Ну что ж, папочка

Им стоило бы поговорить, но Уилл слишком сильно ушел в себя и свои мысли, а Майкл... А Майкл просто старался вывести отца, да так, чтоб он потом жалел о содеянном всю оставшуюся жизнь. Прошла неделя, всё оставалось так же, как и было до этого. - Пап, я дома, - будто бы буднично произнес Майк, ответа не последовало. Он снял обувь, положил ее в обувницу и направился в свою комнату. Посидев там часа два, Майк наконец-то вышел из своей комнаты и направился в ванную. Стоя под душем, он будто снимал с себя весь набравшийся стресс. Перед глазами мелькали картинки. Вот маленький Эван дергается и пытается вырваться из хватки Майкла, вот Лиззи радостная бежит к цирковой бейби, вот еще пару расчленных трупов, которые Майк усердно старается запихнуть в кладовку пиццерии. Все эти воспоминания невольно вызвали улыбку на лице Майкла. - Пап? - младший Афтон приоткрыл дверь комнаты отца и просунул в нее голову. Уильям сидел на кровати и читал какую-то книгу, названия разглядеть не получилось. На зов Майкла он даже не шевельнулся. А Майкл, словно змея, проскользнул на другую сторону кровати отца и уселся рядом - Ну пап, не игнорируй меня, - Майк сначала немного подвинулся к Уиллу, положив голову к нему на плечо. Не получив ответной реакции на свои слова, Майк забрал у отца книгу и бросил куда-то в сторону, а сам залез к Уильяму на колени. Поцелуй длился несколько секунд, но за эти секунды Уилл почувствовал что-то чужое в языке сына. Оторвавшись, Майкл хитро ухмыльнулся, глядя в глаза отца, а последний, слегка нахмурившись, большим пальцем приоткрыл рот сына. Майк был и не против, даже сам выдвинул язык на обозрение отцу. Из языка торчал металлический шарик. - Объяснишь? - Всё ради любимого папочки, - Майкл провел языком по щетинистой щеке отца, после чего на ухо ему прошептал: - Только сначала мои хотелки, - легкая задорная улыбка и очередной поцелуй.

***

Осторожно кладя голову на подушку, Майк приобнимал шею отца, медленно и томно оглядывая его, останавливаясь только на глазах. Волосы слегка прилипли ко лбу от воды. Уилл нависает над ним и, целует его в шею, по телу юноши проносится некий разряд тока, довольно приятный, и главное, он становится теплее и теплее, пока не перерастает в жар. Невыносимый. А поцелуи продолжаются и тихонько перестают в укусы и посасывания. Хочется прижаться к чужому телу, прижаться так, как он до этого не делал. Но страшно. Уилл всё делает медленно, растягивая каждый поцелуй, на месте которого у его сына еще на долгое время остается жгучее ощущение. Горло слегка пересохло от ощущений. Пару движений, и Майкл уже лежит обнажённый перед отцом. Майк поднялся на локтях и попытался медленно опустить штаны отца, его прикосновения были лёгкими, как пёрышко. Уилл вздрогнул, и с его губ сорвался тихий стон, когда Майки ненароком задел причинное место. Он закрыл глаза, отдаваясь моменту, наслаждаясь бережными прикосновениями сына. Сняв штаны с отца, Майк блаженно развалился на кровати, подзывая Уилла наконец-то сделать это. Уильям провёл кончиками пальцев по оголенному бедру, и младший Афтон вздрогнул от предвкушения. Он наклонился и нежно в очередной раз поцеловал чувствительную шею Майкла. Это неправильно, - промелькнуло в мыслях у Уилла, но эти мысли отошли на второй план, когда Майкл в очередной раз приобнял его за шею и поцеловал. Холодный металл шарика блуждал по рту Уилла, что ему нравилось. Их губы танцевали, исследуя, пробуя на вкус, обещая большее. Уилл углубил поцелуй, их тела прижались друг к другу от груди до бёдер. Уилл прервал поцелуй, тяжело дыша. Он слегка отстранился, не сводя глаз с Майкла, опустился ниже, к бедрам сына. Сначала он лизнул головку члена, пробуя на вкус, но через секунду уже вобрал в себя член полностью. Комнату заполонили стоны и тяжкие вздохи. Стало чересчур жарко. Майк кончил отцу в рот, а тот, в свою очередь, проглотил всё до последней капли, несмотря на солоноватый вкус. Майкл от смущения прикрыл глаза, не желая видеть этой картины, но сразу же открыл, когда ощутил в себе палец. Майкл прикрыл рот рукой, стало дискомфортно, а Уильям продолжал водить пальцем вверх-вниз, позже добавился еще один. Майкл уже стонал во всю от жгучих ощущений. Потом пальцы пропали. Младший Афтон уже хотел было заныть, но тут же почувствовал, что в него упирается что-то твердое и что-то больше, чем пальцы. Он вскрикнул, когда в нем оказался член отца. Ощущения боли и дискомфорта смешались в комок эйфории. Сначала Уилл подождал, чтобы его сыночка привыкнул к ощущениям, а после стал двигаться. Стоны и шлепки заполонили комнату. Ощущения превратились в калейдоскоп чувств. Скользкое прикосновение кожи к коже, ритмичное давление, резкий вдох. Мир сузился, сосредоточившись на настоящем моменте. Движения становились резче и глубже. На лбу у Уилла появились капельки пота. Кульминация чувств, напряжение, разрядка, которая пронзила всё тело Майкла и Уильяма. Старший Афтон тяжело выдохнул и излился прямо в Майкла, а последний кончил себе на живот. Они ощущали медленное и восхитительное расслабление. Позже возвращение в настоящее, и тихое удовлетворение. Они легли рядышком, глядя друг на друга, не обращая внимания на вязкую жидкость, это всё потом, сейчас хочется лишь одного, быть рядом друг с другом.

***

- Пап, скажи, ты же тогда просто пошутил, да? - уже утро, будний день, но никто не хочет идти куда-либо. Майк лежит на груди отца и выводит на его животе незамысловатые узоры. Уильям не отвечает: - Пошли поешь, тебе в школу пора

***

С их первого секса друг с другом прошло больше двух лет. Его план сработал, Уилл все же разрешил Майклу жить в этом доме даже после его совершеннолетия. И Майкл понимал почему. От осознания этого становилось противно. Родного сына, значит, видеть не хочется, но любовника с радостью. Но сейчас это не имеет значения. Все будет выглядеть так как будто он сам решил вскрыться. Может, Майклу и не стоило этого делать, может, он и жалел бы потом об этом, но сейчас, когда он выстирывает кровь с простыни, он ни о чем не жалеет.