Физика чувств

      Чимин еле открыл глаза, всё ещё пребывая в сонной неге. Первой мыслью, которая пришла в пробудившееся сознание, было то, что этот сон стал самым лучшим в его жизни. Каждая клеточка тела была расслаблена, а заряд бодрости, полученный всего лишь за пару часов бессознательного состояния, не сравним ни с каким здоровым семичасовым сном.       Возможно, всему виной было то, что всё окружающее пространство заполняло самое лучшее сочетание запахов, которое он только мог ощутить: пряный горьковатый виски пропитывался свежими персиковыми нотами, буквально окутывая тёплым коконом. Но самым главным источником комфорта была широкая грудь, прижимающаяся к спине омеги. Будто огромная грелка, обволакивающая его, дарила чувство защищённости. Впервые в жизни Чимин не противился мысли о том, что слабее альфы, ведь именно в нём он чувствовал равного. Чувствовал, что этот человек не будет использовать своё физическое превосходство, чтобы «укротить» омегу.       Он правда не был похож ни на одного альфу, которого до этого встречал Чимин.       За всеми размышлениями глаза невольно скользили по пространству — прошлым вечером на это не было времени. Удивительно, насколько комфортно Чимин чувствовал себя в квартире альфы… в его постели, хранящей самый концентрированный феромон.       Интерьер вполне соответствовал вечно собранной натуре Чонгука: всё было буквально расставлено по полочкам, даже книги, стоящие в книжном шкафу, выстроены по цвету обложки, а одежда, впопыхах сброшенная на пол ночью, волшебным образом оказалась аккуратно сложена на стуле. Похоже, после того, как профессор лишил Чимина последних сил, он поменял простыни, протёр самого омегу и разложил вещи. Не в силах сдержать смешок от этой картины, Чимин невольно провёл кончиками пальцев по множеству рисунков, украшавших всю правую руку альфы.       Чонгук слишком многогранен. Даже в таком всё ещё порицаемом некоторыми творчестве он смог воссоздать упорядоченный хаос на своём теле.       Слишком занятый исследованием пространства, Чимин даже не заметил, что тихое похрапывание за спиной утихло, а глаза альфы уже давно следили за каждым его движением. Именно поэтому, когда руки, обвивавшие его талию, поползли по телу, изо рта омеги вырвался удивлённый вздох.       — Доброе утро, — прохрипел на ухо Чонгук, нежно проводя руками по молочной коже.       Хриплый голос и ощущение тёплых рук заставили Чимина задуматься о том, что он хотел бы просыпаться так каждый день.       — Доброе утро, профессор, — поворачивая голову и лукаво ухмыляясь, прошептал Чимин.       Похоже, формальное обращение возымело эффект: движения альфы оживились, а в его глазах промелькнуло желание, на мгновение окрасившее радужки в красный цвет.       — Я хотел накормить тебя завтраком и отвезти обратно в общежитие, — начал Чонгук.       Чимин перевернулся на спину, изображая саму невинность.       — Да? — хлопая ресницами, спросил он. — И что же мешает вашим планам?       Вместо ответа Чонгук подцепил пальцами цепочку, что красовалась на шее омеги, и моментально притянул его к своим губам. На удивление, поцелуй вышел нежным — похоже, Чонгук действительно сдерживался, чтобы выполнить планы. Да и Чимин не стал ни на чём настаивать, тем более его заинтересовало новое украшение на шее.       Оторвавшись от манящих губ альфы, омега потянулся к цепочке, разглядывая изящный золотой кулон, который представлял собой символичное для него самого число — 13.       — Многих пугает это число, — сказал Чимин, проводя пальцем по золоту.       — Глупое суеверие, — тут же ответил Чонгук, проводя большим пальцем по мягкой щеке омеги. — Уверен, оно приносит только удачу.       Чимин поднял глаза на альфу, встречая его нежную улыбку.       И, возможно, это было слишком сентиментально, но от того, с какой заботой палец альфы скользил по его щеке, и от переполнявшего его счастья на глаза невольно навернулись слёзы.       — Спасибо, — прошептал он, снова прильнув к губам Чонгука.

***

      Прошедшие выходные в действительности казались сном, потому что утро понедельника совершенно отличалось от того, что он испытывал всего несколько часов назад.       Первым раздражающим фактором стало то, что Чимин проснулся не от тихого будильника, обычно покоящегося на тумбочке, а от подушки, прилетевшей в голову. Недовольно откинув ненавистный предмет, омега проследил взглядом до двери, лицезрея удаляющегося Юнги.       — Кто-нибудь из вас научится ставить будильники? — недовольно проворчал он, направляясь на кухню.       Всё ещё сонный, Чимин потянулся к телефону и с раздражением нажал на кнопку включения, пока перед глазами не высветилось время — 7:30. Моргнув пару раз в надежде, что увиденное на экране — лишь галлюцинация, Чимин окончательно проснулся, в тот же миг вскочил с кровати и направился в ванную.       Быстро собравшись и пожертвовав завтраком, Чимин выскочил из общежития и широкими шагами направился в университет. Только оказавшись на улице и избавившись от самопорицаний по поводу непоставленного будильника, омега заметил очередную проблему: всё его тело было напряжено, по конечностям разливалась слабость, а на фоне бушевала тревожность. Не помогало и то, что волк в груди метался из стороны в сторону, будто выискивая что-то или кого-то…       Не находя объяснений своему состоянию, омега добрался до университета, обрадовавшись хотя бы тому, что до начала занятия оставалось пять минут. Оставалось лишь пройти по заполненному студентами коридору. Проталкиваясь сквозь толпы людей, которые, похоже, не очень торопились на пары, Чимин почувствовал новую волну раздражения, достигшую пика в тот момент, когда кто-то врезался ему в спину.       — Ох, Чимин-ши, — театрально прикрывая ладонью рту, сказал Минхо, — вы не пострадали?       В тот миг Чимину казалось, что он может обрести суперспособность убивать взглядом, — именно это он и пытался сделать.       — Нет, Минхо-ши, — всё же ответил он, не желая радовать омегу своей негативной реакцией. — Вы в порядке?       — Со мной всё в порядке, — ответил тот, мило улыбаясь и, похоже, не собираясь извиняться.       Натянуто улыбнувшись, Чимин решил, что не хочет продолжать диалог, развернулся от назойливого омеги и направился к аудитории, чтобы скорее занять место рядом с лучшим другом.       — Кстати, вы готовы к тесту? — вновь послышался писклявый голос за спиной.       Глаза Чимина закатились — то ли от того, как сильно одногруппник действовал на нервы, то ли от мысли, что он умудрился забыть о тесте.       «Этот день может быть ещё хуже?» — невольно всплыло в голове.       И пока неважное физическое состояние смешивалось со всей тревогой в мыслях, а к глазам подступали слёзы, в поле зрения появилась знакомая фигура. Глаза автоматически выследили профессора, кажется, он почувствовал его присутствие раньше, чем увидел, и ноги сами повели омегу к альфе.       — Доброе утро… — с сияющей улыбкой начал Чонгук, но, заметив покрасневшие глаза омеги, обеспокоенно добавил уже тише: — Всё в порядке?       Чимин не мог не заметить, как руки альфы взметнулись в воздухе в желании прикоснуться к нему, но в последний момент он одёрнул их.       В порядке ли он? Как минимум он никогда не испытывал такого сильного желания оказаться в чьих-либо объятиях, как сейчас.       — Доброе утро, профессор, — выдавил он из себя, чтобы не вызывать подозрений и не заставлять альфу волноваться. — Я в полном порядке, не переживайте.       Похоже, эти слова не убедили мужчину: между его бровей появилась морщинка, а с лица не сходило обеспокоенное выражение.       — Вы уверены? — попытался удостовериться он.       — Да, — ответил Чимин, попытавшись улыбнуться, и невольно вдохнул феромоны Чонгука, из-за чего начал успокаиваться.       Ещё раз осмотрев омегу, профессор жестом указал на дверь, приглашая его войти первым.       — Зайди ко мне после занятий, — прошептал он, прежде чем оба переступили порог аудитории.       Простая фраза заставила сердце омеги затрепетать, и он с облегчением добрался до своего места, усаживаясь рядом с Тэхеном.       — Ты выглядишь неважно, — прошептал альфа, пытаясь поймать его взгляд.       Но на губах омеги уже расплылась нежная улыбка.       — Всё в порядке, — так же тихо ответил Чимин, поднимая взгляд на профессора, который уже смотрел на него.       Когда на столе оказался лист с заданиями и профессор объявил о начале теста, заранее предупредив, что любые способы обмана будут караться аннулированием работы, время неизбежно пошло. В тот же миг в голову начала пробираться паника, не позволяя сосредоточиться на формулировках задач; дыхание сбивалось, ладони потели. Непонятное беспокойство овладевало Чимином, в большей степени вызванное его омегой. Она всё не могла успокоиться, топчась на месте и тихо поскуливая.       Не понимая, чем вызвано это состояние, Чимин нервно покусывал губы, глядя на пустой лист с ответами. В голове кружилось множество мыслей, а инстинкты кричали лишь об одном. И в тот момент омега поднял взгляд, выискивая одного-единственного человека.       Как только его глаза встретились с тёмным взглядом альфы, Чимин чуть не подскочил с места, движимый своим внутренним волком.       Единственным желанием было оказаться рядом с профессором и вдохнуть его запах.       И, похоже, почувствовав смятение студента, Чонгук прошёл в ту часть аудитории, которая находилась ближе к Чимину. Он выглядел так же обеспокоенно, глядя на омегу и пытаясь понять причину его беспокойства, и невольно выпускал успокаивающие феромоны.       — Чимин, всё правда в порядке? — тихо прошептал Тэхен, подталкивая его локтем. — Твой запах становится горьким.       Этот жест вывел омегу из оцепенения. Он перевёл взгляд на друга, пытаясь успокоиться, и глубоко вдохнул. В тот же миг в лёгкие проник запах виски — сейчас он казался особенно тёплым. Чимин на мгновение прикрыл глаза, растворяясь в сладковатом алкогольном феромоне и физически ощущая, как каждая клеточка тела расслабляется с каждым новым вздохом.       — Да, кажется, теперь да, — прошептал Чимин, успокаивая друга, и с новообретёнными силами вернулся к тесту.       Теперь он с лёгкостью разбирал текст на белом листе, сразу продумывая варианты решения и незамедлительно принимаясь за ответы. Ручка скользила по листу, аккуратно выводя формулы и вычисления, пока в воздухе не раздался глубокий голос профессора, оповещающий, что время подходит к концу.       С радостью отметив, что последняя задача решена, Чимин наконец оторвался от работы и в последний раз проверил ответы.       — Время закончилось. Прошу сдать работы, — сказал Чонгук, оглядывая аудиторию и улыбаясь хору недовольных вздохов студентов.       Дождавшись Тэхена и собрав вещи, Чимин поспешил сдать работу, не забыв подарить Чонгуку улыбку, после чего направился на следующее занятие.

***

      — Черт, Чимин-а, я сам хочу придушить этого омегу, — сказал Хосок, пока они разминались перед началом танцевальной практики.       Чимин уже успел рассказать ему про неприятную утреннюю встречу — все его друзья, кажется, наблюдали за его жизнью как за самым интересным сериалом.       — Я не хочу, чтобы тебя выгнали из университета из-за драки с Минхо, — смеясь, сказал Чимин. — Он не стоит того. Тем более после этого семестра я больше никогда с ним не увижусь.       — И желательно, чтобы этот семестр поскорее закончился и этот выскочка не выкинул ничего нового, — угрожающе произнёс Хосок. — Иначе я придушу его этими же руками.       Чимин с улыбкой посмотрел на друга, искренне не веря, что этот человек способен кому-то навредить, и в то же время благодаря за то, что тот так волнуется за него.       Омега намеренно решил утаить информацию о своем недомогании, не желая заставлять Хосока волноваться.       Тем более ему стало лучше. По крайней мере, до тех пор, пока отголоски успокаивающего запаха Чонгука не начали ускользать. Занятие дошло до середины, группа уже отрабатывала выученную связку, и Чимин упорно двигался в такт музыке, игнорируя, что тело покрылось непривычным количеством пота, а тревожное состояние его омеги начало возвращаться.       Но во время очередного движения ноги подкосились, и омега упал на пол.       — Чимин, что случилось? — воскликнул находившийся рядом Хосок, сразу же подбегая к другу и пытаясь помочь ему встать.       — Всё хорошо, — попытался уверить Чимин, пошатываясь от головокружения. — Просто запнулся.       Кажется, ему никто не поверил: музыку остановили, а преподаватель подошёл к Чимину, прикладывая ладонь к его лбу.       — Боже, ты весь горишь, — сказал старший, не замечая, как омега морщится от прикосновения. — Тебе стоит сходить к врачу.       Чимин запаниковал, пытаясь устоять на ногах.       — Нет, я не могу пропускать занятия. Отчётный концерт совсем скоро, — забеспокоился он. — Я просто отдохну пару минут и…       — Чимин, ты не в состоянии продолжать, — перебил его преподаватель. — Отдохни сегодня. Я уверен, ты быстро наверстаешь пропущенное.       Омега не знал, что делать, и искал поддержки в глазах Хосока.       — Чимин-а, тебе правда стоит сходить к врачу, — сказал тот, ободряюще поглаживая друга по плечу. — Давай я провожу тебя до кабинета.       — Нет-нет, я не настолько слаб, — тут же ответил Чимин, аккуратно высвобождаясь из хватки беты и направляясь за своими вещами.       — Ты уверен?       — Да, — Чимин выдавил улыбку, выскальзывая из танцевального зала. Он сам пропускал занятие и не мог позволить, чтобы Хосок оказался в таком же положении. — Хорошей тренировки.       Дверь захлопнулась, и омега оказался в пустом коридоре. Воздух здесь казался свежее — не заполненный феромонами и потом, — и это немного проясняло голову. С ним явно было что-то не так, но мысль о кабинете врача встречала сопротивление со стороны омеги. Поэтому на еле гнущихся ногах он пошёл в направлении единственного места, где действительно хотел оказаться.       Путь от танцевального корпуса до научного обычно занимал не больше пяти минут, но, учитывая его состояние, он понимал, что теперь отнимет намного больше времени, и решил сократить путь через улицу. Тем более мысль о свежем воздухе только радовала.       Оказавшись на залитой солнцем улице, Чимин вздохнул с облегчением, ощущая, как ветер обдувает разгорячённую кожу, а лёгкие наполняются свежим воздухом. Кажется, в теле стали появляться силы, чтобы ускорить шаг, чему не мог не радоваться его омега, желавший поскорее оказаться рядом со своим альфой.       Но мечты прервал грубый голос:       — Пак, выглядишь неважно.       Чимин в очередной раз за день закатил глаза.       Утром он думал: как этот день может стать ещё хуже? Да, определённо может.       Нехотя он остановился, повернувшись к назойливому альфе.       — Какой ты наблюдательный, — саркастически ответил омега. — Если это всё, что ты хотел сказать, то с радостью позволю тебе наконец отвалить от меня.              Вониль оттолкнулся от стены, на которую лениво опирался, и медленно направился к Чимину.       — Ты стал слишком дерзким, — сказал он. — И я уже говорил: пора вспомнить, как себя ведут хорошие омеги.       — Тебе пора вспомнить, что мы давно расстались и то, как я себя веду, тебя никак не касается, — ответил Чимин, непроизвольно пятясь.       Вониль не прекращал наступление, пока Чимин не оказался у стены и между ними не осталось мизерного расстояния.       — Ты про то, что сбежал от меня, а после решил испортить мне жизнь? — с недоброй улыбкой спросил Вониль.       Липкое ощущение тревоги и подчинения, от которого он так упорно избавлялся, начало возвращаться. Спина Чимина уже давно упёрлась в стену, и он не имел возможности увеличить расстояние.       — Ты сам не отпускал меня, — отчаянно оборонялся омега.       Вониль усмехнулся, ближе придвигаясь к дрожащему телу.       — Ох, Чимин-а, и поверь, я никогда этого не сделаю, — начал он, находясь в опасной близости к шее омеги. — Ты правда думал, что твои жалобы смогут повлиять на моё отчисление из университета? — спросил он, ухмыляясь нервной реакции Чимина. — Кажется, тебе было очень хорошо без меня... Расцвёл, сияешь ярче солнца и даже запах слаще стал, — прошипел он, сопроводив слова обжигающим прикосновением носа к запаховой железе Чимина. — Кто-то так хорошо тебя трахает?       Чимин всхлипнул от смешавшегося чувства тревоги и отвращения к ядовитым словам и прикосновениям альфы. Казалось, ноги приросли к земле, а тело сжалось в комок.       — Тебя это не касается, — сквозь зубы проговорил он, впиваясь пальцами в плечи Вониля, чтобы оттолкнуть его.       Альфа заливисто рассмеялся, не сдвинувшись с места ни на сантиметр.       — Может, меня и не касается, но что об этом скажет, допустим, ректор? — состроив задумчивое выражение лица, спросил он. — Новый успешный профессор и его же студент. Прямо в стенах университета, буквально на глазах у всех.       Глаза Чимина распахнулись в шоке, гнев забурлил под кожей, омега оскалилась.       — Кто тебе поверит?       — Да, ты прав. Кто поверит студенту, замешанному в деле о насилии? — наигранно невинно рассуждал Вониль. — Но есть один омега, который уж очень хочет, чтобы профессор Чон обратил на него внимание.       — Он знает? — спросил Чимин, кажется, начиная сопоставлять странное поведение Минхо сегодня утром с этой ситуацией.       — Пока нет, но почему-то я уверен, что он будет только рад помочь мне в этом деле.       — Зачем тебе это?       Наконец полностью оторвавшись от шеи Чимина и глядя прямо в глаза омеги бешеным взглядом, Вониль сказал:       — Потому что ты решил, что можешь испортить мне жизнь и отделаться от меня, — он протянул руку к волосам омеги и намотал прядь светлых волос себе на палец. — Я дал тебе возможность поверить в это, но, увы, твоё время истекло.

***

      Это должна была быть обычная лекция.       Чонгук стоял на привычном месте, рассказывал материал, осматривал аудиторию и ловил растерянные взгляды студентов, пытающихся познать физику.       Но что-то внутри не давало покоя. Обычно спокойный волк сейчас царапал грудную клетку изнутри, непрестанно подвывая и беспокойно расхаживая из стороны в сторону, не давая хозяину сосредоточиться на работе. Заученный до дыр материал стал путаться в голове, заставляя профессора запинаться и брать долгие паузы.       Студенты обеспокоенно перешёптывались, с излишним интересом поглядывая на профессора.       Галстук начал душить, буквально впиваясь в кожу. Пульс участился, свидетельствуя, что волчья часть берёт верх. Испугавшись возможных последствий, Чонгук сообщил студентам о плохом самочувствии и отпустил их задолго до конца лекции.       Быстро собрав вещи в сумку, альфа дождался у выхода, пока все студенты покинут помещение, нервно дёргая галстук. Когда кабинет наконец опустел, он двинулся в сторону преподавательской, надеясь успокоиться там. Но чем ближе он подходил к кабинету, тем сильнее бушевала кровь в венах, а волк сильнее вцеплялся в грудь. Наконец сорвав мешающий галстук с шеи и чувствуя, как глаза начинают краснеть, Чонгук с ужасом осознал, что альфа внутри не оставляет ему выбора, неизбежно забирая контроль. Ноги сами понесли его в неизвестном направлении, всё дальше удаляясь от преподавательской; дыхание сбивалось, клыки выступили, будто готовясь к драке.       Ничего не понимая, он оказался на улице, уловив еле ощутимый персиковый аромат, который в отличие от привычной сладости сейчас был пропитан горечью. Чонгук удивился, как его альфа смог почувствовать Чимина.       Омега выглядел неважно сегодня утром, но профессор решил не донимать его вопросами на глазах у остальных студентов, ожидая, что они смогут поговорить вечером. И как же Чонгук ругал себя за то, что позволил отпустить расстроенного Чимина.       Запах всё усиливался, ударяя в нос, но одновременно смешивался с противными металлическими нотами.       И вот Чонгук оказался там. Его глаза полностью вспыхнули красным свечением, в горле поднималось раскатистое рычание. Его Чимин был зажат каким-то альфой, который бесстыдно склонялся над ним, пытаясь получить доступ к запаховой железе омеги. Этой картины оказалось достаточно, чтобы Чонгук рванул с места, сшибая альфу с ног.       Чимин удивлённо ахнул, в его глазах плескались слёзы, руки нервно дрожали. Профессор в то же мгновение оказался рядом с омегой, растерянно держа руки в воздухе, не зная, может ли прикоснуться. Но, похоже, омега сам нуждался в этом — он нырнул в объятия больших рук, и из его горла вырвались всхлипы, а рубашка на груди Чонгука пропиталась влагой.       — Что он с тобой сделал? — вырвалось рычание из горла Чонгука.       Чимин сжался, ещё плотнее прильнув к груди альфы, кажется, не в силах говорить.       Чонгук повернул голову к растерянному альфе, распластавшемуся на асфальте. Кроваво-алые глаза прожигали парня, в голове всплывали возможные варианты расправы, пока вдалеке не послышались голоса. Группа студентов шла по территории кампуса, заинтересованно глядя в сторону разворачивающейся картины.       — Неужели вы разгуливали по университету в таком виде, профессор Чон? — натянув на лицо нахальную улыбку, спросил альфа.       Чонгук дёрнулся в его сторону, но в то же мгновение был остановлен маленькими ладонями, вцепившимися в плечи.       — Не надо, — слабо прошептал омега. — Он провоцирует тебя.       Чонгук перевёл взгляд на Чимина, утопая в заплаканных глазах. Прикосновения омеги и начинающий успокаиваться запах привели альфу в чувства. Гнев постепенно уступал место беспокойству, зрение прояснилось, клыки больше не царапали нижнюю губу.       Чонгук обхватил ладонью щёку Чимина, медленно проводя большим пальцем по нежной коже в успокаивающем жесте.       — Он ничего тебе не сделал? — уже спокойнее спросил альфа, заглядывая в блестящие глаза.       — Нет, ты оказался здесь вовремя, — ответил Чимин, после чего нуждающе уткнулся в сгиб шеи и плеча Чонгука.       Кожу альфы обжёг жар чужого тела, и он приложил ладонь ко лбу омеги.       — Ты горишь, — пробормотал Чонгук, только сейчас ощутив, насколько горячим казался омега и что его одежда пропитана потом.       В порыве ярости он не заметил этих признаков, желая лишь оградить своего омегу от опасности. Но персиковый запах сейчас казался особенно сильным, и как только омега оказался в объятиях Чонгука, он начал приобретать сладкие ноты.       — Чёрт, — пробормотал Чонгук, осматриваясь по сторонам и заметив, что вокруг никого нет.       Течка.       Он попытался отстраниться от Чимина, чтобы наконец увести его отсюда, но омега жалобно заскулил, плотнее прижимаясь к тёплой груди.       — Чимин-а, нам нужно уйти отсюда как можно скорее, — попытался вразумить его Чонгук, но омега лишь смотрел на него мокрыми глазами, уткнувшись подбородком в грудь альфы. — Обещаю, я не оставлю тебя. Просто сходим за вещами и поедем домой.       Эти слова, кажется, заставили Чимина задуматься. Похоже, он был не в восторге от мысли оторваться от альфы, но вторая часть обещания звучала слишком заманчиво, поэтому он с большим нежеланием разжал руки и с лёгким поскуливанием оторвался от Чонгука.       К счастью, занятие ещё не закончилось и коридоры пустовали, тем более в преподавательском крыле никогда не было особо многолюдно. Чимин послушно следовал за Чонгуком, не отходя далеко, но и сдерживаясь от желания повиснуть на альфе, в замен получая подбадривающую улыбку профессора. И наконец, оказавшись в преподавательской, он вернулся в объятия альфы.       На самом деле Чонгук никогда не знал, что его выдержка настолько сильна. Его буквально окутывал аромат райского персикового сада, заманивающий вкусить запретный плод, но альфа лишь стоически поглаживал спину омеги одной рукой, в то время как другая собирала все необходимые бумаги.       Чимин извивался в его объятиях, тихо постанывая и покачивая бёдрами, давая альфе понять о своём возбуждении и о том, что течка набирает обороты.       Наконец убедившись, что всё собрано, альфа подцепил подбородок омеги, поднимая его голову. Не удержавшись, он оставил на манящих губах лёгкий поцелуй, собираясь с силами.       — Ну что, поедем домой?