Дактилология

Руки ощущают лёгкую прохладу, а на душе становится светло и тепло, как когда-то раньше. Когда-то далеко и давно. Да, точно не будешь ценить, пока не потеряешь. В голове было тихо. Наконец не копошились и не роились мысли. А ещё глубже, уже у призрака, чувство привязанности и боль разлуки полностью заглушили недавнюю обиду на уже иного друга. Всё же, уйти не попрощавшись, было бы эгоистично, наверное. С другой же стороны, это ведь был шанс. А тут Антон поступил ещё эгоистичнее, не позволив обрести новую попытку, новое нескованное тело и наконец не быть заложником одной общажной комнаты. Забавно, что сейчас, наконец то, он начал Олежу слышать.. Но не совсем так как хотелось. Да и говорить с ним не было желания совсем после подобных опрометчивых действий. — Ты, это.. — У Димы взгляд ошарашенный. Как будто впервые мертвеца увидел, а не уже привык к тому. Ну конечно же. Не могло быть всё так хорошо, и не могло всё продвигаться без проблем. Так было бы неинтересно для кого-то свыше, кто и решил изначально закрутить всю эту эпопею, развлекаясь. Быть может, не просто так были в Лимбе сценарий, сцена, шторы, реплики. Антракта не будет. Начинается третий акт и сменяются декорации: отныне герой нем, а донести его слова может лишь спутник. Да только спутник тот — человек, что затягивает на дно. Да уж, для сюжета проблематика неплохая. Но почему-то.. Что-то хочется спокойствия наконец. Как будто вся эта суета, вся эта морока в заснеженном лесу, ощущались действительно как долгие съёмки или репетиция к театральной постановке. Множество попыток, душно, и в конце концов герой, от которого требуют излишне, всего лишь один. Пока спутник способен сыграть тут же идеально, и скорее персонаж строится под него чем он под персонажа.. У Олежи руки немеют, и невольно хочется закурить. Забавно. Только в коридоре курит не только он, но и рассказчик, кому приходится записывать истории о герое, спутнике и бедной воительнице, что лишилась света героя и которую затем окружили монстры. Хотя не сказать, что эти монстры отходили далеко, пока герой с фонариком был рядом, и не сказать что герой был рядом всегда. Но всё же немного света они боялись. — Погоди, Олеж, ты же ну, парень умный, усердный.. А если.. — А что на уме у рассказчика, только он сам и знает. Олежа же может только удивиться, сложив руки на груди, тому, как стремительно убегает Дима прочь из палаты, кинув только: — Скоро вернусь! — А бежать, кажись, далеко и тяжело, если хочется отыскать именно нужный магазин, где есть то, что нужно. Да только ничуть это не смущает. В конце концов, это ж Душнов. Он же голова. Он же толковый человек, хоть порой эмоционально несдержанный и душный, он же важный аспект жизни и друг, товарищ, что бы не произошло. И раз уж Дима Олежу не может слышать.. — Будьте добры, посоветуйте пожалуйста книги для изучения дактиля и языка жестов. Ну да, ну.. У друга просто брат слуха лишился, представляете.. Я сам-то знаю как, а как научить его.. — Хлоп. И книги незаметно падают на подоконник в палате, а после оказываются скрыты шторами. Что поделать, в конце концов Антону объяснить всё будет.. Тяжело. Легче будет списать на то, что книги местные, и Дима положил их на место после чтения. А потому выйти опять приходится в коридор, с некоторой надеждой глядя на друга. Немого, никакущего и чем-то обиженного.. Друга, что сейчас с недоумением глядит на дверь в палату, где лежат новые справочники, буквально взглядом вопрошая "Погоди, ты хочешь чтобы я попробовал изучить это?" — Олеж, это наш шанс. Выписка не так скоро. А телефон я тебе навечно дать не смогу. Они всё равно ничего не поймут, слишком много объяснять. За это время ты успеешь хоть базовые слова разучить, ну не здорово разве? — Дима улыбался как дурак, и глядя на него.. хотелось лишь выдохнуть и улыбнуться в ответ. Словно он не замечал ничего грустного в этом. Как обычно люди говорят.. "Зато живой". Слепой, без конечностей, без ушей и с искалеченным лицом.. "Зато живой". И нет, не продолжающий своё существование в теле овоща что не может даже мыслить более. Именно что живой. Чувствующий боль, тепло, обиду. И внутри, как ни странно, разливается тепло, а сердце будто вновь существует и качает кровь. Это не что-то очень важное. Скорее.. Дима, будь он кем-то иным, сразу бы стал использовать Антона как "телефон между мирами", даже не задумываясь. Но ведь выкрутился. А это уже значит гораздо больше, не так ли? Может, рассказчик в конце концов тоже спутник.. И был выбран совершенно не случайно. Такой как Дима, хоть и простой, но всегда будет поддерживать интересы своего товарища. Такой как Дима, несмотря на боль, отпустит, или же наоборот не даст опустить руки. Побрацкий.. Он ведь не персонаж, взятый просто так. Он тот, кого так не хватало при жизни. Тот, кого хочется обнять и от одной только шершавости крупных рук понять, насколько ты ценен. Как тебя ждут и уважают. Что ты не просто какой-то там герой, не просто дополнение к спутнику. Ты тот, кто имеет право на выбор. Кто должен бороться до конца. И, что же.. Хотя бы ради Димы вернуться стоило. По нему Олежа скучал и, вероятно, в будущем будет скучать больше всего. Но будь все в этом плане терпимы как Дима.. Не вышло бы интересного сюжета? — Ты это, давай, я переодически приходить буду, буду как некий "носитель" тебе дополнительно темы объяснять. Пришло моё время быть для тебя зубрилой, душнилой и ходячим конспектом. — А всё же блеск в глазах и бегающие зрачки Олежи того стоили. Они гораздо дороже, чем стипендия которую он отдал на эти книги, и вполне стоят того чтобы поголодать недолго. Вещь первой необходимости, как мама говорила, отдавая деньги на нужды Побрацкого и сестёр, пока не хватало на что-то для неё. А Олежа.. У него ж и нет никого, ну, после смерти. И всё ж он семья. Странная, призрачная, вредная, но ещё одна семья. .. И если уроки на полу в коридоре дадут плоды, если дух спустя время сможет кулаком провести от лба к подбородку, как жест благодарности.. Какая разница, с недоумением ли смотрит мимо проходящая Оля, уже, кажется, смирившаяся с ненормальностью Димы.