Не время умирать

«Я был готов любить весь мир, но он меня не принимал и я учился ненавидеть».

***

Он был готов вновь помогать людям.

Физически.

Но не морально.

Мысли о ней не покидали голову. Он проклинал себя в мыслях за те слова отрицания его чувств к ней и даже сам себя был не в силах оправдать.

Он был истощен, но не сломлен.

Всем людям присуща некоторая пустая надежда, на то чего уже нет. Особенно, по отношению к тем, кого мы любим.

***

До поезда оставалось пару часов. Но Левин никак не мог заставить себя встать с кровати, даже покурить. Он лежал на растрепанной кровати и пытался перестать думать. Мысли о ней не покидали его. И не только в плане личных взаимоотношений но и в профессиональном ключе. Ибо он понимал, что ситуация сложная. Он очень рискует. Ведь очевидным фактом являлось, что когда экстрасенс морально истощен, любая черная сила, которой он будет противостоять, способна уничтожить его. И ему придется оправляться годы, а то и вовсе внезапно умереть. Он не считал нужным посвящать в подобные риски людям. Он считал правильным сделать то, что должен. Помочь, чему бы это ему не стоило. Равной по силе была ему только одна. Единственная и неповторимая Ангелина Юрьевна. Та самая недоступная, железная леди. Которую он знал совсем с другой стороны. Тот самый Ангел, который оберегал его многие годы, своими огромными, пушистыми и колючими крыльями, которые с годами хранили в себе столько шрамов и боли. Они оберегали ее от невзгод, ее личная защита. Ее крепость, которую видел только он. Остальным же, только и удавалось считать ее модель поведения за казалось бы очевидную Истину - не приступная леди, которая точно в жизни знает, чего хочет. Которой не нужен никто. Но он знал, что нужен ей. И сам не понимал, зачем продолжал делать ей больно. Камера? Фанаты? Общественное мнение? Собственный образ и самомнение? Уже ближе к правде, но он не был уверен уже ни в чем. Оставалось только держать лицо для других. Показывать, давать интервью, давать то, за что не получится зацепиться. И даже допустить мысль, что в его жизни что-то может быть не так. Единственное, в чем проболтался. Это в той женщине, с испытания. Сказал дурак, в отдельном эфире, что с ней ничего не было и быть не может. Хоть и на экране демонстрировал другое. Проебался. Это интернет, тут все на распашку. Но следом мысль, а может до нее дойдет, она не подумает что я с ней, что я бабник. Что думаю о ней. Бред. Слишком много я наворотил. С виду мудрец, а на деле беглец и бесстыдный лжец. Из мыслей Максима вырвало сообщение от парня из той деревушки, мол «Здраствуйте, всё в силе? Не смог дозвониться. Я встречу вас на станции. Я думаю вам будет комфортно переночевать и отдохнуть в отеле, я снял вам номер. Надеюсь, вам не будет чужда моя инициатива. Жду звонка.» На лице Максима читалась усталость, но он себя не жалел. Подумал, это мое ремесло, оно должно переключить меня от этих мыслей. Он сел на край кровати. Ну и бардак. Сразу видно, холостяцкая берлога. Надо собираться и в путь-дорогу. Поезд ждать не будет. Он не человек. Невольно вспомнились слова Гели, переделанные на собственный лад « Не время умирать, мы еще повоюем»…