Игра в правду

Нил никогда не боялся высоты, он видел вещи гораздо страшней, чтобы это пугало его. И сейчас, находясь на краю крыши общежития лисов, он не чувствовал ничего, кроме свободы. Ветер колыхал его рыжие кудри, в руках тлела сигарета. Парень смотрел на звёзды, они завораживали его своей простотой и одновременно красотой, Нил даже не сразу понял, что в какой-то момент просто лёг, свесив одну ногу. Снизу проезжали машины, пара из них останавливалась возле кампуса на парковке. Спортсмены под вечер возвращались в общежитие, но Джостен ни на кого не обращал внимания, в организме рассеивались остатки таблеток, на лице уже не было той вечной химической улыбки, от которой часто шарахались прохожие. Это был последний приём за сегодня, поэтому под ночь он может хоть немного почувствовать себя нормальным, трезвым. - Жить надоело? - со стороны входа на крышу раздался безэмоциональный голос, который мог принадлежать только одному человеку. - Эндрю, - протянул Джостен, усмехнувшись. - Давно не виделись, - повернул голову на блондина парень. В его глазах были какие-то странные искры, эмоция, которой раньше никогда там не было. Миньярд стоял возле двери, не двигаясь, обводя рыжего напряжённым взглядом. Нил посмеялся, поднеся сигарету к губам, затянулся и на выдохе сказал: - Боишься, что захочу спрыгнуть? Мне ни к чему драма, если захочу, ты даже не узнаешь об этом. - Придурок, - Эндрю всё же подходит к нему, садясь рядом с головой парня чуть дальше от края. Промычав что-то невнятное в знак согласия, Нил прикрыл глаза. Его редко можно было увидеть без улыбки, просто со спокойным, расслабленным лицом. Миньярд настолько увлёкся разглядыванием лица напротив, что не сразу заметил, как его упрекнули в этом. Нил через какое-то время поднялся, снова садясь и свешивая ноги, на что блондин только цокнул. - Хорёк, - позвал рыжий вратаря. - Кролик, - передразнил его парень. - Что если я скажу, что меня снимают с таблеток через пару недель? - Эндрю на пару секунд впал в ступор. - Это как-то связано с тем недавним звонком? - Телефонный звонок, который поступил Нилу вчера, конечно, не остался без внимания Эндрю. - Да. - Кто такой Гарфилд? - от неожиданности по телу прошла крупная россыпь мурашек. Гарфилд — тот человек, из-за которого Нил сидит на таблетках, именно он навязал его матери мысль, что он опасен для общества, именно после его сеансов Джостен потерял доверие к мужчинам. То, что происходило в том кабинете, он намеревался похоронить с собой в могиле. Со вчерашнего дня он думает о том, что через каких-то жалких две недели ему придётся вернуться в тот ад, который он хотел забыть. - Кролик, да или нет? - Нил не мог выдавить из себя ни слова, поэтому просто кивнул, не особо понимая, на что соглашается, но даже не зная этого, он может точно сказать, что его сейчас не скинут с крыши или ещё что похуже. Джостен не хотел привязываться к лисам, но этот парень явно пробрался под его кожу и не очень-то хотел уходить. Эндрю обхватил его грудь рукой, двигая ближе к себе, и положил голову парня себе на колени. Свободную руку он запустил в рыжие вихри, перебирая пряди. Только сейчас Нил понял, что не дышал. - Игра в правду? - спросил парень, и после кивка продолжил: - Это тот, кто навязал моей матери мысль, что я опасен для неё, и таблетки усмирят меня. В то время я и в правду стал более агрессивным, но это никак не было связано с тем что он говорил, - Эндрю слушал внимательно, не перебивая вопросами, которых с каждым разом становилось всё больше. - Он был близким другом Мэри. Обычно она читала людей словно открытую книгу и выбирала только проверенных, в тот раз что-то пошло не так. Это был первый и последний человек, в котором она ошиблась, - Джостен остановился, будто раздумывая, стоит ли говорить дальше, и, кивнув чему-то в своей голове, продолжил: - Он работал психологом для проблемных подростков, поэтому она даже не думала ставить под сомнения его слова. Но честно, на месте его начальника я бы не пускал его к детям. Тишина между ними казалась тягучей, напряжённой. Нил достал из кармана пачку сигарет, сразу доставая две вместе с зажигалкой из коробки, протянув уже зажжённую сигарету Эндрю, тот от предложения не отказался. - Дрэйк Спир, - выдохнул Миньярд вместе с дымом сигареты. - Кэсс хотела усыновить меня. В тот момент я был готов мириться с его существованием, он приезжал только на праздники и скоро должен был уехать в морскую пехоту, а я слишком не хотел терять её. Потом я узнал, что у меня есть брат-близнец, и он пытался добиться встречи с ним. Чтобы не допустить этого, я добился того, чтобы меня закрыли в колонии для несовершеннолетних, - ответил Эндрю правдой за правду, и через пару секунд прошептал едва слышно: - У него был свой взгляд о любви братьев. Они ни слова не сказали, что именно происходило, но при этом оба всё поняли. Читали между строк, это и бесило, и вызывало какое-то странное тепло в груди. Эмоция, которой давно не было. Впереди у них есть ещё две недели до очередного кошмара, который может продлиться месяц, если психолог Нила решит, что они слишком давно не виделись. Но это будет потом, сейчас они оба наслаждаются видом звёзд, никотином и друг другом.