Drunk call

— Я дома. — Кагеяма поставил на небольшой столик пакет с уже подтаявшим мороженым. Никто не вышел к нему навстречу. Скорее всего, Мива ещё на гулянках, а дед уснул. Парень поставил десерты в холодильник, в руках у него осталась только сахарная вата. Он прошел по дому в поисках дедушки, который снова уснул не на кровати. Но его нигде не было. А в спальню вход был запрещен. В их доме в принципе запрещалось ходить по чужим владениям. Этим правилом пренебрегала только Мива, ведь, по ее словам, у Тобио в комнате лучше зеркала. — Оджи-чан? — Кагеяма постучал в дверь его спальни. Молчание. Дверь заперта снаружи. Значит, дед не в комнате. Но входная дверь открыта, то есть, он дома. Тобио прислушался, пытаясь услышать хоть один признак жизни. Его затрусило. В голову стали проникать отвратительные мысли. А что, если с дедом что-то случилось? Ему стало плохо, потерял сознание? Кагеяма тяжело вздохнул, пытаясь взять себя в руки, и направился по новой обходить дом. Его взгляд задержался на двери, ведущей на чердак. Она была закрыта, но не так сильно, как обычно. Не захлопнута. На ручке не было пыли, её недавно открывали. Тобио, все еще сжимая в руке палочку с сахарной ватой, резко дернул дверь на себя. Та, хоть и со скрипом, но поддалась. Яркий свет ударил по глазам. Кто-то включил лампу. Кагеяма не стал мешкать и прошёл внутрь, боясь увидеть самое худшее. От сердца отлегло, когда он заметил деда, сидящего на полу, в окружении альбомов и фотографий. — Оджи-чан? — тихо позвал Тобио. Мужчина поднял на него взгляд. — Уже вернулся? — почти бесцветные глаза скользнули по его руке. — Принес? — Принес. Ты что тут делаешь? — Решил вспомнить прошлое. — дед постучал по месту рядом с собой, — Садись. Кагеяма послушался и протянул вату дедушке. тот сразу откусил огромный кусок, и сахар остался на его усах. — Спасибо. Вот, посмотри. — он передал Тобио фотографию. На ней были запечатлены они с Мивой. Девочка была куда выше, и в кимоно, а он в обычной школьной форме. Сестра высунула язык. — Помнишь? Твой первый день в школе. Ты тогда разревелся и канючил, чтобы я забрал тебя домой. — дед проглотил вату и усмехнулся. — Уже тогда чувствовал, что школа не для тебя. — Наверное, — уклончиво ответил Кагеяма, пытаясь не задеть тему оценок, — Почему Мива в кимоно? — Она же тогда уже была в средней школе. Ты что, не помнишь? Она какое-то время ходила в клуб, а потом выбрала волейбол. — Не помню. И у меня вопрос, как это всё помнишь ты. — Я помню всё, что связано с моими детьми. — дед цокнул языком. Кагеяма крепко сжал кулаки. Сердце снова забилось в бешеном ритме, и парень не мог понять, почему. Или из-за чувства вины перед оджи-чаном, или от невозможного страха его потерять. — А это что за фотография? — спустя несколько минут молчания, уже придя в себя, спросил Кагеяма. — Смотри, — мужчина протянул снимок. На нем был сам Тобио, только десять лет назад, — Твоя первая тренировка. Я страшно тобой гордился. Стыд, вина и любовь. Дед не был лучшим человеком на планете, но для Тобио он был героем. Кагеяма снова словил себя на мысли, что не хочет его терять. Никто бы не хотел терять родителя. — Правда? — скорчил дурачка парень. — Кривда? Конечно правда. Я горжусь вами, Тобио. И тобой, и твоей сестрой, ты даже не представляешь, как. — Ты в последнее время сентиментальный. — вырвалось у Кагеямы. Но это была правда. Последний месяц оджи-чан только и делал, что пытался побыть ближе с внуками и побольше с ними поговорить. Если Миве это доносило скорее радость, ну и маленькие неудобства, то Тобио просто был удивлен. — А вот рисунки. — дед протянул парню папку, — Посмотришь сам, ладно? Мне пора ужинать вкусным мороженым, который купил любимый внук. — он с трудом поднялся с пола и зашаркал к двери, оставляя Тобио на чердаке, с трясущимися руками. Кагеяма знал, к чему все шло. Прекрасно понимал, все-таки в его мозгах было ещё что-то, кроме волейбола. Но он просто не хотел верить в это. Не хотел верить, что детство медленно покидает его. Дед тоже. *** Солнце било по глазам. Тобио скривился и накрылся подушкой, пытаясь спрятаться от него. Конечно, ничего не получилось. Вставать было лень, поэтому Кагеяма просто скатился с кровати на ковер и потянулся, посмотрел на часы. До начала занятий еще час. Он все прекрасно успевает. Голова не гудела, тело не ломило, значит, парень опять в норме. Тобио поднялся с пола и сразу же заметил папку с их детскими рисунками на прикроватной тумбе. Настроение подпортилось. Он собирался разобрать ее вчера вечером, но как только уселся на кровать, моментально провалился в сон. Кагеяма глянул в зеркало. Волосы после пробуждения были совсем растрёпанными, а глаза все еще сонными. Парень еще раз потянулся и стал искать форму школы, чтобы не бегать потом. Ища штаны, Тобио нашел свой телефон, который вчера не поставил на зарядку, и теперь он разрывался от требований себя зарядить, сообщений монстра Хинаты и нагревания. Кагеяма быстро пробежался глазами по спаму, который отправил ему Шое. Ничего важного, пару вопросов о том, пойдет ли он на сегодняшнюю тренировку и, конечно, угрозы. Тобио быстро напечатал ответ, что сегодня придет. Хината не прочитал моментально, как это обычно бывает. Значит, уже пошел в школу. И слава богам, что не приперся к нему. Кагеяма быстро причесался и кинул телефон в сумку, попутно размышляя, завтракать ему сегодня или нет. Когда дверь его комнаты была заперта, Тобио понял, что все таки хочет провести время с дедом, ведь именно в этот час тот обычно завтракал. Но, проходя мимо его спальни, Кагеяма понял, что его план обвалился, ведь комната была заперта. Тогда и смысла оставаться у него не было. Тобио заглянул в кухню, на которой уже мыла посуду, одетая в джинсы и топ, Мива, и поздоровался. — Доброе утро, — отсалютовала сестра. — Ты сегодня рано. Завтрак? — Не хочу. Оджи-чан еще спит? — Ага. Хочешь, подвезу тебя до школы? — У тебя сегодня работа? — Не вечно же мне гулять, — кивнула Мива, поправляя сегодня прямые волосы, — Пора взрослеть. Кагеяма не ответил и пошел обуваться. Сестра вышла следом, откуда-то взяв бутерброд. Когда со шнурками было покончено, девушка притянула его к себе и крепко, почти по-матерински, обняла его. Тобио замер. Она пахла как их мама. Один в один. Кофе со сливками и орехи. В детстве они оба почти не видели родителей, ими занимался дед, а после брат и сестра переехали к нему. И теперь, спустя много лет, он снова вдыхает запах матери. Чувствует такую же теплую руку на своей спине. Причину внезапной нежности от сестры Тобио не знал. Предпочитал не узнавать. Мива наконец его отпустила и сделала несколько шагов назад. — Извини. Просто не сдержалась. Ты был таким ребенком.. а теперь уже взрослый. Чувствую себя мамулей. Как думаешь, я была бы хорошей матерью? — девушка показательно задумалась, пытаясь перевести все в шутку. Тобио наконец отмер и сглотнул. На грудь снова что-то давило. Теперь это было чувство тоски. Он скучал по матери. По маме. Мама. Не найдя в себе сил выдавить хоть слово, Тобио выбежал за дверь. Мива осталась позади. Она разрыдалась, но ее маленький глупый брат никогда об этом не узнает. Кагеяма перевел дух. Он ненавидел себя за излишнюю чувствительность. Любое слово могло ввести его в ступор. Поэтому он выбрал для себя более подходящий вариант. Агрессия. Вот только на семью это не работало. Он не мог накричать на Миву, смотря в ее глаза, напоминающие ему о матери. Тобио не мог долго злиться на деда, который вырастил его. Поэтому злился на себя. — Ты была бы прекрасной мамой, Мива. — прошептал Кагеяма, понимая, что его умная старшая сестра и так это поймет. *** — Кагеяма! — окликнул парня Танака, — Здоров! — Привет, — нехотя поздоровался Тобио. Ему пришлось остановиться посреди душного, наполненного людьми, коридора, чтобы выслушать старшего. — На тренировку придешь? Шое вчера Суге все мозги вынес с этой вашей подачей! — парень крутил на пальцах ключи. Эту связку Кагеяма знал наизусть. Один от спортзала, другой от кабинета тренера, третий от раздевалки. Почему их доверили именно Рюноскэ, Тобио не знал, да и в принципе знать особым желанием не горел. — Приду. — Тогда лады! Кстати.. ты завалил английский.. — Я в курсе. — Кагеяма тяжело вздохнул, борясь с раздражением. Ему все по очереди будут об этом сообщать, или как? — И про сор.. — И про соревнования. Тренер Укай уже нанял мне няньку, с которой я буду заниматься. Танака вскинул бровь. — И с кем же? — Кей. — махнул рукой Тобио. Прошло несколько секунд, прежде чем до старшего дошло. А потом он разразился смехом, да таким, что Кагеяма удивился, как у бедного парня не лопнули сосуды. — Ты.. и..Цуки.. — надрывался Танака. Тобио прикинул, сколько еще будет длиться припадок, и решил, что лучше проведет эти несчастные тринадцать секунд по пути в класс. *** Кагеяма натянул наколенники и встал перед зеркалом, поправляя челку. Может, отстричь ее к черту? Только мешает играть.. Парень вздохнул и поплелся к залу, в котором уже начиналась тренировка. На душе было мерзкое чувство. Он, впервые на своей памяти, просто не хотел тренироваться. Был ли в этом замешан Кей, или Хината, или разговор с Мивой, Тобио не имел понятия. Уже возле двери в зал были слышны крики Хинаты, вперемешку с оскорблениями Танаки. Кагеяма крепко сжал ручку, чтобы хотя бы себе не показывать, как дрожит. Почему? Скорее всего, просто переутомление, ничего больше. Тобио открыл дверь и заглянул внутрь. Его никто не заметил, и Кагеяма направился дальше. Сел на скамью запасных. На другом конце устроился Ямагучи. Тадаши кинул на парня мимолетный взгляд, но, понятное дело, ничего не сказал. Тобио еще немного помялся и все-таки пошел на разминку. *** Знакомая, приятная боль при растяжке разлилась по телу. Хандра прошла. Кагеяма снова обожает волейбол всем сердцем. Но было бы намного лучше, если бы с одной стороны его не дергал Хината, а с другой Кей не кидал язвительные замечания. Тобио старался не обращать на них внимания.. Но он не мог. Не мог справиться с желанием посмотреть на Цукишиму, в частности, на его мерзкую улыбочку. Было ли это видом мазохизма, или Кагеяма просто сходит с ума, никто не знал. Да он и сам хотел бы узнать, в какой конкретно момент все пошло наперекосяк. Может, в первую встречу? Когда Цуки своими шутками про короля выбил из Тобио все живое, а последнему захотелось в отместку выбить говно из Кея? Нет. Это была даже не ненависть. Может, когда Цукишима стал регулярно отлынивать от тренировок? Или когда не хотел слушать советы, оправдывая это соплями, что ему все равно ничего не добиться? Кагеяма на автомате отдавал пасы, даже не смотря, кто там и зачем. Откуда-то снизу Хината пытался до него доораться, но понял, что бесполезно, и стал подстраиваться под подачи. Укай то и дело подзывал к себе Тобио, чтобы спросить, не перегрел ли он голову. А Кагеяму это бесило. Безумно бесило. Он сжимал кулаки и губы. Почему они просто не могут оставить его в покое? Но с другой стороны… если они оставят его, также, как оставила его прошлая команда… Тобио сглотнул, и решил выкинуть все из головы. Все-таки, лучше быть придурком, неспособным на чувства и мысли, нежели мучаться так каждый божий день. Интересно, а о чем думает Цуки? Кагеяма усмехнулся, представляя, как Кей расписывает в своей гениальной голове план шуточек на ближайший год. Тобио отключил голову. Просто вырубил мыслительный процесс, и стал давать чистые пасы. Хината прыгал от счастья, Танака улыбался, Суга наконец может отдохнуть, Укай рад, что Кагеяма обратно стал нормальным. Все счастливы. Кроме двух людей в этом зале. И эта история именно про них.