Шпион

6 ноября - День исчезновения Уилла Байерса. День,с которого начинается хаос, недающий спокойной жизни голова мирным жителям Хоукинса. День, в которой в обычном городке из земли появляются противные твари, готовые сожрать кого угодно и что угодно на своем пути. День, в который Векна узнаёт свои настоящие силы. День, с которого все началось и все закончится. За день до этого на радиостанции необычнайно тихо. Больше нет ни бессмысленной болтовни Робин Бакли, просящей называть её - Рокин - Робин, ни постоянно бегающего Стива Харингтона, что пытается подоспеть за речью коллеги, чтобы вставить незамысловатые веселые звуковые эффекты, ни противно жужащего рубильника, который ранее, кажется, никогда не затыкался и действовал на нервы работников. От старой комфортной и домашней атмосферы не осталось ни следа. Вместо этого станцию заполнила небольшая толпа подросток и взрослых, жаждущих наконец-то покончить со всеми своими проблемами и страданиями, что ходили за ними по пятам. Усталось, которая копилась все эти дни навалилась на всех огромным грузом, не даваяя здраво мыслить и придумывать новые планы. Она не отставала ни на шаг, уверенно преследуя каждого из присутвующих: на диване у окна с задумчивым выражением лица сидела Джойс, которую последние дни вылазок знатно потрепали как морально, так и физически, о чем говорили огромные мешки под её глазами и слегка заметные скованные ( а может и нервные?) движения при виде чего возникал вопрос : а спит ли она вообще?; справа от неё не менее уставшая Рокин-Робин-Бакли, хотя, смотря на неё в нынешнее время, наверное стоило бы убрать первое слово "Рокин" от которого не осталось ни следа рока —вечно энергичная и острая на язык девушка неожиданно застыла в одном положении, что явно не сулило ничего хорошего. Единственной вещью которая выдавала факт того что она еще жива, была еле видная дрожь в руки и нервное тихое постукивание пальцев о подлокотник старенького дивана; в противоположной стороне комнаты специально отошедший от всей их немногочисленной группы, видимо чтобы не нервировать компанию ещё больше своей чрезвычайно сильной нервозностью, Майк наматывал небольшие круги по одной и той же траектории, что, похоже, передавалось по наследству всей семье Уиллеров. Не то чтобы это как-то помогало ему справляться с стрессом, однако, хотя бы немного помогало отвлечься от их положения; Уилл, сидящий напротив своей матери, смотрел в окно. Хотя нет, не в окно. Взгляд фактически устремлённый в него на самом же деле смотрел в никуда. Осознание происходящего упало на его плечи совсем недавно, слишком рано для Уилла, который не был морально готов встретится вновь лицом к лицу с источником всех его проблем, но слишком поздно для других, которые смогли приспособиться гораздно быстрее. Небывалое ощущение ответсвенности за жизни людей, которые гибли прямо у него на глазах, давило все больше и больше. Да, фактически в этом не было его вины. Именно это он пытался закрепить где-то глубоко у себя в разуме, но какой-то отголосок внутреннего голоса утверждал, что эти смерти лежат только на их совести и на совести Уилла Байерса в том числе. Да даже военные, что яро выступали против их идей и планов, все также оставались людьми, незаслуживающими быть с проколотыми насквозь головами, проломленными черепами или же заживо съедиными демогоргонами и демопсами. Резкое осознание происходящего забирало все и без того маленькие крупицы надежды на светлое и счастливое будущее в котором нет ни изнанки, ни векны, ни военных, а вместо этого только мир и дружба с тремя водопадами. Он не хотел вновь вспоминать все события, но его собственный разум кажется так не считал. Недавние сцены смертей все повторялись и повторялись, полностью затуманивая голову парня. А мысли уходят все дальше и дальше прямиком к пропаже Холли. Холли. Было даже страшно и мерзко подумать что с ней могло происходить, ведь Векна становится все сильнее с каждый гребанным днем, а вместе с этим его пытки все изощренней и изощренней. Они не могли просто так оставить её там. Не имеют права просто сидеть на одном месте и ждать остальных. Да плевать ему хотелось на план, когда ребенок проходит через тоже самое что и он. Но здравый смысл ставил его на место вместе с эмоциональными порывами. Нервно перебирая пальцы все снова и снова разум снова погрузился в бесконечный замкнутый круг мыслительных процессов из которого Уилл вряд-ли когда-нибудь сможет найти выход. Вновь погружаясь на дно если бы только.. Внезапная идея появляется словно горящая лампочка с которой многие любят её сравнивать. - Векна может пожаловать в его голову в любой момент, а крепкая связь между ним и Уиллом сохранилась ещё со времён исчезновения, из-за чего он не раз становился неосознанным шпионом. Но открыв для себя его способности парень видел все через коллективный разум. А значит работал он и в обратную сторону! Если он тихо подключится к нему он сможет найти Холли ну или как минимум примерно понять её обстановку. - Уилл резко вскакивает с места от чего у него даже немного кружится голова чем вызвал небольшой испуг у девушек напротив. — Простите, не думал что напугаю вас— сказал парень, глядя на них с извиняющейся улыбкой. Джойс улыбнулась в ответ — О нет милый, все хорошо. Ты.. Что-то придумал? — спросила женщина пытаясь разлепить слипшиеся веки ,пожалуй, ей и вправду стоило бы хорошенько отдохнуть. — О.. Нет нет. Просто..думал сходить перепроверить план. У нас же есть еще время? Лишний раз пробежаться глазами было бы неплохо, верно? — ляпнул Уилл придумав отмазку находу. В теории это и не было обманом, разве что только на самую малость. Он ведь и вправду собирался все перепроверить, да? Просто не большая проверка его способностей, а вместе с этим и место нахождение Холли - оно ведь точно не будет лишним. О Боже, наверное это все-таки безрассудство. Уже на полном автомате подходя к привычной маленькой комнатушке и отодвигая полку он почти успел прикрыть её за собой если бы не теплая рука, остановившая его за запястье. Майк. Майк Уиллер. — Стой. Я с тобой. Хочу.. Детали освежить. Ты же не против компании? — тихо произнёс парень, боясь нарушить тишину, окутывающую радиостанцию. На какое-то мгновение все затихло окончательно, хотя казалось бы куда ещё тише. В полнейшей тишине бешеный стук сердца звучал уж слишком громко, отдавался с громкими ударами по черепной коробке, из-за чего Байерс даже на секунду задумался, а не слышит ли его Майк? Помедлив пару секунд в неловкой атмосфере Уилл в конце концов смог оторваться от своих размышлений и свой взгляд от губ напротив. — Да.. — подал голос Уилл — Да, конечно, пойдем. — уже более уверенно произнёс он и направился вниз по лестнице, не дожидаясь когда Майк пройдет через их своебразный потайной ход. Стоя перед столом И держа в руках листы с полностью вручную написанными и нарисованными планом военной базы вместе с идентичной картой всего города, Уилл вновь пробежался взглядом по старым бумагам, изучаяя все снова и снова. Пытаясь впитать в себя всю информацию целиком и полностью. Однако мысли о проникновении в коллективный разум, которые никак не предусматривались в плане, не покидали его. Он ведь может помочь. Все же хотя бы когда-нибудь проклятье должно оказать ему услугу и в обратную сторону. Майк, подошедший спустя некоторое время, устроился справа и рассматривал бумаги прямо из рук Уилла, не решаясь взять самостоятельно. Пару секунд он, кажется, с некоторым интересом рассматривал уже потрепанный и потертый лист, но вскоре Байерса почувствовал на себе взгляд. Он успевает только приоткрыть рот чтобы спросить в чем дело, но слова не успевают вылетить, а вместо этого застревают комом в горле. — Уилл ты в порядке? — не выдержал Уиллер, смотря на друга рядом с неподдельным беспокойством. — Да, в полном. — быстро пробубнил он — ну.. Насколько это возможно в нашей ситуация — Уилл попытался разрядить неловкое молчание между ними и мило улыбнуться, но получилось откровенно говоря плохо, и он это знал даже без зеркала. Слишком нервная, слишком слабая улыбка появилась на лице. Это не спасало ситуацию от слова совсем. Блять. — А ты в порядке? — Да-да... Просто.Эм.. Ты был какой-то слишком Тихий? Нет, просто ты всегда Тихий.. Но сегодня что-то другое.. Не пойми неправильно я не давлю или типо такого. Просто.. То что происходит сейчас вокруг реально ужасно и. . Твой брат сейчас в изнанке без связи.. Как и мои сестры..и.. Я подумал что может быть тебе плохо из-за этого.. Да и после того случая на военной базе с детьми.. И я подумал что может быть... — быстро протароторил Майк, не пытаясь смотреть в глаза другу и по традиции наяривая круги по комнате. Это вышло слишком лично и неожиданно кажется даже для самого Уиллера. — и.. О Боже, что я вообще несу — уже тише добавил Майк и обессиленно уронил голову в подставленные руки на все том же столе, —Просто..забудь все что я сказал это было тупо. Мозг не успел придумать что-то стоящее на такое откровение, в то время как сердце решило идти своим путём —Ну, почему тупо. Совсем нет.— Майк повернул голову в его сторону и теперь, смотря на своего друга сверху вниз мысли вновь начали немного спутываться. О Господи, ему определено нужно что-то с этим сделать. — Я о том что сейчас, когда мы все уязвимы, и Генри может достать нас в любой момент, нужно делиться всем. В смысле не надо держать все в себе — он аккуратно положил свою руку ему на плечо — А тебе особенно. Ты ведь сердце компании, помнишь? — Майк неловко улыбнулся в локоть, наверное вспоминая тот диалог, тот год, ту картину и ту Джейн, но поднимать голову так и не решился. — На тебя слишком много навалилось. Сначала родители, потом Холли, а теперь еще и Нэнси... — на этих словах Уилл сделал небольшую паузу, увидев еле заметную печаль в глазах Майка. — Но нельзя давать Генри то чего он так добивается. Слышишь? У тебя все еще есть все мы.. —— " У тебя все еще есть я. " фраза которая вертелась на языке и была бы только рада заявить о себе, но которой не сужденно быть услышанной. Двусмысленно. Слишком двусмысленно. Снова тягучая тишина. Сколько она длилась? Пару секунд? Пару минут? Несколько часов, дней? Время наверняка остановились, иначе Уилл не мог объяснить это состояние, эту атмосферу. —Когда Холли пропала.. У меня было ощущение как будто бы я снова облажался... Как было с тобой. Просто.. Боже, это все навалилось снова, как лавина, только еще с удвоенным чувством дежавю... — Уиллер сделал паузу, пытаясь подобрать слова для описания состояния. Чувства в словах никогда не были его сильной стороной, — и вспоминая то что ты пережил тогда в изнанке... Мне страшно. Правда.. — взгляд вновь устремился в руку. Не хотелось показывать слабину в такой важный и отвественный момент, но груз на плечах с пропажи Холли становился все тяжелее и тяжелее, пока не заставил Уиллера уткнуться носом в свой же рукав кофты и рассказывать все свои переживания своему другу в чертовом подвале, когда другие возможно находятся присмерти. Браво. Майк ожидал какой-то реакции на свой монолог: жалость, сочувствие, раздражение, усталость, да хотя бы что-нибудь лишь бы не неловкое молчание. Ждал хоть какой-то реакции. Хоть каких-то слов, которые успокили бы его совесть и душу. Но Уилл молчал. Долго. Неприлично долго. Потеря счета времени настигла и Уиллера. —Знаешь... Я...мог бы узнать что-нибудь о Холли.. — Голос Байерса прорезал тишину, в то время как Майк непонимающе наклонил голову, ожидая продолжения, — В смысле, я ведь смог подключится к демогоргонам там на военной базе. И видел я все от их лица. От всех одновременно. Значит есть что-то что из связывает... — задумчиво произнёс он —Коллетивный разум. — закончил за него Майк с ошарашенным лицом. Осознание пришло к обоим одновременно. Не теряя ни секунды Уилл схватил только недавно заточенный карандаш и первый попавшийся чистый белый лист, которых у них за время вылазок накопилось достаточно. Судорожно выведя на бумаге достаточно незамысловатую схему он быстро протянул её стоящему рядом парню. — Раз он имеет коллективный разум значит в теории я могу подключится к нему точно также как и он ко мне когда-то. На военной базе я остановил демогоргонов потому что основной целью были именно они, но если я поменяю свой фокус только на Генри... — Уилл сделал несколько линий и пометок на листе, паралельно этому объясняя написанное. — Если я не буду пытаться остановить его, а просто проберусь в разум то смогу отследить, что он делает. Даже если Генри не будет рядом с Холли, то наверняка рядом с ней будет кто-то или что-то кто будет следить за ней. Тогда уже через Генри я смогу подключится и к нему. Если я не буду ничего делать, а просто смотреть то это может сработать. Понимаешь? Я смогу найти Холли. — Уилл откидывает карандаш на край стола, точно также как откидывает тревожные мысли в самый Дальний угол своего разума. Если это и вправду может помочь Уиллерам то он просто обязан это сделать. Ну, или как минимум попытаться. Возможно ему не стоило говорить это так воодушевленно, но одновременно восторженное и удивленное лицо Майка было вполне достойной наградой. — Уилл.. Я говорил тебе что ты невероятен? — еле слышно произнёс парень, который кажется все еще отходил от шока, глядя на Уилла как на что-то нереальное. Может быть через несколько он мгновений? — И не раз — немного смущенно улыбнулся парень. Такую реакцию на друга скрыть было невозможно и это до невозможности сводило с ума, раздражало. Но Майк пошёл дальше Уиллер накрыл его руку своей, говорил с какой-то особой нежностью, — Чародей. Настоящий чародей — неверяще произнёс он кажется все еще пытаясь осмыслить происходящее, пока Уилла накрывало все больше и больше. Хотелось откинуть эту до боли родную ладонь куда подальше и сосредоточиться на поиске Холли, но в тоже время это касалось слишком невозможным. Невозможным откинуть тепло которое источала рука друга. Невозможным оттолкнуть. Все слишком невозможным. А лишь одно слово "чародей", произносимое тихим хриплым шепотом , кажется и вправду сводило с ума. Ну по крайней мере он выполнил свою часть обещания сойти с ума. — Уилл, но...как ты попадешь в разум? Тебе нужны какие-то приспособления как для Оди..? — тогда же Уилл серьезно задумался над этой проблемой. В прошлый раз ему не понадобилось ничего кроме жажды спасти, счастливых воспоминаний и Майка . Но прямой опасности не было, а значит и нужды автоматически залазить в сознание не было. — Оди.. Точно Оди — воскликнул Майк, теперь была очередь Уилла удивляться, — У тебя же нет своих сил и фактически ты берешь их у Векны. Оди как-то упоминала что её способности сильно отличаются от его, но схожести имеются. Если попробовать подключиться через шум и темноту? — объяснил Майк — это может помочь? — Я не знаю.. Но.. Попробовать стоит. Ладно, это было ужасной идеей. Ужаснейшней из всех приходящих в их голову. Это было безумно, импульсивно, эмоционально. Смотря на то каким образом Одинадцать попадала в сознание других людей, у Уилла всегда захватывало дыхание. Её предельное спокойное выражение лица. У парня в голове не укладывалось как она могла делать это все так спокойно в кромешной темноте. Она отрезала себя от внешнего мира. Но никогда бы он не смог подумать что окажется на её месте. Это было странно даже представить в своей голове. Нереально. Что-ж, видимо ему придется научится перестать делить вещи на реальные и невозможные. Возможно все. Но глядя на лежащие перед ним своебразную повязку для полного погружения и старенькую рацию на которой Майк старательно пытался поймать белый шум, его охватила тревога. Небольшая тревога. Подумаешь, всего лишь первое осознанное проникновение в чужой разум. В разум Генри. Ему же нужно всего лишь посмотреть и уйти делов то. Оди проворачивала вещи и по страшнее, но выбиралась живой. Через разум он не сможет ему навредить. Ну, по-крайней мере физически уж точно, а с моральными травмами он разберется позже. — Чародей, все готово! — с легким волнением в голосе воскликнул Майк и сел рядом с Уиллом, указывая легким кивком в сторону магнитофона, который в свою очередь издавал противный "белый шум" коим его называли. Значит, время пришло. Уилл в последний раз огляделся по сторонам, пытаясь удостовериться что находится в тайном подвале радиостанции, а не в изнанке или где ещё похуже, а затем протянул руки к белой повязке для глаз и повязал на голове. Все моментально погрузилось во тьму. Единственная вещь говорящая о том что он все еще в мире - это перманентный шум, нехило действующий на и без того расшатанные нервы. Как только у Оди получалось моментально попадать в сознание? Это же нереально, раздражающе. Он рассеяно просидел так минуту прежде чем выдал свой разочаровавший вердикт — не получается - и уже потянулся рукой чтобы снять дповязку на голову повязку, но внезапная нежная хватка чужих ладоней на запястье останавливала и отбивала все желание идти против них. — Подожди, подожди! Пожалуйста..прошу тебя не сдавайся раньше времени. Прошу тебя. Оди говорила что она всегда сосредотачивалась на белом шуме, уходила от мыслей. Но ты не она. Твои силы отличаются от её. Попробуй подумать про что-то хорошее. Вспомнить что-то, что помогло тебе тогда. Прошу тебя. — Когда-то сильная речь в начале сошла на еле слышный шепот, которому противиться было невозможно. Забавно, что из всех встречаемых монстров на их пути нереальной вещью становился протест против мольбы Уиллера. Тяжело вздохнув Уилл наконец-то понял, что совершенно бесспомощен перед ним. Понял, что готов сделать то, что могло бы лишить его жизни, ради него. Он бесспомощен. Полностью. Он опустил руки на колени, но теплота ладоней человека на против никуда не уходила. Даже наоборот, переместилась ниже, к ладоням Байерса. Он ощутил нежное едва ощутимое касание кончиков пальцев, а после почувствовал нежные поддерживающие поглаживания на внешней стороне ладони. В этот раз он последовал совету Майка. Вот перед его глазами предстала картина их знакомства: маленький мальчик, протягивающий руку своему новому другу на качелях. Несколько лет назад, будучи под контролем истязателя разума он никому не расскажет о том, что помнил как Уиллер плакал около него, рассказываяя историю из первого знакомства. Сразу же после этого последовал испорченный Хэллоуин. Как после нового видения Майк снова и снова оказывался рядом и даже был готов оставить свой любимый праздник ради него. Ради его безопасности. Помнил то обещание сойти с ума вместе. Два сумашедших фриков. Потом воспоминание о старых добрых компаний. Пусть и с довольно клишированным и банальным концом, но по крайней мере хорошим и забавным для всех. Всплыли и душевные разговоры с Робин. Воспоминания о поцелуе Бакли с её девушкой, о диалоге про сигналы. Сомнительные импульсивные побеги с радиостанции. Без внимания не остались и фрагменты в памяти Байерса о брате. Отдельная кассета с собранными лично самим Джонатоном песнями для Уилла играла где-то, далеко-далеко на фоне. Но музыка затихла точно также резко как и начиналась. Тихо опущенная голова внезапно поднялась. Сильное головокружение захлестнуло голову, не давая ни единой надежды на разумные мысли, которые, кажется, спутались ещё задолго до этого момента. От непривычного ощущение к горлу подступила тошнота. Как только Оди справлялась с этим каждый раз? Однако долго размышлять об этом не дало расфокусированные зрение. На глазах словно появилась темно-красная пленка, немного искажающая взгляд. Через пару секунд зрение прояснилось чуть больше, но не до конца, наотрез отказываясь давать большую видимость новому хозяину тела. Уилл попытался оглядеться не поворачивая голову, однако ему не пришлось даже стараться, ведь существо само повернуло голову сначало вправо, потом влево, а потом снова приступило к своему занятию. Наверное, Байерсу следовало немного подготовиться к тому, что есть шанс попасть в тело демопса. Он знал, что это может произойти, да. Но не ожидал, что окажется в нём именно в тот момент, когда тот будет занят поеданием человека. Громкие звуки отрывания плоти от тела вызывали рвотные позывы, а кровавая картина прямо перед глазами, не успокаивала от слова совсем. Но ещё хуже становилось когда он понимал что фактически тоже ест это. Пасть открылась во всей своей красе в виде красно-кровавого цветка, показывая все свои острые зубы, который Уилл, к его великому счастью, не видел. В это же время существо вновь опустило морду к трупу и принялось за поедание. — Ты нашёл его? —послышался голос где-то далеко. Где-то за пределами его сознания. За границами. Единственная вещь соединяющая его с настоящим миром - рука Майка. Еле ощутимое теплое прикосновение послужившее проводником между его главным кошмаром и реальным миром. — Не совсем. — тихо отозвался Уилл, не узнавая свой хриплый голос, перешедший на Тихий шепот, — Я в теле демопса. Он.. Ест кого-то... —Кого-то это..? — переспросил Уиллер явно напрягшись. Ну конечно. Да, факт того что Байерс свой попасть в коллективной разум несомненно радовал, но осознание того, что в изнанке все еще находились твои друзья и сестры не утешало. Нэнси, Холли. В том что Холли жива Уилл был уверен безоговорочно. Она была особенной. Она была нужна Генри. Да, может она и была в ужаснейших условиях, но она все ещё жива. Однако дела с Нэнси обстояли куда хуже. Уже несколько часов от неё и остальных членов команды не было ни единой Новости. Вообще. Связь не работала от слова совсем, что не могло не вызвать беспокойства. —Это точно не кто-то из них — кажется, даже сквозь туманную пленку Байерс услышал облегчённый выдох Майка, — тут.. Мужчина. В возрасте.. Лица тут особо не осталось.. но на Хоппера не похож — закончил Байерс — Подожди, у него нет лица? Ты рассматривал наполовину съеденный труп? — с отвращением заметил парень. — Ну знаешь ли, тяжело не смотреть, когда ты ешь его от первого лица. Мне тоже, между прочим, неприятно, — если бы Уилл мог он бы закатил глаза. Где-то отдалённо он услышал вялое " о Боже мой " от Майка. Он снова прикрыл веки, пытаясь сфокусироваться на том, куда именно он хочет попасть. Генри. Векна. Первый. Господи, да как его еще можно назвать, чтобы точно попасть к нему в разум? Точнее правильней сказать в их разум Ещё несколько раз он промахнулся попав в тела и мирно гуляющих демопсов, и в демогоргонов, что наткнулись на отряд военных, которые как всегда направились к стенах изнанки для разведки. Опускать руки не хотелось. Не сейчас. Не тогда когда он уже так близок к цели. Только с четвёртой попытки удалось приблизиться к нему настолько с насколько Уилл никогда не был так близок. Внезапно, вместе с гнетущей и тяжёлой атмосферой изнанки возник светло голубой дом. Огромный дом с белыми колоннами, аккуратными газонами. Точно из сказки. Парень читал когда-то давным-давно о таких в книжках. Только это было слишком далеко от реальности в которой он жил. Не было ни монстров, ни токсичного воздуха, ни липкой противной грязи, ни перевернутого с ног до головы Хоукинса. Ничего из этого не было. В месте где Байерс оказался он никогда не был и кажется впервые узнал о его существовании. Но какое-то странное ощущение дежавю появилось вместе и с новым домом. Генри. Думать о том в чью тело он попал на этот раз не пришлось. Ни один на вид мерзкий монстр из потустороннего измерения не смог бы оказаться в этом идеальном и прекрасном месте. Хотя, Генри как-то это удалось. Уилл никогда не понимал что творится у него в голове. Никогда не понимал его цели, его выбранный путь сделанный из трупов человеческих тел. Никогда не понимал его решений, его планов. Точно также как и сейчас не понимал, что Генри забыл, стоя тут в одном положении, словно ледяная статуя, и не отводя взгляда от дома. Положение, конечно, было не из лучших, но все же лучше чем ничего. Ничего не менялось и Уилл начинал думать, что он все же ошибся и попал вовсе не туда, до тех пор пока из дома не послушалась оглушительная музыка. Тихое ритмичное начало песни совсем скоро стало слышно за пределами дома. Слух, находясь в теле кого-то был откровенно плохо и сильно искажён, но даже с ним до Байерса доносились обрывки слишком известной для него музыки. До боли известнаизвестная "— I think we're alone now... " — кричал взрослый голос девушки из песни. Парень никогда не был фанатом или даже любителем Тифанни, но её песни знал наизусть. А все из-за младшей сестренки Майка, которой только дай в руки магнитофон как из него польется музыка Тифанни. Даже несмотря на получаемые замечания от родителей и старших детей, все песни постоянно гремели в её комнате, которые было слышно даже из чертового подвала Уиллеров. Что-ж, по крайней мере он слышит это не так громко как люди, что живут с ней на одном этаже. Уилл мог им только посочувствовать. Но сейчас, смотря на дом, парень хотел чтобы эта музыка была именно от Холли. Хотел, чтобы пусть даже в иллюзии находилась в нереальном комфорте. Хотя бы так. Главное чтобы она не видела реальных ужасов происходящих с ней на самом деле. От наплывших воспоминаниях с изнанкой по телу пробежали мурашки. Руки внезапно напряглись и слабое ощущение рук Майка на его пропало. Уилл хотел бы что-то сказать, хотел бы чтобы руки друга вернулись на своё законное место - на руки Байерса, но говорить ничего и не пришлось. Спустя мгновение, Уиллер, словно почувствов резкое изменение в друге, обхватил его руки ещё сильнее. Настолько, что они больше не были призрачным прикосновением, а вполне реальными и ощутимыми. Настолько что Уилл просто не смог не вздрогнуть от внезапной нежности. Настолько, что не смог сдерживать своей реакции после тихого — Ты нашёл её?... Ты нашёл Холли? — От Уиллера в голосе которого так и просачивалась уже нескрываемая мольба и беспокойство. Настолько что он больше не смог пережить только у себя в голове. Настолько, что дернулся не только он, но и Генри. Это провал. Полный. Крилл просто не мог не заметить резкого движения головы, которое было сделано точно не самим им. Но каков был шанс того, что он просто проигнорирует это мелкое движение и свалит на какой-нибудь, не знаю, нервный тик? У каждого человека он случается после сложных событий в жизни, а у Генри их было всегда много. Он ведь командывал целой армией, целым измерением мерзкий кровожадных монстров, стирающих все на своем пути. Хотя едва ли теперь его можно было назвать человеком. Крилл вновь замер, точно также как и Уилл, который в свою очередь боялся даже дышать, сомневаясь в том, что Генри не может слышать его дыхание. Майк, который уловил напряжение Байерса, тоже замолчал, не решаясь сделать ни единого движения. Уилл даже забеспокоился не умрет ли он от нехватки дыхание, но внезапно Крилл зашевелился. Парень не видел его лица, но знал что там как всегда висит привычная неискренняя улыбка. От тихонько усмехнулся. Надо валить. Срочно. Прямо сейчас. Сквозь толстый слой нереальности в глазах, Уилл, что все еще ощущал прикосновение Майка выбрался только по нему. Быстрым движением рук парень стянул с себя повязку, но тьма не отошла от глаз. Даже более, вообще ничего не поменялось. Перед глазами все еще висела картинка идеального домика, а на лице Генри все также ощущалась "милая" улыбка. Руки сами потянулись к глазам в попытках раскрыть из как можно больше. Он тянул, закрывал глаза, тер из настолько сильно, что казалось скоро они просто выпадут из глазниц и покатятся прямо к ногам самого Байерса, насильно раскрывал их, надеясь, что хотя бы так ему удасться стереть с них эту уже ненавистную картинку, которая больше не казалось такой уж хорошей. —Уилл. Уилл! Ч-что..происходит? — послышался обеспокоенный голос Майка где-то прямо под ухом. — Я.. Я не знаю! Я все еще в теле Генри. Я-я.. Я не могу выбраться.. — тихо прошептал Уилл словно все еще боялся быть замеченным Криллом, — Майк.. Он понял.. — парень не смог узнать, что дальше говорил Уиллер. Может быть он продолжал кричать его имя, срывал голос, звал на помощь Робин и Джойс. Байерс сильно сомневался в том, что они до сих пор не услышали отчаянного крика Майка. Но больше он этого не услышит. Все звуки затихают. Он полностью оторвался от реальности. — Знаешь, Уильям. Я не думал, что ты выберешь такой подлый способ использования "своих" новых сил. — Низкий мужской голос говорил со всех сторон одновременно. Он был повсюду. Окутывал всю атмосферу своей тяжестью. Даже сам Уилл говорил его голосом. — Из всех вариантов такой подлый и простой. Я.. в какой то степени даже разочарован. — он выждал некоторую паузу, — Мой первый сосуд с силами, но с таким недалёким умом, чтобы придумать что-то свое. Это довольно печально — Ну, я не виноват в том что твои силы настолько слабы, что кроме шпионажа и убийства ни на что не годны — тихо съязвил парень. Естественно он слишком уж утрировал. Кому если не ему знать, что творил Генри со своими силами при полном запасе энергии и сосудов в виде людей. Он знал, что ничем хорошим это не закончится. Но по крайней мере даже если он и умрет, в чем Уилл уже не сомневался и мучался в попытках смириться с своей судьбой, это будет хотя бы глупо, но героически. Внезапная тишина после слов Уилла слишком затянулась. Но совсем скоро голос Векны появился не только снаружи, вокруг Уилла, но и внутри. Прямо у него в голове, — Не путай свою неспособность разобраться с тем, что твориться в тебе самом с мощью наших сил, — он тихо засмеялся, —Пришёл искать сестренку своего друга, правильно?— он на секунду замолк, — ну конечно. Как же иначе. Но можешь так не беспокоиться, она в полном порядке. Сам погляди — Генри повернул голову в сторону раскошного дома из которого пусть и приглушенно, но все также доносилась музыка, — Не думаю что кто-то другой мог бы сотворить подобную красоту — он тихо посмеялся чем вызвал только большую тревогу,— не думаю, что малышка Холли захочет сама уходить от сюда. — произнёс Генри с улыбкой оглядывая свои владея. — Неужели ты понял, что дети не бегут из твоих мерзких лап, когда строишь перед ними идеальную иллюзию? —отозвался Байерс, ожидая реакции в виде мгновенной смерти, которой так и не последовало. — Научился с опытом. Она не в изнанке, неужели тебя это не устраивает? Или ты хотел бы худшей жизни для Холли? Не волнуйся, это вполне можно устроить — Уилл замер. Все шло вообще не так как он предполагал. — Сомневаюсь, что ты сможешь убить девочку настолько похожую на твою сестру. — тихо заметил Байерс. Наверное он пожалеет о своих словах после, но он обязан отыграться на нём хотя бы в разговоре. Голос Генри замолк,—Неужели убьешь её во второй раз? — уже более уверенно спросил Уилл. Он играет с огнем, который был готов взорваться и убить его одной из самой ужаснейших смертей, но остановится было невозможно, — сделаешь из неё очередной трофей? Кажется ты никогда не изменишься, Генри — вся речь так и лилась из рта Байерса. Хотелось говорить все больше и больше. Он знал, что Векна уже кипит от злости или хотя бы раздражения от такой наглости. Настоящее имя становится вишенкой на торте. От былой дружелюбной улыбки не остается ни следа. Нет ничего. Просто пустое лицо, которое устрашало в несколько раз сильнее — Тебе ли говорить о семье, Уильям. Знаешь, раз уж ты так хотел освоить шпионаж, то я не против показать как делать это правильно. — единственное что услышал Уилл перед тем как Генри опустил свой взгляд на правую руку из которой в одно мгновение стали медленно выглядывать мерзкие наростки, что ложились друг на друга и полностью покрывали руку. Через считанные секунды точно также проявились и огромные длинные когти которых уже капала какая-то чёрная инородная субстанция. — Смотри вместе со мной и запоминай. — последнее что пронеслось эхом в его разуме. Крилл сомкнул руку. Его глаза вместе с глазами Уилла закатились, обнажая сидящему рядом Уиллеру абсолютный белок. Парень не хотел бы чтобы Майк видел его настолько глупую смерть. Перед глазами начинают мелькать недавние воспоминания о тайных вылазках, о проведённом времени с новообретённой командой, с партией. Голова трещит по швам. Он уверен что прямо сейчас отчаянно кричит в реальном мире. Но не здесь. Здесь его голос заглушают миллионы воспоминаний из прошлого и настоящего. Слишком много личного. Слишком много мыслей связанных с семьёй. Слишком много неприличного связанно с Майком. Уилл хочет поскорее закончить свои страдания. Он готова разорвать себе глаза, голову, за которую он так отчаянно хватается руками, пытаясь сохранить хотя бы частички мыслей. Пытаясь спрятать их от него. Но Венка лежит все дальше и глубже. Обнажает все воспоминания мысли. Доходит до того, что ему нельзя знать. Оди. Нет, нет, нет. Байерс хочет вернуть свои слова назад. Он готов вывернуть наружу все свои грязные дела и секреты. Готов на любое осуждение и неприятие. Но только не воспоминания касающиеся Оди. Только не она. Уилл знает о ней слишком много. Знает куда она отправилась. Знает с какой целью. Знает её мышление. Знает практически все. Они жили столько лет бок о бок. Сдать воспоминания о ней означало автоматическую смерть Оди. —Нет... Нет, нет, нет. Прошу... Только не она — Уилл сжался в комок, поджав руки и ноги, пытаясь удержать все в своей голове. А Генри все давил. Все больше и больше. Настолько, что терпеть уже было невозможно. Боже, он был готов на быструю смерть, но не на продолжение новых мук. Руки все также продолжали блуждать по лицу. Все также продолжали липнуть к глазам, ушам, рту. В надежде скрыть. Но внезапно зрение немного прояснилось. Затуманенный отчаянный взгляд пробежался по всем присутсвуюшим — по кричащей умоляющей его очнуться маме, которая судорожно то ли трясет то ли держат за плечи, по нервной с огромными глазами Робин, которая видима была в ступоре и не понимала как она может чтобы помочь, по напуганному Майку который кажется кричал чтобы тот продолжал бороться и не сдавался, пытаясь ухватиться за его плечо или голову. Но после глаз падает на вещь на углу стола. Что-то острое, практически блестящее на свету, которого в подвале и в помине не должно было быть. В голове проскакивает какая-то безумная мысль. Совсем на секунду. На мгновение. На мгновение которого хватает, чтобы Байерс потянулся к предмету рукой и приставил к своему глазу. Внезапно все прекратилось. Голосов друзей уже не было видно. Точно также как и того дома, и Векны, и подвала. Только оглушительный крик боли издаваемый то ли им самим, то от Генри. Как же он мог забыть что их боль передаётся друг другу. Наверное где-то недалеко от него некоторые демогоргоны ощутили адскую боль, держа свои головы в огромных лапах, а демопсы взвыли от ощущения в голове. И тут же что-то прекратилось. Уилл резко вздохнул, словно все это время не дышал. Легкие наполнило слишком огромное количество воздуха, от чего те словно горели прямо внутри. Но сразу же после облегчения последовала тупая боль Где-то в голове. Парень не совсем не понимал где именно, но знал что это лето внутри и знал что боль нарастает с каждым мгновение как он просыпается от похождений в коллективном разуме. Тупая боль меняется на острую, жгучую. От которой хочется взвыть, хочется накрыть ладонью с надеждой что все пройдет. Хотелось просо убрать источник боли. Ощущение пустоты в левом глазу не на шутку пугало. Словно... Он что-то потерял, но что именно не понимал из-за боли с которая уже овладела всем его телом. Левый глаз не открывался из-за чего обзор правым становится мутным. Но сквозь толстую пелену накатившихся слез и... Крови? Он не понимал откуда взялась кровь. Не понимал почему руку которую он только что прикладывал к своему глазу окрасилась в ярко-красную жидкость, что медленно капала с его руки на белую повязку, окрашивая её в бордовые цвета. Он не чувствовал и не ощущал своего левого глаза. Осознание пришло вместе с ещё больше болью только теперь в перемешку с ощущением мерзкой тошноты. Где-то отдалённо он слышал крик своей матери, которая умоляла Бакли принести хотя бы какие-то медикоменты и обнимала его, Уилла, пытаясь скрыть от боли, а Робин в свою очередь выранивала все из своих трясущихся рук, слышал дрожащий голос Уиллера в чью руки упал эта злосчастная причина потери глаза. Кажется.. Это был карандаш? Байерс его даже узнавал. Тот самый карандаш которым он только недавно выводил на листе примерный план и строение коллективного мозга, тот самый карандаш который он так неразумно откинул в сторону. Но правый ещё не пострадавший глаз начал постепенно закрываться. Перед и без того туманными глазами стали появляться чёрные круги, так и грозя закрыть их раз и возможно навсегда. Может быть Уилл был бы и рад этой возможности. Взглянув последний раз на присутствующих оказалось, что было бы неплохо погибнуть тут, от своих же рук среди друзей и семьи. Вполне достойная смерть для него верно?