Лето 85-го

Лето 85-го началось с жары. А еще оно началось с упакованных в старые чемоданы вещей, с автобуса, переполненного детьми, и с ворот летнего лагеря с металлическими заржавевшими буквами, представляя название. Снизу, чуть меньшим шрифтом - "Founded by Ler...y Gra..es". Ввиду старости лагеря пару букв просто отпали. Впрочем, значения это не имело. -Честно? Я хочу домой. Я не хочу тухнуть здесь всю оставшуюся часть лета! - Лукас небрежно тряс чемоданами, вываливая одежду кучкой на аккуратно заправленную постель. -Но мы тут лишь на неделю, боже! -Да, боже! - слова Майка поспешно подхватил Дастин, расставляя свои коллекционные фигурки на прикроватную тумбу. За это Лукас одарил его презрительным взглядом, намекая, что место тут придется делить всем поровну. -Ребят, - Уилл, сидящий на своей кровати (вещи раскладывать еще не спешил), отозвался, перебивая наступающий спор друзей, - мы ведь поиграем в подземелья? Он потряс небольшим чемоданом с тканевой обивкой. -Я взял, как и договаривались. Вместо ответов посыпались вздохи и какие-то отмазки уставшими голосами, перебивая друг друга, из чего Уилл расслышал лишь что-то вроде "позже, только ведь заселились". Однако среди этого парень заметил и легкий кивок Майка, обещающий, что они обязательно сыграют в эту игру вместе. Позже. К примеру, вечером. За это Уилл и любил Майка. За его внимание к деталям, поддержку, лидерские качества, за кудрявые волосы и веснушки на лице, за... Уилл отбился от этих мыслей. Не хотелось краснеть с пустого места перед ребятами. Он и сам не понимал даже, любовь ли это или просто подростковая вовлеченность и тяга к знакам внимания. Или просто не хотел признаваться самому себе в настоящей причине того, почему рядом с Майком его сердце начинает биться быстрее. Тем не менее, от каждой такой мысли хотелось так и шлепнуть себя ладонью по лице, поговаривая, что, нет, так не положено, что так не правильно. Тем более, по отношению к другу. Но каждую такую мысль он проживал с улыбкой на лице. И одно Уилл знал точно - что бы ни случилось, он не готов терять Майка. Уже после того, как вещи были расставлены в комнате(у кого аккуратно, а у кого - куча из хлама на полу и кровати), все четверо дружно решили исследовать территорию лагеря. А что еще важнее - найти себе укромное местечко и соорудить кривой шалаш из подручных средств, провозглашая это "суперской-тайной-секретной-базой" с паролем. Но далеко от корпусов отходить было нельзя, поэтому парни решили осмотреть пока то, что внутри. По коридорам носились дети, возрастом явно меньше них, чуть ли не сбивая с ног, получая вслед порцию ругательств от Дастина и преимущественно от Майка. На стенах, старых и обшарпанных, висели агитирующие плакаты и объявления:

"Рви, кусай, мчись!"

-Идиотизм! Они из нас хотят паинек слепить? - Возмутился Дастин, пробежавшись глазами по некоторым правилам, написанным на больших листах.

"Закрывай окна! - комары"

"Особенно послушные всегда получают значок успешного скаута"

- Фу, - Лукас скривился,- звучит как дрессировка. - Может, они еще и вкусняшки дают за выполнение команд? - усмехнулся Майк, бросив взгляд на следующий плакат. Какие-то очередные пронумерованные правила, среди которых девятое было криво замазано краской. В этот же момент из-за угла коридора показались знакомые фигуры Оди и Макс. Вторая тащила за собой рюкзак, больше схожий на мешок, переполненный ненужными вещами, пока Оди выглядела слегка потерянной: она внимательно рассматривала все вокруг себя, будто пыталась запомнить любую мелочь. - Вы уже заселились? - спросила Макс. Лукас в тот же момент поспешил перенять ее сумку себе в руки, на что девушка не возражала: она бы и сама впихнула тому свой рюкзак. - Да,- ответил Майк, и его голос стал мягче. В тот момент Уиллу показалось, что его взгляд был устремлен именно на Оди, устало стоящую рядом. Так и было. Тот поймал себя на мысли, что следит за каждым движением и изменением в голосе Майка. Даже за тем, как он слегка наклоняется к девушке, чтобы что-то сказать и бережно взять из рук небольшую сумку. Он улыбался ей так, как улыбаются после долгой разлуки; так, как улыбаются лишь самым близким, и смотрел - смотрел так, как смотрят лишь на тех, кто поистине важен. Уилл прикусил губу. В какие-то моменты он желал быть незрячим и неслышащим вовсе. Этот случай не исключение. - Мы пойдем к домику у спортплощадки,- сказала Макс. - Там потише. И меньше вожатых! Которые пялятся до дыр. - Отлично! - кивнул Лукас. - Мы... Ну мы с вами. Чего тухнуть, а? От всех (почти) посыпались одобрительные кивки и обсуждения о том, кто что успел разведать и где можно найти отличное место, чтобы спрятаться от пристальных глаз вожатых. Уилл слушал вполуха. В какой-то момент гул отдалился и разговор ребят просто ушел вперед, без него. В коридоре Байерс остался стоять один. - Я... позже подойду,- тихо сказал он, но его, очевидно, уже никто не мог услышать. Комната из четырех кроватей, двух тумбочек и, в некоторых местах, разбросанных вещей встретила его душащей тишиной. Уилл залез на на свою постель, подтянув колени к груди, и уставился в окно. Снаружи лагерь выглядел припевающе: деревья, грунтовые дорожки, чужие голоса и задорный детский смех. Майк был там - он видел его между корпусами, рядом с ребятами. Рядом с Оди. Или, правильнее выразиться, она рядом с ним? Тем не менее, им явно было весело и без него: Майк что-то говорил, размахивая руками, а потом засмеялся. Ярко и искренне. Уиллу стало невыносимо тоскливо. Он не злился на своих друзей. Он знал, что в этой компании его точно любят и им дорожат, но... Порой, он просто чувствовал себя лишним. Как будто его оставили специально. Как будто он казался слишком тихим, незаметным и крайне неважным в этот момент. Или просто не вписывался в эту компанию. Такие чувства все равно посещали парня время от времени, несмотря на то, что дружат они все достаточно долго. Или просто потому, что он слегка отличался от них. Уилл ненавидел себя за это отличие. Окно было приоткрыто, и в комнату тянуло теплый воздух, позволяя волосам слегка щекотать лицо. Но скрип двери заставил его вздрогнуть. - Эй, - с дверного проема раздался родной голос. Майк стоял на пороге, а улыбка с его лица постепенно стекала уголками губ вниз. Было... слегка колюче видеть лучшего друга в таком унылом виде. Еще больнее - понимать, что он тут все время просидел один. - Ты куда пропал? - спросил он, заходя и прикрывая за собой дверь. - Мы обернулись, а тебя нет. Последовал неловкий смешок в попытке разрядить атмосферу, но, судя по лицу Байерса, это не особо помогло. Тот в ответ просто пожал плечами. - Что-то вы долго оборачивались, - буркнул, протягивая последнее слово. - Так бы и не заметили, что меня нет. Он поджал губы. И вот в этот момент Уилл злился. И конкретно на Майка. Было больно, и все просто потому, что зачастую казалось, что его лучшему другу и по совместительству тому, кого он любил было не до него. В частности, когда рядом была Оди. Нет, для Уилла Оди всегда оставалась лишь в лучшем свете, и на нее обиды у парня не затаивались. Что не скажешь о Майке. Иногда тому просто хотелось стукнуться головой об стенку из-за своей приторной любви к нему. - Забудь, я просто устал после дороги. Майк подошел ближе и сел рядом, ненароком заставляя плечи чуть соприкасаться. Порой, Майк ненавидел и себя сам. Не только за какие-то там собственные закидоны, которые могли ранить близких. Он ненавидел в себе то, что никогда не умел и не может по сей день разобраться в себе и собственных чувствах. Почему так тошно становится, когда Уилл болтает с кем-то дольше, чем с ним? И почему так жжет глаза смотреть на его расстроенное лицо? Почему от смеха собственного лучшего друга щекочет в груди? Майк не был уверен, нормально ли это вовсе. Ему всегда хотелось выделяться. Не только потому, что в нем движет лидерское качество. Он бы хотел брать девочек за руку, водить их на свидание в кино, и чтобы те смотрели на него с восхищением. Оди была не совсем из тех, но, кажется, ей нравилось внимание Уиллера. А ему самому? Нравилось ли ему брать девочек за руку, водить их на свидание в кино и видеть в глазах их восторг? Нравилась ему Оди? Он молча взглянул на Уилла. Нравился ли ему Уилл? - Мы же договорились,- тихо начал он. - Вечером сыграем. Я помню. Уилл молча кивнул. Он чувствовал тепло от Майка рядом и думал о том, что, наверное, именно этого ему и не хватало все время. Даже если его чувства не взаимны (хотя вряд ли бы Уилл и признался), он был бы готов сидеть так с ним хоть все дни напролет. Они сидели, обсуждая различные темы, постепенно наполняя комнату смехом в унисон. Лагерь медленно падал в вечер, а солнце уходило вниз за старые железные решетчатые заборы, протягивая за собою малиновый окрас, пока небо не кануло в сумерки. Где-то вдалеке прозвучал свисток - отбой был еще не скоро, но активность в лагере заметно упала. Однако оставшаяся часть компании пока не спешила примыкать к ним обратно. - Хочешь выйти? - тихо спросил Майк. - Посидим на улице, пока эти черти нас тут всех не заставили спать. Они устроились на ступеньках корпуса спустя пару минут. Доски под ними были теплыми из-за дневной жары, в некоторых местах выступала подсыхающая смола. Воздух стоял душный и густой. Свет из окон ложился на землю желтыми прямоугольниками, и Уилл взглянул на совсем рядом сидящего Майка. По лицу невольно расползлась улыбка: в таком свете он казался еще более привлекательным. В этом ключе о друге было думать не в первой, но все также смущающе. - А ты... Ты правда расстроился? - спросил Майк. Его взгляд был потуплен куда-то в грунт под ногами. - Немного, - Уилл ответил честно. - Я просто подумал, что когда вы заметили мое отсутствие, решили не идти за мной. В ту же секунду он осознал глупость сказанного. Ну ведь как могли друзья забыть о нем! Хотя, может и могли, раз не сразу явились. - Эй. Нет. Я бы ни за что так не поступил. Ну, мы. Все. Он легонько ткнулся плечом в плечо Уилла, будто предлагая данным жестом пойти на перемирие. Тихий смех снова прозвучал в унисон. - На самом деле, я часто боюсь, что ты подумаешь, что мне все равно. Но это не так, Уилл. Мы друзья. Мы лучшие друзья. Последнее кольнуло куда-то в области сердца, но Уилл все равно едва заметно улыбнуся. А Майк и сам не знал, за какой целью он сделал акцент на их дружбе. Может, так он пытался переубедить себя и всверлить себе в голову это поганое словосочетание. - Я знаю. Они сидели так еще какое-то время, слушая, как в лесу начинают стрекотать насекомые, а вместо голосов слышится шуршание густой листвы деревьев. В какой-то момент Майк осторожно положил ладонь на доску рядом с рукой Уилла - не касаясь, но достаточно близко, чтобы это ощущалось. Уилл молчал. Он не отдернул руку. Когда они вернулись в корпус, внутри уже было темно и тихо, как и в их комнате. Майк зевнул, поглядывая на заманчиво стоящую рядом кровать, которая так и ждала, когда он наконец ляжет спать. - Ты окно закрыл? Уилл покачал головой. - Сейчас. Он потянулся к раме, улыбаясь, когда услышал приближающиеся голоса Лукаса и Дастина. Они двигались к их корпусу, перед этим проводив Оди с Макс до корпуса девочек. И замер. Под окном, в стороне от фонарного столба, кто-то стоял. Фигура была неразличима, но это явно был не кто-то из вожатых. Уилл прижал ладонь к затылку: по нему пробежали мурашки и некий холод под кожей. - Майк... - Что? Фигура отступила назад, сливаясь с тенью. Уиллу на секунду показалось, что ему лишь привиделось такое из-за темноты, и он был готов придерживаться этого мнения до конца. - Ничего, - сказал он, хоть сам себе и не верил. Майк все еще смотрел на него, и смотрел внимательно, будто хотел что-то спросить еще, но вместо этого просто сел на свою кровать. В этот момент в комнату ворвались Дастин с Лукасом, запыхающиеся, что-то рассказывая и почти перебивая друг друга. Уилл решил отпустить то, что ему причудилось в ночи и, упав на свое место, лишь с улыбкой стал слушать друзей. Снаружи раздался второй свисток - сигнал к отбою. Окно осталось незакрытым.