Временная петля для Пиковой Дамы

      Вечерний Базар пах остывающим песком и дешевыми благовониями, которые Джин расставил на каждой улочке.       Финкс стоял за углом лавки Тары, сжимая свой скипетр так, словно это спасательный круг. Ладони предательски потели под бинтами.       — "План простой", — думал он, нервно постукивая по основанию своей хроно-палки. — "Подойти. Впечатлить. Облажаюсь — откат".       Он выглянул из-за угла. Тара сидела там же, где и всегда. В полумраке, за низким столиком для гаданий, перетасовывая карты. Вокруг нее было странно тихо, словно шум рынка боялся к ней приближаться. Она не выглядела так, будто ждет компании.       Ладно, была не была. Погнали.       Финкс вышел из тени, пытаясь сделать походку расслабленной, хотя ноги предательски заплетались. Зайдя в лавку он небрежно облокотился на ее столик. Локоть соскользнул, и он едва не смахнул колоду, но успел поймать равновесие.       Финкс поправил шлем и выдал свою "фирменную" кошачью ухмылку, которую под картоном все равно никто не видел.       — Не скучно тебе? Я тут подумал... Ты — вся такая загадочная, карты, третий глаз, все дела. Круто, не спорю. Но чего-то не хватает, а? Скажем... — он крутанул скипетр в руке, — ...повелителя времени в напарниках?       Тара замерла. Ее единственный глаз медленно поднялся на него. В нем не было ни интереса, ни злости. Только бездонная усталость. Она молча вытянула карту и швырнула ее на стол.       Повешанный.       — Э-э... ну, это... в смысле, я не подкатываю, если ты об этом... — он начал что-то быстро тараторить, махая свободной рукой.       Тишина.       Тара продолжала молчать, но три тени вокруг нее начали хищно вытягиваться в его сторону.       Господи, какой стыд.       Быстрым взмахом скипетра мир дернулся, а цвета смазались в неоновую кашу.       ...запахи песка и благовоний ударили в нос. Финкс снова стоял за углом лавки Тары. Сердце колотилось, но стыд уже стерся из реальности. Остались только воспоминания.              — Так, слишком нагло вышло, — пробормотал он себе под нос, поправляя картонное ухо. — Нужно тоньше. Она же гадалка, ей нравятся загадки.       Он уверенно шагнул к столику, глядя прямо на карты, а не на Тару. — Расклад на будущее? — он многозначительно ткнул пальцем в закрытую карту. — Дай угадаю, там "Маг" или "Возлюбленные". Энергетика такая... совместимая, знаешь? — произнес он грубым голосом, стараясь казаться крутым, усевшись напротив без приглашения.       Тара даже не подняла голову, она просто молча, не моргая, перевернула карту.       Шут.       Финкс запнулся.       Это даже как-то обиднее повешанного.       — Ладно, понял.       Взмах скипетром. Тошнота. Рывок назад.       ...запах благовоний. Угол лавки.       Финкс сполз спиной по стене и плюхнулся прямо на пыльную брусчатку. Скипетр вывалился из рук и звякнул об камень.       — Да ну к черту, — выдохнул он в пустоту.       Устал.       Просто устал. Устал придумывать всякие подкаты, устал потеть под картоном и устал перематывать время, каждый раз чувствуя тошноту. Он просто хотел пригласить ее к себе в квест-руму. Почему это настолько сложно?       Просидев так еще минуту, тупо глядя на свои ботинки, Финкс встал, потер руки об свои шорты, и пошел к ней, без выпендрежа. Плечи опущены, маска чуть сехала набок, косички болтались.       Он подошел к столику и остановился. Тара доставала очередную карту из колоды, но он даже не посмотрел на нее.       — В общем, — голос у него был севший, без наигранной бодрости. — Я знаю, что ты все видела. Ну, те два раза. Или предвидела, неважно.       Тара замерла с картой в руке.       — Первый раз был так себе, согласен, — продолжал Финкс, глядя куда-то в сторону спящего Сэнди на куче подушек. — Второй... ну, я пытался немного поумничать, быть крутым и все такое.       Он наконец посмотрел на нее. — Я просто хотел тебя позвать к себе, типа, может, новые головоломки показать. Да можно просто посидеть, я даже болтать особо не буду, если не хочешь. Просто... ну, чаю попьем? И Сэнди там не будет храпеть под боком.       В голове было пусто. Он зажмурился, ожидая, что сейчас его выкинет одна из ее теней, и на всякий случай крепче сжал скипитр.       Вдруг он почувствовал прикосновение. Тара накрыла его руку своей ладонью.       Финкс открыл глаза. Она смотрела на него, глаз щурился от улыбки под слоем пурпурных бинтов. В голове раздался голос — не звук, а мысль, похожая на шелест старинных страниц:       «Третий дубль оставляем. Он честный».       Он опустил свой взгляд на стол.       Тара перевернула карту.       Мир.       Она аккуратно собрала карты в колоду, встала из-за стола и кивнула ему в сторону выхода из лавки.       Финкс облегченно выдыхал, чувствуя, как наконец-то отпускает напряжение в плечах. Он расплылся в дурацкой счастливой улыбке, но под слоем картона и скотча этого, конечно, никто не увидел. Впрочем, он догадывался, что Таре не обязательно видеть лицо, чтобы все понять.       — Только у меня зеленый чай, я особо не запасался, — предупредил он, поправляя съехавший шлем, когда они шли рядом.       «Сойдет», — прошелестело в голове.       И время пошло своим чередом. Впервые Финксу не хотелось его перематывать.