Я должен был сказать "нет"

Наши дни... Сокджин даже не думал, что зайдя в эту комнату,его словно волной накроет воспоминание о проведённой здесь ночи с Чонгуком. Где-то под рёбрами защимило, именно эта ночь стала отправной точкой, его как будто переключили в новый режим жизни. Он переключил, у Чонгука единственного была такая власть над ним. Как один человек, может повернуть твою жизнь насколько круто, что ты чувствуешь себя беспомощным, незнакомцем в собственном теле. Джин откатил чемодан и сев на кровать, осторожно провёл рукой по подушке, как будто она могла до сих пор хранить его запах, это странно, но Джин его как будто ощущал, всё в этой комнате было пропитано им. У него кажется начинает паранойя, а ещё паника. Зачем он приехал в Майами? Что бы что ? Увидеть, поговорить? Что он ему скажет? Что так и не смог забыть, что пытался, бежал, но так и не смог, что время проведённое вместе, было самым счастливым в его жизни, что ещё тогда его сердце сделало свой выбор, и даже сейчас не хотело от него отказываться. Как Сокджин не старался, вытащить его оттуда, заменить, вытравить, ничего не получилось. Чувствует ли Чонгук тоже самое, раньше, Джин сказал бы нет, но сейчас не уверен, и тогда совершенно не понятно почему он тогда уехал не сказав не слова. Сокджину было больно тогда, и сейчас не меньше, но почему то где-то внутри, без крайнюю тьму, начал заполнять свет, пока слабый чуть ощутимый, но а вдруг... вдруг они смогут,нет не вернуть, то что было ,то было, а начать новую главу. Джину было страшно, но сейчас он по крайней мере был готов поговорить, выяснить почему, после того что он увидел, Чонгук не пришел и не объяснил ему всё. Вся их история соткана из моментов, они как золотые блестящие монеты, которые Джин помещал в своё сердце,как в копилку. У некоторых любовь случается с первого взгляда, кому то нужно время, у них с Чонгуком были именно моменты, Джин помнил каждый, сейчас когда он позволил себе это признать. Утро, разлука, разговоры с мамой, когда Чонгук приехал к нему на каникулах. Моментов было множество, как до, так и после , они переплетались между собой, накладывались друг на друга, сверкали, были и те, что кровоточили, но без них тоже никак, именно они оставили самый сильный след, прожёное клеймо в сердце. Их история, прекрасная и печальная, но она настоящая, фальши в ней не было, было предательство, но и оно было настоящим. Их любовь - это моменты.... Шесть лет назад... — Я не хочу тебя отпускать. За окном уже был полдень, солнце светило во всю, лучи пробивались через закрытые жалюзи, Джин чувствовал их на своём лице, даже с закрытыми глазами. Чонгук лежал сзади, плотно прижимая его к себе, медленно целуя шею , без прикрытий, без защиты, словно мир впервые видел их настоящими,только спокойствие, уязвимость, принадлежащая только им. Рождённое в моменте, сотканное из жестов, взглядов, дыхания. Джин улыбнулся, утро было самой прекрасной частью дня, время как будто останавливалось в ожидании, всё вокруг замирало . Именно по утрам Чонгук был таким, что Сокджин в его руках плавился, и был готов на любое безумие, но младшему об этом знать не обязательно, тот бы обязательно воспользовался. — Хён ты меня слышишь ? Джин в ответ лишь издал звук похожий на мычание, Чонгук усмехнулся. — Обожаю тебя таким. Тут же старший ощутил как бы не в значай ползущую руку Чонгука вниз, тело сразу начинало отвечать на прикосновения, готовое к новому поединку. Джин застонал от и собственного бессилия, сейчас он не мог ему противостоять, но почему в такие моменты мозг отключался и переставал подавать импульсы. — Чонгук нет, тебе ночи не хватило, - жалкая попытка. — Мне никогда не хватит, я хочу тебя всегда, а утром особенно, — Чонгук осторожно прикусил его шею. Чёрт шею, он знал что это сработает. Джин откинул голову назад насколько это было возможно, движения рук стали намного требовательными, Сокджин сам не заметил, как стал тереться задом о пах Чонгука с прерывистым дыханием, младший никогда не терял времени зря. — Утром ты никогда не отказываешься. Джин протяжно застонал, Чонгук всё прекрасно знал, утром он согласен на всё. Одно движение и Сокджин уже лежит на животе, а младший водит языком по его гладкой спине. Блаженство растекается по всему телу, требовательные руки сжимают его зад, старший замирает в предвкушении. Сокджин не был полностью готов к ощущению горячего и влажного языка Чонгука, прижатого к его отверстию. Он зарылся лицом в подушку, чтобы заглушить стоны, младший чередовал нежные поцелуи с медленным движением языка, пока Джин держался за подушку до побеления костяшек пальцев.Сокджин чуть не задохнулся, когда Чонгук просунул в него свой язык, но он, почти сразу, отпрянул назад, чтобы обвести им края колечка мышц, заставляя его дрожать. — Ненавижу тебя— прохрипел Джин в подушку, толкаясь назад, чтобы младший ускорил темп. Их секс всегда был просто не реальным, Чонгук мог быть нежным, и диким одновременно, Джин обожал этот контраст. На этот раз, Чонгук двигался быстро и жёстко, хватаясь за бёдра старшего и оттягивая их назад, чтобы встретить каждый толчок. Джин хотел говорить, умолять о большем, но каждый толчок выбивал из него очередное «ах» и он уже ничего не мог сделать, чтобы хоть как-то контролировать издаваемые им звуки. Он пытался заглушить свои крики, зарываясь в одеяло, но это мало помогало. — Хён, обожаю как ты стонешь, не останавливайся. — хрипит ему в ухо Чонгук, а Джина это заводит, и он не собирается отказывать себе в удовольствии, тем более когда Чонгука просит, возбуждение настолько сильно, что он оставляет укусы на шее старшего, и никого не волнует, что через несколько часов они поедут по домам, и эти следы станут предметом обсуждения семьи, но Джину глубоко фиолетово, сейчас для него никого не существует только Чонгук, только волшебное утро, когда время останавливается и никого не существует в целом мире, кроме них двоих.

***

Джин будет вспоминать это утро по пути домой, улыбаясь смотря в окно, все его мысли, занимал этот "мелкий засранец" который с первой встречи, с первого взгляда сводил его с ума. Он боялся думать о характере своих чувств, это страсть, симпатия, им хорошо вместе, но дальше Джин не заходил, он боялся осознать, что влюбился, он очень боялся любви, Чонгук никогда ему не говорил, даже не намекал, да и сам Сокджин тоже, они оба боялись произнести это слово вслух, для обоих это было по новому, и нужно время. Дома было хорошо и спокойно, но Джину не хватало, не хватало его, пусть Чонгук и писал каждый день, да что там день, каждый час, вызывая у старшего очередную улыбку, мама тоже улыбалась глядя на Джина, но молчала, отец предпочитал делать вид ,что ничего не происходит, Сокджин часами сидел в комнате не выпуская телефон из рук, Чонгук каждый день грозился приехать, и Джин хотел, очень хотел его увидеть, но он чётко решил вытерпеть хотя бы месяц, но терпение заканчивалось... — Ну, ты мне наконец расскажешь,кто он. Госпожа Ким тоже не отличалось терпением, хотя выдержала долго, почти три недели. Джин усмехнулся и отложил телефон, ответив перед этим на очередное сообщение Чонгука, который от слов перешёл к горячим фото, теперь у Сокджина была их целая коллекция. — Мам, - Джин смущённо опустил глаза. — Дай угадаю, это тот самый Чонгук, ведь так, — мама смотрела по доброму, но огоньком в глазах. Любопытство зашкаливало. Джин кивнул, а госпожа Ким улыбнулась ещё шире. — Я рада за тебя дорогой, никогда не видела тебя таким счастливым, и когда ты нас познакомишь? Джин рассмеялся, — Мам рано, мне нужно понять... — Понять что ? Тут и так всё ясно, ты в зеркало на себя смотрел ? В облаках летаешь, постоянно улыбаешься. — госпожа Ким мечтательно вздохнула, — Любовь прекрасна... Сокджин вздрогнул, он даже думать об этом боялся, а мама произнесла вслух. — Это слишком поспешный вывод, прошло слишком мало времени, чтобы судить. — Джинни, малыш, для этого достаточно щелчка пальцев, о каком времени ты говоришь, в твоём возрасте нужно просто наслаждаться, не пойму в кого ты у нас такой ....вдумчивый, твой отец не был таким. — Ну наверное в тебя мам, - усмехнулся Джин. На телефон пришло новое сообщение и Сокджин сразу же схватил его, забыв напрочь обо всём остальном. Госпожа Ким снова вздохнула, и направилась к выходу, — Ладно, не буду тебе мешать, но ты просто обязан пригласить Чонгука к нам, иначе я сама это сделаю. — Угу, - буркнул Джин в ответ, печатая младшему ответ, у него с его мамой был общее желание. Похоже действительно придется его позвать, иначе мама сделает это за него.

***

— Тридцать восемь и пять, — мама озабоченно трогает его лоб, как будто хочет убедиться, — Джинни, как тебя угораздило. Сокджин закрывает глаза и кутается в одеяло, как будто он знает, люди болеют и он не исключение. Мама даёт ему таблетки, он послушно выпивает, спать хочется до одури, и он почти проваливается в сон, слыша как пиликает телефон, сообщение от Чонгука, но Джин не в состоянии, он потом ответит... Потом тянется долго, температура не хочет сбиваться, Джин постоянно спит, иногда просыпается, видит маму, и снова таблетки, пара ложек горячего супа и компрес на голову, так приятно холодит, Джин слышит голоса, это отец, и ещё кто, то ,вроде врач, голосов то много, то вообще тишина, это Сокджину нравится больше, голова постоянно болит, и тело ломит. Просто хочется спать... Джин просыпает, но глаза не хочется открывать, чувствует горячую ладонь на своей щеке, кто-то наклоняется и целует его в лоб, первая мысль - мама, но в нос бьёт запах, слишком знакомый и родной, так пахнет не мама.. Сокджин пытается открыть глаза, больно, не приятно, но всё же это делает, в комнате полумрак, но даже так он видит испуганные глаза цвета эспрессо, он наверное ещё спит, и это сон, Джин жмуриться, но запах по прежнему с ним, он проникает глубоко в лёгкие, дразнить, заставляет застонать.. Сокджин резко открывает глаза, нет это не сон, перед ним Чонгук. — Малыш ты меня так напугал, как ты, ? Я пиздец как волновался. Джин опять закрывает глаза и снова открывает, — Чонгук ? Чонгук улыбается и снова дотрагиваться губами до его лба, — Я так рад что ты очнулся. Джин стонет, — Малыш здесь ты, а я хён... Сокджин не злится, он чертовски рад, хочется утащить его к себе по одеяло, прижать и не отпускать. Чонгук снова улыбается, — Как скажешь хён, только пожалуйста не пугай меня больше, я думал с ума сойду. Ты не отвечал, и не читал сообщения, спасибо твоей маме, если бы не она... Наконец ему стало легче, то ли таблетки наконец подействовали, то ли глаза цвета эспрессо его вытащили из бездны, сейчас не важно, важно, что теперь Джин в порядке, теперь всё на своих местах, где бы он не был, дома, или в Майами, самой главной составляющей его мира, был Чонгук, может и заболел он именно по этому, что его рядом не было, но сейчас не важно, он здесь,рядом и теперь Джин будет в порядке, они будут. Теперь он убедился, что как бы они не были далеко друг от друга, они всё равно вместе. Маме Чонгук нравится, она постоянно пытается его накормить, младший ест за двоих. Госпожа Ким в восторге, хороший аппетит - залог прекрасно здоровья. Отец сначала серьёзен, но Чонгук покоряет его своим умом, младший ведёт себя сдержанно, Сокджин прячет улыбку, глядя на тот как его парень мило улыбается,смотря в пол, сердце господина Кима ,тает, и вот он уже берёт младшего с собой поиграть в теннис, пока Джин слаб и не может составить им компанию. Потом на пороге их дома появляется бесчисленное семейство, все пять тётушек, Чонгук и на них производит неизгладимое впечатление. Милый, добрый, само очарование, отпускает им комплименты , помогает спуститься с лестницы и открыть дверь машины, Чонгука любит даже соседский пёс, и это Джина ещё больше поражает, ведь его он до сих пор не сильно жалует. — Если бы ты изначально, был таким со мной, то возможно,мы начали бы встречаться ещё на первом курсе, — шепчет он на ухо младшему, когда они наконец провожают дорогих гостей. Чонгук ухмыляется и притягивает к себе Джина за ремень брюк, тот пытается сопротивляться, в конце концов их могут увидеть и это не Майами, но Чонгуку всё равно он утыкается носом ему в шею, — Нееет, ты должен был понять с чем тебе придется жить. Сокджин усмехается, — Прям жить. — Конечно Хён, я не собираюсь тебя отпускать, низа что и никогда... Джин улыбается, и молчит. Их любовь сотканная из моментов, ярких, золотых монет, которые он бережно собирает в своём сердце как в копилку, и ему придётся с ними жить, он ни за что и никогда, от них не откажется.