~
7 января 2026 г., 02:13
«Не моя вина, что тебе не нравятся девочки».
Мгновением позже Майк опускает взгляд, чтобы справиться с растущим внутри сожалением, застилающим все перед глазами. Господи, он действительно сказал это.
Уилл выглядит так, словно Майк только что ударил его в солнечное сплетение, его глаза широко распахнуты.
Майк не должен был говорить этого.
Даже если всегда замечал, что, в отличие от них троих, Уилл совсем не интересуется девчонками, даже когда те только и делают, что строят ему глазки.
Губы сжимаются в тонкую полоску, сшиваясь толстыми нитками горчащего раздражения на самого себя.
Сердце судорожно сотрясает грудь мощными толчками, словно пытаясь убежать вслед за Уиллом. Сесть на велик и уехать от него под бушующим ливнем. Лишь бы не быть в его грудной клетке, где становится слишком тесно.
Майк до боли сжимает кулаки.
Извинения остаются на языке, проходясь наждачкой.
Он так чертовски облажался.
***
Этот день снится Майку даже спустя несколько лет. «Не моя вина, что тебе не нравятся девушки». Особенно когда Уилл раз за разом вежливо отказывает симпатичной девушке, осознавшей, что все ее намеки не воспринимаются должным образом, и решившей действовать напрямую. Когда косится в его сторону, ожидая очередной негативной реакции. Майк снова сжимает губы в тонкую полоску и упорно молчит. У него больше нет никакого права все портить. Не после того, как игнорировал Уилла весь год, не после того, как, едва приехав в Ленору, только и успел, что рассориться с ним. Уилл едва заметно выдыхает и перехватывает руку Кэтрин, опустившуюся на плечо. — Извини, — мягко улыбается он. Так мягко, как Майк бы никогда не смог. Эта улыбка такая далекая, родом из детства. Из их детства, кишащего этими мягкими улыбками и нежными взглядами. Может, тогда у Майка куда лучше получалось не причинять боль всем своим близким. Порой ему казалось, что ему и вовсе не стоит открывать рот, как бы Уилл не твердил, что он — их сердце. Это сердце каждый раз беспокойно сжималось, стоило ему заметить встревоженный взгляд Уилла, считывающий его реакцию. «Не моя вина, что тебе не нравятся девушки». О Господи… Майк жмурится и прислоняется плечом к шкафчику, позволяя Уиллу сделать то, что он умеет лучше всего. — Я не уверен, что это хорошая идея, — почти шепчет он таким извиняющимся тоном, что становится тошно-тоскливо. И снова этот взгляд мельком в сторону Майка, словно ему нужно извиняться не только перед Кэтрин, но и перед ним. За свой чертов выбор. Или отсутствие такового. Недалеко позади слышатся шаги, когда Лукас подходит ближе, с ухмылкой наблюдая за досадливо взъерошивающим волосы на макушке Уиллом. — Это потому что у тебя уже кто-то есть? — любопытно спрашивает она так, словно несколько минут назад Уилл не разбил ей сердце. Может, и правда не разбил. Уилл всегда достойно сносил каждую из их попыток, обращаясь с подаренными ему сердцами так, словно те были великой роскошью. Его тихий, мягкий голос, успокаивающий тон, тысячи комплиментов словно стелили на пол мягкую перину, прежде чем четкое «нет» повиснет в воздухе, отправив чужое сердце к его ногам. И не давая тому разлететься на осколки. Майк понятия не имел, что бы Уилл сделал с его сердцем. — Может быть, — застенчиво отозвался Уилл, его скулы окрасились легким румянцем, заставив Кэтрин едва не подпрыгнуть от умиления. — О боже мой, кто она? — едва не пропищала она. Но Уилл лишь многозначительно промолчал. Майк знал, что у Уилла никого не было. «Не моя вина, что тебе не нравятся девочки». Уилл настолько навострился мягко говорить «нет», что к концу года ни у кого практически не было сомнений. Вся их школа знала: Уилл явно трепетно и нежно в кого-то влюблен. Но Майк следил за ним достаточно, чтобы понять, что его взгляды никогда не задерживались на ком-то определенном. Уилла всё это словно совсем не касалось. К середине лета Майка практически перестало это беспокоить. Пока Уилл вдруг, сильно нервничая, не натянул до самых пальцев рукава толстовки, усадив всю Партию перед собой — днем ранее Майк застал их с Джойс в слезах, так что теперь немного беспокоился, о чем должна была пойти речь. Потому что… — Мне нужно вам кое-что сказать, — тихо произнес Уилл больше себе под нос. — Это очень важно для меня, и я никогда не находил в себе смелости, но… Вчера я рассказал маме, и всё… всё прошло хорошо. И я просто подумал, что вы… что если кто-то и поймет, то вы… Он замолк на мгновение, переводя дыхание и еще крепче впиваясь ногтями в многострадальную ткань. Майк проследил взглядом за его беспокойными пальцами, желая сжать их в своих, и крепче стиснул зубы. Он не имел права все портить. — Думаю, вы уже знаете, что я не… не заинтересован в девушках… — проронил он осторожно, снова бросив этот цепкий, сканирующий взгляд в сторону Майка, пытаясь уловить каждое изменение в его мимике. У Майка защемило в груди, и он рефлексивно дернул рукой, намереваясь растереть кожу под сердцем. Шрам того далекого «не моя вина, что тебе не нравятся девушки» и до сих пор стоящего перед глазами уязвленного Уилла противно заныл, напоминая о себе. — Я… дело в том, что мне не нравятся девушки, мне… я думаю, мне… Вернее, я знаю, что мне нравятся парни. Я гей, — вдогонку на одном дыхании прошептал Уилл, с каждым словом увеличивая темп речи. Дастин с Лукасом лишь облегченно выдохнули. Лукас тут же поднялся на ноги, подходя ближе к Уиллу и присаживаясь на колени, чтобы быть на уровне его лица. — Спасибо, что рассказал, чувак, мы очень это ценим, правда, — вкладывая как можно больше привязанности и принятия в свои слова, произнес он. — И ты наш лучший друг, — улыбнулся Дастин за его спиной. — Неужели ты думаешь, что что-то это изменит? Уилл сопливо шмыгнул носом, фыркнув и рассмеявшись. Его ищущий взгляд уже нащупал сгорбленную фигуру Майка за их спинами. За все это время он так и не произнес ни слова, уже практически перешагнув порог, превративший бы это молчание в грубость. Уилл — гей? Хмурое лицо Майка выделялось на фоне остальных, а Уилл, заметив его сведенные к переносице брови, лишь зажался еще сильнее, мельком поджав губы и кинув в его сторону осторожный, беспокойный взгляд. Майк на был уверен, проявляли ли к Уиллу знаки внимания парни… Он никогда не обращал внимания. Но был практически уверен, что сам Уилл всё еще не был зациклен на ком-то одном. Майк был готов поклясться, что и из парней Уиллу никто не нравился. До этого признания Майк был вполне уверен, что Уилл просто… не может испытывать к кому-либо романтические чувства, но если тот говорил, что он гей, значит ли это, что однажды ему уже нравился какой-то парень? Майк задумчиво поднял взгляд, тут же столкнувшись со слезящимися, недоверчивыми глазами Уилла. «Не моя вина, что тебе не нравятся девушки». Господи, он портил все прямо сейчас. Майк подскочил с дивана так, словно сидение вдруг стало раскаленным, ошпарив заднюю поверхность бедер, и кинулся к Уиллу, стиснув того в крепких объятиях, и дав себе тем самым еще несколько секунд, чтобы выровнять ошарашенное выражение лица. — Прости меня, — совсем тихо произнес он, так, чтобы лишь Уилл мог его слышать. — За тот день. Я не… я не хотел этого говорить и совсем не то имел в виду. Повисшая было в воздухе рука Уилла с облегчением опустилась ему на спину, поглаживая между лопаток. Майк был готов поспорить, что Уилл начал стелить перину и для его сердца. Не было никакого шанса, что оно останется неразбитым, даже в таких тепличных условиях. Майк медленно выпустил его из своих рук, чуть поджав губы в сожалении. — Мне жаль, если тем поступком я заставил тебя думать, что ты не можешь мне рассказать, — сбивчиво произнес он, сжимая теплые ладони Уилла в своих и вырывая из его тисков бедную толстовку. — Знаю, может, это слишком нагло с моей стороны, но пообещай, что в следующий раз расскажешь подобные новости мне первому. Я… — Я думал, ты знал, — на выдохе признался Уилл. — Ты же сам сказал… — Я понятия не имел, — с сожалением отозвался Майк. — Я не знаю, чем я вообще тогда думал… Но я просто… Я просто имел в виду, что тебе никто не нравился. И я продолжал так думать до этого момента. Что просто еще не нашлось человека, который бы заинтересовал тебя достаточно… И ты… Прости, боже мой. Прости меня, — пылко на выдохе договорил он, уткнувшись поражено лбом в чужие колени. Когда их глаза снова встретились, взгляд Уилла заметно потеплел. Перина, готовящаяся для сердца Майка, стала заметно толще.***
Теперь, когда Майк знал, он удвоил свой контроль в разы, тщательно следя за любыми взглядами Уилла. Что в сторону парней, что в сторону девушек. Майк не знал, почему Уилл заявлял о своей ориентации так уверенно. Ведь все, что Майк видел, так это то, что ни к одному окружающему его человеку Уилл не испытывал симпатии. Теперь, когда Майк знал, он мог заметить, что и парни оказывали Уиллу знаки внимания. Более тихие и незаметные. Более скрытные. Всегда тайком. Всегда при как можно меньшем количестве людей. Никогда напрямую. Майк видел, что Уилл считывал каждый из них. Но ни один из них словно не был тем, что ему нужно. Не тем, что Уилл искал. Его губы лишь изгибались в виноватой улыбке, когда он пожимал плечами и раз за разом стелил очередную перину. Еще полгода Майк намеренно следил за каждым подходившим к Уиллу парнем. Пока Дастин с Лукасом не решили составить тому компанию и выбраться в специализированный клуб. Майк не был уверен, нравилась ли ему эта идея. Но для чистоты эксперимента это было неплохим фундаментом, потому что к тому моменту Майк был практически уверен, что Уилла не привлекает ни один пол. Его просто никто не интересовал.***
Музыка громко била по барабанным перепонкам, алкоголь противно прилипал к задней стенке горла, когда Майк впервые заметил осторожное любопытство в глазах Уилла. Не интерес, но близко к тому. Абсолютно точно не симпатию. Чистое, искрящееся на дне карих радужек любопытство. Майк напрягся весь внутренне, переводя взгляд на подошедшего к Уиллу парня. И замер, поражено моргнув пару раз. Парень, стоящий перед Уиллом, был практически его, Майка, точной копией. Темные кудрявые волосы, темно-карие глаза, острые черты лица, впалые щеки. Но в глазах его копии никогда не могло появиться сожаления от сказанного «не моя вина, что тебе не нравятся девушки», так что он был, очевидно, вариантом получше. Майк поджал губы и залпом осушил свой стакан, вскинув вверх пальцы, чтобы привлечь внимание бармена. Значило ли это, что у Майка был шанс? До всех этих разрушивших их доверие фраз и льющего стеной дождя. Он косился на них краем глаза. Уилл незаметно скользнул взглядом по нему в ответ, тут же замерев, когда осознал, что Майк тоже смотрит. Изучает. Ждет. — Прости, — снова виновато улыбнулся Уилл этому парню. — У меня уже есть кое-кто, — его улыбка была кроткой и многозначительной. Парень лишь понимающе кивнул, тут же развернувшись в другую сторону. Майк словил тот мягкий взгляд, когда Уилл произнес «кое-кто». О. О. Уилл уже был влюблен в какого-то парня. Возможно, невзаимно. Майк медленно сглотнул вязкую слюну, боязливо повернув голову в сторону Уилла. — Хорошенький, — попробовал прокомментировать Майк, тут же откашлявшись и сделав очередной глоток из своего стакана. Его щеки пылали ярко-алым. — Очень на тебя похож, — улыбнулся ему Уилл. Так мягко и кротко, как умел только он. Его глаза превратились в узкие, довольные щелочки, когда он поднес стакан к губам, сделав глоток. Майк проследил за оставшейся на нижней губе капелькой, за скользнувшим вслед за ней языком. И, в ужасе, что его поймали с поличным, оторвал от этого вида взгляд, возвращаясь к глазам Уилла. Тот изучающе оглядывал его в ответ, словно пытаясь найти в его взгляде что-то. Какой-то импульс. Небольшой толчок. — Очень похож на тебя, но не ты, — тихо произнес Уилл. Майк практически не услышал его из-за музыки. Взгляд снова опустился к губам, практически дочитывая окончание фразы, снимая с губ. — Что? — пришибленно поднял глаза Майк. — Он очень симпатичный, очень похож на тебя, — пояснил Уилл с большей уверенностью, — но не ты. Так что я отказал. И замер, словно пораженный собственной смелостью. Майк медленно моргнул, на секунду отводя взгляд в сторону, словно пытаясь сосредоточиться и снова прокрутить в голове фразу целиком, не уверенный, что услышал все верно. — Подожди… — тяжело вздохнул Майк, нервно облизав губы. — Я… Если бы на его месте был я… — Я бы не отказал, — осторожно кивнул Уилл. О. Мой. Бог. Майк вскинул на него глаза так быстро, что у него разболелась голова. — О боже, — прошептал Майк едва слышно, лихорадочно мечась взглядом по его лицу. Уилл не обращал ни на кого внимания, потому что и правда был влюблен. Он был влюблен в Майка. В чертового Майка Уиллера. Стул под Майком едва не перевернулся, когда он резко поднялся со своего места, делая шаг к Уиллу. Он едва не споткнулся, вцепившись в его плечо, скользя соскучившимися пальцами под край футболки, облизывая ими ключицы, а затем пробираясь выше, к линии волос на затылке, проваливаясь в мягкие пряди и одновременно подаваясь вперед всем телом, чтобы наконец прикоснуться к так давно желанным губам. Уилл тихо выдохнул ему в губы, тут же открывая рот чуть шире, подаваясь навстречу, пытаясь вложить в этот поцелуй все годы своей тоски. Надежды, ожидания. Майк вцепился в его ляжки, едва не оставляя синяки, переползая руками дальше, к ягодицам, сжимая их в своих руках и скользя языком в чужой рот. Тихий стон донесся до его сознания, как в тумане. Майк медленно оторвался от губ Уилла, следя за дорожкой слюны, связывающей их тонкой ниточкой. Рвущейся спустя несколько сантиметров и возвращающейся к губам Уилла. Так, как будет всегда возвращаться Майк. — Ты… И давно? — Слишком давно, — хитро сощурил глаза Уилл, сокращая расстояние между ними. «Не моя вина, что тебе не нравятся девочки». Вообще-то, его. И Майк бесконечно этому счастлив.
