Не ВИккинг

— Дамы и господа! Сегодня мы созвали совет племени хулиганов и всё племя с нашего острова. Сегодня в качестве гостей будут вождь и его представители с острова Берсерков! Вождь и его представители с острова Изгоев! Вождь и представители с острова крылатых дев! И королева Мала. Обьвинения есть не только у нашего племени, но и у племени Берсерков, племени Изгоев, племени Крылатых дев, у королевы Малы. — пафосно говорил Плевака. Закончив речь посмотрев Стоика, что довольно кивнул, закричал. — Суд обьявляется открытым! Иккинг Кровожадный Карасик Третий вы обьвиняетесь в предательстве, заговор с целью предательства, разбой торговых судов, разбой военных судов, грабеж деревень, заговор против рода человеческого, уничтожение статуи на острове Защитников крыла, воздушные налёта на острова Берсерков, Изгоев, союз с охотниками, ловля и продажа драконов, убийства как людей так и драконов! Да пусть настанет правосудие. — Гордо кричал Плевака делая изредко паузы. Тут открылась вторая сторона Иккинга. За видом хорошего человека, скрывался достаточно плохой человек. Но кто же сделал его таким? Уж явно не от лени. Иногда он делал это вынужденно, но иногда нет. Никто не знал его как бандита, все знали что всадник на ночной фурии бандит, а сейчас вскрылась его личность. Олух он принципиально облетал стороной, но и специально любил делать ужасные дела своим врагам. Вот только из-за Хедер он перестал заниматься грабежём на архипелаге. И пару лет был в тени, но сейчас всё вскрылось. Все обьвинения были правдой и сейчас стоило ответить на них с чистой совестью. Он знал, что после такого зачтения обьвинений никто его здесь не оправдает, но стоит попробывать сбежать. — Ночная фурия по имени… Беззубик! И Хедер с… шипорезом Роза Ветров, вам предевляются те же обьвинения! — следом крикнул одноногий и однорукий Плевака. Огромный зал, стены были украшены разукрашенные щиты на которых виднелись все правители Олуха прошлых поколений, Иккинг мечтал там оказаться, но он решил выбрать путь иначе. Две колонны с пола до потолка, все в красивых узорах и рунах, но Иккинг так и не смог разобрать что там написано, были они далеко. Свет заполнял полностью весь зал, было прекрасно видно каждого жителя Олуха, бородатого вождя Стоика, рядом стоящего с ним Плеваку, вождя Берсерков весь в татуировках, вождя Изгоев с уродливым лицом и конечно красивую, но врага для Иккинг королеву Малу. Напротив входа, прям у стены было что-то типо стенда или сцены, там с цепями на руках и цепями на ногах стоял Иккинг, а перед ним был стол, противоположный край от виновного уходил вверх, Хедер была ровно в такой же ситуации, но вот только её вырубали и внятно и адекватно говорить она бы долго не смогла, так что Иккинг сразу понял, что ему придётся на всё отвечать. Роза Ветров шипорез находился рядом с Хедер, в то время как Беззубик ночная фурия рядом с Иккингом. Там сцена уходила ниже и как бы основной вид был на Иккинга и его подругу. Драконы были не главными героями на этом суду. Но к безопасности отнеслись как следует. Хвост шипореза заковали в специальном устройстве, чтобы шипы не могли выйти, рот был в повязке, лапы сцеплены цепями. К Беззубику отнеслись хуже. Вместо одного цепления на хвост, ему дали целый два, лапы сцеплены по три цепи, голова в железной повязке, в то время как у Розы Ветров кожаная. А всё тело было сцеплено деревянной повозкой. Олух сам был с драконами, но тут их естественно не было. Им нету места на людском суду, но вот только тут не только людей судят. К шипорезам они отнесились обсолютно нормально, за исключением диких которые представляли угрозу. Но вот Ночная фурия… Это было что-то местного демона всего архипелага. Её ненавидели все народы без исключения. Пока охотники видели в ней кучу золото, на этом архипелаге мечтали убить каждую подобную тварь. Даже если бы Иккинг оправдал бы каждое обвинение, ему не выжить из-за дружбы с ночной фурией. И он это прекрасно понимал. Пока Плевака читал красивую речь, Иккинг и Хедер переглянулись. В глазах Хедер был страх и расстерянность. Вот та угроза о которой говорил Иккинг и что нельзя недооценивать Олух. Суд обещает быть очень долгим. За все это года многим есть, что сказать. Иккинг видел как в небольших паузах между своей речью, Плевака обращался к Стоику, а как заканчивал читать обзац слушал ответ. Стоик вечно поглядывал на Иккинга. Разумеется его взгляд был наполнен злостью и гневом. — Итак! Внимание! С какого обвинения начнём?! — крикнул Плевака и ударил молотом на руке вместо крюка по столу.