А действительно ли он проиграл?

– Ландо? – Что? – С тобой всё хорошо? Ты с самого начала неровный какой-то. Может, что-то случилось? – Н-нет, всё в порядке, просто… здесь она, и я не очень хотел бы с ней встречаться. — Ландо пожал плечами от напряжения. – Если тебе некомфортно, мы можем сразу после кубка поехать в отель. — Оскар положил руку на поясницу старшего, а у того всё внутри сжалось. — Прости, я забыл. – Ничего, мне самому немного грустно, что мы не можем быть более открытыми на людях. — Норрис прикрыл глаза, что австралиец расценил как недовольство. – Им нужно привыкнуть, думаю, ещё год — и всё уляжется. — Оскар заметил краем глаза Зака, который махал им, призывая выходить. — Пошли, нас уже ждут. – Ммм. – Ты уверен, что всё в порядке? – Да, просто нервы. — Ландо взялся за подставленный локоть, и они направились в зал. Когда они вошли, взгляд Ландо вцепился в этот когда-то любимый профиль. Словно кукла Барби, она сидела с ровной спиной и абсолютно скучающим взглядом, что-то смотрела в телефоне. И, похоже, его заминку заметил младший и перевёл взгляд туда, куда смотрел напарник. – Всё будет хорошо, я с тобой. – Угу. И как назло её место было прямо за ним. – Даже не поздороваешься? — от того, сколько насмешки было в этом искусственном дружелюбии, Ландо поморщил нос. – Незачем. — Норрис аккуратно садится в кресло, отворачиваясь в сторону места Оскара. – А ты ни капли не изменился. – Как и ты, видимо. – Замолчи лучше. – А что, правда глаза колет, малыш? – Знаешь что… – Закрой рот, Корсейро, — тут уже не выдержал Оскар. — Ты единственная здесь, кто должен зашить себе рот и не отсвечивать. Если о том, что ты сделала, нет в сети, это не значит, что ты можешь открывать рот, когда тебе вздумается. – Неужели мистера Пиастри вывел обычный разговор? — девушка издала полный веселья смешок. – Был бы обычным, если бы ты держала ноги при себе. А теперь сядь и заткнись, если хочешь ещё хотя бы полчаса провести здесь. — Пиастри опустился в кресло, поправляя костюм. – Какие мы нежные. – Ты… – Оскар, не трать нервы, оно того не стоит. – Хорошо. — Оскар перевёл дыхание и после повернулся к британцу. — Ты как? Ландо перенёс вес на левое бедро. – Н-нормально. — британец надеялся, что Оскара такой ответ устроит. – Ты говори, если что. – Угу. Церемония началась. Сначала вызвали Оскара, ему вручили одну из наград и попросили произнести речь. Ландо смотрел на него и не мог перестать улыбаться. Он долго уговаривал себя, что костюмы Пиастри не идут, но, увы, врать себе он не мог, поэтому Ландо был готов сейчас скупить ему все, которые есть в мире, чтобы наблюдать за этой невероятно горячей картиной. Оскар выглядел невероятно уверенно для человека, который ненавидел такого рода мероприятия. Норрис чувствовал, как с каждой новой фантазией щёки краснеют всё больше. И вот его очередь выходить на сцену. Аккуратно поднявшись, он максимально плавно вышел на сцену. Кубок ощущался приятной тяжестью, словно тот самый вес огромной ответственности спал, и он может хотя бы на три месяца расслабиться. После его попросили также сказать несколько слов. И Ландо не мог удержаться и не сказать пару слов о напарнике. – Мистер Пиастри… — и после этих слов Ландо видел, как австралиец расплылся в смущённой улыбке, которая не сходила с его лица весь вечер. После всех речей и в особенности странной и нелепой речи руководителя их попросили поднять кубки для фотографии. И то, как легко и просто Оскар поднял свой кубок, зарождало в британце совсем не православные мысли. И когда Ландо опускал кубок, Оскар решил похлопать старшего по спине, и от этого действия Норрис немного оступился и неожиданно громко и резко выдохнул. Пиастри это заметил и схватил старшего за локоть, не давая упасть. Все вокруг посмеялись, а вот Ландо было совсем не смешно: перед глазами на мгновение потемнело, а после стали плясать звёзды. – Может, присядешь? — Оскар выглядел обеспокоенным, от чего Ландо стало только хуже. – Н-нет, всё хорошо, просто лодыжку слегка потянуло. Оскар, похоже, слишком переволновался и, спросив, закончили ли они, взял Ландо за локоть и увёл с мероприятия. – А теперь говори. – Что? – Что с тобой весь вечер? Меня не устроит ответ «всё хорошо». — Пиастри опёрся о машину, скрестив руки на груди и постукивая туфлей о землю. — Итак, я слушаю. Ландо стоял и не знал, что сказать, но лицо, похоже, решило за него, заливаясь краской. И единственное, что британец придумал, — подойти и обнять младшего. – Я всё ещё жду ответ. – Я… – Да? – Давай сядем в машину. И отгони её с территории, я дам адрес. – Окей. Оскар был в смятении — эта ситуация пугала его всё больше. Да и адрес, что дал ему Ландо, был довольно далеко от отеля и вообще на достаточно отдалённой территории. Когда они доехали и Оскар заглушил двигатель, Ландо вышел из машины и пересел на заднее сиденье. То же самое он попросил сделать и Пиастри. – Теперь ты скажешь, что случилось? Тебе стало тревожно от её присутствия? — Оскар положил руку на колено напарника. – Нет. – Тогда что? Норрис опустил взгляд на несколько секунд, а после, перекинув ногу через бёдра младшего, встал перед ним, положив руки на плечи. – Малыш, если тебе хотелось разнообразия, то ты мог просто сказать. Но Ландо лишь молча залез одной рукой в карман пиджака и выудил оттуда небольшую вещь, похожую на дистанционный ключ от автомобиля. – Ты решил подарить мне машину? У тебя очень странный способ сообщить об этом. — Оскар тихо рассмеялся. Австралиец взял из руки британца вещь и, покрутив её в руках, нажал на кнопку два раза, но ни звука, ни какого-либо другого знака не было. Он решил нажать в третий раз, и именно в этот раз кое-что произошло. – Бля-я-ять! — Ландо согнулся, хватаясь за плечи австралийца и укладывая голову на них. – Ландо? – П-п-подожди с-секунду… — Норрис дрожал и закусывал губу, пытаясь не закричать в голос. Но в особенно чувствительный момент Ландо вздрогнул и тем самым напугал младшего, который случайно нажал на вторую кнопку, и после этого британец не смог сдерживаться. – Аааааах! Оскар смотрел с широко раскрытыми глазами. Ландо выгнулся и, закатив глаза, содрогался от оргазма. – В-в-выкл-ю-чи-и! — пальцы британца намертво вцепились в пиджак Пиастри, сминая ткань. Оскар кое-как нашёл кнопку, и Ландо просто обмяк. – Аах… Это было… – Вау… – Д-дай мне мин-нутку, — Ландо тяжело дышал. – Подожди секунду… — Пиастри немного замялся. — Ты ходил с этим весь вечер? – Да. – Боже! — Оскар закрыл глаза рукой. — Ты как? – Более чем. – Может, поедем в отель? – Пиастри, я ходил с этим в своей заднице весь вечер, и если ты думаешь, что, кончив от этой чёртовой игрушки один раз, я захочу всё закончить, то лучше тебе подумать ещё раз. — Ландо отпрянул от чужого плеча и посмотрел прямо в глаза младшего. — И я не хочу, чтобы поездка в это богом забытое место была зря. И к огромному удивлению Пиастри британец достал из второго кармана пиджака пакетик со смазкой и два презерватива. – Ты сумасшедший. – Я перфекционист и человек, который не собирается потом мучаться. — Норрис слез с колен младшего и опустился на колени, расстёгивая брюки австралийца. – Господи, что мы творим! — Оскар зачёсал пальцами собственные волосы, пытаясь осмыслить всё происходящее. – Поздновато ты в праведники заделался. — Ландо вскрыл серебряную упаковку и ловким движением надел презерватив. — Хотя, думаю, через пару минут ты будешь вспоминать любую молитву. – Нас когда-нибудь поймают. – Это мне говорит человек, который любит трахаться у панорамных окон? Ты меня иногда поражаешь, Оззи. — Ландо приспустил собственные брюки с бельём, немного приподнимаясь над напарником. — Вытащи её. Аккуратно. Оскар положил руки на чужие ягодицы, медленно пробираясь к заветному секрету. Пальцы нащупали небольшое силиконовое основание, на котором также прощупывались кнопки, и, похоже, Ландо понял, что младший хотел сделать. – Потом поиграешься. Сейчас просто достань её и трахни меня наконец. И как же отказать, когда на тебя так смотрят. Пиастри схватил основание и стал неспеша тянуть игрушку. Ландо выгнулся и, не в силах больше терпеть, вобрал Пиастри в страстный поцелуй. Оскару казалось, словно он в раю: Ландо забрался рукой в его волосы, слегка оттягивая, другая его рука обвила шею младшего, а самому Оскару оставалось только ловить ртом стоны, что становились только интенсивнее. И когда игрушка с влажным, максимально пошлым звуком вышла из напряжённого тела, Ландо оторвался от его губ, и его стон перерос в выдох облегчения. Пиастри решил посмотреть, каков был размер проблемы, и ожидал большего, но игрушка была примерно сантиметров семь и имела слегка изогнутую форму, и, похоже, Оскар помнил, почему Ландо так яро отвоёвывал у него посылку. – Врать нехорошо. – Это был сюрприз. – И он удался. — Оскар начал целовать шею британца, одновременно ощупывая напряжённые края дырочки старшего. – П-прекрати болтать! – Как скажешь, котёнок. Пиастри забрал пакетик со смазкой и, вылив немного содержимого на руку, а остальное — на ложбинку между ягодиц Ландо, от чего британец вздрогнул. — Приподнимись, пожалуйста. И когда Ландо выполнил просьбу, Оскар растёр лубрикант по своему члену и, направив себя, стал медленно опускать бёдра старшего вниз. Когда австралиец вошёл наполовину, они одновременно издали стон. — Бо-о-оже! — Чёрт, ты прекрасен! Не дожидаясь того, когда Ландо опустится до конца, он вошёл одним резким движением навстречу чужим бёдрам. — Ааааах! Помедленней! Оскар, господи, да-а! — Ландо терялся в этих ощущениях, всё вышло именно так, как он хотел. Плевать, что он победитель, плевать, что его будут искать, плевать на всё — сейчас для него существует только он, Оскар, и те ощущения, что сливаются воедино с каждым новым толчком. — Ландо, чёрт! Ты сумасшедший, но как же я тебя люблю! — Пиастри сжал половинки старшего и опускал чужие бёдра навстречу своим толчкам. — Оскаааа! — Да, малыш, стони моё имя. — Пиастри прижал его к себе, устанавливая безжалостный темп. — Оска, боже, ещё, да-да-дааа! — стенки Ландо стали сокращаться в оргазменном спазме. — Ааах, п-помедленней, Оскар, пожалуйста… Но Пиастри продолжал вбиваться в расслабленное тело. В момент он уложил Норриса спиной на сиденье, а сам, сгибая ноги старшего, продолжил вбиваться. — Ааах, стой, подожди-и! ДА-ДА-ДА-ДАААА! — Ландо тонул в экстазе, когда головка члена младшего приходилась по простате. — Там, да, ещё-ещё! — Тебе хорошо, Ландо? Нравится, когда я попадаю прямо сюда?! — и в ответ своим словам мощным толчком врезался в комок нервов, от чего Ландо просто закричал. — ААААА! — британца выгнуло дугой, и его глаза закатились. — Прекрасен, мой ангел. — Пиастри поцеловал шею британца, еле сдерживаясь от желания осыпать эту прекрасную кожу россыпью засосов. — Абсолютный идеал. — Оззиии! Оскар, чувствуя, как оргазм становится ближе, начал толкаться быстрее и хаотичнее. Ландо же, почувствовав изменения в темпе, резко поднял голову и начал отталкивать австралийца, слезая с члена и опускаясь на колени. — Что ты, бляяяять! — Оскар откинул голову назад, вцепляясь в шоколадные кудри. Ландо же, сорвав презерватив, взял сразу наполовину, начиная быстро двигать головой, помогая себе рукой. Собственный оргазм был также близко, поэтому, опустив другую руку на собственный член, он стал стремительно водить рукой. Они кончили одновременно, издав стон наслаждения. — Ландоо! — Оскар зажмурился до звёзд перед глазами. — Ммм! — Ландо подождал, пока волна собственного оргазма спадёт, и только потом отстранился. — Открой рот. — Оскар смотрел через полуопущенные веки. Ландо открыл рот и высунул язык. На губах и языке были его, Оскара, следы, и от этого вида дать гарантию, что Пиастри не возбудится снова, младший не мог. — Глотай. И Ландо послушно проглотил всё, что дал ему австралиец. — Не обольщайся. — Ландо перебрался на сиденье и положил голову на плечо напарника. — Это было потрясающе! — Ты был потрясающим, малыш. — Оскар поцеловал старшего в висок. — Я ног не чувствую. — Я тебя донесу, не переживай. — Долго придётся объяснять, что здесь было. — А мы ничего не скажем, а как приедем домой — повторим, тем более ты мне обещал. — Пиастри поднял до этого сиротливо лежащую игрушку и покачал ей перед глазами старшего. — Озабоченный! — А ты сумасшедший. Кто является на церемонию награждения с вибратором в такой милой заднице, не подскажешь? — Только попробуй сказать, что тебе не понравилось! — Хехе, мне очень понравилось, котёнок. Ещё немного полежим и поедем. — Угу. — Ландо полез к бардачку, где лежала вода, пока до его ягодиц не дотронулись чужие ладони. — Или можно ещё часок понаблюдать за звёздами. — Оскар, что ты делаааах! — Люблю тебя, бельчонок.