Ближе

На улице идёт ливень. Неожиданный, ведь последние несколько дней было солнечно. К влажности также добавлялся холод, создавая противное комбо. Радовало лишь то, что осталось несколько минут - и можно будет понежиться под мягким пледом с кружкой теплого чая. Не важно какого – сладкого или горького, черного или зелёного, или же любого другого – главное теплого и сделанного им. На лицо налипла глупая улыбка, выглядящая странно в общей неприятной картине грязи, мерзлоты и сырости. Несмотря на холод снаружи внутри, где-то в глубине души стало как-то тепло. Во рту появился привкус чая, стекающего теплом вниз по горлу, прямо к сердцу, а на губах почувствовался лёгкий холодок. Шаг ускорился, а после и вовсе сменился, бегом неся все быстрее к нужному подъезду. Ещё пару поворотов. Людей на улице не было совсем, все сидели в домах, кафе, ресторанах и других забегаловках, не желая промокнуть. Он тоже сейчас не мокнул бы под дождем, если бы не решил прямо перед выходом разобрать все свои вещи и разложить лишнее по полкам, оставив зонтик дома. Отругав себя за некстати появившуюся страсть к уборке, он продолжил бег и увидел нужный дом, а после и нужный подъезд. Когда голову от дождя прикрывал подъездный козырёк, рука полезла в карман. Разблокировав телефон, пальцы набрали сообщение в нужный чат. «Я у твоего подъезда. Напомни код.» «11142120» Резкий раздражающе писклявый звук, символизирующий открытие двери, впервые приносит больше радости чем недовольства. За тяжёлой дверью тепло и сухо, а пятью этажами выше сидит и ждёт приятный человек, который уже поставил чайник кипятится. «Надеюсь.» Осталось пробежать около 90 ступеней вверх, лифта же нет. Если бы не приподнятое предстоящей встречей настроение в мыслях бы крутились лишь одни проклятия в сторону тех, кто строил и планировал этот дом, тех кто составлял прогноз, тех кто решил поставить на зонтики такие большие цены, сделать осенние крутки промокаемыми. В сторону всех. Кроме него. Последний этаж. Прямо перед лицом красуется нужная дверь и звонок. Парень подходит к двери и стучится, ожидая что его друг выйдет и впустит внутрь квартиры. Из-за двери послышался голос, наигранно-недовольный. Добрый и родной. – Ты знал, что существует звонок? И вообще. Ты же знаешь, что перед твоим приходом… Открывается дверь и слова становятся чётче. – …я открываю дверь. Мог бы и просто зайти. – несколько секунд молчаливого осмотра, тяжёлый вздох – Весь промок ведь. Заходи, чай я уже налил. Глаза едва беспокойно осматривают внешний вид, цепляясь к каждой детали, даже мелочной. Одежда вся прилипла к коже, запачкана в какой-то грязи и пыли. Рукава тоже замараны и разодраны, колени на штанах так же близятся к появлению дырок. Пальцы все в мозолях, сухие и потёртые. Много мелких и не очень царапин. Волосы не расчёсаны и запутались. Вода с них капает на очки, а с них капли неприятно стекают по лицу. Лицо, кстати, уже не такое хмурое или пустое как раньше, напротив – на лице небольшая улыбка, брови слегка приподняты. Возможно, сеансы психотерапии (посещение которых было вынуждено) и множество разговоров по душам (тоже мало желанных, но довольно приятных, как оказалось) сказались очень явно и положительно. Пролетело несколько секунд, и хозяин квартиры проходит внутрь, впускает гостя и закрывает дверь на ключ. Из гостиной грациозно выходит настоящий четырехлапый хозяин с красивой рыжей шерстью. – Ты решил завести себе кота? Дилан облокотился на стену и начал наблюдать за тем, как его друзья осторожно и понемногу знакомятся. С мягким взглядом он начал рассказ: – Я ничего не решал, всё за меня решили. Соседям нужно было срочно переезжать в другой город, а в той квартире куда они переезжают с животными нельзя. Думали уже в приют сдать. Ты не стой в проходе, пойдем на кухню хоть. Вещи в стирку закинь. Хозяева прошли на кухню и за ними поспешил промокший гость, успевший снять сырую куртку, закинуть ее в стиральную машинку и накинуть на голову первое попавшееся под руку полотенце. Лололошка сел за стол и, взяв кружку чая, стал отогревать руки о горячий сосуд. Дилан же сел напротив и стал поглаживать кота, запрыгнувшего к нему на колени. Мягкая шерстка приятно расслабляла, а аромат душистого чая добавлял уюта в атмосферу посиделок с родной душой. Шум дождя за окном красиво заполнял пустую тишину. Он решил продолжить начатую историю: – Я домой шел и увидел их на лавочке у подъезда. Сидели и держали кота на руках, как ребенка. Девушка даже плакала навзрыд, чуть ли не захлебывалась слезами. Действительно, как дитё малое оставляли. – Дилан нежно посмотрел на кота и взял на руки, обняв. Он определенно кошатник. – Потом парень заметил меня, наверное, вспомнил что я в соседней квартире живу. Спросил, мол, не смогу ли я забрать себе кота. А я ещё по Абилке тогда скучал. Хоть дел тогда и было по горло, она мне вспомнилась довольно ярко. И я все же забрал их кота. – кот разлегся, снова оказавшись на коленях. К шуму дождя добавилось достаточно громкое мурчание. Лололошка внимательно слушал. Как и всегда, впрочем. Чай он уже выпил, залпом причем. Уложил голову на руки, свесив полотенце на плечи и внимательно слушал рассказ. – Может ещё чая себе сделаешь? А то я уж точно не смогу – парень издал короткий смешок, на лице появилась улыбка. – Мммм.. Да не, я не хочу, мне хватило. – Ну окей. - Дилан отпил ещё немного чая и деланно недовольно продолжил – И ты представляешь, мне теперь нужно им каждый день отправлять фотки того, как там поживает их Тишенька! Ещё и звонят мне по видео время от времени с просьбой показать, где и как там их малыш! Хорошо хоть иногда могу отмазаться, а то ведь не отлипнут от меня по гроб жизни. На такие яркие высказывания Дилана Лололошка лишь слегка похихикал. Он стал эмоциональнее за последнее время, что наблюдалось и у его друга. – Так. Давай-ка ты сейчас сходишь в душ, а то мне на тебя смотреть больно. А потом можем фильмец глянуть. Что думаешь? – Дилан слегка поморщился, когда упомянул внешний вид Лололошки, на что тот состроил недовольную морду. – Тц, ладно. Уже иду. Недовольное выражение лица сменилось на спокойное, Лололошка поднялся на ноги и пошел в ванную, медленно и очевидно без особого желания. Зашел внутрь, закрыл дверь, снял одежду и залез в ванную. Включил воду. Ледяная струя сначала ошпарила, но позже сменилась на приятную теплую и стала расслаблять, почти усыпляя. Пока Лололошка ушел в душ Дилан решил подготовиться и выбрать какой-нибудь фильм заранее. Выбор всё не шел и, просидев до выхода Ло из душа, он принял решение просто включить первый попавшийся канал. Гостя эта идея устроила, и они вместе завалились на диван-кровать. В комнате было тихо и прохладно, но, когда Дилан включил фильм из неприятного осталась лишь температура. Дабы избавиться от холода они легли под одеяло. Через некоторое время стало намного теплее, но, несмотря на появившуюся жару, они не захотели вылазить из-под одеяла и лишь сильнее прижались друг к другу. Лололошка положил голову на плечо Дилану. Ему определённо было слегка дискомфортно из-за твердости плеча, но пока Дилан не заставляет его отодвинуться он будет пользоваться всеми доступными вариантами сократить между ними расстояние. Что-то тянуло его ближе последние недели. Он определенно не мог сказать точно почему, но ему хотелось быть чаще рядом, быть ближе, насколько это возможно и как можно дольше не отстраняться. Лололошка не сказал бы что ему нравятся фильмы. Редко ему было действительно интересно следить за сюжетом на экране. Он предпочитал жить вне дома: гулять по улицам, выполнять задания, бегать за ресурсами, ходить по магазинам. Последнее ему тоже не всегда нравилось, но это точно было куда интереснее и полезнее чем смотреть фильмы. Но пока у него есть возможность быть здесь, рядом с ним, сидеть чуть ли не обнимаясь, он будет готов хоть часами смотреть любые фильмы. Дилан тоже мало увлекся сюжетом. Он смотрел его скорее на фоне, больше думая о происходящем здесь и сейчас. Обоих из мыслей вывел внезапно пришедший кот, который захотел по-хозяйски улечься на Лололошке. А он и не против – ему нравятся домашние животные, особенно очень пушистые. Лололошка положил руку на спинку мягкого друга и начал медленно поглаживать, на что длинноусый перевернулся животом кверху и подставился под приятные поглаживания и почесывания. Дилан тоже начал слегка чесать нежную кошачью шёрстку и сказал, как бы между делом: – А мне он не сразу позволил себя погладить. Все сторонился. Все же коты сразу чувствуют хороших людей, да? – слева над головой послышался лёгкий смешок. Звучание красивого, бархатистого голоса манило и успокаивало, но в то же время будоражило. Он точно не хочет отстраняться. Не хочет отстраняться от этого чудного голоса, родного запаха, красивого вида, от этой прекрасной личности. Он хочет быть рядом и как можно ближе. Но время идёт, передвигая стрелки часов дальше и подводя фильм к концу. Типичный хеппи-энд, все счастливы и все хорошо. Персонажи вложили немало сил и огромной ценой добились своего счастья. В голове Дилана проскользнула мысль о том, как это похоже на их ситуацию: побег с острова, мафия, протесты в честь свободы автоматонов… Почти всё это стоило больших усилий и привело к хорошему концу. Даже лучшему чем планировалось ранее – Лололошка стремился уйти отсюда, из этой реальности. Уйти и не возвращаться. Но остался здесь и теперь даже отлипнуть от Дилана не может – лежит почти что на нем. Не сказать, что ему противно или неприятно от этого. Раньше может могло быть неприятно, но теперь... теперь он сам не хочет отпускать его. Вцепиться когтями и не отпускать никуда, быть всегда рядом, пока Ло не захочет сам отстраниться. В мыслях о приятном нахождении бок о бок Дилан даже сам не замечает, как медленно кладет правую руку на плечо Лололошки и обнимает. Нежно и медленно, едва касаясь водит пальцем по коже, вырисовывает неясные узоры и даже сам понять не может что это за узоры. Лололошке кажется, что это знак бесконечности. Он явно не ожидал такого и, решив, что это может означать зеленый свет, поворачивается на бок. Кладет голову на грудь парня и медленно поднимает руку, собираясь обнять. Поднимает голову что бы рассмотреть лицо Дилана, узнать каков будет ответ, даст ли он снова тот же самый зелёный свет. Сам дико смущается такой близости, хоть и не до конца понимает, что в этом такого, чтобы смущаться. Дилан ловит взгляд и почти сразу кивает в знак одобрения. На это Лололошка кладет руку и обнимает. Пододвигается ближе, обнимая, закидывает согнутую в колене ногу, желая прощупать границы дозволенного. Да, рискованно. Да, если он перейдет границы он может получить по шапке. Но как же хочется большего. И пока есть возможность понять, насколько большой доступ к него есть он будет этой возможностью пользоваться. Чужая, нет, родная рука касается макушки головы, а после начинает поглаживать. Тихий, бархатистый и слегка хрипящий голос произносит слова, смысл которых едва усваивается в голове: – Можно. Тебе можно быть ближе, я не буду против. – заметны небольшие паузы между словами. Стеснение. Спустя несколько секунд обветрившиеся губы произносят ещё тише – Я сам хочу быть ближе. Почему-то. Это было слышно. И очень хорошо. Телевизор уже не издавал никаких звуков, кроме тихого гудения, ведь фильм закончился, а звук Дилан убавил ещё полчаса назад. Случайно. Лололошка отчётливо услышал каждое слово и даже опешил. Стало почему-то так стыдно и одновременно с этим хорошо – они оба хотят быть ближе. Соединиться душами. Простая близость. Лололошке не хватало. Хотелось ещё ближе, словно касания — это кислород, которого так дико не хватает. Он обхватил ногами и руками Дилана, прижав как можно сильнее. На такие действия второй лишь слегка удивился и похихикал, сказав: – Не думал что тебе настоооолько не хватало объятий. – рука сместилась на спину и прижала к себе. – А сам-то ничем не лучше. – Лололошка поддержал смех и вжался лишь сильнее. Время продолжало нескончаемо течь, пронося перед глазами разные моменты. Незаметно для обоих парней, за окном наступил прохладный вечер, означавший что гостю стоит направляться домой. – Сколько время? Мне, наверное, уже домой пора. – спокойный тихий голос сонливо произнес самые нежеланные слова. Конечно не хотелось. – Мммм… уже одиннадцатый час. Видимо пора. – не смотря на то что завтра планируется ещё одна встреча, а за ней ещё не одна, им всё же было неприятно расходиться. Будто их разлука будет длиться вечность, а не десять часов. – Сейчас, ключи только найду. Лололошка неохотно слез кровати, начиная потягиваться и разминать руки, что затекли. За ним поднимается и Дилан, попутно сгоняя с себя кота и начиная рыться по карманам. Он сам не помнит откуда у него появилась привычка всё что попадает в руки класть в карманы, но из-за этой привычки его ключи почти всегда лежали в карманах шорт. В этот раз их там не оказалось и он решил поискать на тумбочке, которая являлась вторым местом для ключей. И хоть Тиша постоянно стаскивал их оттуда и игрался с ними Дилан всё равно не прекращал класть их в это место. На тумбочке их тоже не оказалось, отчего парень начал подозревать кота в краже ключей. – Тц. Тиш, ну ты серьёзно? Зачем тебе ключи то? – Дилан слегка раздраженно повернулся в сторону комнаты, из которой вальяжно выходил кот, совсем не похожий на того, кого можно обвинить в воровстве. – Что случилось? – Лололошка растерянно стоял в прихожей, не до конца понимая что конкретно произошло и почему его друг недоволен. Он лишь перевел взгляд на кота и подхватил его на руки, поглаживая и смотря на Дилана, ожидая ответа. – Да ключей нет. В карманах нет, на тумбочке тоже. Походу снова этот проказник их спер. – рука слегка погладила голову пушистого вора и парень продолжил – Хотя вполне возможно я просто положил их в другом месте. На кухне например. Сказав это Дилан направился на кухню и начал осматривать все поверхности на наличие ключей. Дабы помочь справиться побыстрее Лололошка тоже подключился к поискам и начал рассматривать на тумбочках, под ними и другой мебелью. Когда кухня была полностью проверена они решили осмотреть ещё и спальню. Оглядев все подозреваемые места парни сели на кровать раздумывая о том, куда же могли подеваться ключи. Первым нарушил тишину Лололошка, едва посмеявшись. – Хаха, видимо это судьба, да? – взгляд чернильного цвета глаз переметнулся к лицу Дилана, а после на окно, за которым уже было темно и также не прекращал идти ливень. И им обоим было действительно неприятно.. нет, попросту стыдно. Стыдно признаться, что они оба лишь ищут оправдания остаться друг с другом подольше. Сократить время расставания хоть немногим больше, если не получается остаться вместе насовсем. Стыдно выискивать в чужих глазах согласия, додумывать и выгадывать мысли близкого человека. Догадываться, дано ли согласие и есть ли схожие желания в голове напротив. И если Дилан выискивал в каждой черте лица намеки и гадал что же значит очередной, словно примагниченный взор черных глаз, пытаясь делать вид что ничего необычного не происходит, сохраняя, пытаясь сохранить те же выражение лица и интонацию, то Лололошка.. он просто бил наугад. Привык к рискам. Ему искренне казалось полчаса назад что те риски прошлого, что ставили на кон его жизнь были куда больше чем те риски что есть сейчас. Но именно сейчас он понял что то, как он рискует сейчас даже в сравнение с прошлым ставить нельзя. Сейчас он рискует большим – неприятная возможность увидеть на таком приятном лице злость, или, что хуже – отвращение граничила с возможностью сделать еще один шаг, сблизиться, добиться большего. Он не знал чего он хочет добиться всем этим, но его тянуло. Тянуло слишком рьяно, чтобы бездействовать. И он рискует. Он говорит абсолютно глупые, если не смешные вещи, что имеют огромный подтекст. И он надеется что этот подтекст либо будет проигнорирован, либо получит согласие. И Лололошка не хочет увидеть разочарование, насмешку во взгляде синих глазах, он не хочет видеть отвращение и бежит. Убегает взглядом в окно, надеясь в случае чего сменить тему или хотя бы не видеть. – Походу. Оставайся у меня, завтра с утра уже продолжим поиски. Или предпочтешь выйти старым способом? – синие глаза хитро и почти хмуро сощурились, заметив направление глаз Лололошки. Ждать реакции долго не пришлось. Лололошка сначала слегка опешил, услышав нечто другое, более положительное, нежели ожидал ранее. Но и абсолютная радость долго не продлилась, ведь ситуация заставляла впитывать каждое слово и осознавать его значение. Он и вправду ещё не до конца осознал все нормы морали этого мира, границы того что считается странным, а что входит в рамки нормального. Но одно он понял точно – никто не считает нормальным разбивать окно и закреплять лестницу на стену здания. Да, он не смог окончательно перестроиться на ритм этого мира, но его попытки привели его к тому что у него есть сейчас – спокойная (действительно спокойная, если сравнивать с тем что было до) жизнь. Нет необходимости куда-то бежать. Лололошка перестал осознавать и обдумывать это ещё несколько недель назад и теперь он предпочитает жить настоящим. А нынешний момент лишь смущал его. Слегка стыдил, в отличии от мыслей, заполнявших его голову минуту назад. Не обидно или пугающе стыдно, а по-доброму. Ему породному приятно ощущать такой стыд так что Лололошка лишь ухмыльнулся, почесав затылок и спустив руку ниже, к шее. Обветренные и искусственные в кровь губы сжались, но после выдали ответ, крутящийся на языке секунд двадцать. Взгляд напротив из наигранно-хмурого стал лёгким и добрым, а глаза слегка расширились, приобретая привычную форму. – Конечно нет. Здесь и высота побольше, и за порчу имущества придется мне платить. Так что окна попрошу не бить. Лололошка одобрительно закивал, даже не зная стоит ли это комментировать словами. Сейчас и вовсе ничего не хотелось выражать словами. Будто слов не хватит, а значит и смысла что-то выдумывать нет. Да и не привык он говорить что-либо. А сейчас и вовсе хотелось молчать. Не думать ни о чем, лишь наблюдать за течением времени и событиями. Не заметил и то, что он лег довольно близко. Не заметил, как сначала Дилан, а потом и он сам уснули. Он проснулся посреди ночи, из-за желания пить, а так же из-за звонкого резкого звука падения ключей откуда-то свысока. Теперь ясно где они были. Лололошка собирался было встать, пойти налить себе воды, как вдруг осознал что что-то мешает ему двигаться. Дилан. Дилан лежал практически на нем (ну или как минимум половина его тела) и спокойно спал. Его руки и голова лежала на груди Лололошки, нога так же покоилась где-то на его теле. Приятно. Нежно. Спокойно. Парню так было приятно ощущать это, что он, не желая спугнуть Дилана, вовсе не двигался, да и дышал едва-едва. Почему-то именно такая безмятежная близость давала ему сейчас безумно желанное умиротворение. Спокойствие. Все ощущалось будто все так и должно быть, будто все наконец встало на свои места. Лололошка все же вспомнил про звук, из-за которого проснулся и повернулся в сторону источника этого звона. Кот спал на шкафу, вытянув и свесив одну лапу с края. Именно у этого шкафа лежали ключи. Парень не был уверен в том, стоит ли сейчас вставать и поднимать ключи, дабы пушистый проказник снова не стащил их. Но в одном он был уверен точно – он не хочет случайно разбудить Дилана. Не хочет выбираться из тепла одеяла. Не хочет лишаться соприкосновения с телом, лежащем на нем. Да и перспектива остаться с Диланом завтра чуть дольше ему даже нравится. В прочем, его сейчас всё остальное мало волновало. Сонливость снова накатила с головой и, не успев о чем-либо подумать, Лололошка уснул, обняв Дилана в ответ и чмокнув его в макушку. Не ясно зачем, но ему хотелось сделать это и это казалось вполне уместным сейчас. Дилан ни за что не скажет ему что не спал всё это время. Не скажет что тоже проснулся от звука падения ключей и слышал, видел, чувствовал все это. Может быть, когда-нибудь потом скажет, но сейчас – точно нет. Сейчас он просто спокойно уснет, лишь отдаленно думая об этом и считая такое действие довольно милым.