❤︎ Искусство обнажения

Прошло две недели с той первой ночи. Для Ани и Сергея это были две недели тихого счастья: вечера в его квартире, утренний кофе в постели, переписка днём с намёками, которые никто не видел. На занятиях они держались идеально — он был строгим, но справедливым преподавателем, она — тихим, сосредоточенным студентом. Ни взглядов слишком долгих, ни прикосновений. Только иногда, когда он подходил поправлять работу, его пальцы едва касались её руки — и этого хватало, чтобы сердце Ани билось быстрее. Но группа была маленькой. И очень внимательной. Всё началось с мелочей. Сначала Эвелина заметила, что Ваня стал... другим. Раньше он всегда приходил в одном и том же — оверсайз толстовки, джинсы, кеды, волосы растрёпанные. Теперь — одежда сидела лучше, волосы чуть аккуратнее уложены, на шее иногда мелькал тонкий чокер под воротником (она увидела, когда он нагнулся за карандашом). — Вань, ты с кем-то встречаешься? — спросила она однажды в перерыве, жуя бутерброд. — Выглядишь... ухоженным. Ваня (Аня внутри) покраснел, но отшутился: — Просто выспался наконец. Эвелина прищурилась, но не стала давить. Потом Денис подметил, что Ваня теперь часто остаётся после занятий «дорабатывать». Раньше он уходил с остальными, а теперь — почти каждый вечер. — Брат, ты что, дипломку уже пишешь? Или Сергеич тебя дополнительно мучает? — подколол он, хлопнув по плечу. — Просто вдохновение, — ответил Ваня, стараясь не смотреть в сторону Сергея, который в этот момент собирал кисти у своего стола. Дарья, самая наблюдательная, заметила взгляды. Она сидела ближе всех к Ване и видела, как он иногда смотрит на преподавателя — не просто внимательно, а... тепло. И как Сергей, обходя аудиторию, задерживается у его мольберта чуть дольше, чем у других. Однажды вечером, когда группа сидела в кафе напротив универа (традиция после поздних занятий), разговор зашёл о личной жизни. — Сергеич, кстати, холостой? — спросила Амина невзначай, мешая сахар в чае. — Вроде да, — пожала плечами Эвелина. — Никто не видел кольца. И он никогда не рассказывает про кого-то. — А зря, — хмыкнул Антон. — Такой мужик, а один. Денис рассмеялся: — Может, он тайно с кем-то из студентов? Представьте: приходит на занятие, а тут его тайная любовь рисует натюрморт. Все засмеялись. Аня замерла с кружкой в руках, но быстро взяла себя в руки и рассмеялась вместе со всеми. — Да ладно вам, — сказала Дарья. — Хотя... Вань, ты в последнее время часто с ним остаёшься. Не он ли твоя муза? Группа загудела, подшучивая. Аня почувствовала, как горят уши. — Да ну вас, — отмахнулась она. — Просто он хорошо объясняет. Но семя сомнения было посеяно. На следующем занятии подозрения усилились. Сергей поправлял работу Ильи, когда его телефон на столе завибрировал. Экран загорелся — видно было уведомление. Эвелина, сидевшая ближе всех, успела заметить: сообщение от контакта без имени, только сердечко ❤️ и текст: «Жду тебя после. А.» Она моргнула. Переглянулась с Дарьей. Та тоже увидела. После занятия, когда Сергей вышел в коридор поговорить с коллегой, девушки окружили мольберт Ани. — Вань, — начала Эвелина тихо, но с блеском в глазах. — У Сергеича сообщение пришло. С сердечком. И буквой «А.» на конце. Аня замерла, кисть в руке дрогнула. — Ну и что? — постаралась сказать спокойно. — Может, подруга какая. Или сестра. — Сестру с сердечком? — хмыкнула Дарья. — И «жду тебя после»? Амина улыбнулась мягко: — Мы не осуждаем. Просто... если что, мы за тебя. Денис, подслушивавший, влез: — Блин, ребята, серьёзно? Ваня и Сергеич? Это было бы эпично! Аня покраснела до корней волос, но не стала отрицать. Просто собрала вещи и ушла — якобы торопилась. Вечером, уже у Сергея, она рассказала всё, уткнувшись ему в грудь. — Они почти догадались. Сергей обнял её крепче, поцеловал в макушку. — И что ты хочешь? Сказать им? Или пока подержать в тайне? Аня подумала. — Пока... пусть подозревают. Но не знают точно. Это... волнующе. Он рассмеялся тихо. — Ты стала смелее. — С тобой — да. Они поцеловались — медленно, как всегда. А за окном группа в чате наверняка уже обсуждала «странные совпадения». Но это было неважно. Им было хорошо вдвоём. А остальное — потом.