***
Приходить в себя было максимально тяжело. В ушах беспощадно звенело, а перед глазами — ходило кругом. Фельдшер попытался проморгаться, что получилось не сразу, и оглядеться по сторонам. Стоило парню понять, что он лежит на полу старой, явно нежилой комнаты со связанными за спиной руками, как очки, и без того съехавшие с переносицы, спали, лишая его возможности видеть что-либо, кроме расплывчатых силуэтов. Именно таким силуэтом он увидел человека, вошедшего в помещение. — Ну что, врач, будешь лечить мою жену? — фельдшер сразу узнал этот мужской хриплый голос, который принадлежал тому, кто открыл ему дверь. Вошедший схватил парня за волосы на затылке, поэтому реагировать тому нужно было максимально быстро и осторожно. — Так… Ну, я готов её лечить, только со связанными руками у меня это вряд-ли получится. — фельдшер выбрал для ведения диалога спокойный и уверенный тон. Главное — это делать вид, что ничего выходящего за рамки не происходит. — Как «не получится»? Как «не получится»?! — прицепился к одному слову, при этом переворачивая его смысл, мужчина. — Ты врач, ты обязан её лечить! — Он врач! Он обязан! — откуда-то со стороны послышался неестественно писклявый голос, принадлежащий скорее всего той самой «жене», на лечении которой настаивал мужчина, хотя здесь было очевидно, что дурка нужна им обоим. — Разрешите мне провести обследование. Без него я не смо… Не определю какое лечение ей требуется. — фельдшер продолжил всё тем-же невозмутимым тоном, в моменте понимая, что нужно избегать триггерных фраз. — Обследование? — рука на затылке усилила хватку, угрожая впечатать фельдшера лицом в пол. — Какое ещё обследование? Ты что, не видишь?! Она больна! — Так… Давайте успокоимся. Я готов сделать всё, что вы считаете нужным. — Как тебя зовут? — крик мужчины внезапно сменился на спокойный тон, что дало надежду на хотя бы каплю его адекватности. — Александр. — Значит так, Саша. Сейчас я развязываю тебе руки и ты делаешь всё, что я тебе скажу. Это ясно?! — Ага. Да. Рука с затылка исчезла, и вскоре послышался звук разрезания верёвки. Лезвие ножа ходило вблизи ладоней фельдшера, пару раз даже задевая их по касательной. Первым делом Саша размял успевшие занеметь руки, а затем аккуратно нашарил на полу очки. Только надев их он увидел, что растирает по рукам собственную кровь, просочившуюся из нескольких неглубоких порезов, оставленных ножом. — Ты должен сделать ей укол от головной боли. Ты понял? — приказал мужчина, усаживая свою жену на стоящую в углу кровать, если так можно было назвать сложенные на железный каркас советской кровати тряпки. Укладка и чемодан с ЭКГ оказались неподалёку, поэтому Александр, не медля ни минуты, обработал руки, игнорируя новые капли крови надел перчатки и стал заряжать в шприц ампулу дроперидола - жаль, ампула всего одна и на мужика не останется. — Лекарство делается по вене, так как внутримышечно может образовать нагноение. — Вот, Любонька, тебе сейчас укольчик сделают и голова пройдёт. — успокаивающе произнёс мужчина, гладя свою «Любоньку» по плечу. Судя по отсутвующему взгляду женщины, её голова не особо то и беспокоила, но Саша, так уж и быть, ввёл в её вену иглу и спустил дорогой сердцу препарат. — Действие препарата проявляется сном, так что она должна скоро уснуть, не пугайтесь. — И мне! И мне тоже сделай такой! — мужчина возбуждённо зажестикулировал, хватая фельдшера за руку. — Ну… Если вы так желаете… — Александр не смог сдержать ехидную улыбку, благо, что мужик её не заметил или не предал ей значение - всё-таки, народная безграмотность в сфере медицины может сыграть на руку. Саша чуть ли не вприпрыжку отправился к чемодану набирать шприц с галоперидолом - этот похуже будет, но тоже с эффектом. — Что за лекарство ты набираешь? — в затылок фельдшера снова что-то упёрлось, но на этот раз это была не рука, а голос мужчины приобрёл угрожающие оттенки. Александр медленно опустил шприц в укладку и поднял руки в жесте «сдаюсь», но затем не выдержал, резко оборачиваясь, хватаясь за предмет у головы, которым оказалось полено - странно, что в голове мужика оно играло роль пистолета как в голливудских фильмах - дёргая его, вместе с ничего не успевшим понять мужчиной, на себя и беря контроль над ситуацией полностью в свои руки. Как итог: мужик на полу, связанный «ласточкой» при помощи ремня от сумки с ЭКГ, а шприц с галоперидолом - у него в вене. Саша встал с пола, сверху оценивая всю проделанную им работу и довольно руками подпирая бока. Двое ненормальных спят под действием лекарств, вызванная через диспетчера полиция уже в пути. Кайф.Часть 1
5 января 2026 г., 23:14
— Вроде как этот адрес, — водитель поставил ручник на нейтральную скорость, параллельно с этим смотря в Яндекс карты. Он поднял взгляд с экрана телефона на виднеющееся впереди строение, а затем снова посмотрел на карту, пытаясь удостовериться. Строение, на адрес которого поступил вызов, действительно сложно было назвать пригодным для жизни домом: старая шиферная крыша в некоторых местах провалилась, с досок, которыми был когда-то обшит фасад, облупилась бывшая раньше жёлтой краска, у пары окон разбиты стёкла, а к покосившейся двери после недавней вьюги, вели всего несколько одиноких следов.
— Ну… Пойду, посмотрю, что там, — фельдшер — молодой симпатичный парень лет двадцати пяти — шумно выдохнул, взял с приборной панели папку для документов и стетофонендоскоп, открыл дверь и спрыгнул с высокой ступени автомобиля. Следующим шагом он открыл заднюю дверь микроавтобуса, взял укладку и чемодан с электрокардиографом и побрёл по следам к так называемому входу.
На дёргание за ручку и стук в дверь реакция внутри дома последовала не сразу. Встречать фельдшера вышел мужчина средних лет с явно потпитой физиономией — определить точный возраст таких обычно не бывает возможным — им может быть как тридцать, так и под шестьдесят.
— О. Вы уже приехали? — мужчина слегка качнулся назад, вместе с речью обдавая фельдшера страшнейшим перегаром.
— Да. Здравствуйте. Куда проходить? — парень счёл ответить максимально так, как требует от него профессия. Он молча пронаблюдал, как мужчина закрыл за ним дверь, задвигая тугую щеколду, но когда только открыл рот, чтобы начать возмущаться по этому поводу, на затылок ему со звоном опустилось что-то тяжёлое и не оставляющее выбора кроме того, как потерять сознание.