this time you'll choose me

- Я вдруг вспомнил о Билли. Лукас потряс пачкой попкорна. Упаковка сильно увеличилась в размерах. Видимо парень только что достал ее из микроволновки, потому что комнату заполнил теплый аромат карамели. В животе Уилла заурчало. - Билли в бане. Мы нагрели его для активации молекул помните? Они были неактивны, прямо как зерна попкорна. Как клетки демо, которых убил Уилл. – Майк поддался вперед, выхватывая из чужих рук пачку попкорна. Лукас и бровью не повел. - Чтобы оживить тварь, нам нужно будет просто нагреть его. - Сделать из демо шашлык? – Хихикнула Робин, потягивая газировку через трубочку и, то и дело, бросая взгляд в сторону Баерса, на чьих коленях неожиданно появилась украденная пачка попкорна. Майк сидел рядом, пряча улыбку рукавом кофты. - Намного круче. Сквозь вышку вопля проходит 50 тысяч ватт. Оживим дохлого демо электричеством. Он очнется и вуаля: мы проникаем в его разум. Все переглянулись между собой, одобрительно хмыкнув. Даже Джойс выпрямилась, прекращая царапать свои запястья ногтями, чтобы унять волнение. Идея Синклера, безусловно, была гениальной и обнадеживающей. Попала точно в цель. Атмосфера в комнате изменилась- оживилась. Все явно ощутили этот призрачный проблеск надежды. Как теплый солнечный свет, струящийся между пальцев- теплый, невесомый. Уилл ощутил его тоже, поддаваясь непривычному спокойствию. Расслабился. Сейчас ему очень захотелось навсегда запечатлеть этот волнующий момент в памяти, а, может даже, и на бумаге. Выразить его множеством слоев краски. Использовать все цвета- такие же яркие, как чувства всех и каждого в этой комнате. Удивительно, как мало нужно для того, чтобы страх отошел на задний план? Пусть и не исчез с концами. Но он больше не дышал в шею, царапая кожу холодными конечностями. Может, это просто фантазия Уилла? Игра разума, чтобы хоть как-то привести себя в стабильность. Но Баерсу нравилось представлять, что все остальные так же чувствуют это непривычное, но, будем честны, точно умиротворённое ощущение в грудной клетке. Словно сейчас они все были далеко-далеко от этого кошмара. Воодушевлённые. Воздух больше не искрился от напряжения, а по коже не струился холодный пот от усталости. Лукас широко улыбался, явно собой довольный, на что Робин шутливо шлепнула того по бедру, возвращая с небес на землю. Эрика усмехнулась, касаясь кончиком пальца своих губ: явно рассуждала о чем-то. Мюррей лениво жевал шоколадный батончик, слушая Джойс в пол уха с явным скептическим выражением на лице. Она же, в свою очередь, активно дополняла план своими идеями, не замечая этого. Не в обиду Джойс, но создание планов никогда не были ее сильной стороной. А Уилл облизнул губы, наслаждаясь сладостью карамельного попкорна. Конечно, этим не наешься, но он был благодарен Майку за заботу, легонько соприкасаясь с ним коленками. - План хороший, безусловно, если бы…- Уиллер немного отодвинул ногу в сторону, избежав прикосновения. – Нам нужно решить, как связаться с Оди. И со всеми остальными. В порядке ли они? Нашли ли Холли? Все замолчали. Чарующая атмосфера вмиг рассыпалась как пыль. Уилл стер остатки карамели со своих губ тыльной стороной ладони. Невольно осознавал, что чувствует раздражение. - Я как раз думала об этом, - протянула Эрика, постукивая пальцем по нижней губе. – Раз уж Дастин в изнанке, то кто может сейчас заменить его? Кто может быть гениальнее Дастина, как ни его учитель? - Мистер Кларк? - Майк изогнул бровь. - Он главный задрот Хоукинса. К кому мы еще может обратиться за помощью, как ни к нему? Джойс вышла вперед. - Тогда попробуем два варианта. Бросим два копья и посмотрим, какое попадет. *** Уилл тупо смотрел на небо, свесив ноги с края крыши. Время близилось к полуночи. Тьма сгущалась- холодная и непроглядная. Единственным освещением являлась россыпь звезд. Яркие точки, по которым хотелось провести пальцем, образуя линии и связывая их в причудливый узор. Прямо, как веснушки на кое-чьем лице. Баерс прокручивал сегодняшний вечер в голове. И злился. Злился на то, что даже сейчас продолжает думать об Уиллере. О том, что жалкие пару часов назад чуть не признался ему. На что он надеялся, вновь, как последний придурок, поддавшись чувствам и неоднозначной атмосфере между ними? Черт возьми, а Оди? Баерс ощущал себя отвратительно, допуская себе мысли о человеке, которого она любила. И которую любили. Уилл бы никогда не простил себя. Оди была ему как сестра- была одним из близких людей. А он… Неуместный. Голос в голове был неприятным. Но он был намного честнее, чем сам Баерс. Не только с остальными, но и с самим собой. - Майк передал, что они подъезжают. - Робин вернулась на крышу, ловко перепрыгивая через обугленные остатки тыквы. Остальная группа уехала за поиском тела демо, а самого Уилла оставили с девушкой: проверять теорию. Они долго возились, вкручивая болты в несчастный овощ, пока тот не вспыхнул, подобно рождественской елке. Уилл чертыхнулся, отмахиваясь от едкого дыма, а Робин, зажав нос пальцами, поклялась, что она умрет, если мерзкая изнаночная тварь будет вонять еще хуже. – Он меня не очень-то любит, да? Уилл пожал плечами. Вот это точно последнее, что волновало его: кого там Майк любит, а кого нет. По крайней мере, в своих отчаянных убеждениях. - Кто знает, что у него в голове… Сомневаюсь, что он вредничает со зла. Он…не такой, правда. «Ну вот опять я его защищаю» - Он всего лишь подросток, Уилл. Как и ты сам. Вы эмоциональны, резки, так своенравны, - Робин легонько потрепала Баерса по голове, улыбаясь. – И это круто. Это делает вас такими живыми. Непредсказуемыми, порой даже и глупыми… Впереди замаячил яркий свет фар. - Я была такой же. Да, кого я обманываю? Я и сейчас такая. Поэтому понимаю твоего Уиллера: он просто боится потерять тебя. Всем и так очевидно, что ты один из немногих, что ему дороги. Это даже мило. Понимаешь? Его ревность. Последнее, на что я могу обижаться, это на подростковые чувства мальчишки. И ты не злись на них. А особенно не злись на свои… Подле вышки фургон наконец остановился. Двери распахнулись, и Уилл тут же столкнулся взглядами с Майком. Тот отвернулся. *** Наконец дохлое тело демо затащили на крышу, присоединяя провода к, вкрученным в конечности твари, штырям. Уилл глубоко вздохнул, набирая воздух в легкие. Это немного успокаивало, но, в какой-то момент, ощущая сильную усталость- что явно доминировала над всем остальным- Баерс начал сомневаться, что вообще способен чувствовать что-либо еще. В любом случае, это явно сыграет на руку. Он устроился прямо на земле, подбирая ноги под себя и закрыв глаза. Краем уха уловил шелест: рядом кто-то сел, осторожно коснувшись пальцами его колена. - Ты справишься, Уилл. Прикончи эту тварь. - Спасибо, мам, - произнес он в ответ шепотом. Перед тем, как тело ощутило невесомость. Это было похоже на полет. Уилл невольно коснулся земли ладонями, ожидая почувствовать влажную землю, но вместо этого коснулся чего-то мягкого. Что-то пульсировало, с силой отбиваясь в ладони. Перед глазами вспыхнуло: яркие пятна чередовались между собой, отчего Баерса затошнило. От белого до красного, кое где с примесью фиолетового. Как помехи телевизора, шум в ушах был тот же. Уилла затрясло. Звон усиливался, но вспышки начинали приобретать форму. Как пазл: фрагменты соединялись между собой, наконец-то позволяя понять, что происходит. - Я нашел его. Пульсация в ладонях усиливалась. Потребовалось время, чтобы Баерс смог ощутить себя, как что-то материальное. Как что-то большое, холодное и полусгнившее. Он был не просто в чужом сознании. Уилл был внутри чужого тела. Уши оглушил чужой крик. Надрывный. Полный ужаса. Так не должны кричать дети. - Лисичка, наконец-то попалась…- Кто-то говорил устами Уилла, смакуя каждое слово, словно какой-то сладкий десерт. С особым извращенным удовольствием, пока в его руках отчаянно трепыхалась копна огненно-рыжих волос. - Пошел…ты…- прохрипела Макс, царапая слизкую руку Векны ногтями. Ее лицо синело, а белки глаза покраснели. Еще немного и девушка задохнется. Уилл не совсем понимал, как именно он сделал это- ощущение власти над чужим телом было сильным, словно, внутри комнаты стоял сам Баерс, лишь восприятие искажалось, затягиваясь дымкой- но он резко отдернул руку, высвобождая Макс из хватки. Та шлепнулась на пол, ударяясь лицом о дерево. Но она была жива. - Холли здесь. Вместе с Макс. Они обе здесь. Макс, хрипя, изумленно уставилась на Векну. Тот оглядывался по сторонам, не понимая, что только-что произошло. А Уилл закричал, что есть мочи: - Макс! Если ты слышишь меня: беги! БЕГИ! Голосовые связки болезненно напряглись. Сжимаясь всем телом, чтобы удержать Векну на месте, Уилл продолжал кричать. Слезы ринулись из глаз от напряжения, а голос сорвался, захрипел. Мейфилд, схватив Холли за руку, ринулась в сторону выхода. - Ты… Низкое рычание внутри черепной коробки сопровождалось резким ударом. Как под дых. Весь кислород мигом покинул легкие, а перед глазами Уилла все заискрилось. - Пошел вон! Векна бил жестко, пытаясь вытеснить Уилла из своего сознания. Раскалывал его надвое, но парень держался. Широко распахнув рот, словно это увеличит шансы ощутить кислород в своих легких, Уилл зажмурился и что есть силы сжал руки. Раздался хруст, а затем вопль твари, что упала на бок, доламывая ногу под грузом своего веса. - ПОШЕЛ ВОН!! Все, что услышал Уилл после- звон в ушах. Он не знал, что кровь ручьями хлынула по его лицу. Уши и нос заполняла липкая жидкость, и Баерс теряет равновесие… Векна выкинул его из своего сознания. Но падает Уилл не на землю, возвращаясь в свое тело в окружении близких. Его спина соприкасается с чем-то влажным и холодным. Он погружается в нечто, что было совсем не похоже на воду. Он тонет. Вместо воздуха гортань заполняет слизь. Но тот не чувствует ее зловония, находясь на грани потери сознания. Легкие сжимает, как пустую банку из-под газировки. Борьба с бурой жидкостью отнимает остатки сил. Пальцы, в попытке ухватиться за что-то, ощущают лишь пустоту. Это конец. Был бы концом, если бы его лодыжку что-то не сжало, резко выдергивая парня на поверхность. Тело больно врезается в стену, выбивая из груди булькающий хрип. Уилл тут же поворачивается на бок, освобождая желудок от слизи вместе с рвотой. Он не видит, где находится. Весь мир сжимается до одной точки- до дрожащих рук, скользящих в луже неизвестной жидкости и его собственной. Уилл срывается, плача от ужаса. Потому что понимает, что он не дома, не в Хоукинсе. И рука, сжавшая его сзади, не принадлежит живому человеку.