Ночь

Душно. Слишком душно. Первое о чем думает Финни, когда в очередной раз подскакивает на кровати и едва не грохается с неё, запутавшись ногами в взмокшем от пота покрывале. Во рту до противного сухо, вязкая слюна горчит в горле и слепляет обветренные губы. Ворот футболки стискивал горло, давя прямо на кадык, и Финни цепляется за него пальцами в отчаянной попытке освободиться от удавки. Психует, цедя сквозь стиснутые зубы проклятья, когда легче дышать не стало, а кислорода в комнате как будто поубавилось ещё больше. Выпутывает ноги из влажных пут покрывала, пинком отшвыривая его в дальний угол кровати, и едва ли не бегом на негнущихся ногах несётся к окну. Щеколда щёлкает, рама протяжно стонет под натиском, с которым Финни толкает её вверх, и вот наконец-то. Прохлада летней ночи ударяет лицо, трепля нисподающие на лоб кудрявые локоны. Он рванно вздыхает, опершись обоими локтями об оконную раму и прижавшись лбом к холодному стеклу, пока прохладный ветер омывает его лицо и плечи, неся с собой хотя бы малую толику успокоения, пока он пытается надышаться. Но этого не достаточно, чтобы полностью отойти от ужаса. Не достаточно, чтобы страх выпустил его из своих склизких щупалец и позволил спокойно вздохнуть полной грудью. Со стоном Финни заставляет себя отлипнуть от подоконника, занемевшими пальцами тянет окно вниз и щеколда снова щёлкает. Как бы душно и страшно не было, оставлять окно открытым ещё страшнее. Сердце всё ещё бешено колотится где-то в горле, хотя мысли из непонятной каши стали более чёткими. Финн трет лицо и раздражённо фыркает, пока подхватывает джинсы с пола и находу натягивает их на ноги. В коридоре намного прохладнее нежели в его комнате; наверное папа опять забыл закрыть окно на кухне перед сном. Закатив глаза, Финн тихо прошмыгнул в гостиную, к дивану. Нервно шарит под грудой думок, всё время вертя головой по сторонам, пока не нащупывает пальцами знакомый гладкий пакетик, и аккуратно выуживает его, крепко сжав его в кулаке. Сунув ноги в тапки в прихожке и повернув ключ в замке, Финни вышел на крыльцо. Сел прямо на ступеньки, развернул и раскрыл свой пакет. Пахнуло резким знакомым запахом, и Финни невольно вдохнул глубже. Не глядя, сунул руку под крыльцо и вытащил заранее припрятаную там зажигалку. И дальше всё по уже по привычной и давно заученной схеме: сначала маленький листик, потом горстка измельчённой дури, закрутить, зажать кончики, и готово. Сразу Финн зажал между губами один из концов самокрутки, чиркнул колёсиком от зажигалки и, прикрывая огонёк ладонью, затянулся. Дым горчит, клубится в горле пока Финни не выдыхает его тонкой струйкой, запрокидывая голову назад и прикрывая глаза. Настала некая лёгкость, тело словно обволокло одеялом и сделалось как из ваты, но голова по прежнему оставалась тяжёлой. Подтянув колени ближе, Финн уронил на них голову, сопя носом и чувствуя как в глазах собираются слёзы. Такой до боли реалистичный сон. Словно он и взаправду снова оказался в этом злосчастном подвале. Холодный воздух пробирает до самых костей и заставляет сжиматься в комок на старом, продавленом матрасе в отчаянной попытке согреться. Лампы с гулом мигают и загораются, разгоняя осевшую в подвале тьму приглушённым жёлтым светом. Замок с той стороны тяжёлой металлической двери скрипит, и дверь с противным визком петель распахивается. На лестнице сгустилась тьма, свет ламп подвала не достаёт до туда, но Финни и без этого знал, что он там. Он слышал его тяжёлое дыхание, похожее одновременно и на рык и на фырканье, как воздух свистит сквозь щели в маске, когда он протяжно выдыхает. Затем шаги. Тяжёлые, медленные, и визглявый скрип ступенек, что противно режет слух. Он двигается не спеша, прекрасно зная, что мальчишка никуда не денеться. Финн вскакивает, щемясь к стене позади кровати, словно она могла его защитить. В тёмном проходе показалась рогатая голова, в жилистой руке блестнул топор, и... Финни очухался, когда мимо на всей скорости пронеслась машина. Промаргивается, вытирая мокрые глаза запястьем. На коленях остались мокрые пятна, которые он тут же прикрывает, положив на них руку. Курит дальше, пытаясь сосредоточить мысли на чем-то другом, пока меж пальцев не остаётся короткий бычок. Финн тушит его об ступеньки и щелчком выкидывает куда подальше, лишь бы папа не нашёл. Встаёт, отряхивая джинсы, и так же как и вышел, заходит обратно в дом. Вновь крадучись идёт обратно в свою комнату, кутается в все ещё влажный плед и закрывает глаза, хотя и прекрасно знает что обратно уснуть уже не сможет.