Мал золотник - да дорог.

На работе творилась такая суматоха, что казалось — офис вот-вот взлетит. Все носились, как муравьи, которым кто-то перевернул муравейник и при этом крикнул: «Дедлайн через час!» Люди перемещались хаотично, сталкивались, извинялись на бегу и тут же снова врезались друг в друга. Некоторые пролетали мимо так стремительно, что сбивали стопки документов со столов, и бумаги разлетались, как стая испуганных голубей. А я, как добросовестный графический художник, сидел и доводил последние штрихи. Редактировал пятнадцати секундный ролик с надписями и визуальными эффектами — короткий, но коварный, как комар: вроде мелочь, а крови выпил немало. Заказчик из Тайланда уже одобрил пробную версию, но, конечно же, с «маленькими» дополнительными опциями. Маленькими — в их понимании. В нашем — это ещё минус неделя жизни. Нужно было сделать так, чтобы рекламируемый товар выглядел не просто как экзотика из другой страны, а как родное, почти домашнее. Чтобы наш потребитель посмотрел и подумал: «О, это же проще простого!» Типа: оп — и обед готов. Аля гоп — и вся семья чудесным образом за пять минут сидит за столом с огромной порцией еды. Легко, удобно, быстро. Почти магия. Прямо-таки чудеса на витражах, не иначе. Только вот те, кто два месяца ломал голову над этим проектом, уже не могли видеть эту лапшу. Физически. Морально. Духовно. Её специально привезли в офис для «погружения в атмосферу, приближенную к действительности». То есть ешьте, страдайте и вдохновляйтесь. — Пробуйте, думайте, решайте, — говорил менеджер с видом великого стратега. — Как заставить покупателей есть эту… хрень. И мы пробовали. Думали. Страдали. И очень старались не смотреть на коробки с лапшой, которые уже начали смотреть на нас первыми. Через два часа мы с командой торжественно презентовали готовую рекламу перед заказчиком — с размахом, почти как торт на блюдечке с голубой каёмочкой. Я на всякий случай скрестил пальцы. На руках. На ногах. Даже брови, кажется, попытались скреститься. Вдруг сработает? Заказчик посмотрел ролик, потом ещё раз посмотрел, потом начал что-то шептать коллегам, как будто обсуждал план захвата мира. Напряжение можно было резать ножом. И тут… он улыбнулся и поднял большой палец вверх. — Твою ж… — выдохнул главный редактор, хватаясь за грудь. — У меня чуть сердце не остановилось. Я уже мысленно писал завещание. Фух… пронесло. Ну всё, ребятки, готовьте карманы для премии в конце месяца. Он сделал паузу, подозрительно прищурился: — Да, кстати… Тимофей, тебя Кирилл к себе вызывал. По какому поводу — не знаю. Так что… шагом марш на ковёр к генеральному. — Ну ё-моё… — простонал я. — И это под конец рабочего дня. И явно мы с ним не ромашковый чай пить будем…