Корпоратив не по плану

      Новогодние корпоративы. Два слова, но для Джексона это была самая болючая заноза в заднице из всех возможных. Даже сильнее Майкла. Плюсов почти не было, зато минусы затмевали собой всё: целая толпа коллег, непомерные траты, перекошенные от радости и опьянения лица начальников. Последние пару лет Джексону удавалось избегать этих бесполезных сборищ. Однако, этот год стал особенным. — Джексон!       Делл обернулся. Во рту тлела третья сигарета, тёмно-оранжевая куртка слабо покачивалась из-за студёного ветра. Мужчина стоял возле заведённой машины, припарковавшись напротив частного дома. Не совсем безопасный район. — Прости, опоздал, не мог найти шапку.       Навстречу ему выбежал юнец. Растрепавшиеся каштановые волосы, небрежно обмотанный вокруг шеи красно-зелёный шарф, мешковатые джинсы – Майкл улыбался, стоило Джексону попасть в его поле зрения. И Джексон никогда не понимал такой причины для радости. «Как я могу вообще приносить радость?» – рассуждал Делл. — Нашёл? Можем ехать?       Шёл мелкий снег. Небо темнело с каждым часом, и пока Джексон ждал, оно потемнело ещё сильнее. К моменту, когда они будут на месте, станет совсем темно. — Да, поехали.       Майкл запрыгнул на переднее пассажирское сидение. Джексон однажды поймал себя на мысли, что он делает это уже настолько обыденно, будто он подвозит его каждый день. Словно его машина для Майкла стала совсем домашней. Докурив, Делл выбросил окурок в сугроб. — Что можешь рассказать о наших корпоративах? Как их обычно отмечают охотники на призраков? Есть какие-то обряды или что-то, выходящее за рамки? О, там же будут вообще все, да? Со всех отделов?       Джексон, захлопнув дверь, вздохнул и перевёл взгляд на пассажира. Вопросы. Бесконечный поток вопросов. И если по началу Делл хотел отдать Майкла на съедение Деогену, то сейчас лишь закатывал глаза. Приятно, что хоть у кого-то из них двоих осталась заинтересованность к этому миру. И к их работе. — Всё как у всех. Пошлые танцы, море выпивки, бегание по снегу голышом. В прошлом году наши мастера умудрились вытащить на улицу какую-то мебель, поджечь и прыгать через неё. Но до прыжков дело не дошло, начальник был трезвее. — Отпа-а-ад... – протянул Майкл, натягивая ремень безопасности через себя.       Ехать предстояло около часа. Компания сняла особняк, дабы вместить почти сто человек. По заснеженной дороге, вдоль белой пелены леса, под новогодние песни и подпевающего им Майкла, ехать было приятно. Машина изредка поскрипывала. Снегопад за городом усиливался, пришлось немного сбавить скорость, чтобы не врезаться куда-то из-за плохой видимости. — Ты любишь Новый год?       Вопрос, как всегда, прозвучал с какой-то детской наивностью. Джексон гадал, замечал ли это в своей манере речи сам Майкл, но даже если и замечал, то она ему однозначно симпатизировала. — В детстве любил. Когда еще мама была жива. — Ты никогда о ней не рассказывал, — ответил слегка поникший Майкл, не ожидавший такого откровения. — Мы с отцом привыкли не говорить о ней. К тому же, она рано ушла, я почти ничего не помню. Да и память с годами стирается. — Какая она была?       Делл переключил печку на мощность побольше. Впереди виднелся крутой поворот. Молчание растягивалось, и Майкл уже подумал, что вопрос так и останется висеть в воздухе. — Доброй. Всегда видела в других нечто большее, чем они являлись на самом деле. Была доверчивой. Помню, как в начальной школе говорил, что задерживался после уроков, потому что ходил в гости к однокласснику. Она верила. — А на самом деле?       Делл усмехнулся. Детские воспоминания начинали всплывать, будто тина со дна. Разум мутнел. — Строили базу из веток, пулялись из неё петардами в прохожих, бегали от учителей. Дрались с другими пацанами. — Ты был тем ещё бандитом, оказывается, — с улыбкой заметил Майкл, пододвинувшись на сидении чуть ближе. — Иногда... не часто... — запинаясь, начал Джексон, — ты... напоминаешь мне её.       В груди что-то подскочило. Майкл зарделся, прижал руку туда, где сердце забилось чуть быстрее, чем должно. Он посмотрел на Джексона в тот момент, когда сам Делл украдкой глянул на своего пассажира. Мужчина слабо улыбнулся уголком губ. Майкл тут же отвернулся к окну.       «Разве можно так мило смущаться?» — промелькнуло в голове. От этой мысли что-то затрепыхалось внутри, с отчаянием, с надеждой. Но почти сразу затихло как прежде. Напоминание, высеченное на сердце, твердило Джексону из раза в раз: «Людей подпускать нельзя. Люди – боль. Люди – бросят».       Тяжёлый вздох и возникшие очертания лица, пронзающие тело, словно копьё. Темперанс. «Она тоже там будет. Не может быть, чтобы её там не было», — напомнил себе Делл. Эта женщина – хуже самого Демона. Она служила мужчине вечным напоминанием того, что он навсегда останется один. Что он не заслуживает любви. Ни от кого.       Оставшийся путь напарники проехали в молчании. Снегопад под конец пути стих. Ещё с парковки большой, трёхэтажный особняк светился всеми цветами, напоминая издалека маяк. Небольшая ёлка стояла прямо у входа. Почти все парковочные места были заняты, Джексон и Майкл приехали в числе последних. Вокруг – бесконечный, непроглядный лес, усыпанный снегом, будто накрытый шапкой. Над головой – яркие звёзды, сияющие в такт гирляндам. А рядом – Майкл, натянувший на голову свою шапку. — Зачем ты её брал? Нам идти-то минуту, — усмехнулся Джексон, захлопнув дверцу машины и нажав на ключи. – Или хочешь тайком сбежать? — М-да, и правда, только тебя заставил ждать, — Майкл раздосадованно стянул её с головы, а затем засунул в карман. — Пошли?       Делл зажёг сигарету. Затянулся. Посмотрев на Майкла, мужчина протянул руку и потрепал его волосы, делая их ещё более неряшливыми, чем они были. — Пошли.       Чувствуя, как лицо приобретает цвет помидора, Майкл пошёл следом.       На входе их удостоверения проверили и только затем впустили внутрь. В гардеробе напарники повесили куртки на один крючок, хоть Джексон был против, но второго свободного рядом не нашёл.       Майкл приоделся: в сочетании с мешковатыми джинсами на нём идеально сидел свитер с высоким горлом глубокого коричневого оттенка. Рисунок в районе груди был незамысловат и прост: голова оленя с красным носом. На голову Майкл нацепил ободок с плюшевыми рогами.       Джексон, изначально не изъявивший желания идти, не наряжался. Старые потёртые чёрные джинсы, на удивление чистая серая футболка и лёгкий кожаный чёрный бомбер с нашивками.       Слово «бомбер» от Майкла в отношении «отцовской куртки нулевых» Джексона до сих пор являлось предметом споров. «Понапридумывают своих молодёжных слов, а потом хер поймёшь, что они там имели ввиду, филологи хуевы», — бурчал Делл каждый раз, стоило Майклу использовать в своей речи сленг, который он не понимал.       Напарников встретил богато украшенный зал. Почти бальный, не будь он заставлен круглыми столами. В центре высилась огромная ёлка: её рост составлял несколько метров, доставая практически до потолка. Украшения и гирлянды сияли и переливались в свете ламп и других источников света по всему помещению. У Джексона зарябило в глазах. — Вот это они заморочились прям, — с сияющими глазами восторгался Майкл, не в силах ухватиться взглядом за что-то одно, — а ёлка какая красивая!.. — Меня больше интересует, где здесь стол с алкоголем, — Джексон выискивал глазами бокалы и открытые бутылки с шампанским. — Но да, с украшениями поработали славно.       Выловить столик, где наливают, Деллу помогло знакомое лицо начальника. — Ты со мной?       Не успел Джексон опомниться, как Майкл радостно ускакал в толпу. Что ж, радости у него было полные штаны, и охотник не собирался портить первое впечатление о корпоративах. Пусть разочарование само его найдёт. — Кого же это я вижу! — Здравствуй, Дрейк, — Джексон с дежурной улыбкой подошёл и протянул руку.       Начальник очень активно пожал её в ответ. — Как я рад тебя здесь видеть, ты не представляешь. Что же заставило тебя прийти? Столько лет, как в бункере. — Майкл не хотел идти один, пришлось составить ему компанию, — Делл по-свойски пододвинул к себе пустой бокал и ловко наполнил его, ни капельки не смущась сторонних взглядов. — Развлекаетесь? — Ох, Майкл. Блэквуд, кажется? Припоминаю его, способный малый. — Хэтчинс поднял свой полупустой бокал, и коллеги чокнулись. — Веселье только начинается, скоро устроят какие-то конкурсы. Кстати...       Делл, легко потягивая шампанское и закуски, вопросительно посмотрел на начальника. — Бланко здесь. Искала тебя.       Джексон нахмурился. — Если она ещё раз спросит, скажи, что не видел меня. — Не хочешь пересекаться? — Нет. Пойду найду Майкла.       Осушив бокал до конца, мужчина направился на поиски коллеги. Найти его оказалось проще простого: оленьи рога выделялись на фоне красных шапок и мишуры. Парень стоял в небольшой компании. — Майкл, я... — Тут так классно!       Майкл, мгновенно обернувшись, схватил Джексона под руку. — Боже, это лучшая работа на свете! Я видел недалеко такую вайбовую фотозону, нам нужно обязательно до неё дойти! Ребята, давайте выпьем за это! За нас всех, за то, какие мы классные!       Несколько человек, которые стояли рядом, с улыбками подняли бокалы. Майкл в том числе, и, судя по его слегка красному лицу, не первый. Когда он успел? — Майкл, пошли покурим. А тебе... — Делл ловко выхватил у него спиртное, отдавая его кому-то другому, — уже хватит. — Но я.. мне... — Вперёд, — похлопав по руке охотника, Джексон потянул его к выходу.       На полпути мужчина остановился. Около гардероба стояла Темперанс, украдкой высматривая кого-то в толпе. Ещё чуть-чуть, и её взгляд упал бы прямо на Джексона. Охотник резко развернулся. — Что случилось?       Майкл недоумевающе заозирался, с трудом перебирая ногами. — Э-э.. ты что-то говорил про фотозону. Покажи мне, где она. Только быстрее. — В той стороне, кажется... — Майкл неопределенно ткнул пальцем, — хочешь сфоткаться? — Да, да, живее.       Джексон как можно скорее ретировался. Майкл еле поспевал за напарником, чуть ли не запутавшись в своих ногах.       Вскоре перед коллегами образовалась внушительная инсталляция. Она была объёмной, с деревьями в человеческий рост, кустами, сугробами из искусственного снега и животными из папье-маше. Идеальное место, чтобы тебя не нашли. — Эй, Маркус, сфоткай нас! — крикнул Майкл, махая другу рукой, — щас, мы встанем...       Джексон оглядывался. Голова Темперанс как будто следовала за ними по пятам. Схватив Блеквуда за локоть, Делл потянул его дальше за деревья, всё глубже в фотозону, чтобы их было почти не видно. — Что ты делаешь? — Майкл всё ещё находился в замешательстве, бедная рука уже начала болеть. — Мне больно...       Конечно, ответ был. «Прости, Майкл, но я так не хочу видеть и разговаривать со своей бывшей, что убегаю от неё, будто пёс с поджатым хвостом, потому что... потому что любое напоминание о ней отзывается болью. Спустя столько лет».       В спину подул холод. Не успел Джексон обернуться, как они вместе с Майклом упали... в сугроб. Настоящий сугроб. — Что?       Майкл и Джексон медленно встали, смотря в уходящую темноту. Они находились в лесу. Ночью. Единственным источником света были звёзды и едва выглядывающий полумесяц. Вокруг — оглушающая тишина. И это был точно не тот лес, через который они ехали до особняка. — Что-то я не припомню, чтобы ты говорил, что эта фотозона — портал в ебучую Нарнию, блядь.       Понять, что Джексон зол, было проще простого — он начинал материться. Майкл вышел из сугроба и стряхнул с себя снег. Обернувшись, он увидел, что вид не поменялся, всё тот же бесконечный лес. Тревожно выл ветер, верхушки деревьев угрожающе покачивались. — Я в шоке не меньше твоего, — дрожащим голосом проговорил парень, складывая руки на предплечьях. — И на кой тебе понадобилось тащить нас вглубь этой... этой херни? — Уже неважно, — пробурчал Делл, доставая сигареты, — теперь мы застряли здесь, непойми в какой жопе, пройдя хуй пойми через что. И это люди всё ещё в призраков верят с трудом.       Мужчина затянулся. Огонёк от зажигалки на несколько секунд осветил его усталое лицо. Майкл смотрел на него неотрывно, наблюдал за каждым движением. Как он держал сигарету, как вдыхал её, как выдыхал. Как смыкались и размыкались его губы. Губы... — Пошли, чего встал. На морозе стоять нельзя.       Не найдя решения лучше, напарники пошли вперёд. Докурив сигарету и выбросив её, Джексон покопался во внутреннем кармане бомбера. — Было бы неплохо, если бы у тебя с собой оказался там... фонарик, например.       Раздался щелчок. В руках у Делла загорелся ручной фонарик. — Чё? — Когда твой стаж охотника переваливает за десятку, носить фонарик с собой в любой ситуации уже как привычка. Не спрашивай. И до тебя, может быть, дойдёт. — В-вау… — Майкл с восхищением посмотрел на свет, ведущий их вперёд. — Ты оказался ещё круче, чем я думал.       Джексон откашлялся. Когда Майкл был рядом, всё было совсем по-другому. Даже их ситуация, выходящая из ряда вон, не поддающаяся логическому объяснению, переживалась легче. Ни с одним человеком более Джексон не чувствовал себя так. Так… комфортно. И признаваться в этом он, конечно же, не собирался.       Спустя пятнадцать минут бессмысленной ходьбы вокруг елей, сосен и ёлок у Майкла начали стучать зубы. Тёплые верхние вещи остались в гардеробе в особняке, и единственное, что пока спасало, это тёплый свитер и непрекращающаяся ходьба. У Джексона покраснели уши, нос, пальцы на ногах начинали неметь. Хоть у них и был свет, в понимании направления это не помогало. Атмосфера становилось напряжённее, деревья сдавливали грудь, дышать было всё труднее. Ветер выл и выл, напоминая голодных волков. Ни одного чужого следа, ни тропинки, ни звука — всё кричало о том, что они были одни. В глубоком и бесконечном лесу. В неизвестном и чужом лесу. — Это издевательство какое-то. Я вообще не понимаю, где мы, — Джексон раздражённо выдохнул, выпуская облачко пара, — это пиздец, связь вообще не ловит. — А у меня телефон с-сел, — Майкл удручённо убрал кирпич обратно в карман, даже не надеясь на его оживление. — М-может, попытаемся к-костёр раз-звести? Холод-дно, ж-жуть… — Идея хороша.       Только вот никакого хвороста парни собрать не смогли. Как назло, все ветви были выше их роста, а ёлки пропали из виду, оставив вместо себя лишь сосны. Надежда таяла на глазах. Тело стремительно замерзало, а разум начинал засыпать.       Джексон замедлялся, а за ним и Майкл. Не верилось, что происходящее реально, но и сном это тоже не назовёшь — все ощущения были настоящими. Во сне бы они не замёрзли на смерть, так ведь?       Фонарик начал мигать. Садилась батарейка. — Вот чёрт, работай, идиотский кусок металла! — злился Делл, потряхивая фонарик в руках. — Прекрасно. Скоро мы останемся без света.       Майкл не ответил. Сделав пару шагов, он замедлился и упал на колени. — Я… не могу…       Джексон среагировал так быстро, как мог: он поймал хрупкое тело, удерживая на весу и не давая ему окончательно упасть. — Майкл, не спи, слышишь? Нельзя спать, ты замёрзнешь! Майкл!       Делл потряхивал напарника за плечи, слегка бил рукой по раскрасневшимся щекам. Охотник что-то мямлил. — Вот жешь…       Оттащив тело под дерево, Джексон немного примял снег и сел, прислонившись спиной к стволу. Майкла он посадил перед собой, прижимая его спину к своему животу. Чтобы хоть немного согреться, он запахнул куртку и начал дышать Майклу в затылок. Параллельно он растирал его руки, а затем пытался хоть немного отогреть их пламенем от зажигалки. Но из-за ветра она быстро тухла и ничем не помогала. — Если ты тут умрёшь… Чёрт, Майкл, я убью тебя. Я найду тебя на том свете, выслежу и убью.       Напарник простонал. Он попытался свернуться калачиком, но из-за неудобной позы не смог прижать ноги к груди. Майкл повернул голову и уткнулся носом в разгорячённую шею Делла. Сердце предательски забилось чаще, с каждым ударом всё больше вырываясь из грудной клетки. Уши заложило от стука. — Спа…сибо…       Одно слово, а сколько в нём тепла. Джексон крепче обнял коллегу, прикрывая глаза. Сонливость коснулась и его.       «И всё же… Майкл никогда не причинял мне боли. Никогда не жаловался на работу, никогда не надевал маски. Он всегда был самим собой. Может… может попробовать ещё раз? Довериться ему? Доверить ему свою…»       С этими мыслями Джексон заснул. Ветер колко обдувал их неподвижные тела, а снег заметал следы. Фонарик, заискрившись, погас. Лес погрузился в кромешную темноту. — Джексон! Да твою ж налево, просыпайся давай! Вот пьянчуга, дома выспишься!       Напарников разбудил настойчивый и громкий голос начальника. Майкл потёр слипшиеся глаза, Джексон с трудом поднял руку, чтобы закрыть глаза от яркого света. — Ну вы и даёте, надраться, как в последний раз! — Дрейк… заткнись, бога ради… — прохрипел Джексон, откашлявшись.       Майкл, осознав, в какой позе они находятся, постарался как можно быстрее отползти, параллельно вставая на ноги. Всё тело ужасно ломило, ноги были ватные и не слушались. А сердце колотилось как бешеное. Так близко к телу Джексона он не был никогда. Во сне ему казалось, будто он слышал его собственное дыхание. Прямо над ухом. От этой мысли его бросило в дрожь. — Поднимайся, — Хэтчинс протянул охотнику руку помощи, — уже почти все разъехались. Вас было никак не найти, а вы тут вдвоем, за фотозоной, оказывается, отсыпались.       Джексон с трудом поднялся. Его пошатывало, к горлу подкатывал ком. — Мы тогда… пойдём… — Да, спасибо вам, мистер Хэтчинс, до свидания.       Майкл перекинул руку Делла через плечо и аккуратно повёл его к выходу. Почему-то Джексону было хуже, хотя Блэквуд догадывался, почему. «Эх, старичок, ноги уже совсем не держат», — посмеивался Майкл у себя в голове.       Добрались до машины коллеги, как в бреду. Джексона парень усадил на переднее пассажирское, а сам сел за руль. Права он получил относительно недавно, и единственное, что его сейчас волновало — это не раздолбать рухлядь Джексона. Машине этой было больше, чем Майклу. — Этот корпоратив я не забуду никогда, — признался парень, наклонившись к напарнику, — ну и день…       Покопавшись в карманах Джексона, Майкл выудил оттуда ключи. Мужчина тяжело дышал, но в целом уже чувствовал себя относительно нормально. По его словам. — Бред, а не день, — буркнул Делл, прикрывая глаза. — Что они в алкоголь добавляют? — Думаю, нам лучше этого не знать.       Машина завелась с третьего раза. Снег здесь не шёл, поэтому расчищать окна было ни к чему. Майкл посмотрел на время и улыбнулся. — С Новым годом, Джексон. — И тебя, Майкл.       Никто из них не понял, что это было. Никто не хотел возвращаться к этой теме, и уж тем более понять произошедшее. Но Джексон знал одно — этот мелкий, надоедливый парнишка глубоко засел в его мыслях и тронул самое сокровенное — его душу. И теперь просто так он от него не отделается.