Часть 1
6 января 2026 г., 12:51
Мороз и солнце, день чудесный… За исключением того факта, что любимый человек в очередной раз заболел, почти перед самым Новым Годом. Рома давно привык, что Филя был не самым стойким здоровьем, так что в их доме повсюду были распиханы аптечки. Да только, как назло, в них не было ничего полезного.
Рома тихо сматерился. Любимый же блондин тихо постанывал в постели, напоминая о своем состоянии.
Брюнету ничего не оставалось, как собраться за лекарствами.. Ну и мандаринами, и вкусно, и полезно.
Он быстро оделся, поцеловал Филю в лоб на прощание и ушел.
«Дурачье, заразишься же,» — только и успел больной сказать вслед.
Привыкши с детства быть больным, Филя не понимал рвения своего партнера так каждый раз за ним ухаживать. Даже несмотря на своё совсем уж раскисшее состояние. Пересилив себя, юноша поплелся на кухню. «Нужно хотя бы чаю выпить, котов покормить, потом помирать можно». В коридоре взгляд блондина зацепился за шарф. Ромин шарф.
— Ну как так можно! За меня вечно волнуется, а сам с голой шеей.., — Филя начал диалог сам с собой, напоминая своим бухчением бабушку. Партнер ушел минут пять назад, так что, парень, не задумываясь, накинул куртку прямо на пижаму, натянул на себя ботинки, шапку, шарф и бегом отправился за Ромой, вместе с его шарфом.
Нагнал Филя брюнета в ста метрах от дома, с ходу же начал ругаться на него, параллельно утепляя полосатой тканью.
— Сколько раз я тебе говорил, что нельзя застужать горло! — примерная мысль, которую блондин старался донести в перемешку с ругательствами.
Рома, от неожиданности, застыл как вкопанный, расплываясь в какой-то нежной и тревожной улыбке одновременно. Всё же, приятно, когда о тебе заботятся… Только вот, не хотелось дергать и так плохо себя чувствующего Филю.
Брюнет пробормотал «спасибо», одарил партнера мягким поцелуем в щеку и, так же неожиданно подхватил на руки, понеся блондина к подъезду. Тот пытался сопротивляться и ругаться, со словами «а что люди подумают», но когда заметил, что на холодной улице они почти в полном одиночестве, лишь поглубже зарылся лицом в чужой полосатый шарф.