silent

страх не просто захлёстывал, он проникал всё настойчивее, будто бы по венкам зарываясь прямо в сердце. тревога же ещё глубже спряталась, что даже при желании руслан не смог бы вытолкнуть этот ужас из себя. пальцы дрожали, комкая тонкое одеяло в руках, что никак не защищало. вот тогда и руслан отчаялся по-настоящему. его затрясло с новой волной, что аж губы сжимал и чуть ли язык свой не глотал, что б не закричать. хотя, даже если захочет закричать, то рот лишь приоткроется в немом крике, а звуков помощи никто не услышит. – сука, руслан, я ж говорил со мной идти... – в комнату расслабленно зашёл коля, сначала даже не обращая внимания на шатена в углу комнаты. ромадов прошёл внутрь, шагая к своей кровати, что находилась напротив. только потом заметил руслана, сжавшегося в уголку, на своей постели, и аж опешил. нервно сглотнув, блондин, несмотря на алкоголь в крови, тут же подался вперёд и влетел на край кровати, встревоженно смотря на младшего. – руслан?... эй, сюда посмотри... – ромадов, с переживаниями, начал пытаться аккуратно стянуть одеяло с руслана, что укрылся им почти до макушки. ещё и видно было, как даже под мягкой тканью дрожал. когда тушенцов неловко выглянул оттуда, то глаза стыдливо отвёл. почему-то колю сейчас хотелось видеть самым последним. это желание можно было объяснить и оправдать тем, что несмотря на просьбы руслана, ромадов без сомнений ушёл на эту ненавистную "вечеринку", где бухла было больше, чем учеников, что собрались. коля потянулся ближе, садясь совсем рядом. его руки бережно взяли младшего за плечи, нелепо потягивая ближе, стараясь успокоить. конечно, ведь тушенцов трясся, как на морозе, глаза его нервно бегали по всей комнате, а зрачки то и дело, сужались или расширялись от каждого прикосновения к себе. парень не понимал, почему его так сильно накрыло. а коля чувствовал, как вина давит на него всё сильнее. за то, что оставил руслана беззащитного одного, наедине со страхом таким сильным. его же бросало в крупную дрожь от мысли, что бросят в самый неподходящий момент. именно такой. – руслан... блять, тебе страшно? – коля смотрел на него так виновато, что сами щенячьи глазки собеседника наливались грустью. в ответ блондин получил мягкий кивок, и тут же рус залез обратно под одеяло, поджимая колени под себя. он слабо шевелил губами, будто бы хотел что-то промолвить. но тело лишь тихо содрогалось, будто бы от не контролирующих тиков. и руслан позволил себе самовольно пустить слезу. пусть и немного нехотя, со стыдом и боязнью, что ромадов посчитает его слишком мягкохарактерным. – не бойся... я прошу тебя, сука, прости. я прошу, – коля тихо шептал, почти как молитву, пытаясь под одеялом нащупать руку руслана, что б в свою взять. светловолосый чувствовал, что аж дышать трудно от того, как вина сдавливает грудь, – прости, что я ушёл... русь... тушенцову пришлось подавить всхлип, что б не зарыдать полноценно. он отвёл взгляд в сторону, гулко сглатывая, когда почувствовал, как их ладони соприкоснулись в тёплом жесте. теперь и не знал, как реагировать. как-то тревожно от всего, что произошло в последние пару часов, и они ведь только приехали. со смирением тушенцов выдохнул, позволяя себе переплести пальцы с пальцами коли. в ответ на это старший заметно успокоил свои нервы сам, продолжая извиняться: – хочешь я на колени встану? прошу же... хотя бы кивни, руслан... я больше никогда не брошу, – то ли блондин специально так драматично губы кусал, то ли это навык заученный, что нельзя было не простить. конечно, некие сомнения присутствовали, ромадов же оказался не таким надёжным, как думалось до этого. но руслан мог простить... поэтому кивнул, отводя взгляд слезливый. коля на это выдохнул, опять так же виновато, и потянулся вперёд, затягивая его в объятия. тушенцов не сопротивлялся, лишь сжался немного, ведь с колей он ещё так тесно и чувственно не обнимался. вскоре его руки легли на спину светловолосого, в ответ комкая его нежную кофту чутка дрожащими пальчиками. и пусть руслан простил, он всё равно боялся. вряд-ли коли, но точно этого окружения и того, что сейчас по коридору шляется шайка пьяных и неадекватных типов. и тогда ромадов понял, что самостоятельно, даже с желанием не успокоит парня. рука потянулась в карман за телефоном, пока другая ладонь сжимала руслана в каком-то полу-объятии. – сюда слушай. пиздуй сейчас же к нам, и попробуй только завалиться с кем-то пьяным, вам дорога будет только на небеса. – ты чё, недоспал? смотри, а то без зубов останешься, – хмурый, но знакомый голос кашина из трубки прозвучал, и понятно было, что немного алкоголя в его разуме есть. – ты меня, блять, не слышишь? я сказал сюда иди, руслану плохо, – голос ромадова почему-то звучал таким грозным, что рус такого ещё не слышал от него. и как-то эти слова на даню подействовали. – чё произошло? – сюда, дань, – светловолосый, не дожидаясь ответа, кинул трубку. он от злости на рыжего поджал губы, но после его раздражение ослабло, сменившись желанием помочь руслану успокоиться. а шатен как раз прильнул к коле сильнее, скорее пряча лицо от стыда, нежели правда нуждаясь в объятиях. ему стало так неловко, что коля вдруг и дане позвонил из-за этой истерики. и спустя минут так пять дверь в комнату неуверенно, медленно открылась, будто бы кто-то боялся, что перепутал двери. внутрь неспеша зашёл рыжий, осматриваясь, и поворачиваясь в сторону кровати, где руслан сидел у подушки в уголку, а коля на краю кровати, поглаживая ладошку младшего. и даня, мягко говоря, растерялся от такого вида. он не умел успокаивать людей, не умел поддерживать, и его сердце было полно противоречивых чувств сейчас. пришлось осилить себя, что б подойти поближе на пару шагов. опустившись на кровать, даня тихо спросил руслана, хотя знал, что ответит за него коля. – мышка, ты чего? обидел кто?... – нет. испугался того, что алкашня эта шляется... – голос ромадова звучал как-то надломленно-раздражённо, будто бы нехотя дане отвечал. руслан пристыженно опустил глаза. стыд и правда переполнял его. за себя, и тем более, за слёзы. парень не мог сфокусировать взгляд на дане из-за влаги в глазах, а даня, наверное, из-за алкоголя. но точно видно, что кашин смягчал взор своих голубых глаз, как только мог, и всё ради руслана. ещё глупее себя чувствовал тушенцов. – дань, пошли отойдём... русь, мы тут, если что, – блондин встал с кровати, за плечо буквально потащив даню за собой. пришлось затолкнуть рыжего в туалет, ведь там рус их не видел, но, может быть, слышал сквозь очень тонкие стенки в комнате. хотя, шатен вряд-ли слышал хоть что-то, потому что хныкал. кашин сверлил взглядом светловолосого, чувствуя, как бесит то, что коля как-то сверху смотрит на него, будто статус его по общению с русланом выше. тогда и коля заговорил тихо, шипя: – ты послушай сюда. я тебя позвал, потому что руслан успокоиться не может... мне надо отлучиться и всех этих подонков разогнать, пока не начали орать ещё громче. ты руслану поможешь? – а чё ты меня не послал разобраться? – даня отвечал вопросом на вопрос, хмурясь. – потому что... ты сам пьяный дохуя. и не отрицай. – неправда... – кашин тихо пробурчал, уже отворачиваясь, что б выйти с ванной. – если рус мне пожалуется на тебя, то... – да хули ты так переживаешь?! – даня отрезал громко, наверное, сам объект разговоров и услышал с другой комнаты, – смогу я его успокоить! – я предупредил! – ромадов не переставал ревновать руслана. но пришлось уйти. шатен, сидя в постели уже как-то спокойнее, руками пожимал одеяло, а слёзы немного утихли. он слышал какие-то бормотания с ванной комнаты, но чётко не разобрал. его взгляд устремился на даню, что подошёл ближе. тот немного смущённо выдохнул, ведь не был уверен в своих умениях поддержки и успокоения. но как же мастерски огрызался коле...

***

– руслан... уснул, мышь? – кашин знал, что ответа не последует. он лишь слышал тихое сопение парня, что расслаблённо разлёгся на кровати, прижимаясь ближе к стенке. даня сидел почти возле подушки рядом, слушая размеренное дыхание младшего. рыжий точно знал, что останется тут на ночь. не спать возле руслана, конечно, он же не совсем сумасшедший... но точно не покинет, и, может, будет сидеть возле кровати, всю ночь охраняя его сон. и так, вряд-ли заснёт. не хочет оставлять мышку в переживаниях, особенно когда коля спустя минут сорок отписал, что остаётся ночевать у ребят.