special to me

Утро не радовало от слова совсем. Буквально всё и вся раздражало, так Саша еще и опаздывал. Первым уроком была история, можно сказать сорокаминутная перемена, но все равно факт опоздания был. Горилыч параллельно написывал и названивал, что действовало на мозги еще больше. Пока тот бежал до здания, чуть не влетел в бедную бабку, которой и так осталось месяца три дай бог. Он выкрикнул что-то а-ля "извините, я долбаеб" и побежал дальше. Переобулся наспех, стараясь перевести сбившееся дыхание. Чертов четвертый этаж, на котором и проходил урок. Ермолаев ненавидел его всей душой, ведь подниматься с прокуренными легкими было довольно тяжело. Утренняя зарядка, так сказать. Наконец то, парень стоит перед кабинетом. Стучит для приличия, а после проходит. Учительница там крайне вредная. Да, она может ничего не сказать тебе за прогулы или опоздания, но стоит тебе подойти к ней чтоб исправить оценку, она сразу выскажет свое недовольство на этот счет и не даст нормальной возможности. Учить и пересказывать параграфы конечно никто не собирался, а она не собиралась проверять писанину, которую ей приносят не вовремя. Вроде и можно понять ее, но как-то не хочется. Запыханный Ермолаев падает на свое место рядом с Даней и все еще пытается  отдышаться. Руку вяло пожимает, окидывая всех присутствующих взглядом.  — Ты че проспал что ли? Я тебе писал, звонил. - Саня кивает, опуская голову на парту прохладную. Легче конечно не становится, но все же.  Писклявый голосок Веры Ивановны очень раздражающий, громкий и крайне неприятный слуху. Илья чуть ли не морщиться, кривя гримасу и отворачиваясь от нее. Кажется, барабанные перепонки лопнут вот-вот. У них сформировалась некая компания. Он, Каролина и Андрей. Последний сидел сзади, вкидывая очередные амрольные шуточки, вынуждая ребят краснеть от смеха. Сам то он прятался за их спинами, что позволяло ему не скрывать своего веселья. Хохот этой троицы был слышен чуть ли не всему классу, но их перебивали остальные своими разговорами, от чего голоса терялись и смешивались с другими. Стоял шум-гам, словно на базаре с большим количеством пожилых бабулек, перекрикивающих друг друга. Но вот Саше было слышно именно их, и это выводило из себя еще больше. Почему? Неизвестно. Он в открытую пялил на них, пока Данила не вывел его из своих размышлений.  — Она красивая пиздец просто, я уже не знаю какие комплименты еще ей сказать.. - оказывается, подобные комментарии парень выкидывал последние пять минут, а Саша как обычно все пропустил мимо ушей. Но, может оно и к лучшему. Влюбленный, вечно пиздящий о своей "богине" друг рядом раздражал. На главные вопросы "кто она?" он лишь махал рукой, молчал или ловко переводил тему. Брюнет не понимал почему, ведь они лучшие друзья все таки, и про всех остальных девушек он узнавал самый первый. Возможно, горилыч нашел "ту самую" и уже строил грандиозные планы с оравой детишек, свадьбой и загородным домиком.  — Дань, ты мне скажешь кто это или нет? Я не шаман тебе тут, сидеть гадать которая. - Александр лениво перевел взгляд с Ильи на друга, ожидая ответ.  Подумав минутку, русоволосый вздыхает и аккуратно пальцем показывает на Настю. Девчонка, перешедшая к ним в прошлом году. Сначала в планах было все тоже самое, что и с другими новенькими, но после первого дня Каролина взяла ее под свое крыло, как и Яцкевича сейчас. Ребята бросили эту затею, ведь Клейменова становилось "мамой" для своих подопечных и оберегала их от гнусного и жестокого школьного мира. Саша даже восхищался ей немного. Хрупкая девушка, но пытается противостоять таким парням как Данила. Глаза брюнета тут же раскрываются от удивления, он поднимет голову с парты и смотрит секунду на девушку. Выгибает бровь вопросительно, на что дружбан кивает и чуть улыбается. Фрама проводит рукой по лицу, устало выдыхая. Это лишь начало дня, а он уже будто отпахал целую смену в какой нибудь шахте. Конечно, неожиданно было, что горилыч глаз положит на девчонку, которая явно их боится и старается держаться подальше. Как он будет делать первые шаги и добиваться ее внимания пока никому неизвестно, но Данил настроен серьезно. Ермолаев начинает смеяться тихо, все так же прикрывая лицо рукой, на что Фурцев пихает его в бок, подливая масла в огонь.  Видимо, терпение Веры Ивановны кончилось на этой парочке. Она и до этого делала множество замечаний всему классу, угрожала докладной и прочим, но бешеных десятиклассников ничего не останавливало.  — Фурцев, Ермолаев! - женщина разъяренно смотрела на дружков, держа в руках очки. Еще немного ее писклявых криков и линзы в них точно полопались бы, а осколки полетели на бедных людей с первых парт. - Каждый урок одно и то же! То опоздания, то прогулы, то оры! Вас отправить к директору? Может там мозги вам вправят?! Пока она продолжала читать морали всему первому ряду и весь ее гнев изливался на них, Яцкевич вспомнил про вопрос, мучавший его всю ночь. Что ж за птица такая этот Ермолаев и почему строит из себя не пойми кого.  — Это..я че спросить хотел.. -  прошептал Илья, обращая внимание друзей на себя. Когда он убедился, что дьявол воплоти все еще издевается над бедными смертными, а две пары глаз направлена на него, он продолжил. - Что вообще про Ермолаева скажете?   Андрей опустил уголки губ вниз, а Каролина устало вздохнула. Видимо, это не самая лучшая тема для обсуждений. Но интерес был превыше всего, ведь судя по всему Саша положил глаз на шатена не в самом лучшем смысле.  — Он всем новеньким мозги ебет. - Кокошка кинул быстрый взгляд на Сашу, а после на одну девочку на втором ряду. - И слил девочку одну с нашего класса. Её интимки по всей школе летали.  — Он ей нравился безумно, она все хотела встречаться с ним, и ее не волновало то, как он ведет себя вообще со всеми. - продолжила Каролина, вспоминая прошлогоднюю ситуацию.  — Она по глупости своей кинула ему сиськи, ну тот и решил побаловаться. - Андрей запустил руки в волосы свои кудрявые, чуть массируя кожу головы. - Ее мать скандалила тут, но почему то все замяли и на учет его даже не поставили. Эта история лишь усугубило мнение Ильи насчет Ермолаева и повергла парня в шок. Он конечно догадывался, что тот конченный, но явно не до такой степени. План остерегаться его и держать язык за зубами явно был самым лучшим из всех вариантов. В миг стало мерзко от этого парня на все сто один процент.  — Я общался с ним раньше. - продолжил рассказ Андрей, замолкая на пару секунд. Эта бешенная карга еще не успокоилась, но теперь она покушалась на их троицу. - Он нормальный был, а потом хрен знает что с ним стало.  “Да уж, ну и долбаеб„ Пронеслось в голове шатена. Ясно, четко и понятно.  Прозвенел звонок, класс пулей вылетел из кабинета под визги Веры Ивановны. Сегодня она точно напишет на них докладную, за что Софье Николаевне может ой как сильно влететь от директора. Почему то когда они шумели, такие мысли их не посещали.  Голодные десятиклашки всей оравой отправились в столовую, где и без того было огромное скопление людей. Льготники получали порцию, а остальные какую то булку. Конечно, не все ею наедались и ходили воровать еду у младших классов.  Яцкевич особо голоден не был, поэтому о чем-то очень увлеченно рассказывал своим друзьям. В то же время Александр взял без спроса порцию какого то мальчика, а это заметила повариха. Кажется, самая злая из всего состава. Либо у нее, как и у Саши, не задалось утро и злость она соизволила выместить на мелком воришке. Он решил в догонялки поиграть, смеясь громко и смотря назад, на этого гиппопотама. Илья, как некстати стоял прямо на пути у брюнета. Пока кто-то что-то кричал, кареглазый был в полном недоумении и повернулся на шум. В него тут же влетел Саша, опрокидывая украденную кашу на темную кофту одноклассника.  — Смотри куда прешь, придурок блять! - Илюха точно влип. Злость была выше, чем адекватные мысли, от чего он и выпалил такое.  Поза была крайне смущающей. Яцкевич лежит на полу, а сверху наседает Саня. Илья весь в белой, густой жиже. Она была на груди, животе, немного попало на волосы. Ермолаев этого вообще не планировал, но получилось даже лучше, чем просто побегать от поварихи. Улыбка на лице появляется сама по себе, видя эту картину. Злой пупуня пытается скинуть с себя Сашу, при этом вся его кофта в каше.   — Конченный мудила! - Шатен руками собирает эту кашу со своего живота, а после лепит на лицо и тело Ермолаева.  Пока брюнет ошеломлен такой шалостью, Илья скидывает его со своих бедер и уходит к умывальнику. Кофту, конечно, сейчас никак не отмоешь, но вот руки и прядь волос можно. В столовой словно притихли все, а учителя за своим столом сразу же начали обсуждать ситуацию. Они уже давно не пытаются разнимать таких детей, ведь не дай боже самим получить от таких лбов.  Голубоглазый сразу же начал фукать, когда оказался обмазанный этой кашей. Слава богу, что под кофтой у него была футболка, но инцидент все равно крайне неприятный. Фурцев тут же подоспел на подмогу, после чего они вместе отправились в туалет на третий этаж. Все время из рта Фрамы лились всяческие ругательства, оскорбления и прочая дрянь в сторону Ильи. Действительно, да как он, такой холоп, посмел измазать самого Александра Ермолаева в противной манке! Какой кошмар! Данил же лишь хихикал, но от чего именно неясно. Яцкевич точно когда нибудь доиграется, и это ведь лишь второй день в этой школе.  — Просто пиздец, как так можно было! - все еще ругался Илья, смотря на новую кофту. Благо, что Андрей был сегодня в худи и футболке, любезно отдав худак Илюше.  Каролина лишь расстроено смотрела на парнишу, поглаживая его по плечу. Многие из класса давно хотели свергнуть такого "короля", но вот силенок ни у кого не хватало. Не то что силенок, духа. Все это было похоже на правление какого нибудь Ивана Грозного, или подобного рода людей. Что ни день, так обязательно секир башка. Еще и до звонка осталось пять минут, вообще чудесно.  Русский, самый нудный урок на свете. Илья зыркает злостно на Сашу, а тот только хохочет. Неясно почему, но он веселья приносит ему гораздо больше, чем все прошлые новенькие. Что то есть в нем такое, притягивающее внимание и весь интерес Ермолаева.  *** Дома тихо, значит мать все еще работает. Это немного расслабляет Сашу, он вздыхает полной грудью и ставит себе чайник. Засранный кашей худак отправляется в корзину с грязными вещами, туда же отправляются еще некоторые элементы одежды из комнаты брюнета. Порядок он старался поддерживать, но не всегда получалось.  Налив себе чашку кофе, парень отправляется на балкон. Свежий воздух бьет в лицо, от чего Саня лыбится чутка. Табуретка скрипит, когда тот садится на нее, но пока не ломается, значит сойдет. Телефон в кармане вибрирует, осведомляя Ермолаева о новом сообщении. Ему написал какой то знакомый, с предложением пойти на очередную тусу. А Саша и не против. Отвечает, что будет, а после ищет контакт Славы. Пишет он ему крайне редко, только если нужно пробить человека. И на этот раз жертвой таких махинаций станет Илья. Его уже добавили в чат, кажется, вчера вечером, что облегчит слегка работу для дружка. Короткое приветствие и рассказ о том, что голубоглазому опять от него надо, а после юзер. Сообщение Слава читает почти сразу, ставит лайк и видимо начинает "расследование." Фрама сидит так еще минут десять, а потом холод все таки берет свое и брюнет покидает балкон. Теплая кровать манит его все больше и больше, а Александр только рад плюхнуться на белые простыни, потихоньку проваливаясь в добротный сон на пару часиков.  — У "пупуни" дела проходили явно краше. После школы их так называемая компания решила прогуляться. Так как Илья толком мест никаких не знал, хоть и прогуливался пару раз, вели его Андрей и Каролина. Они зашли в местный магазинчик, куда бегали абсолютно все. Говорят, пару раз и учителя забегали, пока у них было окно. Там ребята взяли себе всякой ерунды, перемещаясь на детскую площадку. Она была старой, половина детских построек еле дышали, краска сползла и появлялась ржавчина. Дети особо здесь не гуляли, предпочитая ходить на более функционирующие площадки. Зато здесь можно было часто наблюдать ребят постарше. Неважно, чем именно здесь занимались, это было место для встреч и посиделок. Могли пить, могли просто веселиться на старых качелях и прятаться от дождя в небольшой беседке.  В той самой беседке сейчас друзья решили остановиться. Диалог развивался быстро, с каждой минутой находилось больше и больше тем для разговоров. Несмотря на прохладу наступающего вечера, на душе было тепло. Прям как там, в родном городе и со своей компанией. Конечно, Яцкевич о них не забывал. Он писал им, они ему. Они созванивались по вечерам, если была возможность, ходили играть в разные игрушки и просто обсуждали все вокруг, как раньше. Кареглазый смирился с переездом, пускай и скучал по родным улицам.  Андрей все время ныл, что ему безумно холодно, от чего ребята решили, что время расходиться. Кокошке и Илье нужно было идти в одну сторону, а вот Каролине в другую. Парни решили провести подружку, а после пойти по своим домам. Носы у всех красные, щеки тоже. Никто не следил за временем особо, но уже начинало темнеть. С неба посыпались крупные хлопья снега, добавляя к этому дню еще больше атмосферы и хорошего настроения, если не считать тот инцидент в столовой.  Когда кто то из ребят об этом заикнулся, в памяти сразу всплыло это лицо Ермолаева. Весело гаду было, добегался блять. Их лица были достаточно близко, потому Илья смог рассмотреть ближе эти бездонные глаза. Хотелось утонуть  утопиться нахуй в них. В самом плохом смысле, каком только можно представить. Саша красив, и Яцкевич не понимал почему таким моральным уродам достается ангельская внешность. Хотя, если брать в счет темные волосы и в принципе образ Ермолаева, ему бы подошел чертенок. Сейчас это не важно. Важно то, что Илья вообще задумывается о красоте другого парня. Щеки явно порозовели еще больше, но это легко можно оправдать кусающим морозом вечера. Кажется, сердце стало биться быстрее, стоило только вспомнить Ермолаева так близко.  — Ау-у, ты тут вообще? - кудрявый помахал рукой перед лицом Илюхи, переглядываясь с Каролиной.  Яцкевич тут же пришел в себя, отводя взгляд на свои ботинки. Он кивнул и промычал что то непонятное, продолжая шагать в сторону подъезда девушки. Задумался, с кем не бывает, так ведь?  — Спасибо что проводили, мальчики. - брюнетка тепло улыбнулась парням, а после обняла каждого на прощание. Пупуня не смотрел почти на девушку, услышал лишь звук тяжелой двери подъезда.  *** На левых "вписках" всегда было хорошо, тем более если ты имел какой-никакой авторитет. Телки клеились только так, а за бухло скидываться либо вообще не нужно было, либо меньше остальных. Таковы здешние законы.  Брюнет сидел на мягком синем диване, уже сильно выпивший. Громкая музыка сейчас казалось такой далекой, словно Саша в куполе сидит, отдельно от всех. Глаза стеклянные, голова кругом. Мысли путались, а говорить что-либо Ермолаев даже не пытался. Выйдет лишь нечленораздельное бормотание, которое даже сам Александр не разберет. Лучше он помолчит в одиночестве, втыкая в стену. Но долго рефлексировать ему не дала дама, присевшая чересчур близко.  — Привет красавчик, один тут? - она шлепала своими намалеванными губами, голубоглазый еле разобрал что-то из этого предложения.  Он окинул ее не особо заинтересованным взглядом. Чуть кудрявые, длинные волосы каштанового цвета, чуть пухлое лицо. Глаза карие, но в свете фиолетовой подсветки они казались черными. На ней донельзя короткая юбка, топ с декольте и сверху а-ля кожанка. В пьяном сознании Фрамы что-то щелкнуло. Она напомнила ему этого мальчишку, Яцкевича. Конечно, если бы брюнет смотрел на нее будучи трезвым, он не заметил бы сходства. Но сейчас, пьяный разум очень хотел видеть перед собой не её. Александр ужаснулся от своих мыслей, быстро проморгался, стирая уже возникший знакомый силуэт перед собой.  — Ну привет, один. Хочешь составить компанию? - ехидная улыбка промелькнула на лице Ермолаева, он очень надеялся, что его голос звучит хоть немного сексуально. Алкоголь делал из него не секси-мачо, а ебаного слона в посудной лавке.  Девица седлает бедра новоиспеченного любовничка, не думая совершенно о том, что ее юбка прилично задралась и не прикрывает уже ничего. *** — И че это было? - резко выдает Андрей, набирая в руку немного снега. — В смысле? Ты о чем? - Илья прекрасно понимал, о чем тот говорит, но как то объясняться не особо хотелось. Объяснять то нечего, просто задумался. Так ведь и есть, он не выдумывает. А вот говорить насчет чего он задумался вообще не обязательно. — О чем задумался? - Кокошка лепит снежок, но снег оказывается сухим и не липнет совсем. Руки тут же становятся мокрыми, от чего шатен корчит гримасу и отряхивает их. — Да так, ни о чем…Слишком много всего за эту неделю происходит. - Яцкевич отчасти правду говорит! За эти пару дней действительно много событий, которые являются лишь началом чего-то гораздо большего. Андрюха отряхивает лавочку от снега, присаживаясь на нее после и хлопая по месту рядом, чтоб Илюша тоже присел. — Если ты насчет Ермолаева.. —Нет! То есть да, это меня беспокоит, но не то что бы я прям пиздец боюсь его или что то такое. - сердце точно остановилось на секунду, продолжая потом биться в бешеном темпе. Выкрутился, фух. — Ну и правильно. Он просто даун, в пизду его. Я тебя познакомлю завтра с кентами моими из параллели, они вообще четкие ребята. - кудряш приобнимает Яцкевича одной рукой, продолжая о чем-то увлеченно рассказывать. Он не замечает, что друг вновь погряз в своих мыслях и даже не понимает, про что тот говорит. *** Саша грязно и чересчур настойчиво лезет в чужой разукрашенный рот, прижимая тело к холодной стене туалета. Он даже не помнит как они переместились сюда. Места мало, пиздецки мало, но пару это не интересовало от слова совсем. Сейчас оба хотели быстрого секса, с чем могли помочь друг другу. Девчонка, чье имя Александр так и не узнал, стягивала с себя красные стринги, улыбаясь и облизывая свои размазанные губы. Конечно, презерватива ни у кого с собой не было. Впрочем, когда Саша сказал об этом, она не особо отреагировала. Брюнет подхватил ее на руки, держа за голые ягодицы. Недолго думая, парень впечатывается губами в ее губы, одновременно вставляя член в влажную вагину. Шатенка стонет так, что кажется, все услышали чем они тут занимаются. Вообще, такие развлечения бывают на каждой вписке и подобного рода мероприятий, но не хотелось бы, что их за таким застукали. Саше это щас вообще не нужно. Ему нужно лишь кончить, вдалбливаясь в эту деваху так, что ее вот-вот перекосоебит от оргазма. Чувствуя разрядку, Ермолаев высовывает член из новой знакомой, ставит ее на колени и кончает бурно на лицо. Очень странно, что в моменте на месте телки ему привиделось очень знакомое лицо, мелькавшее утром в школе. По лицу стекает холодный пот, а внутри леденеет все от пробежавшей мысли. Брюнет моет руки, заодно холодной водой проходясь и по лицу побледневшему. Саша выходит из ванны, направляясь на балкон. Надо заканчивать с этим дерьмом.