змеиные слёзы

вместе с пробуждением нагоняют и вчерашние размышления, не оставляя уставший мозг ни на минуточку в спокойствии. засыпать и просыпаться с мыслями о гарри поттере - полный бред, до кучи осталось ещё и сны с ним видеть, но это, благо, не светит. спасибо третьесортному местному зелью сна без сновидений, без него уже давным-давно сошёл бы с ума и отправился бы этажом выше в отделение для психически больных, сменив одну палату на другую. хотя, может, это не такой уж и плохой вариант в свете всех недавних событий, может быть там его оставят наконец в покое? мыслительный поток прерывается, стоит взгляду скользнуть на прикроватную тумбочку. по обычаю там стоит утренний успокаивающий чай, но сейчас на его месте красуется лишь небольшой конверт, излучая мигающее зелёное свечение. тяжёлый уставший вздох без зазрения совести самостоятельно вырывается где-то из глубин подсознания. ну почему этот несносный мальчишка просто не мог оставить его умирать? почему именно он, северус снейп, должен сейчас страдать от неразумного геройства, принёсшее с собой бесконечные нападки вместо того, чтобы упокоится и с умиротворением проводить время в посмертии? любопытство берёт верх над самобичеванием и снейп тянется к конверту. от него так и фонит малфоевской магией, её ни с чем не спутать. очередное почему красной строкой пробегает в мыслях. стоит только достать аккуратно сложенный пергамент, всё становится на свои места. одна никчёмная фраза приносит с собой ещё кучу непрошенных вопросов - будто без неё их было недостаточно. `твой суд - прямая дорога в азкабан. у меня есть иной маршрут, не заставляй себя ждать.                                                       л.м.` послание с заложенным заклятием самоуничтожения, тут же вспыхивает в руках, как только взгляд цепляется за инициалы отправителя. из конверта выпадывает порт-ключ в виде небольшого металлического якоря. как символично, этот же якорь и утянет его на дно. люциус малфой - один из тех немногих пожирателей, кто остался жив и при всём этом ещё и, по всей видимости, на свободе. сознание буквально орёт, что это ловушка и ни в коем случае нельзя туда соваться, но кто такой северус снейп, чтобы слушать его? он поднимается с кровати и окидывает свою палату в попытках найти хоть что-то похожее на шкаф - не очень хочется показываться перед аристократичным малфоем в старой дырявой больничной пижаме. то ли это благоволит судьба, то ли это заботливый - чёрт бы его побрал - поттер, но его излюбленные чёрные одеяния покорно лежат на тумбочке около окна. между прочим, аккуратно сложенные - ну точно поттер постарался. последняя пуговица никак не хочет застёгиваться под гнётом непослушных онемевших пальцев. минуту снейп с ней воюет, уже даже в какой-то момент решив бросить это дело, но пуговица вс же сдаётся. ну наконец-то. он размеренным шагом подходит к кровати и в последний раз заглядывает перед отбытием в окно. рассветные лучи окромляют собой далёкие кроны деревьев, окрашивая их в розово-золотистый, создавая невероятную атмосферу зимнего утра. буря вот уже несколько дней не бушует за окном, словно немое затишье перед чем-то опасным. черт, да даже погода ему кричит о том, что не стоит совать свой нос туда, куда не нужно! внезапный укол инородных чувств заставляет перевести взгляд с очаровательного пейзажа на дверь с облупленной краской. снейп чувствует гарри всем своим нутром и в какой-то момент, кажется, даже слышит его - тот стоит за дверью. и судя по аромату стоит там с его утренним успокаивающем чаем. избалованный мальчишка, привык что можно спокойно плевать на запреты взрослых, ведь он избранный и ему всё спустят с рук. нужно незамедлительно действовать, пока поттер вновь не вломился в палату в очередной попытке погеройствовать и спустить коту под хвост все его планы. одновременно с тем, как дверь со скрипом отворяется, снейп хватает незамысловатый брелок-якорь. поттер же не успеет до него добежать, да? не ринется вместе с ним телепортироваться в малфой-мэнор? ответ на все вопросы появляется перед глазами - ошарашенный мальчишка цепляет взглядом глаза в глаза в последний момент перед исчезновением, а вдогонку накидывает эхо своих эмоций – тревога и нарастающее беспокойство. хоть бы он сидел смирно и никуда не дёргался, пока взрослый дядя решает сам свои проблемы.

***

снейп появляется в проходе в гостиную. его немного пошатывает, но он удерживает себя в вертикальном положении и сглатывает подступающую тошноту, чтобы не потерять лица перед малфоем. ему не впервой телепортироваться, но ещё не окрепший организм воспринимает подобные действия себе во вред, проклиная своего хозяина. презрительный взгляд пробегается по стене, очерчивая старые пыльные картины, уже не пышущие тем величеством, как в старые-добрые. нет, гостиная совершенно не преобразилась до неузнаваемости: всё тот же камин, в котором огонь не даёт ни капли тепла, всё те же неудобные твёрдые стулья с высокими резными спинками, всё тот же длинный массивный стол. снейп скользит глазами по глянцевой поверхности, отражающей потолок с витиеватыми узорами лепнины, и впирается в малфоя, что стоит на другом конце около стула их бывшего хозяина. гнетущая атмосфера давит с силой на виски, заставляя вспомнить все те ужасы, что несколько лет проходили прямо тут, за этим столом. рот кривится в ядовитой усмешке - малфой не случайно стоит во главе стола, он явно старается показать своё превосходство. — ностальгируешь, люциус? — не выдержав напряжения снейп первым разрывает между ними игру в немые гляделки. у него нет времени на все эти двусмысленные взгляды и интриги. взгляд падает на стул того-кого-нельзя-называть с намёком на их общее прошлое. - или ты пытаешь придать своему жалкому существованию былое величие? ответный взгляд хозяина дома пронизан нескрываемым презрением и толикой ненависти. люциус никогда не испытывал к снейпу симпатии, а когда снейп стал приближённым к лорду, так вообще его возненавидел. хотя стоило бы ненавидеть себя за допущенные ошибки. — я и не терял своего величия, северус. — выплёвывает малфой, смиряя снейпа взглядом глаза в глаза, будто это может кого-то напугать. длинные тонкие пальцы очерчивают резную спинку стула, и лишь едва заметное их подрагивание с головой выдаёт его нетерпеливость в этом разговоре. — присаживайся, нам нужно обсудить как нам с тобой выжить в мире, который ошибочно считает себя победившим, — он со скрипом по полу отодвигает тот самый стул и садится в него, скрестив ноги. — я не задержу тебя надолго. внутри всё переворачивается. люциус малфой, жалкий придурок! он что, считает себя его новым хозяином? снейп уже давно не 16-леттний мальчишка, нуждающийся в его покровительстве. где-то в желудке начинает клокотать сдерживаемый гнев. перед глазами всплывают воспоминания всех изощренных пыток, происходивших на этом столе, всех сытных вкусных ужинов нагайны. а там, в углу, куда опрометчиво падает взор - что конечно не ускользает от малфоя - он сам, северус снейп, несчетное количество раз корчился от боли круциатоса. шею пронзает нестерпимая боль, и стоит огромных усилий сдержать хриплый болезненный стон и, покачнувшись, схватится за ещё свежий шрам. — говори, — отрезает снейп, специально присаживаясь на стул на другом конце стола. он не позволит этому напыщенному блондину оставаться в позиции повелителя положения. — я рад, что ты открыт к диалогу, — малфой растягивает губы в улыбке, в которой нет и ни капли радости или добродушия. он деловито стучит ногтями по подлокотнику своего стула. — буду краток: как я уже тебе сказал, твой суд - протоптанная дорожка в азкабан, у главы аврората на тебя свои планы, он уже приготовил для тебя своё особое дело. в голове тут же всплывают образы камеры азкабана. о, наверняка дементоры уже греют ему постельку в ожидании встречи. взгляд, до этого блуждающий по комнате, в миллион раз рассматривающий магические трофеи, вдруг поднимается на малфоя, наполненный непониманием вперемешку с подозрением. — что ты хочешь взамен? — он слишком хорошо и до тошноты близко знаком с люциусом, чтобы не догадаться, что тот делится с ним информацией лишь из собственной выгоды. — сейчас – ничего, я лишь хочу помочь, —блондин взмахивает палочкой и, медленно проплывая по воздуху через весь стол, аккурат перед снейпом опускается пузырёк с зельем. на немой вопрос, малфой лишь ухмыляется: — зелье беспробудного сна, они не смогут притащить тебя на суд, не смогут раздавить и ты останешься оправдан. на его лице отражается невозможная нахальная насмешка, которую так и хочется стереть. нет, не магией, снейпу хочется хорошенько вдарить по этому напыщенному аристократичному лицу, раздробить нос в мясо и выцарапать глаза. но всё, что он себе позволяет - усталый вдох-выдох, чтобы успокоиться и холодно произнести: — твоя цена, люциус. — когда тебя оправдают, возьми под покровительство моего сына, скажи, что он не виновен и всё делал по твоей указке. скажи, что он был шпионом ордена, — наконец сдаётся малфой под напором тяжёлого взгляда. ну конечно, кто бы сомневался. малфой всегда идёт до конца и даже в таком вопросе хочет обелить имя своего сына. снейп аккуратно обнимает пальцами пузатый пузырёк и поднимает, подставляя тот под свет солнечных лучей, что так опрометчиво решили заглянуть туда, где им совершенно не рады. жижа внутри переваливается с бока на бок под умелыми движениями профессора зельеварения, будто готова поведать ему все свои тайны. — и почему же ты, люциус, в этом настолько заинтересован? какое тебе дело до моего суда? — вопросы скорее заданы риторически, чем направлены на развитие диалога. он произносит чётко, очерчивая границу. задерживаться в малфой-мэноре не хочется ни на секунду, эта давящая атмосфера навевает не самые приятные воспоминания, вытягивая из снейпа жизненные силы не хуже дементоров. — северус, они не будут слушать поттера, их цель не справедливость, они хотят показать, что очистили министерство. ты – идеальная жертва. — будто маленькому ребёнку разжёвывает и закладывает каждое слово снейпу в рот. по столу с шумом прокатывается очередной брелок в виде якоря. и откуда только малфой берёт эти безделушки. — нет необходимости доносить до меня столь очевидные вещи, люциус, я всё понял, как только пришёл сюда. если я идеальная жертва, то ты у нас, значит, идеальный спаситель? — яд так и плещет изо рта, готовый попасть в каждого, кто осмелится подойти поближе. — весьма трогательно, люциус, и совершенно тебе не характерно. твоя цена ясна, но настоящий мотив, как и всегда, спрятан где-то глубже. — язвительная фраза заканчивает весь это фарс. снейп хватается за порт-ключ и, не попрощавшись, исчезает в пространстве.

***

его выплёвывает около кровати, палата пронизана запахами трав и зелий, в отличии от душащих тяжёлых запахов в логове змея. судьба будто играет в горячо-холодно, перебрасывая снейпа из абсолютно противоположных атмосфер туда-сюда. возвращение, собственно, как и прибытие в малфой-мэнор, не самое приятное. голова гудит от напряжения, будто снейп целый день провёл в чьём-то сознании с помощью легилименции, все его конечности подрагивают мелкой дрожью. он прикрывает глаза в попытке справиться со своим жалким состоянием, но перед ним всплывают картинки из прошлого, одаряя новой волной психологических мук. ноги подкашиваются, сознание понемногу мутнеет, оставляя вместо себя лишь угрюмый гул в ушах. не позволяя собственной слабости взять над собой верх, снейп хватается за подножье кровати. холодный металл обжигает ладонь, но вместе с этим почему-то ощущается непонятное тепло в районе плеч. он нехотя разлепляет глаза и упирается взглядом в изумрудный омут, наполненный до краёв беспокойством, граничащим ещё с чем-то, одному гарри известному. ещё немного и, кажется, чужие чувства перельются, заполнят весь разум и не оставят места собственным рациональным и расчётливым мыслям. поттер слишком сентиментален, слишком вспыльчив, слишком любит лезть в чужие дела. гарри поттер сам по себе слишком. — уберите от меня руки, мистер поттер, — сквозь зубы хрипит снейп, дёргая плечом в попытке сбросить с себя чужое прикосновение, да крепче сжимает холодную балку от кровати. невыносимо уже в который раз оказываться на глазах этого мальчишки в таком уязвимом положении, оголяя свои слабости. невыносимо терпеть его присутствие, невыносимо ощущать его крепкую хватку на своих плечах. взгляд перекидывается с поттера на кресло подле кровати - в кучу сбившийся плед свисает с подлокотника, будто над пропастью, учебник по зельеварению валяется на полу в полуразвёрнутом виде – идиот, кто так обращается с книгами! – а на столике стоит уже давно остывший утренний чай. всё указывает на то, что поттер провёл тут несколько часов в ожидании его возвращения и, кажется, даже немного задремал. — где вы были, профессор? почему покинули больницу без разрешения врачей? а если вам станет хуже? — поток вопросов тут же обрушивается на больную голову, но руки поттер всё же нехотя убирает. — вы же были у малфоя, да? зачем? что вы задумали? на языке вертится миллион, нет, миллиард язвительных ответов и пока поттер не затыкаясь, продолжает свою тираду, снейп мысленно выбирает наилучшие из них. когда-нибудь мальчишка доиграется со своим нахальством и получит по шее, а сейчас снейп лишь обессилено потирает уставшие глаза. — это не вашего ума дело, поттер. прекратите совать свой нос в мои, — последнее слово снейп особенно чётко выделяет интонацией, огораживаясь от всякой нежелательной помощи. — дела, как назойливая муха. вон. — он наконец отпускает несчастную кровать из своей мёртвой хватки и указывает на дверь, смотря поттеру в глаза. в голове тут же воспроизводятся чужие эмоции. обида плещется огромными волнами, прикрывая собой всё остальное. снейп ловит каждое незначительное движение мимики на чужом лице и, подгадав момент, когда гарри явно хочет что-то сказать, чуть ли не выкрикивает: — убирайтесь, поттер! мальчишка чуть вздрагивает и тушуется под гнётом тяжёлого взгляда. у него нет иного выбора кроме как молча уйти, оставляя за собой горечь на языке с привкусом обиды и расстройства. за ним со скрипом закрывается дверь, словно прощаясь. последние силы иссякают и приходится присесть на край кровати, чтобы не свалиться на холодный пол. как же всё осточертело. хочется простого покоя. снейп запускает руку в карман мантии и, нащупав брелок-якорь, который уже не несёт в себе никакой ценности, крепко сжимает его. но он одаривает совершенно не теми ощущениями, что ожидаются, и заставляет вытащить себя из кармана. маленький клочок пергамента, словно намертво приклеившийся к брелку, попадается на глаза. сегодня что, день напиши письмо северусу снейпу? снейп разворачивает пергамент и пробегает глазами по угловатому, торопливому почерку. записку явно писали в спешке, кое-где перо зацепилось за бумагу, оставив небольшие отверстия и в самом конце, будто завершающий штрих, красуется пятно чернил. `малфой предатель, твой сон станет вечным, а твоё тело наутро найдут с кинжалом в груди. не смей спать. в 4 утра аппартируй по координатам. сожги это.                               б.б. ` вопросов с каждой секундой уже заканчивающегося сегодняшнего дня становится всё больше и больше. снейп в очередной раз убеждается в том, что умри он, всё было бы намного проще. впрочем, ничего удивительного в том, что малфой ведёт двойную игру, он не находит, как и не находит удивительным неизвестного отправителя. отголоски знакомых дамблдора и ордена феникса его никогда не оставят, к сожалению. — инсендио, — записка тут же вспыхивает, за секунду сгорает, обжигая пальцы и рассыпается пеплом, даже не успев долететь до пола. нахлынувшее вдруг осознание, что он теперь находится на перепутье, заставляет задуматься. доверять неизвестности не входило в планы, хотя сдохнуть от рук малфоя – тоже. снейп тихо чертыхается себе под нос. на протяжении последних десяти минут чувства и эмоции поттера фонят беспрестанно, отвлекая от размышлений. это вымораживает до трясучки. гарри где-то рядом и это ощущается затылком. он резко подрывается с кровати – весьма опрометчиво, это действие тут же отдаётся резкой болью в виске – и, не дав самому себе опомниться, в несколько уверенных стремительных шагов оказывается около двери. цепкие пальцы хватаются за ручку и резко отворяют дверь, заставляя ту взвыть пронзительным скрипом старых петель от столь неожиданных и грубых действий. она распахивается, открывая взору не успевшего отпрянуть поттера, застигнутого на месте преступления собственной непрошенной заботы.