Немного, совсем чуть-чуть

      Ямагучи знал Цукишиму лучше, чем кто-либо другой. Он знал, что тот любит есть, а что терпеть не может, его увлечения, любимую музыку, любимые книги, любимые школьные предметы, знал даже о коллекции динозавров. Ямагучи видел малейшее изменение мимики Цукишимы, видел его эмоции на, казалось бы, безразличном лице. Читал его, как открытую книгу.       Многие считали Цукишиму бесчувственной сукой, роботом, язвой, всего и не перечислишь. Но они понятия не имели, насколько он другой с близкими людьми. Кей всё ещё оставался придирчивым душнилой, чёртовым умником, саркастичным и наглым человеком, но в отношении семьи и самого Ямагучи был гораздо более снисходителен и мягок. Он насмехался, но по-доброму, заботился, при этом ворча что-то про беспомощность людей, окружающих его, навещал во время болезни, даже готовил, правда при этом не забывая упомянуть, что нужно одеваться теплее и вообще: «Купи уже себе шапку, Ямагучи». Кей рядом с Тадаши смеялся искренне, рассказывал о чём-то из своих умных книжек с большим жаром, при этом улыбаясь и порой корча забавные рожи, комментировал чуть ли не каждое действие героев в фильме, которые всегда поступали глупо по мнению этого чересчур здравомыслящего парня.       Ямагучи восхищался Цукишимой. Возможно, Цукишима ему нравился. Нравился немного, совсем чуть-чуть. И, конечно, как друг.       Тренировалась команда последнее время  много, каждый день утром и вечером. Точнее в воскресенье только утром, так что можно даже назвать этот день неполноценным выходным. Ямагучи даже немного удивлялся, что Цукишима не жаловался на график тренировок. Типа... совсем не жаловался. Видимо, матч с Шираторидзавой и тренировочный лагерь для талантливых первогодок повлияли на его друга наилучшим образом. Ямагучи позволил себе улыбнуться и взглянуть на Цукишиму, на что тот вопросительно поднял правую бровь. Тадаши на это только замотал головой из стороны в сторону и шире улыбнулся. Цукишима закатил глаза. Они стояли возле лавочки в спортзале и пили воду перед вторым сетом тренировочного матча среди всех членов их команды, первый они умудрились продуть. Ну, это было ожидаемо, ведь на противоположной стороне поля находился их сумасшедший дуэт и личная головная боль Цукишимы Кея: Кагеяма Тобио и Хината Шоё. Эти двое были слишком активными волейбольными идиотами. За спинами слышался их ор: они опять умудрились поругаться на пустом месте. Цукишима глубоко вдохнул, а потом резко выдохнул через рот.       — Не нервничай ты так, Цукишима! Мы сможем победить их с помощью моих суператак! — прокричал чуть ли не в ухо Танака.       — Танака-сан, у меня со слухом всё в порядке, не нужно так кричать. Да и слишком очевидно, что шанс нашего проигрыша весьма велик, — Танака было открыл рот, но Цукишима поспешно добавил: — Но это не значит, что я собираюсь сдаваться.       — Вот это по-нашему! — Рюноске по-дружески стукнул сокомандника по плечу, но удар получился такой сильный, что Цукишима чуть не упал. — Не уступим им!       Танака с боевым кличем побежал на поле, за что получил нагоняй от капитана. Ямагучи видел, как Цукишима потирал ушибленное место рукой, при этом смотря на Кагеяму. Цукишима восхищался Кагеямой, хоть и никогда не произнёс бы этого вслух. Возможно, Цукишиме нравился Кагеяма. Нравился немного, совсем чуть-чуть.       Кей фыркнул, поставил воду на пол у лавочки и пошёл обратно на поле. Цукишима не говорил «Постораемся!», он совсем ничего не говорил, только ухмылялся и смотрел на противников с вызовом. Даже его походка была уверенная. Ямагучи не переставал им восхищаться. Возможно Цукишима нравился ему не немного, не чуть-чуть. И совсем не как друг.       Возможно Кагеяма задержал взгляд на Цукишиме совсем немного, чуть-чуть дольше необходимого.