Вместе теплее

Они сидели на кухне с запахом гари, который упорно не желал выветриваться, несмотря на распахнутую форточку. На тарелке возвышалась стопка кривых, косых блинов, но таких ценных, потому что сделанных самостоятельно. Миша отщипнул кусок от самого грустного экземпляра и макнул сразу в сметану и сгущёнку. Они ели, болтали ногами под столом и хихикали. Вдруг Миша замер. На щеке Князева красовалось красное пятнышко варенья. Андрей что-то рассказывал, но Миша не слышал. Он видел только это пятнышко. И как Андрей смешно морщит нос. И как короткий ёжик волос смешно дёргается в сторону. И какие у него глаза — будто с живыми искорками. Рука Миши потянулась к нему. Палец коснулся Андреевой щеки. Андрей вздрогнул и замолчал. Миша осторожно стёр каплю варенья. Она была липкой, тягучей, пахла вишней. И Миша, не думая, просто поднёс палец ко рту и облизнул его. Сладко. Повисла тишина. Миша глядел на Андрея круглыми глазами, и до него медленно дошло, что он только что сделал. Краска бросилась в лицо. — Я... это... — залепетал он, отдёргивая руку и пряча её под стол. — Там просто... варенье... у тебя... ну я... Андрей смотрел на него. Серьёзно, пристально, но в уголках его губ появилась улыбка. — Мих, у тебя самого тут всё в сгущёнке. Миша дёрнулся вытираться, но Андрей опередил. Он подался вперёд, упёршись локтями в стол, и поцеловал его. Губы у Миши были липкие, сладкие, все в сгущёнке. Андрей широко и счастливо улыбнулся. — А так даже вкуснее. Миша хлопал ресницами и наконец тоже ответил робкой и искренней улыбкой. — Дурак. — Сам такой, — ответил Андрей и потянулся за новым блином, будто ничего не случилось. Но под столом его нога осторожно коснулась Мишиной, и тот не отстранился.