Маккабр

Женя Исаев, шестнадцати лет от роду, перешел из «престижного кадетского интерната» в самую обычную школу. Сегодня, какого-то там октября, был его первый день. Он начался с не самых приятных вестей. Раскол бездны под его родным городом поглотил уже треть всей территории, а людей, способных уничтожить монстров, почти не осталось. Именно поэтому, собственно, мама Жени и решила продать старую квартирку на окраине довольно крупного города и пуститься чуть дальше, в менее населенный город. Она боялась, что ее сын, способный биться с монстрами, погибнет, как остальные. По критериям его матери (проживание в общежитии при школе) была всего одна школа, куда Женя мог пойти, поэтому много времени оформление документов не заняло. Через два дня он уже стоял на пороге школы. — Твою-то мать... — пробурчал Женя, стоя перед зданием, которое включало в себя два корпуса. Малюсенькое общежитие и такая же маленькая школа. Он выдохнул, достал телефон и проверил информацию от его новой старосты, которая даже имени своего не соизволила сказать. «Подойди к стойке с информацией и сам посмотри». «Очень содержательно, спасибо!» — подумал Женя и, ругаясь всеми возможными матами, прошел внутрь этого здания. Заселение в общагу ему обещали сразу после первого учебного дня, поэтому, вероятнее всего, он сможет увидеть своих соседей уже через несколько минут. Первым делом он, как и написала ему староста, подошел к стойке с информацией, но проблема была в том, что даже буквы своего класса он не знал. Женя пробежал глазами все бумажки, которые висели на стене, и наткнулся взглядом на, пожалуй, самую большую. План эвакуации. На нем крупным шрифтом была обозначена учительская. Не успел он и шагу сделать от стойки с информацией, как почувствовал руку на плече. Он резко повернулся, перехватывая руку, и остолбенел. Девушка напротив зашипела, но когда она подняла взгляд, на ее лице замерла игривая ухмылка. — Жека, ты что ли? — рука, зажатая Женей, дрожала, а в глазах у девушки стояли слёзы. Он отпустил руку и неверуще прошептал: — Милана, ты что... Да не ты... Она вырвала свою руку из его хватки и крепко обняла. Девушка была на голову ниже. Ее когда-то белые длинные волосы превратились в крашеную розовым каре. Шрам, пересекающий губы, был замаскирован косметикой, а одежда... Это была уже не форменная рубашка и такие же брюки. Она была в короткой юбке и большой футболке, которая спадала с одного плеча. Она сильно изменилась, но в то же время осталась такой же. Женя в ответ обнял ее, но вскоре она резко отпрянула и протянула руку. Женя улыбнулся и протянул в ответ. У него предательски защипало в глазах. Милана еще раз посмотрела на него и с размаху всыпала ему подзатыльник, такой, что звездочки в глазах стали ярче солнца на чистом небе. — Бестия, — огрызнулся Женя, потирая ушибленный затылок. — Пошли в класс, щенячьи нежности оставим на заселение. — Это ты, получается, староста? — Женя повернулся к Милане, и выражение ее лица опять сменилось на спокойное. — Я. Женя понимающе хмыкнул и продолжил следовать за подругой. Коридоры начали медленно заполняться детьми и подростками, поэтому очень скоро Милане пришлось схватить парня за руку и протаскивать сквозь толпу. Когда они вышли на лестницу, толпа стала чуть меньше, поэтому Мила отпустила руку и притормозила, чтобы сравняться с Женей. — У тебя комната соседняя со мной, но если хочешь, могу договориться и заедешь к нам. — Если ты не забыла, то у меня есть кое-что, мешающее жить в одной комнате с девочками. — А я уже и забыла... — она неловко улыбнулась. — Ты ведь с нами жил когда-то. — То была кадетка, а у них, как известно, пола нет, но сейчас ты гражданка Королёва, а я гражданин Исаков. — Боже, Женя, закройся! — Милана хихикнула и толкнула дверь кабинета. В нем была всего одна девочка, остальные, видимо, еще не пришли. — Нана, встречай новенького! Этот тот Жека, про которого я говорила. — Привет! Ты Нана? Приятно познакомиться. — Он протянул руку для рукопожатия. — Да, я, а ты Женя, я про тебя наслышана. — Она тоже протянула руку и пожала ее. Женя не смог разглядеть ее лицо детально, потому что когда она говорила, опускала голову вниз, и ее белоснежные локоны падали на лицо, закрывая краснеющее личико. — Ну раз познакомились, значит, сегодня ко мне в комнату, после уроков идем в магазин, он тут недалеко, и продавщицу я знаю... — Нам нельзя выходить! В прошлый раз ты дежурила почти месяц. — Нана резко подняла голову и сказала это так возмущённо, что было ясно, это не в первый раз. — Это было потому, что я бегала одна, а сейчас вернулся он. — Она приобняла Женю за плечи и ткнула пальцем ему в щеку. — С ним я тыщу раз сбегала с общаги и территории корпуса. — А что там сложного? Почему ты не справляешься? — Милана повернула голову в его сторону, и в ее глазах блеснул нехороший огонёк. — Ладно, понял, промолчу. — У меня сигареты кончились, и в холодосе пусто, утром последние макароны съела. — Я больше за тебя не вступлюсь и прикрывать не стану. — Нана театрально отвернулась от Миланы и заправила за ухо белоснежную прядь. — Ой да не попадемся, пойдем все вместе. — Милана обняла сидящую Нану и потрепала ее волосы. Их перепалку прервал звонок на урок, Милана схватила Женю за руку и посадила рядом с собой. — Нана, у нас отличница, поэтому на уроках я сижу отдельно. — шепнула она. — Она соседка? — Нет, мы по одиночке живем. У нас комнаты малюсенькие, и людей не так много. Я на движниках старосты себе выбила побольше комнату с кухней, но живу с девчонкой из девятого. — Думаю, на кухню к тебе буду приходить. — В душ, походу, тоже, а то вдруг мыло уронишь! — на этот раз шепот сорвался в смех. — А может, и нам расскажешь, что за шутка такая интересная? — учительница с жабьей рожей произнесла это так мерзотно, что Женю замутило. — Извините, я рассказала новенькому информацию по заселению в общежитие. — ее голос и манера себя вести переменилась в секунду. Даже взгляд стал другим. Так прошел первый урок. На перемене после него Милана, держа в одной руке Женю, в другой Нану, потащила их в столовую. — Сегодня Светка из шестого «В» дежурит, она мне булочку с маком придержала. Щас забегу, заберу и пойдем на следующий урок. — Она махнула рукой и скрылась за дверью столовой. Они остались вдвоем. Нана молчала, она видимо стеснялась заговорить первой. Женя неловко кашлянул и решил прервать неловкую тишину: — Она всегда такая активная? — Из-за твоего перехода всполошилась, обычно она поспокойнее, редко когда накрывает. Женя вздохнул. Он не решился продолжать этот разговор, но и Нана не стала настаивать на нем. Через пару минут из столовой выбежала Милана, она молча дернула из-за руки, держа булку в зубах. Когда они немного отбежали от столовой, она вытащила из-за рта булочку и заговорила: — Там Ромашка, она говорила про контрольную, которая будет на неделе. Я решила подслушать... Но твою мать! Надо же было ей повернуться! Я сидела на картонах с булкой в зубах... Репутация старосты... Внезапно она дала себе ощутимую пощёчину, такую, которая оставляет красный след на всю щеку. Женя вздохнул, а Нана испуганно шикнула. Она остановилась только перед переходом в корпус общаги, повернулась и посмотрела на двоих за ней. — Прогуляем физику? Нана уставилась в пол, а Женя отрицательно покачал головой. — У меня первый день, давай хотя бы его отходим полностью! Нам осталось четыре урока. Три от классного часа я нас отпросила. — Нана продолжила сверлить дырку в полу своим взглядом. Золотце! — Мила накинулась на нее и обняла. Белые кудряшки мило растрепались и упали на ее розовые волосы. Нана в ответ только сжалась, неловко отвечая на объятия. Женя с улыбкой старшего брата смотрел на эту сцену. Было очень тепло на душе, от того, что он видел, эта девчушка нашла себе уже как минимум одну подругу. Он стал не единственным ее другом. Было немного странно это понимать. Обычно она всегда отгораживалась ото всех. В сердце больно заскребло. Идем, урок скоро начнется. — Она похлопала его по плечу. Так пришли и остальные уроки. За это время Женя начал привыкать к обществу Наны и вспоминать теплые деньки, когда они так же втроем бегали на крышу. — У тебя вещи где? — Эта фраза вывела его из прострации, и Женя увидел перед собой Милану, которая машет ему рукой перед лицом. — Прости, задумался, вещи мама должна была передать на вахту, там сумка и рюкзак. И техника по минимуму. Милана уже спокойнее, чем пару уроков назад, повела его к вахте. Женя взглянул в окно, и почему-то у него появилось нехорошее предчувствие. — Там бабулечка, она добрая, меня знает, сейчас быстренько тебя оформит. Так и случилось. Ему без лишних вопросов выдали ключик от комнаты. Там же они и забрали вещи, которые мама Жени добротно черным маркером подписала: "Женя И". Милана тихо хихикнула и взяла в одну руку сумку с вещами, а во вторую коробку с микроволновкой. Женя в свою очередь попытался забрать у нее тяжесть, на что получил доходчивый аргумент, прилетевший по голове. — Не бей его, деточка, а то дурачком станет! — Прокомментировала старушка, когда они уже отходили от ее коморки. На это Милана рассмеялась, а потом опять переменилась, уже адекватно рассуждая: — Я тогда беру микроволновку к себе, просто ко мне будешь ходить есть... Все равно ошиваться там будешь. — Вот мама обрадуется, когда я расскажу, что у меня микроволновку Милана украла... — Женя театрально поднял одну свободную руку и приложил ее к груди. — Она меня разве не знает? Я думала, ты страдал по мне! Упивался соплями, когда меня забрали оттуда. — Конечно упивался, сначала Коля, потом ты. Я остался один! Этот упрек ударил по больному их обоих. Поэтому, когда они встретили Нану, которая ждала их у комнаты Жени, первая непонимающе переводила взгляд с одного на другого. — Что-то произошло? — тихо прошептала она Милане, с неодобрением смотря на коробку и сумку в ее руках. — Не, норм. Милана перебросила тяжеленную сумку Жене и начала рыскать по его карманам в поиске ключей, найдя те, она молча открыла дверь. — Сумку дай, придурок, — крикнула Милана уже громче и, перебросив на кровать все его вещи, закрыла комнату. — Обустроишься самостоятельно, сейчас я хочу курить или напиться. — Где же твой запас рома на все случаи жизни? — Остался под полом в корпусе, — разочарованно хмыкнула Милана. Они не успели пройти и пары шагов, как их остановила Нана, она невнятно пробурчала что-то о том, что не хочет попасться и останется я с Адой, подготовит ее к приходу гостей. Милана повернулась и показала два пальца вверх. В итоге возле покосившихся ворот школы остались только они вдвоем. Милана кинула в Женю пустой рюкзак и ловко перебралась через забор, Женя же перекинул ей все тот же рюкзак и перелез сам. Не так ловко, но опыт в подобных вещах был на лицо. — Поговорим? — Женя с опаской посмотрел на какую-то взбудораженную девушку. — Начнем с того, что они не знают. — Читаешь мои мысли. — Я просто тебя слишком хорошо знаю... — Колян привет передает, обычно он чаще появляется, но сегодня за рулем этой лодки я. — Так соскучилась? — Женя с игривой улыбкой посмотрел на неё. — Смотри не влюбись. — Ой ой ой, это мы уже проходили. Сама в это не поверишь, мне хватило одной сломанной руки. — Тогда я поверила слухам и еще не были друзьями. Они захихикали. Все было почти как раньше. Они выбрались в магазин и шли через непонятный перелесок, опять обсуждая тему «влюблённости». — Как думаешь, что обо мне думает Нана? — Думает, что я в тебя безбожно влюблена, но отрицаю это. — Если бы знала, через сто мы прошли, чтобы так общаться, то поверила бы. — Про раскол я тоже ей не рассказала, Аде тоже. — Милана затормозила и повернулась к Жене полубоком. — Кстати, насчет раскола и бездны... Я почему всегда одна хожу. Тут пару или тройку раз попадались такие зверюги! Они не захватывали тело человека, они были просто осязаемыми духами. У них было ядро и все такое, но они не вселялись. — Твою ж... Сука... Они и до сюда добрались? — Ага, я потихоньку перебиваю, но нельзя попасться властям. Парня Наны уже упаковали. Его забрали и отправили служить, сторожа главный раскол. Главный раскол... — У тебя тоже нехорошие предчувствия? — Не у меня, у Коли. Сердце Жени упало. — Давай быстро в магазин, не хочу здесь находиться дольше, чем это нужно. — Не парься, я вчера перебила всех, сегодня их не должно быть. Женя сглотнул и взял за локоть Милу. Он понимал, что нельзя оставлять ее одну, нельзя сейчас зацикливаться на разломах и бездне. Через пару секунд Милана отмерла и сравнялась с Женей. Оставшуюся дорогу они продолжили молча идти, лишь изредка хрустели ветки сухих деревьев. Листья зловеще кружились, подносимые легким ветерком. Через пару тройку минут они зашли в магазин, Милана нацепила на лицо самую доброжелательную и милую улыбку и выпросила у продавщицы пару пачек сигарет и жижу. Остальные покупки выпрашивать не пришлось. Милана закинула в корзинку кучу всякой еды, газировок и бутылочку виски. Почему-то продавщица не обратила на нее внимания, поэтому, когда они вышли из магазина, Милана взяла белый пакет с покупками и начала перекладывать их все в рюкзак. Сигареты она спрятала под велосипедки, которые носила под юбку. — В следующий раз идем все вместе, а то эта женщина меня уже ненавидит. — А они согласятся? — Выбора у них нет. — На этих словах Милана впихнула последнюю пачку печенья в рюкзак и с трудом застегнула его. Назад они шли уже не молча, обсуждая последние темы. — Хочешь им рассказать? Про Колю, про Бездну? — Если начнут подозревать. Женя хмыкнул, и они продолжили свой путь. Милана рассказывала анекдоты и клички учителей, а Женя, смеясь как умалишённый, смотрел на неё. Вскоре они дошли до заборчика, Милана вновь перелезла первая и подняла руки, чтобы словить рюкзак. Вскоре они подошли к окну, и Милана постучала в него костяшками пальцев. Открыла ей девочка с черными короткими волосами. Они были чуть короче, чем каре Миланы. У нее прямая челка, которая немного закрывала брови. Самым странным было то, что на ее лице не было эмоций. Она была похожа на каменное изваяние. Через пару секунд и примерно шесть матов, Милана влезла в окно и подала руку Жене. Он тоже влез в комнату и поздоровался с черноволосой. — Я Ада, а ты Женя. — это прозвучало все также без эмоций. Стало неловко... — Приятно познакомиться. — Мне тоже. Ее черные губы улыбка не тронула, но глаза светились ярко, будто компенсируя безэмоциональность своей хозяйки. Пока они пытались познакомиться, Милана притащила звенящую посуду и кивком позвала остальных присесть за маленький столик на кухне. Сама же Милана села на тумбочку и взяла в руки яблоко. — Давайте кушайте, выпить сегодня не выйдет. — Нана вышла из-за угла и показала присутствующим телефон. Там было одно сообщение: "Проверка заселения и эксплуатации комнат через сорок минут". Милана вздохнула и спрыгнула с тумбочки. — Пойду прятать запрещенку. На этом они и расстались. Женя не стал объедать девчонок и взял только одну печеньку. Через пару минут прощаний и заверений, что все будет нормально. На последок, перед тем как уйти, Милана дала хороший такой пинок по зад. — Для ускорения! Ада хихикнула, но это не отразилось на ее лице, а Нана смущенно переводила взгляд с одного на другого