Солевые патроны или мамин чай

      Снег скрипит под ногами, разлетаясь мелкими пушинками в разные стороны. Метла скидывает холодный пух с темно-коричневых ступеней открытой веранды. Джисон крепко держит рукоять, прибираясь на свежем воздухе. В нос ударяет свежий, зимний запах, рука в теплой варежке утирает пот со лба.       – Я закончил, – говорит он отцу, который отгребает снег лопатой, формируя свежие дорожки. Мужчина смотрит на него пару секунд и хмурится.       – Отойди оттуда, Джисон, не видишь, что ли? Вон снег сейчас с крыши сползет на тебя.       – Да знаю я, – парень кивает и отходит подальше от опасного участка. – Ну, так можно идти?       – Иди матери помоги, – Джисон вздыхает и бредет к женщине.       Госпожа Хан чистит ковер, расположив тот на белом снегу. Парень берет щетку и начинает счищать мелкие пылинки с ярко-зеленого ковра. Как же он ненавидит зиму. И, казалось бы, это время года должно быть любимым у всех деревенский жителей, потому что зимой меньше работы на поле и отдыхать можно больше. Но для Джисона это время настоящей пытки: его парень Минхо уехал на заработки в город. Однако у Хана не получилось вырваться вместе с ним, так как какой-то тяжелый якорь держал его здесь, в деревне. Строгие родители являлись его самой основной проблемой. Именно поэтому эти новогодние каникулы парень отмечает один. Дома. С семьей. Без Минхо.       – Проведи еще здесь пару раз, дорогой, – просит мама, и Джисон повинуется, счищая грязь с яркой материи.       Пару минут родители обсуждают, что приготовить на ужин, а что оставить на завтра. Парень не слышит их, сфокусировавшись на своих мыслях. Щетка инстинктивно двигается по ворсу, пыль разлетается, Хан чихает.       – Будь здоров, – слышится издалека. Слишком знакомый голос режет слух, и Джисон поднимает макушку наверх. – Здрасьте, – Ли улыбается и машет рукой семейству Хан.       – Минхо?       Джисон не помнит, как помчался навстречу и обнял любимого, зарывая нос в холодный голубой шарф. Минхо смеется и мягко обвивает руками талию, прижимая ближе.       – Почему не сказал, что приедешь? – возмущается Хан и хмурится, когда Ли целует его в холодный красный нос.       – Ты бы ждал меня целый день, как верный пес на крыльце, – палец смахивает снег с челки, выбившейся из шапки младшего.       – Дурак. Не делай так больше, – смущается Джисон и поворачивается к родителям. Его отец неодобрительно качает головой, фыркая.       – Джисон, отойдите оттуда. Я же сказал, там снег может упасть. Тает же все, – цыкает он и оборачивается, когда слышится грохот. Джисон успевает отпрыгнуть, когда Минхо засыпает тяжелым мокрым снегом с крыши. Он вскрикивает.       Нет, нет, нет. Минхо не могло так засыпать. Он же только приехал. Он же…       – Минхо… – младший бросается к сугробу, разбрасывая снег в стороны, но его отталкивает отец, который никогда не проявлял особого тепла к его парню.       – Ну-ка в сторону.       Мужчина гребет быстрее, откапывая Ли. Того не слышно, видимо, ударился головой о ступени и потерял сознание прямо под холодной кучей.

***

      Тепло разливается по телу с появлением нового слоя одеяла. Ресницы колеблются, Минхо медленно открывает глаза. Вокруг знакомая комната, мягкая кровать, на груди грелка и несколько слоев пледа и одеяла. На ногах чувствуются шерстяные носки, а во рту градусник. Рядом щебечет Джисон, роясь в каком-то шкафу.       – Джи... Джисон?       – Очнулся? Слава Богу, мы уж переживали.       – Мы?       – Ну, я и родители, – пожимает плечами младший, – они в аптеку ушли за лекарствами для тебя.       – Не нужно мне ничего, я в норме, – отмахивается Ли и выплевывает градусник.       – Как ты себя чувствуешь вообще?       – Как в коконе. Приехал на каникулы в деревню, блин, – ворчит он, а Джисон хихикает.       Пару минут они сидят в тишине. Ли оглядывает комнату любимого, отмечая, что с последнего его визита ничего особо не поменялось. Разве что добавилось пару новых постеров на стенах.       – Ты сам меня сюда припер?       – Отец.       – Отец? Твой батя?       – Ага. Он тебя откопал и принес сюда, на второй этаж, – пожимает плечами Хан.       – Он же меня ненавидит.       – Я сам ничего не понял. Я думал, он наоборот готов был тебя убить, когда мы сказали, что встречаемся.       Оба посмеиваются. Конечно, они помнят такой незабываемый опыт, когда Хан старший едва ли не выстрелил в Минхо из охотничьего ружья, хотя пытался.       – Он в меня стрелял!       – Ага, солевыми патронами, – смеется Джисон и ложится рядом, укладывая голову на грудь старшего. – Тебе лучше?       – Да.       – Тепло?       – Да.       – Чаю хочешь? Мама заварила.       – Вся твоя семья решила искупить грехи и позаботиться обо мне, когда я чуть не умер?       – Ну, могу и я позаботиться, – хитрые глаза-бусины блестят в тусклом свете желтой лампы, и рука ползет под трусы старшего.       – Чего ты там шаришь?       – Ищу новогодний подарок.       Рука находит пенис и проводит по всей длине, сжимая в кулаке. Джисон хитро улыбается и садится на упругие ляжки старшего, предварительно стянув тысячу одеял на пол. Трусы так же стягиваются вниз, темп ускоряется. Пальцы размазывают предэякулят по головке, а затем тянутся к рту. Язык грязно облизывает указательный палец.       – Джисон… Что ты, мать твою…       Минхо хрипит, когда голова младшего полностью опускается и теплые губы обволакивают головку члена. Хан опускается ниже, облизывая основание, и дотягивается пальцами правой руки до яичек, переминая их по очереди. Ли случайно разводит ноги шире, давая младшему больше места. Тот ускоряется и уже откровенно сосет своему парню прямо в собственной комнате. Джисон втягивает щеки, когда слышит мамино громкое:       – Джисони, дорогой, мы пришли. Ну чего, очнулась там твоя спящая красавица?       Глаза Минхо округляются, он тянет младшего за волосы, прося остановиться, однако тот продолжает. Он сосет быстрее, почти давится членом, задевая стенки горла, и Ли чуть ли не теряет сознание второй раз за день только уже от головокружительного оргазма прямо в рот младшего.       – Отцепись уже, дурак, – шипит старший, когда слышит шаги по скрипучим ступеням.       Джисон смеется и встает, вытирая губы рукавом мягкой кофты. Минхо быстро натягивает на тело несколько одеял и пледов, не успевая справиться с трусами, когда дверь открывается.       – Вы здесь? О, Минхо проснулся, – улыбается мама и заходит в комнату вместе с мужем.       – Да, тетя, – кивает тот и хватает кружку горячего чая, дабы утолить жажду, но лишь обжигает язык. Щеки мерцают ярко-розовым румянцем от смущения и недавнего оргазма.       – А чего красный какой? Температура, что ли? – женщина подходит ближе и кладет руку на лоб Ли. Затем она берет градусник с тумбы и сует тому в рот.       Минхо кидает гневный взгляд на смеющегося Джисона, мысленно говоря, что тот об этом еще пожалеет. Отец скрещивает руки на груди и хмурится.       — Пахнет как-то странно тут у вас.       Минхо сглатывает и закрывает глаза от смущения. Конечно, странно. Он буквально только что трахнул рот сына господина Хана. Блядство.       — Да ты горишь, дорогой, — хлопочет мама и ищет взглядом свою сумку, — вот-вот, мы купили сироп для тебя, сейчас, я сумку в коридоре оставила.       Женщина мечется и выходит из комнаты в поисках сумки. Парни нервно переглядываются, когда отец Джисона кидает на них гневный взгляд.       — В следующий раз трахайтесь не в моем доме, вам ясно?       — Да.       — Да.       Оба кивают и заливаются розовой краской. Уши Минхо горят от смущения, когда он вспоминает, что все еще лежит без трусов под толстым слоем пледов.       — Я вот ещё взяла масла̀, их растирать по спине нужно. Давай-ка я тебе помогу, мой дорогой, — женщина входит в комнату и подходит ближе, в её руках два флакона с лекарствами.       — Нет! — вскрикивает Ли, когда госпожа Хан начинает стягивать с него одеяло. — Нет, пожалуйста, аа.. эм.. мне холодно просто. Я сам потом как-нибудь... спасибо, тётя.       Джисон фыркает и едва ли пытается скрыть громкий смех. Ага, холодно ему, конечно.       Хан смотрит на своих родителей, что хлопочут вокруг его парня около получаса. Он их совершенно не узнает, но не может сдержать радость, что его старики наконец-то приняли Минхо в семью. Это самый настоящий подарок на новый год, который они встретят уже вместе.