Gift.

      Вечеринка в честь дня рождения Ли Джордана, и ещё тому, что он стал работать комментатором по квиддичу уже официально, была тем ещё праздником. Люди поздравляли его, говорили, что он достоин этого, и все ждали этого дня. Ли принимал поздравления, иногда выпивал со своими друзьями, с которыми он не виделся долгое время. После войны много что поменялось, многие люди не могли найти себе место, некоторые ходили к мозгоправам, а у большинства погибли родственники. Повода собраться всем попросту не было. Трагедия сплотила, но также заставила смотреть друг на друга как на ту трагедию. Но этот праздник заставил на один вечер вспомнить те беззаботные вечера в гостиной Гриффиндора, когда единственная проблема была подготовка к СОВ, а всё было окружено беззаботной молодостью. Ли был радостный, на секунду, всего на секунду (ведь после войны вся жизнь стала как одно мгновение), все стали обычными людьми, что обучались друг с другом. Но Ли ожидал немного другого от конкретно одного человека. Он словил Джорджа взглядом, который что-то сказал Фреду. Фред лишь щелкнул пальцами и удалился, а Джордж направился к нему. Джордж, который всё также улыбался, но лишь слегка отрастил волосы. Он скрывал своё ухо, которого теперь не было. Фред, который остался без глаза, относился к этому чуть спокойнее, и шутил, хотя в здоровом глазу оставался осколок той боли. Тот самый осколок, который и прилетел в тот вечер ему в глаз.       — Поздравляю тебя, — сказал Джордж, а в его глазах был тот самый огонёк. Тот самый, который Ли обожал. Уизли схватил Ли за плечо, и повёл в сторону, оглядывая людей. Парочку их бывший однокурсников обернулось, но они быстро отвели взгляд. Со школы закрепилось, что Джордан и Уизли лучшие друзья, так зачем их беспокоить? — Пошли?       — С удовольствием.

***

      От остальных людей их отделяла дверь, которая была закрыта на ключ, чтобы никого случайно не впустить. Они целовались нежно, вернее, Джордж его целовал. С улыбкой такой коварной, в глаза смотря. Иногда то отстраняясь, то снова возвращаясь в поцелуй, довольно покусывая нижнюю губу Джордана. Даже целовался он не как адекватные люди. Он игрался.       — Ли, ну ты ведь с самого начала знал, какой мой подарок? — и хмыкнул, опустив на мгновение свой взгляд на пах Ли, а после вновь подняв на лицо. Ли был значительно ниже Джорджа, из-за чего сначала было не понятно, куда конкретно Джордж смотрел, но выражение лица Джорджа не оставляло сомнений в его грязных мыслях.       — Конечно. — Ли же улыбнулся, погладив по шее Джорджа своей рукой, большим пальцем проводя по мочке уха. Это всегда заставляло Джорджа сгибаться в коленях, и всем телом резко вздрагивать, будто током ударило по телу. Но Ли не мог не отвлекаться на шум, хоть перед ним и стоял этот рыжий придурок, что дьявольски улыбался. Дверь лишь немного заглушал шум. Интересный контраст, когда Джордж тяжело дышит тут от прикосновений, а Фред веселит толпу, крича о "великом комментаторе Хогвартса". — Он ничего не заподозрит?       — Я ему сказал, что у нас личный разговор, — будто даже неохотно сказал Джордж. — Дал слово не лезть. — он подставил свою шею, чуть выгибаясь. Джордж ненавидел, когда Ли думал о чём-то другом, и всегда начинал вести себя более... Активно. — Я готовился сегодня, так хотел тебя снова ощутить везде, ты бы знал. — Джордж вновь взял инициативу на себя, по-другому он и не умел в прелюдиях. Его не смущало, что обычно он являлся "пассивом". Что значит быть пассивом? Спокойно принимать? Джордж бы плюнул такому человеку в лицо, ибо это самое унизительное, что можно услышать. Он опрокинул Ли на кровать, забираясь на него, садясь на паховую область так, чтобы ему упиралось прямо в зад. Он всегда так делал, это его любимая поза. Показывает, что "ты можешь быть внутри меня сколько захочешь, но правила тут задаю я." — Мне хотелось подарить тебе всего себя.       — Джордж... — у Ли в горле в моменте пересохло. Он всё ещё не привык к тому, каким активным был Джордж, и каким открытым в этом плане. Хотя, что уж, он и в сексе очень громкий. Тут нужно будет точно ему рукой рот прикрыть, иначе кто-нибудь обязательно услышат эти стоны. Джордан не то чтобы стеснялся, если бы Джордж всё ещё не боялся рассказать об отношениях, он бы так не переживал. Но Джордж боится. Удивительно, да? Но Уизли, несмотря на всё бунтарское снаружи, внутри очень боялся. И не семью, не друзей, а конкретного человека. Фреда Уизли. Но сейчас не нужно об этом думать, Джордж не любил, когда Ли так отвлекался (один раз Ли так задумался, что Джордж просто взял и начал кусать его шею). — И что ты хочешь первым?       — Всё. Всё, что ты хочешь — я сделаю. Я хочу с тобой всё на свете. Хочешь, отсосу? С удовольствием! Хочешь, просто подрочу тебе? Я это сделаю! А хочешь, буду прыгать на твоём члене? Я уже готов! — Джордж стал ёрзать сильнее. — Всё на свете. Просто скажи, что мне сделать.       — Я хотел тебя сегодня... Связать.       Возникла пауза. И в глазах Джорджа на мгновение появилась паника. Всего мгновение, но следом глаза загорелись новым огнём. Более ярким, чем было "до".       — Серьёзно?! Ох, я думал, ты никогда не предложишь! — если бы у Джорджа был хвост как у собачки, он бы сто процентов им вилял уже во всю. Джордж улыбнулся шире, вытягивая свои запястья. — Давай! Я хотел этого!       — Можешь помолчать хотя бы пять секунд? — Ли чуть покраснел, начиная искать наручники, а Джордж лишь закивал послушно. Холодная сталь сцепилась на запястьях, тонких, словно стрелки часов. — Слезь. Они сцепляются и на ногах.       Джордж закатил глаза и слез, послушавшись. Ли взял его ноги, притянул, и лодыжки сцепились друг с другом. Джордж теперь лежал, довольно щурясь на Джордана.       — И что ты будешь делать со мной, папочка? — намеренно Джордж простонал это, делая голос высоким. А далее выгнулся в спине, намеренно показывая через футболку свой впалый живот, и закусывая нижнюю губу. Он обожал. Так глупо шутить, так пошло... Но так, чтобы Джордан терял дар речи.       — Джордж, заткнись. Иначе...       — Иначе ты запихаешь свой огромный член в мой маленький ротик, из-за которого я постоянно захлёбываюсь? — Джордж проговорил быстро, наклонив голову набок. Ли на мгновение не мог сделать и вдоха. — Что я начну кашлять от него, даже когда он наполовину даже не вошёл, и я могу лишь извиваться, пока ты держишь мою голову, вдалбливаясь в него? Давай, я хочу его полностью.       У Джордана задергался глаз, и он приказал чуть хрипло:       — Наручники, посадите его на колени.       Наручники потянули Джорджа, и сначала были руки, которые мигом потянули Джорджа вверх, но и ноги не отставали. Они уложились в две секунды, и Джордж сидел на кровати на коленях. В глазах Джорджа была паника. Всегда всего на одну секунду. Он любил и ненавидел эту уязвимость, она заставляла его сердце биться еще сильнее, и не понятно от чего. Это напоминало ему войну. Та же беспомощность, но теперь она не в руках Пожирателя, а в руках того, для кого ты был бы готов отдать свою жизнь. Паника отступала только из-за этого. И слово, которое всегда было в голове. "Пожиратель", и щелчок пальцев, когда рот занят. Красные флаги, которые Джордж использовал крайне редко, но которые были. Только из-за Ли.       — У нас же не БДСМ, ну Ли! Ты не перегнёшь! — тогда сказал Джордж, закатывая глаза недовольно. Этот спор он не забудет. Они были в квартире Ли после тяжёлой смены в магазине. Мозги уже трахнули бумаги, которые надо было заполнять, а он хотел быть просто трахнутым, но Ли заладил со своим:       — Джордж, стоп-слово нужно на всякий случай. — и этот диалог длился ровно час. Ровно. Могло закончиться раньше, если бы Джордж не был бы злым из-за магазина, и не таким упрямым. Но теперь есть стоп-слово и жест. Только из-за упрямости Ли.       — Раздвиньте его ноги. — "Чтобы если у меня встанет член — я не мог помогать себе бедрами, и чувствовал лишь ткань", пронеслось в голове Уизли, и ноги его послушно раздвинулись. Ли сразу переместил свой взгляд туда, но моментально поднял на живот, который был более виден.       Футболка всё-таки была не на тот размер, но что уж поделать, на рост 190 тяжело искать нужный размер. — Поднимите его руки, — наручники послушно потянули руки Джорджа вверх. Джордан смотрел на тело, и чуть приподнял футболку Джорджа. Он не трогал, а любовался. — У тебя выделяется талия, ты знал?       — Говорил это в первую нашу ночь. Ты потом на мой живот кончил. — Джорджа всегда это возбуждало. Возбуждало то, как Ли это делал так изучающе, будто бы Джордж был самым ценным объектом, который он искал годами. Ли трогал лишь подушечками пальцев, спускаясь вниз к торсу, отстраняясь моментально, заставляя всё тело вздрогнуть. Особенно Ли обожал визуально смотреть на пах Джорджа, когда он возбужден. Джинсы не скрывали этот бугорок, который уже стоял полностью, но не мог найти свободы из-за ткани. Ширинку лишь немного расстегнул, но Джордж знал, это ошибочная ловушка. Свобода есть, но он всё ещё заперт в своём разрешении, пока Ли не надоест. Джордж поднял свой взгляд, посмотрел на грудную клетку и самостояльно приподнял футболку, из-за чего холодный воздух заставил его втянуть живот сильнее, и покрыться мурашками. С рёбрами Ли игрался по-разному. Проводилил ногтями, а иногда и соски сжимал. Уизли не был особо чувствителен в этом месте, но когда это делал Ли своими пальцами, то хотелось кончить только от этого. А Джордж мог лишь кусать губы, тяжело дышать и стонать. Особенно, когда его зад сжимали две руки, прижимая ближе к себе. Джордж ощущал беспомощность, но такую приятную, что мозг мог отключиться и просто наслаждаться от рук. Рук, которые могли оставлять синяки на боках, шлёпать по заду, сжимать шею, но эти же руки после гладили, обнимали и нежно проводили по тем местам, где были укусы и синяки. Любящие руки, которые достались исключительно Джорджу.       — А теперь, наручники, опустите его лицо к моему паху. — Джордж сглотнул, и его руки потянулись вперед. Прямо к ширинке джинсов. Пах упирался ему в лицо, а он мог лишь смотреть. — Открой ротик, Джорджи. Ты ведь умеешь работать с ширинкой, — Джордан расстегнул только пуговицу. — Вперёд.       Джордж послушно открыл рот, зацепив зубами ширинку, начав тянуть вниз. Внутри всегда сжималось в узел от таких моментов. От сексуальности Джордана, от унижения, и того, как гордость топчется на глазах. И самое ужасное, что Джорджу это нравилось до потемнения в глазах. До того, что член уже ныл от желания кончить. Вот настолько он любил это. Настолько любил, когда с ним это делал именно Ли.       Он зубами стянул джинсы, а после и резинку боксёров. Член послушно качнулся перед его лицом, не столько длинный, сколько большой. Такой, что когда он в первый раз попытался взять его в рот, его челюсть свело только на головке. Но член тогда встал моментально у Джорджа от мысли, как он поместится... Внутри. Он помнит то, как дрочил в первый раз член Ли, и в фантазиях было всё прозаичнее. Джордж сейчас, уже на опыте, открыл рот, но его схватили за волосы на затылке. Опасная зона, та зона, где Джордж уже воет как сучка, ибо она излишне чувствительная. Он вскрикнул, жалобно смотря в глаза Ли.       — Рано. — и Джордан взял свой член в руку, утыкаясь в губы Джорджа головкой, а после проводя им по его щеке, чуть похлопав. — У тебя красивая кожа, — прошептал Ли, наслаждаясь этим видом. — Ты уверен, что готов, что твой рот сегодня будет трахнут? Я же могу, с удовольствием. Но ты потом будешь...       — Да!.. — Джордж выгнулся чуть в спине. Он звучал не то, чтобы жалобно, скорее... Просяще. Как если ты сделал какую-то большую домашнюю работу, и хочешь, чтобы преподаватель уже сейчас её проверил. — Я хочу! Ли, я очень тренировался, я разминался для этого, я очень хочу...       — Хорошо.       Ли взял из прикроватной тумбочки оральную смазку. Это была любимая Джорджа, не слишком сладкая, но и не навязчивая. И Ли её любил, ибо скользила она потрясающе. Ли смазал несильно, столько, сколько они любили. Немного, чтобы Джорджа не вырвало от вкуса, и достаточно, чтобы движения были удобны для них обоих.       Ибо они помнят на горьком опыте, как один раз так смазали, что Джордж потом блевал в туалете, а Ли держал его волосы. Джордж тогда плакал от перегрузки. Но это останется в другой истории. Джордж послушно открыл рот, и в него вошли, потянув волосы вперёд. Сначала несильно, чтобы Джордж смог привыкнуть и спокойно дышал через нос. Потом, входя всё глубже, Джордан следил за тем, какие звуки издает Джордж. Если сильно громкие, то значит, что ещё рано так быстро и глубоко. Если тихие, значит Джордж сейчас кончит только от этого уже сейчас. Джордан прекрасно понимал сигналы. Просто идеально. В одно мгновение Джордан вынул член изо рта любовника, и посмотрел ему в глаза.       — Всё в порядке, детка? — он погладил по щеке, отпуская волосы, вытирая смазку.       — Д... — Джордж заикнулся. Он ненавидел, когда заикание появлялось во время этого, ибо это было слишком интимно. И значит, Джордж потихоньку сдаётся в руки Ли, показывая свою чувствительность. Он закрыл глаза, приходя в себя, тяжело выдыхая. — Да, я...       Ли вытер слезинки Джорджа указательным пальцем, которые возникли из-за дискомфорта в горле и рвотного позыва.       — Мы можем прекратить.       — Нет. Пока я не смогу ощутить твой член прямо у себя в глотке и ты не кончишь — мы не прекратим. Я высосу тебя досуха. — Джордж ухмыльнулся самодовольно, возвращая прежний настрой, а Ли усмехнулся, снова упираяя Джорджа в член.       Процесс восстановился. Джордан продолжал трахать Джорджа, наслаждаясь буквально всем. Он двигал головой Уизли, он управлял им. Он задавал темп и глубину. Всё, что оставалось Джорджу — соглашаться или нет, и Ли всегда знал, что его послушаются.       Уже через минуту, как горло Джорджа расслабились, как движения стали более глубокими... На несколько секунд Джордж ощутил член у себя в горле, а его нос утыкался в небритый лобок. Он смотрел снизу вверх, чуть выгнувшись вновь в спине, вдыхая запах Джордана (что было очень сложным, и почти болезненным из-за члена в горле). Он не мог нормально дышать, член перекрыл дыхание, из-за чего тело стало вздрагивать. Член вынули, пока по щекам не начали течь слёзы. Джордж выглядел жалко и сексуально. На его языке сейчас лежала головка члена, по щекам текли слёзы, но он настырно смотрел в глаза Ли. Он понимал, как Джордан сходит с ума от такого вида Джорджа. Движения длились еще недолго, пока в рот Джорджа не кончили. Джордж захлёбывался, но принимал всё, глотая. Член вынули наконец-то изо рта. Джордж откашлялся, опуская голову на простыню, утыкаясь лбом, восстанавливая дыхание.       — Ли... — прошипел он хрипло. Дыхание хоть и восстановилось, но в горле по прежнему першило. Джордж понимал, это как минимум на сутки (можно оправдать тем, что заболел... Дай Бог, чтобы кто-то поверил в эту сказку). — Ты такой... Вау...       — Да, спасибо, ты каждый раз это говоришь, — Ли погладил Джорджа по голове, проводя по рыжим локонам, из-за чего снизу издался неровный стон. — Первый комплимент, что ты мне сделал после секса, это то, что у меня большой член. — Джордан неловко усмехнулся. — Дыши, детка. — Джордан наклонился. Он взял Джорджа за подбородок, приподнял и начал целовать в губы. Вкус спермы и оставшейся смазки скрашивали поцелуй, они обожали это. Ли никогда не понимал людей, которые не целуют своих любимых после оральных ласк, ведь в этом всём и был кайф. Джордж улыбался в поцелуй, и вновь кусал за нижнюю губу, чуть оттягивая. — Игривый ты какой, кис.       — Прекрати придумывать мне милые прозвища... — Джордж недовольно фыркнул. — Ты портишь мой имидж.       — А когда твой рот трахают — имидж не портится?       — Ну знаешь ли, — Джордж вновь прокашлялся. В горле осталось это ощущение заполненности от члена, и вкус спермы, к которой он всё ещё не может привыкнуть. Но хотя бы блевать не тянет больше, что удивительно. — Нет! Потому что... Я не могу случайно взять твой член в рот прямо на людях, а ты случайно оговориться и сказать "детка", "кис", "котик" и "солнце" — можешь.       — Ну вообще-то ты мне как-то отсосал, когда я на пересдаче был.       — Ой, да они всё равно ничего не заметили, у нас парты такие, что там не видно было!       — Не было, но я с трудом писать что-то мог. — великая дискуссия в магической Британии. Наверное, её можно было бы записать в историю. Джордан слышал выражение "Тарантиновский диалог" и, наверное, оно тоже туда бы пошло. Ли улыбнулся, увидев, что Джордж пришёл в норму и его взгляд перестал быть таким затуманенным. — Поэтому, мой любимый рыжий котик, не шипи и не кусайся. Я просто люблю говорить нежности. — он поцеловал Джорджа в шею, а после под ухом, где и было ещё одно слабое место Уизли.       — Буду кусать... — Джордж закусил нижнюю губу. — Я потом всю твою шею искусаю так, что ты завоешь, и придётся еще больше искать тонального крема... Или снова свитера надевать. А сейчас это невыгодно, сам же знаешь.       — У меня ещё есть тоналка, но тебе не дам свою шею, — Ли сильно укусил Джорджа за шею. — Зато твоя шея вся покраснеет...       — У меня кончилась, так-то...       — Ну, ты креативный, будешь придумывать оправдания. — Джордан довольно улыбнулся и отстранился, поднимаясь с кровати. — Наручники, коленно-локтевую.       Джордж с небольшим вскриком наклонился, а наручники послушали приказ. Уже мгновение, и он в этой позе, пока Ли наблюдал за ним довольно.       — Ты такой возбуждённый, — Ли усмехнулся, увидев большой бугорок в джинсах. Он смотрел на то, как футболка показывала впалый живот Джорджа. — Бля, я не могу, только от твоего живота я кончить готов.       — У тебя, кстати, остались те фотки? — Джордж опустил голову, уткнувшись лбом в простыню снова. Самое для него удобное положение в такие моменты, хотя шея всё-таки слегка ныла.       — Естественно. Ты как думаешь, на что я дрочу, когда мы долго не видимся? — он усмехнулся, проходя сзади, смотря на Джорджа, наслаждаясь этим видом. — А у тебя?       — Только на это и сую в себя пальцы.       — Ты серьёзно? — Джордан прыснул. Он знал, что скорее всего это шутка, но кто знает этого извращенца?       — Блять, это ты превратил меня в похабную сучку, не осуждай.       — Не я превратил. Это ты, пьяный, своим задом мне в пах упирался, шепча то, что хочешь меня.       — Я был пьяный.       — Я тоже, если что. И ты ещё удивился, что я прижал тебя к стене, и стал имитировать толчки.       — Я удивился тому, что... — Джордж только сейчас понял, что с него приспустили джинсы с боксерами, а во вход стал упираться палец. Он уже растянул себя ранее, за час до выхода на "вечеринку", но Джордан никогда не жалел смазки на всякий случай. — тому... — продолжил Джордж, ибо хотел поспорить, но тяжело это делать, когда тебя растягивают. — что ты, блять... Зажал мой рот и стал шептать, какая я шлюха...       — Ну, извини, а в чем я не прав? Ты шлюшка, но только в моих руках. Разве не так? — Он двигал пальцем свободно, так что решение добавить второй пришло достаточно быстро. — Ты ведь всегда становился таким. Когда мы остаёмся наедине, ты специально мне свой живот показываешь, делая голос чуть выше, выдыхая мне на ухо моё имя. Наедине. Заметь, даже при Фреде такое не позволяешь.       — Фред... — Джордж чуть визгнул от движений. Но он знал, что не сможет кончить, пока разрешения не даст Джордан. Это была его игра. Повезло, что он умел контролировать себя в такие моменты. — Он убьёт нас, когда... Узнает...       — Ставлю десять галеонов, что он в курсе, просто не говорит.       — Ли! — и голос его сорвался на визг, когда пальцы резко двинулись внутри. К ним добавился третий.       — Сам посуди. Он всё о тебе знает. И он не дурак, понимает, что некоторые вещи тяжело рассказывать.       — Мы ему уже два года не говорим, что мы пара...       — Мы просто не хотим, чтобы он думал, что от этого что-то поменяется... — Джордан вынул пальцы. — Расслабься. Он всё понимает. — на что Ли безусловно надеется. Он встал на колени, взяв свой полувставший член в руку. Чуть надрочив его, он приставил его к входу. — Готов, детка?       — Я... Да.       И Джордан вошёл. Секс обещал быть долгим, ибо ранее Джордан уже кончил. Джордж понятия не имел, сколько это продолжится, но член Джорджа уже просил о любом внимании. Анал растягивался медленно от члена, в глазах всегда в такие моменты появлялись звезды от легкого дискомфорта, но смазка и растяжка создавали приятное ощущение заполненности.       Все мысли о Фреде, о семье, о любой вещи пропали, когда член вошёл до конца. Он нервно улыбался в такие моменты, тяжело выдыхал, пальцы на ногах сжимались, а дыхание сбивалось всё сильнее. Первый толчок. Джордж тяжело выдохнул в простыню. Второй толчок. Третий. Они были равномерные, медленный выдох, быстрый вход, заставляя Джорджа хрипло стонать в простыню. Но тут в него вошли до конца, и Ли куда-то потянулся. Ток ударил по всему телу, он стал дёргаться мелко, а на глазах навернулись слёзы. И тут он ощутил у основания своего члена холодок.       — Серьёзно?.. — Джордж проговорил это в простыню, но Ли идеально всё слышал. — Кольцо?       — Золотце, ты ведь обожаешь это. — и поцелуй в шею, нежный, пока в него снова вошли полностью. Давление было сильнейшим, так ещё и грубо сжимали волосы, отчего стон стал громче. Рот зажали, отпуская волосы. — Люблю тебя.       — Новое прозвище... — прошипел в руку.       — Заткнись.       И Джордж заткнулся. Слова больше не выходили, выходили лишь стоны и нечленораздельные слова прямо в руку, пока сзади двигались в грубом и глубоком темпе. В него буквально вбивали член, но Джордж обожал именно этот темп, когда он не мог даже и слова сказать. Он мог лишь стонать, мычать, тяжело дышать, пищать и скулить. Для Джордана это было высшая награда.       — Ты прекрасен... — шептал Джордан. — Я люблю тебя... Люблю, Джорджи... Мой котёнок.       — Ли... Ли... — всё, что мог отвечать он. Единственное слово, значащее для Джордана больше всего.       Темп менялся, иногда замедляясь, иногда ускоряясь. Иногда вовсе вынимая член, наслаждаясь видом. Мало кто понял бы любовь Ли смотреть на разработанный анал Джорджа, который сжимался, но оставался открытым из-за ранее сделанных действий. Он входил снова, и стон снова вырывался прямо в руку. Джордж уже не стонал, он хрипел и скулил. Он делал это достаточно хрипло, чтобы Ли мог отпустить его рот и вновь взять за волосы. Темп ускорился. Ли приходил к окончанию. Нечленораздельные звуки Джордж стал издавать более понятно. "Да", "Ли", "пожалуйста". Ровно семь минут это длилось, семь минут рая, как в той дурацкой игре. Ноги Уизли уже гудели, спина болела, но он наслаждался этим, желая и окончания, и чтобы это никогда не закончилось. Кольцо убрали.       Джордж кончил сразу, с именем на губах. Ли сделал ещё пару толчков, и кончил на спину. Наручники сняты были сразу, и они вдвоём легли без сил, тяжело дыша. Джордж обнимал Джордана и руками и ногами, стараясь восстановить дыхание. Этот кокон, который Ли обожал ещё со школьных временем. Тогда они впервые так обнялись, когда на шестом курсе напились, и уснули в таком положении. Фред впервые пошутил про "любовничков", а они ещё год отбивались от шуток. Никто не знал, да и они сами, как все были правы. Но то прошлое, покрытое мраком из-за войны, то прошлое, которое уже не имеет значения. То прошлое, а сейчас настоящее, где они любят, где обнимаются, где Ли берёт салфетки, вытирая спину Джорджа, пока он лишь покрывается мурашками.       — И я тебя... — Это всё, что ответил Джордж в тот вечер. Оно не нуждалось в пояснениях, Джордан знал. И гладил по голове, целуя то в ухо, которого больше нет, но Ли дал слово целовать это место, то в шею, то в щёку. Он знал, как Джорджу важно это. Важно показать, что он на самом деле любимый. Ли дал слово, что будет делать это каждый раз. И сдержал.       Но ему нужно было вернуться.       — Джорджи, я могу уйти?.. — прошептал на здоровое уже ухо он, поцеловав его. Джордж улыбнулся, приоткрывая один глаз.       — Вали уже... Я спать хочу, но подушку твою я заберу. — когда Ли вынурнул из объятий, то подушка сразу оказалась в клешнях Джорджа.       — Я скоро вернусь.

***

      Джордан вернулся на вечеринку в свою честь через час, после ещё недолгих поцелуев с Джорджем, объятий, шептаний, шуток и диалогов. Джордж решил всё-таки остаться спать на его кровати. Фред подошёл моментально, похлопав по плечу, а после с улыбкой радостной сказал:       — Надеюсь, Джордж хорошо тебя поздравил. — и его выражение было нечитаемое. Для всех остальных Джордж просто перепил.