131 день

These voices in my head screaming, "Run now"

I'm praying that they're human

Доска, обрамленная светло-коричневой рамкой, постепенно наполнялась настоящими фотографиями. Элла никогда не держала такие в руках, только видела во время обучения на цикле криминалистики. Но Александр уверял, что именно так они смогут создать атмосферу для полноценного размышления. Дни тянулись друг за другом, сливаясь в одно большое серое пятно. Утро начиналось в 6:15. Девушка, не привыкшая к ранним подъемам, с трудом вставала и после горячего, как адское пламя, душа шла на тренировку. 7:15. Александр уже ждал ее в спортивном зале. Тщательно перематывая руки бинтами, он следил, как подчиненная разминается и готовится к главному событию утра — бою с ним. Он медленно сменял ладони, почти лениво, пока Элла отрабатывала удары. Он немного посмеивался над девушкой у себя в мыслях, но никогда не показывал ей этого. Его радовало ее упорство. Вызывало уважение и только подкрепляло его желание помочь. Казалось, девушка не обращает внимания на свои неудачи, то и дело оказываясь поверженной Александром. Его удар мог застать ее врасплох, его руки могли сомкнуться на ее шее до того, как она успеет пошевелиться. Он видел каждый ее шаг наперед и мог продумать несколько приемов в ответ, но она пока что этому не научилась. — Держишься? — спросил он во время очередного спарринга. — Не время болтать, — грозно сказала она, не прекращая ударов. Ее волосы, собранные в плотную косу, то и дело отлетали от резких движений и поворотов. Она, как могла, старалась уворачиваться от ловких рук Александра, но тот поймал ее и в этот раз. — Опять ты победил, — недовольно высказалась она, пытаясь высвободиться от его захвата. Александр лишь довольно хмыкнул, зажимая девушку обеими руками, не давая совершить новое действие. — Ты же обещал, что я могу побить тебя один раз! — она воскликнула, словно капризный ребенок, которому не досталась игрушка. — Побьешь, когда сможешь освободиться от захвата. Он все еще плотно сжимал ее, упиваясь своим превосходством. Он не сражался с ней всерьез, его даже забавляло, что человек в два раза меньше его может нанести ему какой-то вред. — Зря ты это сказал. Резкий удар ногой ошеломил Александра, заставляя ослабить хватку. Девушка ловко выпуталась из крепких мужских рук и схватила начальника за склонившуюся голову. — Бах! — воскликнула она, когда ее колено оказалось в миллиметре от лба Алекса. — Я бы ударила вот так, если бы мне не было тебя жалко. Александр звонко рассмеялся, поднимая глаза на Эллу. — Молодец, ты победила. Девушка с глазами, полными гордости собой, смотрела на него смело и открыто. — Я не буду тебя бить, — уверенно сказала она. — Это почему же? — шутливо спросил Алекс. — Я не бью тех, кто слабее. Смех разнесся по длинному залу, отбиваясь от высоких стен. Мужчина снова склонился, но уже не от приближающегося удара, а от напряжения мышц живота. — Вы человек чести, Элла Романовна, — съязвил начальник, на что девушка тоже залилась смехом. 8:15. Завтрак в кафетерии и приятной обстановке с Марком заряжал Эллу на день приливом бодрости. Ее коллега, светлый и добрый человек, прекрасно разбавлял длинные рабочие дни. — Слышал, тебе уже можно давать титул, — начал Марк, заговорщицки поглядывая на Эллу. — За что? — За победу над Капитаном Ланцовым, — Марк поднял кверху руку, сжатую в кулаке, и слегка потряс ей в знак уважения. Девушка рассмеялась, стараясь не расплескать изо рта свой привычный утренний кофе. — Не издевайся, — сглотнув кофе, проговорила она. — Ни в коем случае, — демонстративно помахал головой Марк. — Я все видел, об этом буду слагать легенды. Элла чуть не поперхнулась от услышанного. — Ты тоже там был? — Да, я каждое утро с вами тренируюсь, просто в верхней части спортзала. Девушка слегка заерзала на стуле от неловкости. Ей было приятно думать, что это время они с капитаном проводят вдвоем, никто за ними не подглядывает и не следит. — Не волнуйся, я ничего лишнего не увидел, — ехидно сказал Марк, слегка подмигнув. Элла покраснела, подозревая, о чем мог подумать коллега. — Там не было ничего лишнего, — тихо сказала она. Марк лишь пожал плечами, давая понять, что не собирается углубляться в эту тему, и принялся расправляться со своим салатом. 9:00. Элла уже стояла в кабинете Александра возле детективной доски, увешанной множеством фотографий и вырезками из дел. — Тебе удобно хранить это все в бумажном виде? — поинтересовалась Элла у начальника. — Конечно, — подтвердил тот, стоя возле нее и разглядывая фотографии. — Помогает сосредоточиться и увидеть картину целиком. Он засунул руки в карманы, и те слегка расширились от помещенных в них рук. Алекс задумчиво смотрел на поле своей деятельности. — А что, если мы расставили все неправильно? Начальник обернулся в сторону подчиненной, ожидая продолжение фразы. — Ну, мы же могли что-то упустить или добавить лишнего. Все равно нельзя сказать точно, видим ли мы картину правильно и целиком. Александр хмыкнул, снова обращаясь к доске. — Сегодня вызвали на допрос этого паренька, — мужчина указал пальцем на фотографию в правом верхнем углу. — Коллега Анны, которого видели с ней в последний раз. — Я думала, что система сама ведет допросы, — хмыкнула Элла. — Система — да, а я нет. — Все еще придерживаешься старой школы? — А незаметно? — он обвел жестом деревянную доску. Элла улыбнулась, подхватывая лежащую рядом папку с документами.

***

11:45. Допрос. Яркий свет слепил бледное лицо, не давая серым глазам отвертеться от чужих взглядов. Парень напряженно сидел на жестком стуле, зажав ноги и обнимая себя руками. Мужчина с холодными голубыми глазами словно прожигал его взглядом, видел насквозь. Стоящая рядом девушка выражала больше сочувствия, стараясь говорить мягко, без лишних перепадов в тоне голоса. — Виктор Андреевич, расскажите, пожалуйста, знали ли вы эту девушку? На металлический стол аккуратно легла фотография улыбающейся молодой особы. Виктор внимательно посмотрел на искрящуюся улыбку и светлые волосы. — Да, — кивнул он резко головой, подтверждая свои слова. — Как вы познакомились? — твердый мужской голос заполнил каждый сантиметр пространства допросной. Он будто заранее обвинял парня, даже не дав узнать, что случилось. Виктор нервно сглотнул, пытаясь начать рассказ. — Мы вместе работали. Она пришла в октябре, я работаю с сентября. Перекликались по рабочим вопросам. — Да, все так и есть, — продолжила приятная девушка, открывая портативный монитор из своих часов. — Когда вы в последний раз видели Анну Роткову? — Возле ее дома. Я подвез ее и поехал по своим делам. На записи с видеокамеры парень увидел себя, садящимся в машину после того, как открыл дверь Анне. — Это вы, Виктор Андреевич? — уточнила девушка. — Да, я, — сухо ответил парень. — Вы помните, куда поехали после этого? — Да, в магазин, за продуктами. — Кто-то может подтвердить ваши слова? — мужчина снова вступил в диалог, прямо смотря на Виктора. — Наверное, на камерах видно. Это магазин возле моего дома, я всегда захожу туда после работы. Пролистывая видеозаписи на своем портативном мониторе, девушка наконец остановилась на одной из них. Худощавый мужчина вошел в разъехавшееся пространство дверей. Экран телефона в его руках слегка поблескивал, но не давал увидеть содержимое. — В этот день вы приобрели замороженную пиццу, напиток из натуральных апельсинов, скотч и веревку. Как объясните такой набор продуктов? — прожигающие глаза капитана неустанно следили за реакцией подозреваемого, подмечая каждую деталь и любой выделяющийся вздох. Виктор открыто принял взгляд мужчины. — Я пополнял домашние запасы хозяйственных товаров. Иметь в наличии веревку и скотч — это не преступление. — Виктор Андреевич, вас ни в чем не обвиняют, — мягко сказала Элла. — Пока что, — добавил Александр. — Я делаю корзинки для мамы. Коллеги переглянулись. Элла уточняюще спросила: — Какие корзинки вы имеете в виду? — Я покажу. Достав из кармана штанов телефон, он быстрым движением открыл облачное хранилище, транслируя на стену допросной светлое изображение. Слегка неаккуратные корзинки разной величины были выстроены по размеру на темной поверхности. — Мама научила меня делать такие еще в детстве. Вы, наверное, подумаете, что это ерунда — заниматься таким во взрослом возрасте. Но я делаю их для нее. У нее деменция, она почти ничего не вспоминает, кроме этих корзинок и меня маленьким. — Я понимаю вас, — сочувствующе сказала Элла. — Видеть, как самый близкий родственник теряет себя, очень тяжело. — Спасибо. Мужчина продолжал сверлить Виктора холодным взглядом. Душевный рассказ не подействовал на Александра, не вызвал должного сочувствия. Скорее даже наоборот, подтолкнул к определенным мыслям. — Почему на камерах не видно, как вы высадили Анну возле ее дома? Вопрос Александра зазвучал стремительно и словно оглушил Эллу. Но Виктор лишь спокойно ответил: — Она попросила высадить ее в слепой зоне. Хотела еще заскочить кое-куда. — Куда? — К парню. Они только недавно начали встречаться. Она не хотела огласки. А еще он, кажется, женат. Элла вскинула бровь, наблюдая за реакцией Александра. — Знаете его имя? Виктор помотал головой. — Нет. Она говорила, что познакомилась с ним через Фатум. Сказала, что у них 98% совместимости, у нее впервые такое. — Фатум? — вопросительно посмотрел Александр. — Объясните, что это. — FatumSecurus. Система знакомств от Империума, — быстро ответила Элла. Мужчина ничего не ответил. Но в мыслях он заинтересовался, откуда Элла об этом знает. — Да, безопасная судьба. Аня думала, что нашла его — свою судьбу, — добавил Виктор, покручивая кольцо на пальце. Александр не спешил задавать новые вопросы. Просматривая все материалы дела, он стал делать вид, словно не замечает подозреваемого. Молчание со стороны инспектора затянулось, и Элла решилась нарушить тишину. — Александр Владимирович, у нас еще есть вопросы к Виктору? — Нет, — скучающе ответил капитан. — Тогда, с вашего позволения, мы проведем сканирование, — Элла сделала несколько нажатий на своих часах. — В наших полномочиях делать это без его согласия, — холодно отчеканил Александр. Девушка, пропустив слова мимо ушей, запустила проверку. Механический голос прозвучал с потолка, безразличный и четкий: «Сканирование завершено. Коэффициент девиации: 0.51. Угрозы не представляет. Рекомендация: прекратить допрос». Элла почти ощутимо выдохнула. Пятьдесят один. Всего на процент выше нейтральной зоны. Почти норма. Она была права — перед ними просто несчастный, запутавшийся человек. — Видите? — она обернулась к Александру. — Он чист. Можно заканчивать. Александр не двигался. Его взгляд был прикован не к Виктору, а к голографической проекции, где пульсировала диаграмма с цифрой 0.51. — Чист? — тихо, почти для себя, повторил он. Потом его глаза медленно поднялись и уставились на Виктора. В них не было ни злости, ни подозрения — лишь холодная, хирургическая концентрация. — Интересно. Он сделал шаг вперед. — Виктор Андреевич. Вы упомянули, что ваша мать, Любовь Замятко, страдает деменцией. — Да... — нервно кивнул тот. — Согласно последнему мета-анализу Империума, — Александр говорил ровно, как будто зачитывал доклад, — у лиц, осуществляющих постоянный уход за родственниками с прогрессирующей нейродегенерацией, формируется устойчивый психоэмоциональный профиль. Хронический стресс, выгорание, комплекс вины... Это оставляет неизгладимый след на биоэлектрической активности мозга. Элла замерла, начиная понимать, к чему он клонит. — Средний коэффициент девиации в этой группе, — продолжал Александр, — не опускается ниже 0.65. Это — медицинский факт. Новая, но уже подтвержденная норма. В воздухе повисла звенящая тишина. — Объясните мне, — голос Александра стал ледяным и острым, как скальпель, — каким образом у вас показатель 0.51? Вы либо — уникальный медицинский феномен. Либо... ваш мозг научился обманывать не только меня, но и саму систему. Что скрывается за этой аномалией? Взгляд Виктора на мгновение опустился. Скользнул по папке в руках Эллы, будто искал в ней защиту. — Я просто… очень люблю маму, — тихо произнес Виктор. — И хочу облегчить ей жизнь. Разве это преступление? Прямой, вопросительный взгляд сразу достиг цели. Лицо Александра почти ничего не выражало, но Элла видела, как плотно сомкнулись его челюсти. — Виктор Андреевич, спасибо за беседу. Мы с вами свяжемся, если у нас будут вопросы, — сказала девушка и мило улыбнулась, стараясь сгладить витавшее в воздухе напряжение. Виктор слегка улыбнулся в ответ. От нее он не чувствовал угрозы, но стоящий рядом мужчина слишком напрягал его. Жесткий и пронзительный взгляд капитана сменился на скучающий. Но мужчина следил за Виктором даже тогда, когда тот поднялся и направился к двери. — Что думаешь? — спросила она у Александра, когда свидетель вышел. — Он что-то не договаривает, — раздраженно ответил мужчина, держась за переносицу, предварительно сдвинув с нее очки. — С виду обычный парень, ничего странного. Человек выживает, как может. А коэффициент в норме. — Ты всегда такая эмпатичная, Элла? — мужчина бросил это колко, словно ставя в укор девушке ее же слова. — Это моя работа, — пожала она плечами, не желая раздувать конфликт из-за мелкой придирки. Начальник выглядел раздраженным, почти озлобленным. Элла не понимала, в чем заключается причина его резкой смены настроения, и не хотела выяснять. Попасть под горячую руку капитана Ланцова было не лучшей идеей. — Я оформлю заключение допроса в его характеристики, — пыталась сбежать Элла, прикрываясь делами. — Стой, — остановил ее Александр. — Просмотри, что еще было в его документах. Мне кажется, я уже где-то его видел. — Хорошо, — девушка кивнула, стараясь поскорее покинуть допросную. Забежав за свой стол, Элла наконец выдохнула. Допрос прошел быстро, но показался ей очень напряженным. Подозрения капитана не давали ей покоя, и она снова взялась за планшет. Ее руки пролистнули вверх материалы дела. Внизу, в разделе примечаний, значилась одна короткая надпись: «Дело 158, засекречено».