Новогодние чудеса или же начало интрижек☆ﾟ⁠.⁠*⁠･⁠｡ﾟ

Часть 1: Намчаны – Намджун и Банчан В просторной квартире Намджуна в Сеуле царила предновогодняя суета, но не та, что обычно показывают в романтических фильмах. Намджун, лидер BTS, всегда был тем, кто планировал всё до мелочей – его аналитический ум, привыкший к сложным текстам песен и философским размышлениям, не терпел хаоса. Он стоял у окна, глядя на заснеженные улицы ниже, с чашкой горячего чая в руках. Его широкие плечи, обтянутые простым свитером, казались ещё более внушительными в мягком свете гирлянд, которые он сам повесил вчера вечером. Намджун был мужчиной в полном смысле слова – уверенным, спокойным, с той аурой зрелости, которая заставляла всех вокруг чувствовать себя в безопасности. Но сегодня его мысли были сосредоточены на одном человеке: Банчане. Банчан, лидер Stray Kids, был полной противоположностью в некоторых аспектах. Он был энергичным, творческим вихрем, всегда в движении, но с той уязвимостью, которая делала его таким обаятельным. Чан легко смущался от комплиментов, краснел от неожиданных прикосновений, и Намджун обожал это в нём. Они встречались уже год, скрывая отношения от мира, но в такие моменты, как Новый год, они позволяли себе быть просто собой. План был идеальным: тихий вечер вдвоём, без фанатов, без менеджеров, без бесконечных репетиций. Намджун подготовил ужин – простые, но изысканные блюда, вдохновлённые его любовью к природе и здоровому питанию: салат с авокадо, запечённая рыба и бутылка вина, которую он выбрал лично. Они думали отметить Новый год в своей уютной "норе" – квартире Намджуна, где стены были увешаны книгами и виниловыми пластинками, а в углу стоял старый бонсай, который Намджун лелеял как ребёнка. Но, как часто бывает в жизни айдолов, планы рушатся под напором реальности. Намджун и Чан оба были по уши в работе – BTS готовились к новому альбому, а Stray Kids к камбеку. Они едва выкроили время, чтобы купить продукты, и о ёлке даже не подумали. "Зачем? – сказал Намджун вчера, обнимая Чана за талию. – Мы же не дети, чтобы вешать игрушки. Главное – мы вместе." Чан кивнул, но в его глазах мелькнула тень разочарования. Он вырос в Австралии, где Рождество и Новый год были полны огней и семейного тепла, и иногда скучал по этому. Вечер 31 декабря начался идеально. Чан приехал раньше, чем ожидалось, с рюкзаком за плечами, в котором прятал подарок – персонализированный микрофон для Намджуна, с гравировкой их инициалов. Он вошёл в квартиру, стряхивая снег с волос, и сразу же попал в объятия Намджуна. "Хён, ты пахнешь кофе и книгами, как всегда, опять засиделся читая?" – пробормотал Чан, уткнувшись носом в шею старшего. Намджун усмехнулся, его большие руки скользнули по спине Чана, прижимая ближе. "А ты пахнешь снегом и холодом, замёрз уже да?. Иди, раздевайся, ужин почти готов." Они сели за стол, освещённый свечами, и разговор потёк легко – о музыке, о фанатах, о том, как Намджун читает новую книгу по экологии, а Чан делится идеями для треков SKZ. Но под поверхностью кипела химия, которая всегда была между ними: Намджун – доминирующий, уверенный, с глубоким голосом, который мог заставить Чана дрожать от одного слова, и Чан – игривый, но податливый, с той улыбкой, что освещала комнату. Когда Намджун наклонился через стол, чтобы поцеловать его, Чан покраснел, как всегда, но ответил с энтузиазмом, его руки запутались в волосах старшего. "Ты такой милый, когда смущаешься," – прошептал Намджун, его губы скользнули по шее Чана, вызывая мурашки. Чан откинулся назад, пытаясь сохранить контроль, но его щёки горели. "Хён, не здесь... стол же..." Но Намджун только рассмеялся низким, вибрирующим смехом, его рука уверенно легла на бедро Чана под столом. "А почему нет? Это наш вечер. Никто не помешает." Он притянул Чана ближе, и поцелуй углубился, становясь жарче. Чан застонал тихо, его тело отреагировало мгновенно – он всегда был таким отзывчивым, и Намджун знал, как использовать это. Его пальцы расстегнули пуговицу на рубашке Чана, скользя по коже, пока Чан не отстранился, задыхаясь. "Подожди... мы же хотели посмотреть фейерверки потом." Намджун кивнул, но его глаза уже потемнели от желания. "Хорошо, малыш. Но после полуночи ты мой." Чан кивнул, всё ещё краснея, и они вернулись к ужину, но напряжение висело в воздухе, обещая ночь полную страсти. И вот тогда начался хаос. Дверной звонок разорвал тишину, и Намджун нахмурился. "Кто это? Я никого не ждал." Чан пожал плечами, но в его глазах мелькнуло подозрение. Намджун открыл дверь, и в квартиру ввалилась толпа – "дети", как они шутливо называли своих младших коллег из групп. Сначала Техён и Сынмин, с пакетами еды и бутылками. "Хён! Мы решили, что Новый год без нас – это скучно!" – воскликнул Техён, его коробковидная улыбка осветила комнату. Сынмин, более спокойный, но с лукавой искрой в глазах, кивнул: "Да, и мы принесли салаты. Без нас вы бы голодали." За ними ввалились Чонгук и Феликс, неся коробку с украшениями. Чонгук, с его натренированным руками и уверенной походкой, обнял Намджуна: "Джун, мы слышали, у вас нет ёлки! Это же преступление!" Феликс, с его солнечной улыбкой и веснушками, хихикнул: "Мы купили искусственную по дороге. И Чимин-хён тоже с нами – он настоял!" Чимин появился следом, с сумкой сладостей, его глаза сияли от возбуждения. "Я не мог пропустить! Плюс, я принёс конфеты и сладости." Намджун вздохнул, но улыбнулся – он любил эту "семью", несмотря на всё. Чан, однако, выглядел растерянным, его планы на романтический вечер рушились. "Ребята, мы думали... ну, вдвоём..." Но хаос только нарастал. Джин и Хёнджин влетели с шампанским, Джин, вечный шутник с широкими плечами, воскликнул: "Где кухня? Я приготовлю фирменный салат!" Хёнджин драматичный, начал развешивать гирлянды: "Это место слишком скучное без блеска!" Затем Юнги, Минхо и Чанбин – Юнги, тихий гений с острым языком, нёс гитару: "Я подумал, поиграем музыку." Минхо, грациозный и соблазнительный, подмигнул Чану: "Не злись, Чан, мы не надолго." Чанбин, энергичный уже рылся в холодильнике: "Еда? Круто!" Хосок и Хан добавили энергии – Хосок, солнечный и позитивный, танцевал по комнате: "Давайте устроим вечеринку!" Хан, уже на веселье принёс фейерверки: "Без взрывов Новый год не Новый год!" Наконец, Чонин и Бомгю, самые младшие, с пакетами чипсов и игр. Чонин, милый и упрямый, улыбнулся: "Хён, мы не могли оставить вас одних!" Намджун оглядел комнату, где теперь царил бедлам: кто-то устанавливал ёлку (которой не было), другие готовили еду, музыка играла. Чан стоял в углу, пытаясь не паниковать – он пытался контролировать ситуацию в панике, так как начался уже балаган и Намджун заметил это. Подойдя, он обнял его за плечи: "Эй, всё хорошо. Мы всё равно вместе." Чан кивнул, но прошептал: "Но наш план..." Намджун наклонился ближе, его дыхание коснулось уха Чана: "План изменился, но ночь всё равно наша. Когда все уйдут... или даже если нет, я найду способ." Его рука сжала талию Чана, намекая на большее, и Чан покраснел снова, но улыбнулся. Вечер превратился в вихрь: они украшали импровизированную ёлку (Чонгук и Феликс соревновались, кто повесит больше шаров, а Чимин судил), ели смешанный ужин (Джин настоял на своих "мировых" блюд за столом), пели под гитару Юнги (Минхо и Чанбин добавили рэп). Намджун наблюдал, как Чан расслабляется – его лидерские качества проявились, когда он организовывал игры, но Намджун не упускал моментов, чтобы прикоснуться к нему незаметно: рука на колене под столом, поцелуй в висок, когда все отвлеклись. Ближе к полуночи, когда все собрались у окна смотреть фейерверки, Намджун оттащил Чана в сторону, в тёмный коридор. "С Новым годом, малыш," – прошептал он, прижимая Чана к стене. Поцелуй был глубоким, страстным, его руки скользнули под рубашку Чана, чувствуя тепло кожи. Чан застонал, его тело выгнулось, и он прошептал уже злясь: "Хён... они услышат." Намджун усмехнулся: "Пусть. Ты мой." Он укусил мочку уха Чана, вызывая дрожь, и его пальцы расстегнули ремень, намекая на большее. Чан сдался, его руки обвили шею Намджуна, и на миг мир сузился до них двоих – жарких прикосновений, прерывистого дыхания и обещания ночи впереди. Но фейерверки взорвались, и крики "С Новым годом!" вернули их в реальность. Они вернулись к "детям", сияя, и Намджун подумал: может, хаос – это и есть настоящая семья. А для них с Чаном всегда найдётся момент наедине.