Золотая Клетка

5 месяцев назад..

***

Прошёл ровно один месяц с тех пор, как Блум была выдана замуж за Ская. Каждый день казался повторением предыдущего: роскошные залы, улыбки гостей, формальные разговоры, холодные наставления Совета. Но внутри неё всё сжималось. — Месяц… — прошептала Блум, глядя на своё отражение в зеркале. — И я всё ещё не знаю… что я чувствую? Скаю сидел напротив, держа руки на столе. Он говорил тихо, ровно, но каждое слово звучало как приговор: — Ты выглядишь усталой. Возможно, тебе стоит больше думать о Свете, о семье, о… долге. Блум сжала пальцы. — А я? — тихо спросила она. — Где я в этом долге? Скай взглянул на неё спокойно, почти изучающе. — Ты — моя жена. И фея Света. Обе роли важны. Ты выбрала их. Она почувствовала холод, который пробрался под кожу. — Но если я не хочу выбирать ни одну из них полностью? — сказала Блум, голос дрожал, но была решительной. — Что тогда? Скай не ответил. Его молчание стало тяжёлым, давящим. Блум почувствовала тревогу и пустоту, которые не покидали её с момента свадьбы. Этот месяц не принёс радости. Только обязанности, ожидания и чужие взгляды. — Я боюсь, что я теряю себя, — прошептала она в пустоту, глядя на руки. — Даже если всё вокруг говорит, что я должна быть счастлива. И тогда тёплое, едва заметное ощущение на запястье заставило её вздрогнуть. Тёмная метка — неотвязное присутствие Валтора. «Я рядом», — донеслось ощущением. Блум закрыла глаза. Сердце учащённо билось. Он был далеко. Но он был живым, настоящим, свободным — в отличие от жизни, которую ей навязали. — Если он вернётся… — прошептала она, — я не смогу остаться такой, какой меня хотят видеть… Печати на её руках слегка потрескались. Тёплое ощущение от Валтора смешалось с болью от Ская и обязанностей. Внутри неё впервые за этот месяц вспыхнула мысль: счастье может быть другим, чем ожидают от меня. И где-то глубоко внутри она знала: Валтор — ключ к этому выбору.

***

Настоящее время

Сейчас прошло уже несколько месяцев после побега Валтора и начала войны. Совет усилил контроль над дворцом, камеры Блум стали почти безупречными. Печати Света мерцали постоянно, словно живые цепи, а маги внимательно следили за каждым её движением. — Каждое её действие — сигнал, — сказал один из советников другому. — Если она попытается связаться с Валтором… — Она уже связалась, — ответил второй, глядя на её комнату через магическое зеркало. — И он идёт. Блум сидела у окна, сжимая руки. Дворец, роскошный и холодный, казался ей клеткой. Она ощущала каждое движение Совета, каждое их решение, как удары по собственному сердцу. — Сколько можно терпеть? — шептала она сама себе. — Сколько времени они будут контролировать мою жизнь? Внутри неё росло чувство безысходности, смешанное с тихой надеждой. Она ощущала присутствие Валтора всё сильнее, как тёплое дыхание под кожей. «Я рядом», — снова пришло ощущение. Её сердце застучало сильнее, но на этот раз — с решимостью. — Я должна выбрать свой путь, — сказала Блум вслух. — И если он вернётся… я буду готова. Печати Света потрескались ещё сильнее. Они не разрушились, но слабость в магии давала ей ощущение власти над собственной судьбой. В этот момент Блум поняла, что она больше не просто фея Света. Она человек, который должен сделать выбор. И где-то глубоко внутри она знала: все события ведут к его возвращению — и к решению, которое определит их обоих.