Это прекрасная история о том...

Это прекрасная история о том… Как я чуть не захуярил женщину ножом. Я тогда культурно отдыхал в городском парке, Лежал на лавке у пруда и тихо шабил травку. Но меня вернула в реальность одна стерва, Что стала руганью своей знатно трепать мне нервы… Сказала: «ты еблан! Понять тебе что-ль не дано, Что в этом парке курить, сука, запрещено? Это общественное место, а не свалка!» И начала меня жестоко пиздить палкой. Но я ведь не простак, меня без боя не возьмëшь, И вот я вынимаю из кармана своей куртки нож. Но в своей победе та сучка была уверена: Против меня сражались двое, ведь она беременна! Та битва для меня вообще не проходила гладко, Но в нашей схватке у неë вдруг начались схватки… Меня конкретно напугало это совпадение. Будто она в процессе призывает подкрепление! Ебать я в ахуе, как будто не шабил и вовсе, И в «зал родильный» превратился наш «клуб бойцовский». От этого меня реально охватила паника, Такой хуйни нет даже в книгах у Чака Паланика. «Так, тихо, тихо, блять… давай эт самое… дыши… Алло! Тут девушка рожает! Доктор, поспеши! Я в ваших докторских делах совершенно не ас, Я даже шприцом в вену попадаю через раз… О том, что делать мне, я видел пару раз в кино, Да и на деле видно: мои навыки – говно.» Я от бездействия чувствую себя ебанатом, Она кричит и параллельно кроет меня матом. Ну наконец-то, к нам явилась неотложка. Полож-ка еë сам в машину, брат, я не в себе немножко… И вот, казалось бы, на том и порешили, Но нет, они меня зачем-то потащили с ними. В итоге просидел в больнице я не один час. Врач вышел и сказал: «Отличная новость для вас! Ваша дочь на вас так похожа! Здорова и красива. Пройдëмте с нами – нужно перерезать пуповину.» Меня чуть не стошнило, блять, едва сдержал в себе. «Какая, нахуй, пуповина? Вы в своëм уме? Я еë впервые увидел сегодня в блядском парке, И мне пришлось уклоняться от взмахов палки. Меня спасли лишь еë схватки, и поверь, друг мой, Если бы не это, неотложка пришла бы за мной!» Доктор растерянно молчал, но спросил, наконец: «Если это не вы, то кто же ребёнку отец?» Мы вопросительно взглянули на нашу девицу. «Ну что ты смотришь, блять?», «Вам стоило бы объясниться…» Она поникла головою, заплыли глаза. «Ну… проебалась, что сказать? Такие дела. Я накидалась тогда в клубе метамфетамином, А после переспала, блять, с одним кретином. Предохраняться под метом как будто… нахуй надо? Он тоже, сука, так решил. Убила бы гада… Не помню я ни лица, ни имени отца, Никак я не ожидала такого пиздеца. С тех пор я больше не употребляю всякую хуйню, И пусть сама была торчком, теперь их не терплю… А на аборт тогда не решилась, больно это стрëмно. Вот почему я здесь. Надеюсь, вы, суки, довольны?» Пиздец трагедия. Я в ахуе уж трижды за день. Еë рассказ был печален и очень неприятен. А доктор, кстати, в лице не сменился особо, Видать, подобное дерьмо для него... не ново… «Ну раз такое дело, ладно… я тебе помогу…» Мне стало жаль еë, не мог я остаться в долгу. Я перерезал пуповину, но какой ценой! Долго вытирать мою блевоту придëтся за мной… С тех пор прошло уже полгода. Я забросил хмурый, Шабить закончил, и на вид уже не столь понурый. И в том прикол, что с той девицей мы отныне вместе. Ведь в прошлом – два торчка. Мы слеплены с одного теста… А еë дочь растëт здоровой и счастливой даже! Не стала бы она как я или еë мамаша… Мы с девушкой смеëмся, вспоминая за столом Эту прекрасную историю о том…