Когда все расселись вокруг коробки, дед открыл её и внуки увидели в ней фотоальбомы, порядка четырёх штук, кучу фотографий, что просто лежали в коробке, газеты, явно очень старые, какие-то конверты и несколько небольших коробочек. Дед достал коробочки и дал их внукам, а затем достал пару газетных статеек. А коробочки были не простые, а по деловому украшены. Когда Нина и Вова открыли их, то увидели, что в одной коробочке была маленькая книжечка и значёк с кружочком. В другой также оказались книжечка и несколько значков. Наверняка, чтобы не занимать много места, эти значки положили вместе. – А где медали то? Тут только значки какие-то. – негодовал Вова, глядя на "значки". – Ну ты Вова и дурень, конечно! Это и есть медали. – сказала Нина и дала брату щелбан. – Или ты думал, что медали бывают только на ленточках и вешаются на шею? – А. Ну, как бы да. – смущённо промямлил мальчик, потирая лоб. – Ну, теперь будешь знать. И каких там только медалей не было: и "За безупречный труд на федеральном железном транспорте ", и "Сто лет Архангельскому отделению северной жд", и " За заслуги перед Отечеством 2 степени". Так же дед достал диплом, на котором было написано "Лучший коллектив на Северной ЖД". – Ух ты! Это наверное очень крутые медали? –Очень крутые, Вовчик, очень. – подтвердил догадки внука дедушка. Тогда ребята отложили медали, книжечки и взяли по газетной статье, которые на вид были очень старыми. Нине досталась статья с фотографией их молодого деда. В статье говорилось следующее: "За двадцать два года работы в Плесецкой дистанции пути Виталий Михайлович Шушнов прошёл путь от мантёра до дорожного мастера. И все годы - на шестом околотке в Петроозерском. Теперь трудно даже сосчитать, сколько пройдено им километров, сколько заменено рельсов, шпал, забито костылей. Когда аккуратность в работе свойственна бригадиру, мастеру, то и у подчинённых она входит в привычку. Шушнов - пример для многих. К 125-летию Северной железной дороги он поощерён за добросовестный труд часами с юбилейной символикой. Не велик подарок, но дорого внимание. А Виталий Михайлович его заслуживает." Вове же досталась статья с "Указом Президента Российской Федерации о награждении государственными наградами Российской Федерации.", где среди медалистов "За заслуги перед Отечеством 2 степени" было девушкино имя. Ребята с удивлением читали статьи и менялись ими. Потом посмотрели на деда, взгляд которого так и кричал "А я говорил! А вы мне не верили." – Ну, как вам? – спросил он у внуков через некоторое время. Брат и сестра переглянулись меж собой и снова посмотрев на деда, хором сказали: – Класс! – Хех, то-то же! Если вы пойдёте по семейным стопам и тоже пойдёте на железной дороге, то о вас тоже будут... – Нет-нет-нет, дед, даже не начинай! – деловито перебил его внук, убирая газеты и медали. – Я уже твёрдо решил, что буду киберспортсменом. – Уговаривай-не уговаривай, я тоже не пойду на железную дорогу, уж извини. Я человек творческий, мне не хочется особо себя нагружать физически. – поддержала Вову Нина, и, убрав коробку в шкаф, помогла деду подняться, чтобы ему случайно спину не прихватило. – Эх, понятно всё с вами! - сказал дедушка, поднявшись с пола. – Кстати, Нин, ты стих выучила? – Ой, точно! Совсем забыла! – сказала девушка, ударив себя по лбу. – Вы меня отвлекли своими часами и железной дорогой. – Вообще то, ты сама отвлеклась, когда пришла сюда на биение часов. А железная дорога просто к слову пришлась. – разбил сестру по фактам Вова, тоже поднявшись с пола. Нина немного помолчала, думая что же ответить, затем сдалась и сказала: – Ну ладно, твоя права. Тогда пойду его доучивать, – сказав это, она подошла к двери и, обернувшись, добавила – Я же не хочу получить двойку в четверти. – сказав это, она пошла к себе в комнату. Вова же взглянул на не доделанные часы, потом спросил: – Деда, а что мы с часами делать будем? – Сегодня - уже ничего. Иди, отдыхай. Я тоже отдохну, – на этих словах он подошёл к кровати и лёг на неё. – Можешь выключить свет и закрыть дверь? – Да, конечно. Вова вышел из комнаты, выполнив дедушкины просьбы, затем направился на кухню. За окном уже давно было темно, всё также завывала февральская вьюга, шумели поезда, но в доме было тепло и уютно, и царила благоговейная тишина.