Шаг навстречу

      - А давай, поспорим: через неделю, да что там неделя - завтра твой Юньлань будет у меня в постели.       Чжу Хун в рабочем кресле сидела, как королева, и Вэй ещё раз подумал, что эта женщина не шутит. Она, действительно, способна на всё. - Глупости это. Не хочу я с тобой спорить. Его голос прозвучал глухо и как-то неубедительно. Женщина сразу почувствовала это. - Понятно. Боишься. А всё потому, что до конца ты в нём не уверен. Так ведь? - Не так! Уверен. А чего это, собственно, я перед тобой оправдываюсь? Какое тебе дело до наших с ним отношений? - Так отношения всё-таки есть? Ты же утверждал, что вы - всего лишь друзья. - А что? Отношения - это только про любовь? Между друзьями нет никаких отношений? - попытался возразить Вэй. Но Чжу Хун только усмехнулась и, отставив в сторону ладонь, полюбовалась своим ярким маникюром. - Милый мой, ты прекрасно понимаешь, о чем идёт речь. Я не отрицаю дружбы между мужчинами, но тебе-то он нужен не как друг. - Это голословное утверждение. Госпожа Чжу, у вас есть какие-то доказательства? Нет? Тогда, тема закрыта. Займитесь, пожалуйста, работой и не мешайте мне.       Шэнь Вэй демонстративно уткнулся в распечатки отчётов. Женщина смерила его насмешливым взглядом и тоже отвернулась к компьютеру.       Молчание длилось примерно полчаса, а когда Вэй уже успокоился, решив, что разговор окончен, Чжу Хун вдруг опять спросила: - Вэй-Вэй, а чего тебе в женщинах не хватает? Я вот сижу и всё пытаюсь понять, что с тобой не так? Шэнь Вэй закатил глаза. - Да чтоб тебя! Я-то подумал, что ты контракт правишь, а ты всё никак не угомонишься? - Контракт никуда не денется. Нет, ну правда? - опять повернулась к нему Чжу Хун. - Хочешь знать правду? Изволь. Мужчины не такие доставучие, как женщины. Они нетребовательны и некапризны. Им не надо постоянно оказывать знаки внимания, чтобы доказать свою любовь. Её вообще не надо доказывать. Она либо есть, либо нет. Достаточно? Или продолжать? - Продолжай.       Чжу Хун устроилась поудобнее в кресле, положила нога на ногу, словно, и правда собралась слушать, а Шэнь Вэй вздохнул, разом растеряв весь запал. - Знаешь, неважно, кто это будет: мужчина или женщина. Главное, чтобы это был любимый человек. Тот, без которого ты дышать не сможешь, - повторил он слова гадалки.       Чжу Хун отвернулась к окну, закусила губу, а потом произнесла непривычно тихим голосом: - А если для меня ты и есть тот самый человек? Как мне дальше жить? Если я засыпаю и просыпаюсь с твоим именем? Если смотрю на эти прокляты цифры, а вижу тебя? Что мне делать?       От этих негромких слов веяло таким отчаянием, что Вэй растерялся. Он давно знал, что Чжу Хун к нему неравнодушна, но всё это было на уровне шуток. Ему казалось, что выказывая свою любовь и добиваясь его, она больше играет на публику. Он даже подумать не мог, что всё настолько серьёзно. Вэй снял очки, повертел их в руках, потом опять надел. - Хун-Хун... Я... не знаю, что сказать. Ты ведь понимаешь... - Не знаешь, вот и не говори, - перебила его женщина. - То, что я хочу услышать, ты всё равно не скажешь, а твои утешения мне не нужны. Просто я подожду. Что-то подсказывает мне, что ваш роман не продлиться долго. - Это почему?       Чжу Хун задумчиво покачала ногой. - Видишь ли, мой дорогой, ты живёшь в мире иллюзий. Тебе кажется, что всё зависит только от твоего желания, но жизнь намного сложнее. Друзья, соседи, коллеги, родня. Как все они отнесутся к вашим отношениям? Сможете ли вы выдержать весь тот негатив, который обрушится на вас? А в том, что он обрушится, как только узнают о вашей связи, я не сомневаюсь. - А кто тебе сказал, что мы собираемся афишировать свои отношения? - А кто сказал, что вы сможете скрыть их, даже не афишируя?       Женщина опять отвернулась к компьютеру. - Женился бы на мне, и не было бы никаких проблем. Я бы всё для тебя сделала. Сына родила... или дочь. Купили бы свой дом... Завели собаку, как ты хотел. А в постели я бы тебе позволяла, что угодно: хочешь - сверху, хочешь - снизу... - Чжу Хун! Ну, о чем ты? - Всё о том же. О том, что я люблю тебя... Вот о чем. Женщина вдруг резко поднялась из-за стола и, подхватив свою сумочку, вышла из кабинета.       Вэй с досадой бросил на стол карандаш и откинулся в кресле. Ну, вот и как дальше быть? Уже неделю эта дамочка ходит на работу, но ничего толком не делает. Он и сам не может собрать себя в кучу. Эти постоянные разговоры... Он пытается пресекать их, но чаще всего не получается. Да и как их избежать, если вас в кабинете только двое? И всё крутится вокруг их отношений с Юньланем. Но самое обидное, что отношений-то и нет! За эту неделю они не продвинулись ни на шаг, и на Вэя уже начало накатывать отчаяние. Они были внимательны друг к другу и заботливы, вместе ужинали и смотрели телевизор, болтали о пустяках, ходили в магазин, но и только. Каждую ночь Шэнь Вэй долго не мог уснуть, чутко прислушиваясь к каждому шороху в соседней комнате. Он ждал, что Юньлань придёт к нему и тогда... Но тот не шёл, а сам Вэй боялся проявить инициативу, памятуя о той трагедии, которую пришлось пережить Юньланю. Это было похоже на тупик, выхода из которого нет.       А тут ещё Чжу Хун со своими откровениями. Боги, хотя бы она в кого-нибудь влюбилась! Ему ещё с Дацином надо разобраться. Этот мелкий после той стычки во дворе исчез на целую неделю, чего с ним раньше никогда не бывало. Обычно он проявлялся по нескольку раз на дню: то позвонит, то забежит, то смс-ку пришлёт, а тут - полная тишина. Идти к нему домой Вэй стеснялся: вдруг этот сумасшедший начнёт выяснять отношения прямо при стариках? А застать парня во дворе никак не получалось. Раньше он постоянно здесь ошивался, а сейчас исчез. Несколько раз Вэй ловил себя на мысли: может и хорошо, что всё так повернулось? Попереживает мальчишка и выбросит из головы весь этот бред. Это ведь правда: они - не пара! Они были просто друзьями.       Были... До боли в сердце жалко терять друга, но другого выхода из сложившейся ситуации Вэй не видит. Наверное, Дацин никогда не примет его отношений с Юньланем. Конечно, если они будут, эти отношения.       Дверь скрипнула, и в кабинет вошёл господин Мо. Вэй при виде начальника вскочил с места. - Шеф, я проверил все отчёты. Ошибок нет, - бодро отрапортовал он.       Господин Мо остановился напротив. Сунув руки в карманы модных брюк, он молча смотрел на Вэя, и в его взгляде читалась жалость. Шэнь Вэй не выдержал: - Да что не так? Я в чём-то накосячил, господин Мо? - Ты? Ничего особенного. Просто просрал такую девушку. Сейчас у меня была Чжу Хун. Попросила два дня отгулов, чтобы поехать в горы со своим кавалером. Вот так, мой дорогой. Ты знал, что у неё кто-то появился? - Нет. - Я отпустил её. А значит, всю её работу ты возьмёшь на себя. Понял? - Да, шеф. Как скажете, - произнёс Вэй, даже не пытаясь скрыть досады. - А что ты хотел? Упустил такую женщину - плати по счетам!       Когда за начальником закрылась дверь, Вэй набрал Чжу Хун. - Ну, и что всё это значит? - Только одно - в ближайшее время я не хочу тебя видеть. - Понятно. - Пароль от моего ноута ты знаешь. Папка с договорами - на рабочем столе. Всё.       Да твою ж мать! Теперь ещё и после работы оставаться придётся, чтобы подбирать все хвосты за этой красоткой.       Вэй открыл ноутбук Чжу Хун. Так и есть! Ни один из трёх договоров не закончен! Он опять набрал её номер, но механический голос ответил, что аппарат вызываемого абонента выключен или находится вне зоны действия сети...       Когда уставший и голодный Шэнь Вэй уже в густых сумерках возвращался домой, у подъезда он столкнулся с дедом Дацина. - Дядюшка Тао, здравствуйте, - поклонился мужчина старику. - Как ваше здоровье? - Спасибо, не жалуюсь. А ты всё работаешь? Долго. Даже не пришёл проводить Дацина. - Проводить? Куда? Старик внимательно посмотрел на Вэя. - Этот мальчишка очень любит тебя, вот и бережёт. Наверное, поэтому не сказал, что уезжает. Чтобы ты не волновался. - А куда? Куда он уезжает? - Уже уехал. Сегодня проводили. В Индию. Там какая-то зараза появилась. Наше министерство отправило отряд добровольцев. Дацин вызвался. Бабка моя какой уже день плачет. - Подождите, - схватил старика за руку Вэй, - как добровольцем? Он же ещё студент! Ему ещё год учиться. - Всё правильно. Его и не брали. Так он, представь себе, до самого господина Лань Мин Цзиня дошёл, и он лично разрешил. В качестве исключения. Потому что мой внук - лучший ученик колледжа. Старик гордо поднял палец к небу. - И надолго он уехал? - Контракт на полгода. Старуха воет, а я так считаю, что это для него хорошо. Он там, подальше от её юбки, мужиком станет. А то бегает по двору в своих коротких штанишках, как пацан. Ты как считаешь? Вэй вздохнул. - Я не знаю. Возможно, вы правы. - Конечно, прав. Ты вот что, сынок, не забывай нас. Заходи в гости. Всё старухе моей - радость. - Да, дядюшка. Конечно.       Вэй торопливо откланялся и нырнул в свой подъезд, но подниматься по лестнице не стал, а сел прямо на грязные ступени, привалился к стене, закрыл глаза.       "Вот же мальчишка! Индия. Черт знает, что там за зараза появилась. Сколько медиков погибло в пандемию только у нас в стране. Боги! И это всё из-за меня. Я должен был с ним поговорить. Если с ним что-то случится, как я с этим буду жить?" Вэй по привычке накрыл ладонью серебряного дракончика, висевшего у него на шее. Мужчина не зря испытывал чувство вины. За всю неделю он только один раз позвонил Дацину, но тот не ответил. И Вэй решил, что парень пообижается, оттает, и тогда они спокойно всё обсудят. Не успел. А теперь что? Он достал телефон, попытался позвонить, но, как и днём, равнодушный механический голос сообщил ему о том, что все попытки связаться с вызываемым абонентом бесполезны. Вэй быстро набрал смс-ку Дацину с просьбой позвонить, как только появится возможность, но надежда была слабенькой. У этого мальчишки гордый нрав и, уж если он обиделся, то это - надолго.       Шэнь Вэй поднялся и медленно побрёл наверх. Он был абсолютно опустошён.       А в это время Чжао Юньлань метался по больнице...       Его день прошёл весьма плодотворно. С утра он успел сбегать по одному адресу и устроиться продавцом в маленький продуктовый магазинчик на улице Фучжоу, всего в двух кварталах от дома Шэнь Вэя. - Здесь никаких сложностей, - ворковала тётушка Пу Линь, водя его между стеллажами и показывая товар, - тем более, что продавцом ты уже работал. Смотри за покупателями, чтобы чего не сперли, вовремя подкладывай товар. Скоропортящихся продуктов у меня нет, а все сроки хранения я записываю в тетрадь, когда принимаю товар. Просто поглядывай туда, а если что-то может вот-вот просрочиться, ставь вот на этот стеллаж и делай скидку пять процентов.       Она сунула Юньланю в руки большую потрепанную тетрадь в синей жёсткой обложке, на которой красовались разнокалиберные наклейки с мультяшными зверятами. - Ого, какая красота! - улыбнулся мужчина. Тётушка Пу расцвела в ответ. - Это моя внучка сделала. Раньше продавались такие конфеты. Леденцы. А внутри - наклейка. Эта хулиганка, бывало, придёт ко мне и всегда одну-две конфеты выпросит. Ради неё их и заказывала. А сейчас она с родителями далеко, - вздохнула старушка. - Увезли мою принцессу на самый север, в Харбин. Вот я и решила, что надо проведать деток. Сами-то они всё никак не соберутся приехать - работа. Да и мне магазин не бросить. Хорошо, что ты вот нашёлся. Приходи завтра с утра. И паспорт приноси.       Довольный Юньлань к обеду вернулся домой. Конечно, работа у тётушки Пу временная, всего на три недели, но она обещала прилично заплатить. А ещё она намекнула, что если ей понравится, как он работает, то возможно, она возьмёт его и постоянно.       Мурлыкая себе под нос какую-то весёлую мелодию, Юньлань занялся готовкой. Раньше он не любил это дело, считая лишней тратой времени, но сейчас, когда у него этого самого времени было в избытке, он с удивлением обнаружил, что готовить обеды и ужины - увлекательное занятие. Обычно он находил недорогой и достаточно простой рецепт, проверял, есть ли в холодильнике и на полках буфета всё необходимое, и приступал. Оказалось, что если точно следовать рецептуре, то в готовке нет ничего сложного. Сегодня он решил сварить суп из вонтонов. Яичная лапша лежала на нижней полке в буфете, а половина открытой пачки вонтонов - в холодильнике. Куриный бульон он, по счастью, вчера не вылил. Ну, как "по счастью"? Просто поленился вечером вымыть кастрюлю в которой накануне варил курицу и сунул её в холодильник.       Пока колдовал на кухне, позвонила сестра: - А-Лань, поздравь меня! Я сегодня получила высший балл на экзамене по технологии лекарственных форм. А это значит, что я так и останусь в десятке лучших студентов факультета. Знаешь, как я боялась?! Но мне попался простой тест. - Ты - умница, сестрёнка. Я горжусь тобой. - И только? - капризно протянула Ливэнь. - А что ты хочешь? - Ну-у-у... Ты обещал сводить меня в парк и купить танхулу. - Всего-то? Хорошо. Собирайся. Я заеду за тобой часам к шести. Оденься нарядно. Возможно, я буду не один, а с другом.       "А, правда. Приглашу Вэя. В любом случае, это лучше, чем опять весь вечер сидеть на диване, тупо пялясь в телевизор." - Здорово!       Он слышал, как сестрёнка захлопала в ладоши и подумал: "Совсем девчонка."       Ощущение тепла возникло в душе. Эта девочка - всё, что у него есть на свете. Всё? А как же Шэнь Вэй?       На этот вопрос Юньлань до сих пор не мог ответить, даже себе. Очевидно, что Вэй ему нравиться и очень, но, как кто? Как друг? Есть ли в этих чувствах что-то большее или нет?       Он слышал, как ворочается по ночам без сна в своей кровати Вэй, но так и не смог сделать шаг ему навстречу. Однажды он даже поднялся, подошёл к закрытой двери, постоял и вернулся на свой диван. Юньлань понимал, что открыв эту дверь, уйти просто так обратно он не сможет, но готов ли он к более близким отношениям с этим мужчиной? Наверное, пока нет. Может сегодня, после знакомства с сестрой и романтической прогулки в парке... Как знать.       Но его планам не суждено было сбыться. В начале шестого раздался телефонный звонок. Юньлань подумал, что это - Вэй, но звонил отец. Мужчина напрягся. Что-то случилось и не факт, что хорошее. Отец редко звонил сам. В основном, если что-то было нужно. Юньлань ответил коротко: - Да, пап. Чужой, абсолютно незнакомый, мужской голос спросил без приветствия: - Вы - сын господина Чжао Синцы?       Сердце Юньланя ухнуло в пропасть: с отцом приключилась беда. Вот только какая? - Да. А вы кто? Где отец? С ним всё в порядке? - Не совсем. Ему стало плохо сегодня. Соседи вызвали врача. Мы везём его в центральный госпиталь. - Что с ним?! - Пока не знаю. Есть подозрение на инсульт. Приезжайте. Может потребоваться ваше присутствие.       Бросив всё, Юньлань схватил рюкзак с документами и выскочил за дверь. У кабины лифта увидел, что стоит в тапочках. Чертыхаясь, вернулся, натянул кроссовки и, не дождавшись лифта, поскакал по лестнице вниз, перепрыгивая через несколько ступеней.       Он влетел в холл центрального госпиталя, как вихрь, подскочил к стойке регистрации. - Девушка, подскажите, пожалуйста: к вам привезли мужчину... Чжао Синцы... Что с ним? Миловидная сестричка заглянула в компьютер. - Да. Он сейчас на диагностике. Третий этаж. Вы можете подняться и поговорить с доктором. Возьмите бахилы.       Она протянула голубой шарик со свернутыми бахилами. Юньлань торопливо разорвал упаковку, натянул бахилы на кроссовки и, поблагодарив девушку, побежал к лестнице.       Отделение диагностики было огромным, и Юньлань быстро потерялся в лабиринте коридоров. Это было, как в страшном сне, когда ты маленький пытаешься найти маму, а вокруг куча дверей, коридоров и чужих людей.                   Неожиданно он увидел знакомую растянутую застиранную кофту, которую постоянно носил отец, а потом и самого Чжао Синцы, лежащего на каталке с закрытыми глазами. Юньлань бросился было к отцу, но дорогу ему преградил высокий худой мужчина в круглых очках. Он был достаточно молод, но на его бейджике было написано: "Заведующий отделением". - Молодой человек, вы кто? - Я? Я - сын Чжао Синцы. Скажите, что с отцом? Он жив?! - Успокойтесь, пожалуйста. Жив. У него геморрагический инсульт. - Думаете, я знаю, что это за хрень? - перебил его Юньлань.       Доктор посмотрел строго, но замечания не сделал, а продолжал тем же спокойным тоном: - Это поражение мозга в результате резкого повышения артериального давления или наличия аневризм (патологических расширений сосудов), отклонений в развитии сосудов, а также других заболеваний, вызывающих истончение и разрушение сосудистых стенок. Проще говоря, - добавил он, видя, как Юньлань поморщился, - у него в голове лопнул сосуд и кровь попрала в ткани мозга. - Это опасно? - Да, но мы сейчас провели КТ, взяли анализы и, думаю, через пару часов сможем получить полную картину поражения мозга. От вас, поскольку именно вы являетесь сейчас единственным родственником, требуется письменное согласие на проведение всех манипуляций и оплата.       При слове "оплата" Юньлань судорожно сглотнул. Денег не было совсем. На его счету болтались жалкие четыреста юаней и всё. - А... Сколько? - Подойдете к сестре Цао. Она дежурит внизу, в регистратуре. Вам покажут. И всё узнаете. Да! И вот вам номер телефона. Чтобы не ездить сюда постоянно, вы можете просто позвонить и узнать о состоянии вашего отца. - А сейчас... я могу увидеться с ним? - Сейчас нет смысла. Мы ввели его в медикаментозный сон, чтобы уменьшить мозговую активность.       Он сунул Юньланю в руки картонную карточку с телефонным номером и исчез. Мужчина оглянулся. Отца уже увезли.             Юньлань медленно спустился в холл. Надо было узнать об оплате и позвонить Ливэнь. Та, наверное, уже ждёт его и переживает.       Сестра Цао оказалась пожилой, приятной женщиной. Она быстро куда-то позвонила, куда-то посмотрела и сообщила Юньланю: - Итак, господин Чжао. Страховка вашего отца покроет вызов доктора, обследование и основные процедуры. Вам надо заплатить пока только за неделю стационара. - Неделя? А вы уверены, что ему так долго надо лежать в больнице? Может ему можно лечиться дома? - Молодой человек, - женщина посмотрела на него с укором, - думаете, мы будем здесь держать здорового человека? Да как только вашему отцу станет лучше, мы его с радостью выпишем, но при таком инсульте неделя - минимум! В VIP - палату кладём пациента или в обычную? - В обычную. Конечно, в обычную. Там ему веселее будет. Я имею ввиду, что будет с кем поболтать. - Ну, разве, что поболтать, - хмыкнула женщина. - Тогда, с вас - три тысячи шестьсот юаней. - А... - Юньлань замялся, - можно я завтра заплачу. Сегодня у меня нет с собой денег. Я торопился, ну и... Для убедительности он похлопал себя по карманам, словно это служило неоспоримым доказательством того, что свой бумажник он забыл дома. - Да. Конечно. Сумму надо внести в течение суток с момента поступления пациента в госпиталь. - Я... Я понял, - улыбнулся женщине Юньлань. - Спасибо.       Не успел он выйти из госпиталя, позвонила сестра. - А-Лань, ну ты где? Уже седьмой час. - Сестрёнка, тут такие дела...       Он не хотел сообщать в лоб новость об отце, но и как это сказать осторожно, не знал. Зато Ливэнь знала его лучше всех. - Что случилось? Говори! - Ты только не волнуйся. Ничего страшного. Просто отец немного приболел. - Он жив?! - Жив? Естественно! Как ты могла подумать? Просто ему стал плохо сегодня и его отвезли в госпиталь. - В какой? Назови адрес! Я еду. - Э-э-э, мелкая, тормози. Я же сказал, что с ним ничего страшного. - Вот и славно! Я поговорю с ним и всё узнаю. - Не получится. Он сейчас спит. Это такой... искусственный сон. Так что давай, как и договорились, встретимся у парка. Просто погуляем вместе. - Мы будем гулять, когда отец, возможно, умирает?! - Да, брось! Доктор сказал, что с ним будет всё в порядке. Не хочешь гулять, посидим где-нибудь, поужинаем. Короче, жди. Я уже еду.       И Юньлань решительно отключился. Надо отвлечь сестру от грустных мыслей, а с отцом всё будет хорошо. Вот только где достать три с половиной тысячи юаней? Попросить у Шэнь Вэя? Исключено! Юньлань и так живёт на всём готовом и ни за что не платит. Пару раз, правда, купил продукты на ужин, но это - не в счёт. Вот демон! Хоть банк иди грабить!       Ливэнь нервно прогуливалась у ворот в парк "Ланья". Этот старинный парк какой-то там императорской династии (какой именно, Юньлань не знал) был любимым местом отдыха горожан. Здесь было всё для культурного времяпровождения: всякие там качели-карусели для детей, удобные скамеечки - для стариков, несколько спортивных площадок для молодёжи, недорогие кафешки, чтобы посидеть с друзьями и глухие тенистые аллеи - чтобы уединиться влюблённым парочкам.       Едва завидев брата, шагающего от остановки, девушка бросилась ему навстречу. - Ну, что там? Как отец? Ты разговаривал с врачом? - Я тебе сейчас всё расскажу, только давай где-нибудь присядем и поедим. Я жутко голоден.       Юньлань лукавил. Есть ему не хотелось, а вот успокоить и накормить сестру было необходимо.       Первое, что она сказала, садясь за маленький, обшарпанный столик уличного кафе: "Как ты сейчас можешь думать о еде?" Но уже через пару минут сама с аппетитом уплетала свинину с жаренным рисом и запивала всё кока-колой. - Завтра, после учёбы я обязательно съезжу у отцу. И даже не отговаривай меня. - Не буду. Я и сам завтра навещу его. После обеда. А с утра пойду на работу. - Ты устроился? Куда? - В банк. - Куда?! - В банк. - И кем? Опять охранником. Сестра смотрела недоверчиво. - Зачем же. Бери выше. Директором.       Наконец-то Ливэнь поняла, что брат шутит. Она довольно чувствительно ударила его по плечу своим маленьким кулачком. - Да ну тебя! Есть охота шутить? Юньлань засмеялся. Он с детства любил подшучивать над сестрой, каждый раз удивляясь её доверчивости и наивности. - Не обижайся. В магазин я устроился. Временно. Так что завтра мне нужно будет рано вставать.       Он глянул на часы. Ого! Уже почти девять. Вэй, наверное, дома. Волнуется. Может, даже ищет его. - Пошли, сестрёнка, по домам.       Проводив Ливэнь до метро, сам он рванул на автобус, но добраться до дома Шэнь Вэя Юньлань сумел только в одиннадцатом часу. В нерешительности замер у дверей. В квартире было подозрительно тихо. Сердце сжалось от дурного предчувствия. Нет! Хватит на сегодня проблем. Он открыл дверь и вошёл в тёмную квартиру. Единственное, что сразу бросилось в глаза - туфли Вэя, аккуратно стоящие в прихожей. Значит, он дома. Может спит? Но нет. Шэнь Вэй не спал. Он сидел в спальне на подоконнике в своей синей пижаме и смотрел в окно. - А-Вэй, - негромко позвал его Юньлань. Тот даже не пошевелился. Обиделся? Наверное. Мужчина подошёл, встал рядом. - Чего не спишь?       Вопрос был откровенно глупым и Юньлань это прекрасно понимал, но надо же с чего-то было начать разговор. Вэй повернул к нему своё красивое и абсолютно равнодушное лицо. - А тебе что? Тебе есть до меня дело? Ты живёшь своей жизнью, не считаясь со мной. Вот и не спрашивай. - Вэй-Вэй, перестань. Ты же ничего не знаешь. У меня отец попал в больницу. Шэнь Вэй медленно сполз с подоконника. Теперь они стояли друг напротив друга так близоко, что, казалось слышали, как стучат их сердца. - А ты в каменном веке живёшь? Телефона у тебя, конечно, нет? Не судьба было позвонить? А, действительно. Он напрочь забыл обо всём. - Я не думал, что задержусь надолго. - Ты похоже вообще ни о чем не думал. - Ну... да. Прости. Помолчали. - Что с отцом-то? Что-то серьёзное? - Инсульт. Вэй присвистнул. - А ты думал, что я просто так забыл о тебе? - сразу же откликнулся Юньлань. - Что-то нужно? Лекарства какие-то, деньги? - Нет, всё нормально.       Юньлань не хотел сейчас говорить о проблемах. Он стоял так близко, смотрел на Вэя и ловил себя на мысли, что хочет обнять этого мужчину, уткнуться лицом в его шею, вдохнуть запах его кожи и забыть обо всём. Это внезапно возникшее желание было таким сильным, что Юньланю требовалось прилагать усилия, чтобы сдерживать себя. Сдерживать? А зачем?       Он обнял Вэя прижал к себе и с удивлением обнаружил, что это... ну, то же самое... как, если бы он обнимал женщину. Его тело реагировало! А может, и правда, неважно, кто перед тобой, мужчина или женщина, главное, чтобы этот человек был для тебя значим? А Вэй? Он сначала вздрогнул, а потом осторожно обнял Юньланя за шею, давая тому свободу действий.       Оба молчали. Слышалось только прерывистое дыхание. В душе Юньланя нарастала паника: а что дальше?! Оттолкнуть, пробормотать: "Прости" и сбежать в свою комнату? Наверное, раньше Юньлань так и сделал бы, но сейчас... Он вдохнул терпкий горьковатый запах кожи Вэя и просто отключил мозги. Просто. Отключил. Мозги. Пусть случится то, что хочет его тело...       Он потянул Вэя на кровать. Прижал, быстро целуя шею, плечи. Всё остальное, было, словно, на автомате. Он проделывал это сотни раз. С девушками. Сдернул с себя куртку, вместе с футболкой, расстегнул пижаму Вэя... Он чувствовал, как пульсирует кровь в набухшем члене. Хотелось большего. Тело этого мужчины его безумно возбуждало. Распаляясь всё больше и больше, он целовал уже жёстко, страстно. Долго не решался коснуться губами коричневых горошин сосков, а когда всё же сделал это, Вэй не выдержал, застонав от наслаждения. Этот короткий стон буквально свёл Юньланя с ума, сметая все запреты. Дрожа от возбуждения, он схватился за свой член, продолжая торопливо целовать Вэя, но тот неожиданно дёрнулся в сторону, выскользнув из-под Юньланя. - Подожди... Он быстро нырнул в недра прикроватной тумбочки, вытщил какой-то тюбик, сунул его в руки Юньланю. - Вот. Это смазка. Юньлань смотреть непонимающе. - Зачем? - Ну... Чтобы не было дискомфорта. Чтобы легче было. - А-а-а. Понял.       Вэй лёг на живот, разведя ноги и Юньлань опять поймал себя на мысли, что его крепкий упругий зад был не менее соблазнительным, чем нежная попка какой-нибудь красотки.       Он повозился, размазывая смазку по члену, осторожно раздвинул ягодицы. Желание войти сразу до основания сводило с ума, но он заставил себя не спешить. Толкнулся вперёд и ощутил сопротивление. Попробовал ещё и почувствовал, как дёрнулся Вэй. И вдруг молнией сверкнуло воспоминание той, разрывающей внутренности боли, которую он испытал, когда его насиловали парни Гао. Он отпрянул назад. - Нет. Вэй резко повернулся к нему. - Что?! - Я не могу. Эта боль...       Глаза Вэя блестели в полумраке спальни. Он резко сел, схватил Юньланя за плечи. - Нет?! Ты охренел?! Я хочу тебя. Я! Хочу! Тебя! Это понятно? - Но... - Дурак! Разве может сравниться эта боль с тем наслаждением, которое ты испытываешь от близости с любимым человеком? И видя, что Юньлань ещё колеблется, добавил: - Если ты сейчас меня не трахнешь, я тебе этого никогда не прощу. Сказал и опять плюхнулся на живот. - Ну?!       Всё, что было потом запомнилось Чжао Юньланю обрывками. И как он резко входил в зад Вэя, и как, испытав оргазм, без сил свалился на него, и лицо Вэя, мокрое от слëз... Непонятно только, это слезы боли или счастья.       Они лежали, закрыв глаза, тесно прижимаясь друг к другу, вздрагивая от уходящего возбуждения, и улыбались. Потом Юньлань осторожно произнёс: - Давай спать. Я пойду на диван, чтобы не мешать тебе. Вэй посмотрел на него странным взглядом, посильнее прижал к себе Юньланя и произнёс непривычно хриплым голосом: - Кто ж тебя теперь отпустит. Спи, счастье моё.