Номер один в списке интрижек

Ландо обожал свою работу. Это был не просто источник заработка, это был смысл его жизни. Однако иногда она изматывала так сильно, что хотелось досрочно сбежать на перерыв. Особенно тяжелыми выходили уикенды, когда отношения с людьми не складывались. Остин получился именно таким. События Сингапура довольно сильно отразились на атмосфере в команде, в частности на их с Оскаром партнёрстве. Потом этот абсолютно идиотский сход в самом начале спринта. Давление, захватившее его в свой жестокий плен, ощущалось физически. Ландо чертовски от него устал. Ко всему прочему Макс вёл себя странно. Он практически полностью его игнорировал, особенно, когда в поле зрения появлялся Шарль. Это разительно контрастировало с тем, что было между ними в самолёте. Несмотря на то, что команда вполне располагала ресурсами для частной перевозки своих пилотов и команды, Ландо всё равно часто прибегал к помощи друга и его личного джета. Их маленькая традиция появилась тогда, когда у Макса ещё был самолёт поменьше. Ему не сложно оказать другу услугу, а Ландо с огромной охотой платил ему за неё по-своему. В своём стиле. Планировалось, что на обратном пути они продолжат то, что начали по дороге сюда. Ему это было необходимо. Ландо катастрофически нуждался в том, чтобы сбросить стресс. Ничего лучше, чем горячий секс без обязательств, с этой задачей не справлялось. Макс давал ему ту самую разрядку, возможность вернуться в нормальное состояние. Вот только сейчас вместо очевидных намёков, Ландо видел лишь ледяную стену полнейшей отстранённости. Имя этой стене — Шарль Леклер. Они буквально не отлипали друг от друга. Ландо теперь даже не был уверен в том, на каком самолёте он улетит сегодня домой. Даже не удивился бы, если вместо него в самолет зашёл бы Шарль. Ландо всегда знал — он запасной вариант. Когда основной вне зоны доступа и желания. Их обоих это устраивало. Однако конкретно сейчас именно он хотел быть основным и единственным вариантом для Макса. Для этого мудака, который ещё и выбирает, с кем ему изменить своей почти жене в этот раз. Решено. Ландо сегодня обязательно возьмёт своё. Даже если этот ебучий Леклер попрётся с ними. Он запрёт его в комнате для персонала, а сам выебет Макса так, что тот напрочь забудет обо всех своих фантазиях с монегаском. Ландо пугали такие мысли. У него не было привязанности к Максу, но вот ревность. Это мерзкое, противное чувство пожирало его изнутри каждый раз, когда он видел эту парочку вместе. Ему до зубного скрежета хотелось оттолкнуть Шарля и занять его место. Ему хотелось, чтобы эти полные обожания взгляды доставались ему, только ему и никому другому. Он никогда не замечал за собой собственнических замашек, но, когда речь заходила о Максе, всё вокруг приобретало иные краски. Уходя из паддока, Ландо захватил с собой пару верёвок, что их менеджеры использовали для тематических ковбойских видео в социальные сети. В голове выстроился чёткий план. Он намерен взять своё, даже если Макс будет сопротивляться. Он крепко свяжет его, а после оседлает и выебет настолько хорошо, насколько хватит его гнева. А если этот нахальный монегаск посмеет пойти с ними, то Ландо переспит и с ним на глазах у Макса и не позволит ему и пальцем прикоснуться к себе. Он покажет, что тот потерял, игнорируя Ландо. Подобного обращения с собой его мстительная натура не потерпит. *** В самолёте они остались вдвоём, не считая милую девушку бортпроводницу, которая часто сопровождала Макса в дальних поездках. Ландо даже немного расстроился, не увидев тут Шарля. По дороге в аэропорт он придумал столько вариантов того, как можно отомстить Максу за его холод, что даже перспектива секса втроём уже звучала очень соблазнительно. Надо будет как-нибудь предложить такой вариант. Ландо почему-то казалось, что ему не откажут. Однако даже несмотря на то, что теперь они только вдвоём, Макс продолжал делать вид, что Ландо не интереснее мебели в самом углу забытой хозяевами комнаты. Казалось, что даже бортпроводнице, что изредка нарушала их покой, он уделял больше внимания. Макс не вылезал из телефона, улыбался и переписывался. Ландо был готов поставить свою собственную задницу на то, что это был Леклер. Он сверлил его злым взглядом, раздражённо вздыхал, нервно постукивал пальцами по лакированной столешнице, но Макс абсолютно никак не реагировал. Тогда он перешёл к активным действиям. Программа по соблазнению Макса Ферстаппена была активирована, как только самолет занял нужный эшелон, а милашка стюардесса, получив команду не беспокоить их, ушла в свою комнату. Ландо поднялся со своего кресла, вырвал телефон из рук Макса, отбросил вещь в сторону, а сам, перекинув ногу через его бёдра, уселся верхом. — Эй, ты что делаешь? — попытался возмутиться Макс, но его тут же заткнули поцелуем. Ландо жадно припал к губам, требовательно забирая то, что по праву принадлежало ему. Максу стоило огромных усилий оторвать его от себя, — Я сейчас не хочу. Я устал и у меня нет настроения, давай в другой раз. — А я в гневе и мне абсолютно поебать на твоё настроение. Пообщаешься со своим ебучим Леклером потом, после того как я тебя выебу, — Ландо прошипел это с такой яростью, что Макс ненадолго опешил. Этой секунды замешательства хватило для того, чтобы Ландо схватил удерживающие его ранее руки и прижал их к креслу. Поцелуи вернулись, но теперь они были куда яростнее. Его губы жадно покрывали шею Макса. Оставляли на ней едва заметные красные следы. Он отчаянно потирался бёдрами о пах, возбуждая, заставляя почувствовать, насколько велико было его желание. Ландо помечал территорию, которая принадлежит ему. — Ты все выходные вёл себя как мудак. Игнорировал меня. Ворковал с этим своим Шарлем. А знаешь, как мне хуёво было? Вот теперь узнаешь. Ландо, не давая Максу и возможности опомниться, поднялся, схватил его за руку и повел в хвост самолёта. По пути он подхватил свой рюкзак. Плотная дубовая дверь закрылась за ними, пряча от лишних глаз. Ландо толкнул Макса на диван, вновь седлая его бёдра. Он не позволял ему думать, не позволял говорить, лишь с диким голодом брал. У Макса не оставалось никакого другого выбора, кроме как подчиниться. Пойти на поводу у страсти. Он действительно не планировал ничего. Тот минет, который сделал ему по пути в Остин с лихвой закрывал потребность в одноразовом сексе. Однако, когда Ландо такой горячий, просящий, словно течная сука жался к нему, умоляя взять его… Макс просто не имел никакого морального права отказать своему мальчику в том, в чём тот так отчаянно нуждается. Ландо чувствует большую ладонь, что обжигает даже сквозь одежду. Она крепко сжимает его бёдра, притягивает ближе. Он ощущает как горячий крепкий член упирается ему в задницу. Ландо ухмыляется. Ему хватило всего нескольких поцелуев, чтобы возбудить этого упрямого козла. Явно довольный собой, он отстранился от манящей шеи, сбросил с себя в футболку и соблазнительно прогнулся в спине. Он заскользил ладонью по своему телу. Пальцы задержались на соске, слегка сжали его, прокрутили. Ландо не стал сдерживать довольный стон, что так и рвался из его груди. Он прикусил губу и закатил глаза, всем своим видом показывая, насколько ему сейчас хорошо. Он прекрасно знал, как влияет на Макса. Ландо слышал, как тот стал чаще дышать. Видел, как Макс жадно облизывал пересохшие губы. Он хотел только его. Не Шарля, с которым ворковал все выходные. Именно Ландо сейчас сидел на его коленях, заставляя терять голову от возбуждения. Леклер даже фантазировать о такой картине не посмел бы. Пора переходить к плану. Как только руки Макса потянулись к его обнажённой груди, Ландо остановил его. Одним грациозным движением слез с него и подошёл к рюкзаку. Он достал из него два небольших мотка верёвки и флакон со смазкой. Ландо злорадно ухмыльнулся, наблюдая полнейшее недоумение на лице Макса. — Раздевайся давай. Или ты думаешь я буду делать это за тебя? — огрызнулся Ландо, швыряя верёвки и смазку рядом с ним на диван. Макс замешкался, но подчинился. Он догадывался, что задумал Ландо, но пока до конца не понимал, как реагировать на это. Ландо ждал и смотрел. Терпение было на исходе, но он старался сохранять безразличие. Контраст с тем, как по-блядски он вёл себя, сидя у него на коленях и как холоден сейчас, был разительным. Это тоже было частью плана. Плана мести. Плану по завоеванию заветной единички в списке интрижек Макса Ферстаппена. Макс сидел перед ним абсолютно голый, раскинувшись на большом белом кожаном диване. Член, уже твёрдый, в ожидании прижимался к животу. С его головки уже соблазнительно стекала крошечная капля вязкой смазки. Ландо улыбнулся. Ему безумно нравился результат проделанной работы. Он подошёл ближе и опустился на колени между разведённых ног Макса. Ландо медленно, но с явным намёком провел ладонью по бедру. Вторая ладонь потянулась к члену, обхватывая его в плотное кольцо. Макс шумно втянул воздух и прикрыл глаза. Мышцы живота напряглись, вырисовывая красивый рельеф его тела. Он знал, что последует за этим и ждал с нескрываемым нетерпением. Влажное прикосновение языка словно разряд электрического тока прошибло всё его тело. Макс выгнулся, умоляя о большем, но злой Ландо — жадный Ландо. Он не давал желаемое так быстро. Он лизал, водил ладонью, брал в рот только головку, но всего этого было слишком мало. Макс попытался перехватить инициативу, ему хотелось выебать это податливое горло со всей яростью на которую он был способен, но Ландо остановил его. Не отрываясь от своего любимого лакомства, он перехватил настойчивую руку и прижал её дивану. Тон игры задаёт тут он. Ландо не планировал играть с ним так долго. Он думал, что лишь отвлечёт Макса минетом, а после свяжет, но отказать себе в удовольствии поиграть с ним было слишком трудно. Ландо обожал этот член. Он получал невероятный кайф облизывая его, беря в горло так глубоко, что из глаз текли слезы. Легкое удушье, которое происходило с каждым новым толчком Макса, уносило его куда-то далеко за пределы этой вселенной. Он был готов часами ублажать Макса ртом, лишь бы снова и снова ощущать его вкус, тяжесть на языке и такую сладкую боль в горле. Он наконец-то насадился глубже. Не для того, чтобы подвести Макса к грани, а для того, чтобы получить новую дозу этого наркотика. Ландо ускорил движения головой, ощущая, что они оба уже слишком близко. Он мог бы кончить только от того, что сосал этот прекрасный член, но так нельзя. План был другим. Немного замедлившись, он потянулся рукой к верёвке, лежавшей на диване. Ландо ловко распустил клубок и, пока Макс отвлёкся на его горячие движения ртом, он ловко обвел её вокруг ноги, делая первую петлю под коленкой. Макс был настолько возбуждён, что далеко не сразу понял, что происходит. Лишь когда Ландо заканчивал плетение на второй его ноге, Макс осознал, что те крепко связаны между собой. Он попытался как-то вывернуться из пут, но его тут же остановила крепка рука Ландо. Макс открыл глаза и посмотрел на него. Перед ним теперь был совершенно другой человек. Он не узнавал его. Эту свою сторону Ландо никогда раньше не показывал ему. Взгляд, обычно полный грязной похоти, искреннего желания и восторга, стал непривычно холоден. Это больше не та сучка, которую можно отодрать, не отдавая никаких эмоций в ответ, это тот, под кем хочется позорно скулить пока он с охуительным мастерством скачет на твоём члене, а после только мечтать, чтобы оно повторилось вновь. Верёвка в руках Ландо оживала. Она словно змея медленно ползла по его чувствительному телу, обвивалась вокруг шеи, затягиваясь на ней тугой петлёй. Он достал вторую. Макс словно загипнотизированный послушно завёл руки за спину, позволяя грубому материалу туго стянуть их. Кончик этой верёвки ловко зацепился за петлю на шее. Теперь, стоило Максу пошевелить ногами, попытаться приподнять бёдра или дёрнуть руками, та начинала его душить. Он понимал, что будет дальше. Дальше будет месть. Такая, что Макс серьёзно задумается о том, а стоит ли ему прекратить выводить Ландо или стоит делать это почаще. Ландо отошел на пару шагов назад, любуясь своим творением. Он никогда не был мастером шибари, но то, что получилось сейчас, выглядело превосходно. Макс тяжело дышал, плечи, грудь и шея покрылись лёгким румянцем. Он стал прекрасным фоном для ещё только расцветающих следов жарких поцелуев. Такой обожаемый Ландо член стоял. Крепко. Прижимался к животу, истекая белёсой смазкой. Пунцовая головка громче всего кричала о том, насколько близко к грани находился Ферстаппен. Ландо видел, чувствовал, как сильно его хотят, поэтому не спешил. Он нарочито медленно расстегнул ремень, стянул с себя джинсы, снял белье. Не будь Макс связан, точно бы уже набросился на него, подхватил на руки и выебал прямо так, прижимая это горячее стройное тело к внутренней обшивке своего самолета. Ландо так же вальяжно подошел к нему, наклонился и взял смазку, лежавшую совсем близко к напряженным бёдрам Макс. Он специально задержался немного дольше, позволяя тому испытать призрачный шлейф надежды на то, что они сразу перейдут к делу. Не сдержав самодовольного смешка, Ландо развернулся и подошёл к дивану напротив. Да начнётся второй этап его плана. Шоу. Он уселся на диван, широко разводя ноги в стороны. Ландо подумывал полностью подготовиться к их поездке заранее, но потом в его голове возникла картинка того, как Макс смотрит мутным от возбуждения взглядом на него, ласкающего себя. Смотрит и понимает, что прикоснуться не сможет. Ему это понравилось. Он решил оставить саму растяжку на сладкое. Ландо устроился поудобнее и без лишних прелюдий перешёл к главному. Прохладный гель приятно обволакивал пальцы. Он опустил руку вниз и один скользкий палец без особого труда протолкнулся сквозь податливые мышцы. Тугие горячие стенки плотно обхватили его и Ландо издал первый стон. Пошлый, звонкий, как он умел. Как нравилось Максу. Он продолжал себя растягивать, медленно готовя к любимой части плана. Вторая ладонь сама по себе легла на член. Движения стали резче. Ландо выгибался, насаживался на собственные пальцы, стараясь получить максимум удовольствия от своего же шоу. — Хватит издеваться, Ландо, — жалобно проскулил Макс. Ландо лишь усмехнулся. Его план работал идеально. Он превращал этого сильного расчетливого человека в похотливую, жаждущую сучку. Эта роль обычно была за ним, но теперь пришла пора меняться. — Да что ты. Твоя очередь смотреть и завидовать, — с этими словами Ландо толкнулся пальцами особенно глубоко, задевая простату. Он изящно прогнулся в спине, откинул голову и захлебнулся в новом, ещё более откровенном стоне, — Я уже так близко, знаешь. Вот захочу и кончу, а тебя оставлю тут одного до самой посадки. Мне и так будет хорошо, а ты без моей помощи никак не справишься, малыш. Макс зарычал и дёрнулся, пытаясь вырваться. Верёвка моментально напомнила о себе, лишая возможности дышать. Теперь он сполна ощутил, как работает это хитрое плетение. Ландо звонко рассмеялся. Чёрт, как же сильно ему нравилась эта игра. Быть по другую сторону контроля так хорошо, оказывается. Им обязательно надо будет повторить. Макс не согласится, но кто будет его спрашивать. Поиграв с собой ещё немного, Ландо понял, что всё же хочет сегодня ощутить этот член не только в своём горле, но и внутри. Он вытащил пальцы, вытер их прямо о кожаную обивку дивана и, захватив смазку направился к Максу. Тот за время его небольшой пытки стал выглядеть ещё лучше. Казалось, что ещё немного и смог бы кончить от одного только вида горячего любовника. Не церемонясь, Ландо в который раз за этот полёт устроился на его бёдрах. Макс болезненно зашипел, когда ощутил совсем лёгкое прикосновение к своему болезненно-возбуждённому члену. Ландо мало волновал его комфорт. Щедро смазав, он плотно обхватил его ладонью, растягивая гель по всей длине. Макс непроизвольно выгибался, подавался бёдрами вперёд, ища дополнительной стимуляции, но натыкался лишь на верёвку, что из раза в раз лишала его возможности дышать. Наигравшись, Ландо приставил горячую головку ко входу и медленно опустился. Это было самое лучшее чувство, которое он испытывал когда-либо в своей жизни. Ни один член не дарил ему столько удовольствия, сколько этот. А членов, несмотря на плотный рабочий график, в нём побывало не мало. Он простонал, но теперь это была не игра. Ландо искренне восхищался этим чувством растяжения и лёгкого дискомфорта. Теперь он ощущал себя правильно. Эта наполненность, она делала его цельным, вновь собирала по кусочкам. Порой он мечтал о том, чтобы провести вот так, сидя на члене Макса весь день. Извести их обоих. Трахаться так долго и много, чтобы потом его дырочка не закрывалась бы вовсе. А сперма, которой в нём будет так много, вытекала бы из неё до самого утра. Ландо не щадил его. Он взял сразу быстрый ритм. Его бёдра изящно двигались, насаживаясь глубоко и сильно. Ландо больше не лез с поцелуями. Между ними не осталось места для ласк. Исключительно горячая, животная похоть, что пожирала обоих. Он не позволял себе лишних прикосновений к телу Макса, не собирался дарить ему такую роскошь. Он упёрся руками в изголовье дивана, пока буквально насиловал Макса собственной задницей. Макс не просто стонал, он кричал. Кричал от боли. От возбуждения, которое было такое сильное, что от него хотелось избавиться. Однако Ландо не давал ему и этого. Стоило тому ощутить, что Макс совсем близко, как любые движения прекращались. Он не мог контролировать ситуацию и это убивало его изнутри. Руки связаны, а так хотелось прикоснуться. Крепко сжать эти ягодицы, зафиксировать и выебать с такой силой, чтобы Ландо понял, что у него нет никакого права с ним так обращаться. Но он не мог даже ответить. Не мог пошевелить бёдрами, потому что стоило ему сделать хоть одно движение, как верёвка душила его. Ландо понимал, что сам не сможет долго играть в эту игру. Он старался растянуть свою месть как можно дольше. Любовался тем, как Макс мечется из стороны в сторону. Таких криков от него он не слышал никогда и даже не думал, что они могут оказаться настолько сладкими. А слёзы. Они были прекрасны. Видеть Макса сломленного, умоляющего кончить и плачущего от перевозбуждения — лучшая награда. Вот Ландо точно смог бы кончить от одного только этого вида. Он уже был близок. В голове вновь проскочила коварная мысль. Кончить самому, а Макса бросить изнывать от желания. Однако страстное желание ощутить, как его сперма будет вытекать из него после всего их шоу, было сильнее. Макс сдался. Он устал ходить по этой грани. Ему не хватало совсем немного, но никак не получалось поймать пик удовольствия за хвост. Когда Ландо в очередной раз замедлился, Макс наплевал на всё. Он с силой толкнулся навстречу, ощущая, как верёвка неприятно скребёт кожу. Воздух стремительно исчезал. Он задыхался. Не только от этих чувств, но и буквально. Макс не остановился. Не вернулся в прежнее положение, чтобы избавиться от удушья. Он продолжил. Толкался ещё яростнее, находя в отсутствии кислорода особый кайф. Ему нравилось. В глазах темнело, а всё тело ощущалось как-то странно, но от того хорошо. Теперь он балансировал не только на грани оргазма, но и на грани сознания. Максу хватило совсем немного. Он кончил, прогибаясь в спине особенно сильно и хрипло простонал. Верёвка натянулась и Ландо даже на пару секунд запаниковал, переживая, что это может навредить Максу, но тому было слишком хорошо. Ландо не прекращал двигаться, завороженно наблюдая за развернувшейся картиной. Буквально пара толчков, и он последовал за ним. Белые горячие капли залили их тела. Весь живот Макса и самого Ландо. Они полностью были в следах его мести и ему это чертовски нравилось. Макс дышал хрипло, судорожно пытаясь откашляться. Сознание ещё до конца не вернулось к нему, а энергии на то, чтобы шевелится не было совершенно. Ландо обессиленно упал на него, удобно устраиваясь на горячей и влажной груди. Он тоже пытался прийти в себя, осознать, что сейчас произошло и где они находятся. Это совершенно точно был самый лучший секс в его жизни. — Может развяжешь уже меня, гадёныш, — просипел Макс, когда его дыхание уже пришло в норму. Ландо рассмеялся. Он лениво приподнялся для того, чтобы освободить его руки и шею. Ногами займётся потом. Полежит ещё немного и развяжет. — Надо будет ещё разок такое повторить, мне понравилось, — промурчал Ландо, доверчиво прижавшись к Максу, чьи руки наконец-то заняли свое место на его спине, принимаясь лениво поглаживать. — Ага, щас. Размечтался, — Макс фыркнул, скрывая за маской раздражения то, насколько на самом деле ему это понравилось. Ландо нахмурился. Он вспомнил один из своих планов мести, который мог бы реализоваться, окажись они на этом борту не одни. — Тебе же понравилось, я знаю. В следующий раз можем позвать твоего ебучего Леклера, если так хочешь, — Ландо прошептал это ему прямо на ухо. Реакция не заставила себя долго ждать. Тело под ним напряглось. Ландо ощутил как член, что всё ещё был внутри него двинулся. Макс толкнулся и крепко прижал к себе. — Блять, Ландо… — всё, что смог ответить Макс на это предложение. Он слишком отчётливо представил себе то, как это могло бы быть. Организм, который, казалось, был истощен предыдущим оргазмом, отзывался на это новой волной возбуждения. Садясь в самолёт Макс действительно ничего не хотел, но теперь, кажется, Ландо из этого самолёта не выйдет.