Предложение

​В спальне стояла густая тишина, нарушаемая только скрипом кровати и тяжелым, рваным дыханием Чонгука. Он стоял в коленно-локтевой позе, вжавшись лицом в подушки, в то время как Тэхён за его спиной размеренно и глубоко вбивался в него, удерживая за бедра. ​Каждый толчок Тэхёна был весомым, заставляя Чонгука непроизвольно подаваться вперед, и назад всё больше насаживатся на член, едва удерживая равновесие на локтях. ​— Знаешь, Гук-и, — низкий, вибрирующий голос Тэхёна раздался над самым ухом Чонгука, — я тут подумал... Тебе так идет этот вид, когда мой член в тебе. Может, узаконим эту картину? Станешь моим мужем? ​Чонгук рвано выдохнул, когда Тэхён специально вошел до самого упора, на секунду замирая и давая почувствовать всю свою длину. Он с трудом повернул голову, бросая через плечо взгляд, полный азарта и напускного безразличия. ​— Тэхён, — прохрипел Чонгук, впиваясь пальцами в простыни, — если я сейчас натянут на твой член — это ещё не значит, что нам нужно жениться. Это значит только то, что у тебя хороший вкус и ты умеешь пользоваться моментом. ​Тэхён усмехнулся, замедляясь и начиная плавно вращать бедрами, заставляя Чонгука захлебнуться в стоне. ​— А когда я тебе отсосу? — Тэхён прикусил мочку его уха, переходя на интимный шепот. — Так смачно, с оттяжкой, до самого горла... Тогда уже можно будет жениться? Или ты всё еще будешь строить из себя неприступную крепость? ​Чонгук выгнул спину, чувствуя, как внутри всё плавится от этих слов. Провокация Тэхёна всегда била точно в цель. ​— Сначала... сделай это, — выдавил Чонгук, чувствуя, как его собственный член судорожно дергается от одной только мысли. — А потом я, возможно, посмотрю, какого размера кольцо тебе подойдет. ​Тэхён не стал повторять дважды. Он резко вышел, заставляя Чонгука разочарованно всхлипнуть от внезапной пустоты, и одним движением перевернул его на спину, нависая сверху и глядя прямо в расширенные зрачки. ​— Ловлю на слове, Гук-и. Надеюсь, ты выберешь хороший ювелирный. Тэхён не стал тратить время на лишние слова. Его взгляд, темный и обещающий, заставил Чонгука окончательно замолчать. Ким скользнул вниз, к раздвинутым бедрам, и Чонгук невольно вздрогнул, когда прохладный воздух коснулся его разгоряченной кожи. ​Тэхён обхватил горячий ствол Чонгука ладонью, слегка сжав его у основания, и прижался губами к самой головке. Он медленно прошелся языком по уздечке, собирая каждую каплю смазки, а затем, глядя Чонгуку прямо в глаза, заглотил его до самого горла. ​Чонгук вскрикнул, его таз непроизвольно дернулся вверх. Тэхён работал виртуозно: он создавал невероятно сильный вакуум, присасываясь к головке и медленно, с тягучей «оттяжкой», скользя губами вверх-вниз. Хлюпающие звуки заполняли тишину спальни, смешиваясь с хриплым дыханием Чонгука, который уже не мог контролировать свои реакции. Тэхён издал хриплый стон, чем пустил вибрацию по члену Чона и протолкнул в тугие стеночки горла. ​Но Тэхёну этого было мало. Пока его рот был занят, он свободной рукой нащупал еще влажный, раскрытый сфинктер Чонгука, масируя его вход. ​Сначала он вонзил один палец, заставляя Чонгука выгнуться дугой от неожиданности и ещё больше вдавливаться в горло. ​Следом вошел второй, и Тэхён начал имитировать резкие толчки внутри, растягивая стенки и задевая чувствительную точку. ​Чонгук окончательно потерял связь с реальностью. — Тэхён... боже... — прохрипел он, вцепляясь пальцами в покрывало так сильно, что костяшки побелели. ​В глазах у Чонгука начало темнеть. Комбинация глубокого, жадного минета и пальцев, которые бесцеремонно копошились внутри него, выбивала почву из-под ног. Тэхён ускорился, его губы сжимались на стволе всё плотнее, а пальцы внутри начали двигаться в рваном, сумасшедшем ритме. ​— А-ах! — Чонгук закинул голову назад, его тело сотрясала крупная дрожь. ​Он чувствовал, как внутри него всё натягивается, как струна. Тэхён довел его до того самого пика, когда мир схлопывается в одну точку. Он сосал с такой силой, что казалось, вытягивает из Чонгука саму жизнь, а пальцы в заднице заставляли сфинктер судорожно сжиматься, умоляя о настоящем заполнении. ​Тэхён на секунду отстранился, оставляя на кончике блестящий след, и прошептал прямо в пах Чонгуку: — Ну что, Гук-и? Всё еще не повод для свадьбы? Тэхён почувствовал, как тело Чонгука напряглось, достигая своего предела. Губы Кима плотнее сжались на стволе, а пальцы внутри начали двигаться в бешеном, рваном ритме, выбивая из Чонгука остатки самообладания. ​Чонгук рвано всхлипнул, когда оргазм накрыл его сокрушительной волной. Его бедра мелко задрожали, и он излился Тэхёну прямо в рот, горячими, мощными толчками. Тэхён не отстранился, заглатывая всё до последней капли, продолжая сосать уже обмякающий член, доводя Чонгука до состояния полной прострации. ​Чонгук откинулся на подушки, тяжело дыша, его глаза были затуманены, а тело обмякло в сладкой послеоргазменной неге. Он был уверен, что на этом всё кончено, но у Тэхёна были другие планы. ​Тэхён резко подался вперед, не давая Чонгуку прийти в себя. Он подхватил его под бедра и одним мощным движением перевернул на живот, заставляя встать в колена. Чонгук, еще не отошедший от оргазма, едва соображал, что происходит, когда Тэхён развел его колени чуть шире, открывая идеальный доступ к пульсирующей дырочке. ​Тэхён действовал жестко и властно: ​Одной рукой он подхватил Чонгука под живот, приподнимая его и фиксируя в максимально удобной для себя позиции. ​Другой рукой он крепко обхватил Чонгука за горло, не перекрывая воздух, но заставляя голову парня закинуться назад на его плечо и чувствовать полную власть над собой. ​— Я еще не закончил, Гук-и, — прорычал Тэхён ему в затылок. ​Он приставил свой раскаленный, каменный член к влажному входу и безжалостно вошел на всю длину одним мощным рывком. Чонгук вскрикнул, его голос сорвался на хрип. После оргазма его стенки были невероятно чувствительными, и это грубое вторжение заставило его тело снова натянуться, как струна. ​Тэхён начал вбиваться в него с яростью, не знающей пощады. Это был не секс, а акт присвоения. Каждый удар его таза о ягодицы Чонгука отдавался по комнате громким шлепком. ​Он входил до самого упора, чувствуя, как его яйца бьются о бедра Чонгука. ​Рука на горле не давала Чонгуку возможности даже дернуться, заставляя его лишь хрипеть и послушно принимать каждый сокрушительный толчок. ​Внутри Чонгука всё горело от трения, а смешанные жидкости — смазка Тэхёна и лубриканта — делали каждое движение Кима сочным и невыносимо глубоким. ​— Теперь ты мой... полностью мой, — шептал Тэхён, увеличивая темп до предела, превращая негу Чонгука в новый, острый и болезненный экстаз. Тэхён не давал передышки. Каждый его толчок был выверенным и тяжелым, словно он вколачивал в Чонгука осознание того, кто здесь главный. Рука на горле Чонгука заставляла того чувствовать себя полностью беспомощным, а хватка под животом не позволяла даже на миллиметр сдвинуться от сокрушительных ударов. ​Чонгук уже не понимал, где заканчивается боль от растяжения и начинается новый виток удовольствия. Его растянутый вход горел, жадно обхватывая член Тэхёна при каждом входе. Сочные, влажные звуки вбиваемой плоти заполняли спальню, перекрывая хрипы Чонгука. ​— Ну же, Гук-и... — Тэхён прикусил его за плечо, оставляя багровый след. — Скажи это. Скажи, что ты согласен. ​Чонгук метался головой по плечу, его пальцы судорожно скребли рукам Кима. Он чувствовал, что Тэхён уже на пределе — его движения стали быстрее, резче, а таз вбивался с такой силой, что Гук мог лишь хрипеть. ​Тэхён зарычал, когда оргазм начал захлестывать его. Ким опустил руку с живота Гука и накрыл ею его член, быстро надрачивая. Он сделал три последних, максимально глубоких толчка, буквально насаживая Чонгука основательно. ​— Чёрт... Гук! ​Тэхён излился в него мощными, горячими толчками, заполняя нутро Чонгука до самого края. Он не отстранился сразу, продолжая тяжело дышать в затылок парня и крепко прижимать его к себе, пока пульсация внутри постепенно затихала. ​Чонгук обмяк. Его колени разъежались, и он просто рухнул бы на кровать, если бы Тэхён всё еще не удерживал его. Когда Тэхён наконец медленно вышел, из растянутой, подрагивающей дырочки Чонгука на бедра потекла густая белая струйка — свидетельство того, насколько глубоко и обильно Тэхён в него кончил. ​Тэхён перевернул обессиленного Чонгука на спину. Лицо Гука было влажным от пота и слез, взгляд — расфокусированным. Тэхён достал из тумбочки маленькую бархатную коробочку, которую приготовил заранее, и просто положил её на грудь Чонгука. ​— Я не принимаю «нет» в качестве ответа, — тихо сказал Тэхён, слизывая каплю пота с виска Чонгука. — Особенно после того, как ты только что принял в себя мой оргазм. ​Чонгук слабо улыбнулся, едва заметно коснувшись пальцами коробочки. — Ты... придурок, Ким... — прохрипел он, закрывая глаза. — Но, кажется, у меня действительно нет выбора. Спустя полчаса тишины и ленивых объятий, Чонгук первым нарушил покой. Кровь снова начала приливать к паху, а в голове прояснилось. Он не привык оставаться в долгу, и если Тэхён хотел «ответ», то он его получит — на Чонгуковых условиях. ​Чонгук поднялся, чувствуя приятную тяжесть в мышцах, и потянул Тэхёна за собой к огромному панорамному окну, за которым мерцали огни ночного города. Возле самого стекла стоял невысокий изящный пуфик. ​— Тэ... — голос Чонгука стал низким и вибрирующим. — Я ведь должен тебе дать достойный ответ. ​Он властно поставил одну ногу Кима на пуфик, заставляя его широко раскрыться. Тэхён, заинтригованный этой переменой ролей, оперся рукой о холодное стекло окна, наблюдая за действиями своего парня. Чонгук опустился перед ним на колени, глядя снизу вверх темным, обещающим взглядом. ​Чонгук не стал медлить. Он обхватил ладонями бедра Тэхёна, притягивая его вплотную к своему лицу. Сначала он прошелся кончиком языка по всей длине напряженного члена Кима, дразня и заставляя того шумно выдохнуть. Затем он полностью забрал его в рот, накрывая горячей, влажной теснотой. ​Чонгук работал виртуозно: ​Он глубоко заглатывал, позволяя Тэхёну чувствовать каждое движение своего горла. ​Его язык нежно, но настойчиво ласкал уздечку, в то время как губы создавали сильный, тягучий вакуум. ​Чонгук прикрыл глаза, наслаждаясь тем, как Тэхён вжимает пальцы в его волосы за затылке, пытаясь удержаться на ногах от накатывающего удовольствия. ​Но главным сюрпризом стало то, что Чонгук не ограничился только ртом. Чон поднял подготовленный лубрикант и выдамил смазку на пальцы разтерая по ним. Его рука скользнула между ног Тэхёна, находя колечко мышц Кима. ​Чонгук ввел сразу два пальца, обильно смазанных их смазкой. Ким выгнулся, и поддался в перёд, чем насадил Гука сильнее на свой член, и издал громкий стон. ​Он начал ритмично и глубоко растягивать дырочку Тэхёна, разводя пальцы «ножницами» и имитируя толчки, нащупывая комочек из нервов, масируя его. ​Тэхён вскрикнул, его свободная рука соскользнула по запотевшему стеклу окна, оставляя длинный след. ​Контраст был сумасшедшим: горячий, сосущий рот Чонгука впереди и его наглые, растягивающие пальцы сзади. Тэхён чувствовал себя абсолютно раскрытым перед этим огромным окном, на виду у всего города, хотя их никто не мог видеть. ​— Черт... Гук... что ты творишь... — прохрипел Тэхён, чувствуя, как его колени начинают подкашиваться. ​Чонгук на мгновение отстранился, оставив на члене Кима влажный блеск, и посмотрел на него снизу вверх, хитро прищурившись. — Это мой ответ, Тэхён-и. Ты ведь хотел свадьбу? Привыкай, теперь я буду «отвечать» тебе так каждый день. Чонгук чувствовал пальцами, как кольцо мышц Тэхёна становится мягким и податливым, жадно принимая растягивающие движения. Он выждал момент, когда Тэхён окончательно потеряет контроль, заходясь в хриплых стонах, и медленно выпустил его член изо рта. Влажный, сочный звук раздался в тишине комнаты, а на губах Чонгука остался блеск Тэхёновой смазки. ​Чонгук поднялся с колен, его глаза горели темным, почти первобытным огнем. Он обошел Тэхёна, который всё еще стоял, опершись одной ногой на пуфик и тяжело дыша в холодное стекло. Чонгук прижался к его спине всем телом, обдавая жаром. Открывая тюбик с лубрикантом, он щедро смазал свой каменный ствол, а затем прошелся пальцами по расщелине Тэхёна, втирая смазку внутрь. ​— Теперь смотри в окно, Тэ, — прошептал Чонгук, хватая его за бедра. — Смотри на город и чувствуй, как я втрахиваю в тебя свой ответ. ​Он не стал медлить. Чонгук приставил головку к полностью подготовленному сфинктеру и одним мощным, уверенным толчком насадил Тэхёна на свой ствол до самого основания. Тэхён вскрикнул, его ладони с силой ударились о стекло, а изо рта вырвалось облачко пара, моментально осевшее на окне. ​Чонгук начал вбиваться в него с яростной силой, превращая их близость в настоящий шторм у окна. ​С каждым толчком тело Тэхёна впечатывалось в стекло, заставляя его жалобно вибрировать. ​Чонгук закинул одну руку Тэхёну на грудь, переплетая их пальцы, а другой крепко удерживал его за бедро, не давая ни шанса на побег от этой глубины. ​Ритм был безжалостным: Чонгук входил до конца, чувствуя, как его член буквально разглаживает каждую складку внутри Тэхёна. ​— Гук... ах... Чонгук! — Тэхён метался головой, видя в отражении окна их сплетенные тела и то, как его собственный член бесконтрольно тёрся об стекло от каждого удара сзади. ​Воздух в комнате казался раскаленным. Когда оба почувствовали приближение оргазма, Чонгук ускорился, доводя темп до предельного. Он вбивался так глубоко, что Тэхён чувствовал его каждым нервом. Чон схватил Кима за член и несколько раз провёл по нему вверх вниз. ​— Сейчас... вместе! — прорычал Чонгук. ​В момент сокрушительного оргазма Тэхён выплеснул на стекло, оставляя на нем белые, густые полосы, которые медленно поползли вниз по панораме города. В ту же секунду Чонгук с глухим рыком кончил внутрь Тэхёна, заполняя его горячим потоком спермы и прижимаясь лбом к его потной спине. ​Они замерли у окна, тяжело дыша и слушая биение двух сердец, которые теперь официально принадлежали друг другу.