Химия между несочетаемым.

7 сентября.

   Воскресенье. Вчерашний день пролетел незаметно, на стрелу Даня все таки сходил, всех размотал и выпил по пивку с пацанами за победу. Сейчас Кашин лежал на кровати, слушая на всю громкость «Баста - моя игра», мать ушла к подруге, значит орать и просить сделать тише никто не будет. Через час он должен сидеть дома у Юлика и обсуждать с одноклассниками завтрашнюю спортивную олимпиаду на школьном поле.    Директриса в край ахуела, только начало года, а она уже устраивать разные авантюры, чтобы больше людей узнали про учебное заведение и пошли туда учится. Десятый класс от «а до я» обязан участвовать, оставалось распределить этапы, кто че умеет и будет делать. Еще и подготовиться слегка надо, чтобы не проебать параллели.     Когда пришло сообщение от Онешко, Данила тяжело вздохнул и слез с кровати, натягивая спортивки с кофтой. Его образы вообще не меняются, но главное, что рыжему нравится. Оказавшись на улице, Кашин закурил сигарету и пошел на автобусную остановку, все-таки пешком хуярить к этому мажорчику лень.     За остановкой намечался кипишь, пятеро парней окружили одного почти лысого школьника, который до последнего огрызался, угрожал и обещал разбить им ебальники. Такая картина заинтересовала парня, заставляя остановиться неподалеку, затягиваясь крепкой сигаретой. Лысый активно размахивал кулаками, пока один из противников не достал раскладной нож бабочку.    Увидев подъезжающий автобус, Даня почему-то решил вмешаться. Пацаны явно не с района, значит не знают кто такой Кашин, а получить ножом в бочину не хотелось, поэтому пришлось действовать по-другому. Схватив незнакомца за запястье, рыжеволосый затащил его в автобус, где, спасибо Господу, сразу закрылись двери и толпа гиен не смогла забежать.    — Ты че? Я их почти разъебал, — тараторил голубоглазый, бросая пару рублей за проезд, оценивающим взглядом пробегаясь по телу своего спасителя. — ну, меня Давид зовут если че.    — Знаю я, чем такие приколы заканчиваются, — фыркнул школьник, пряча руки в карманы потяганной красной кофты излюбленного бренда, причем не дешевого, надо уметь бабки отбирать. — Даня.    Пожав друг другу руки, они начали разговаривать по поводу района, авторитетов и прочей херни, как оказалось Давид закончил школу в прошлом году, сейчас учится в каком-то сраном ПТУ на другом районе, где собственно и живет. Парень не слабый, но провокатор жесткий, может толпу бандосов на себя натравить, все равно выбираясь из этого дерьма живым.     — Спасибо за помощь, еще встретимся. — напоследок сказал Деймур, пожимая ему руку и выходя из автобуса на своей остановке.    Через пару минут Даня был дома у одноклассника, сразу услышав недовольные вопли остальных. Даша, Маша и Лиза решали кто будет прыгать на скалке, ведь с физкультурой у них всегда было печально, поэтому старались выбрать самые легкие задания. Пацаны делились на команды, кто с кем будет играть в волейбол целых полчаса, каждый хотел выбрать себе самого сильного и умелого, из-за чего разгорался конфликт. Хотя все равно играют против параллели, проебать в любом случае нельзя.    — О, Даня! — крикнул Кузьма, подбегая к лучшему другу. У него в руках уже виднелась бутылка пива, вот до чего доводит вечное присутствие Хованского рядом. — Надо три человека для бега. Ты точно участвуешь, осталось найти еще двоих.    — Ты хорошо бегаешь от мусоров, в тебе никто не сомневался даже. — влез Юра, хлопая друга по плечу. Он знал, что в параллельном классе учатся одни спортсмены, но классуха пообещала поставить пятерки тем, кто хоть в одном конкурсе победит. — Теперь ищи двоих пацанов.    — Хули я ? — цокнул Данила, который надеялся, что все решат за него и ему останется только выполнить приказ. — Ну Юлика можно..    — Я вообще-то хотел с Русланом в волейбол играть. — возмутился Онешко, скрестив руки на груди. Телосложение у него хорошее, иногда в зал ходит, с бегом проблем быть не должно.    — У тебя руки из жопы, лучше беги. — говорил проходящий мимо шатен, ущипнув друга за руку, чтоб по попустился немного. Руслан сел напротив своей временной команды, внимательно слушая их предложения. Идея переломать всей параллели руки, чтоб те не смогли играть сразу не понравилась кареглазому.    — Ладно, я побегу, — сдался брюнет, смотря на довольную улыбку этой гребаной троицы. — давайте еще Славу возьмем, он раньше закладки разбрасывал, думаю бегает быстро.    Получив одобрительный кивок, Юлик убежал искать парня, а Даня и его бригада хуева сели на мягкий диван, обсуждая дальнейшие действия. Шпагина орала как резаная, что не будет участвовать в каком-то дебильном батле танцев, который придумала директриса, думая, что это пиздец как молодежно. Завтра день позора. Как бы они друг друга не хуесосили, поддерживать будут, все-таки «семья».     — А реп батл будет? Онешко всех разъебет. — насмехался Хованский, вспоминая прекрасную песенку про Дарью, что тут же покраснела. От злости или от смущения – непонятно.    — Да не, Кашин вывезет, — улыбнулся Тушенцов, садясь напротив одноклассников. На удивление сегодня на нем обычные черные джинсы, без дырок на коленях как у бляди. — забыли, как он на выпуском девятого класса шпарил?    — Ты до сих пор помнишь тот недорэп про дочь исторички? — фыркнул Даня, который раз сто назвал невинную девочку шлюхой, пока придумывал на ходу слова.     — А кто не помнит? — усмехнулась Неред, запрыгивая на колени рыжего. Если бы это сделал кто-то другой, все бы ахуели, но Лизе можно все, друзья как никак. Единственная девушка, которую он уважает. — Кстати, тот видос дошел до исторички, вкурил почему она тебя ненавидит?    — Так, мы все решили! Можно расходиться и набираться сил, завтра главное не проебать. — громко говорил Юлик, который ради этой речи залез на кухонный стол. — Даш, ты можешь остаться.    — Пошел нахуй. — показала средний палец девушка, скрываясь за углом. Юлик классный, но опозорил её пару раз, поэтому пускай помучается немного.    — А давайте погуляем, — вдруг предложила Лиза, заставив всех замолчать на минуту. Даже Каплан после такой речи вернулась обратно, уставившись на подругу. — ну а че? Мы редко где-то кроме вписок общаемся, в школе только хуями друг друга кроем. Можем щас на заброшенную психушку сгонят, развеемся.    — Погнали, хули. 

***

   Пятиэтажное здание психиатрической больницы стояло чуть в стороне от города, будто нарочно отодвинутое от обычной жизни. Серый бетон фасада был потемневшим от времени и дождей, местами покрытым сетью тонких трещин. Узкие прямоугольные окна тянулись ровными рядами, и лишь на некоторых из них виднелись решётки – не массивные, а аккуратные, почти незаметные издалека.    Главный вход подчёркивал строгий характер здания: тяжёлые двустворчатые двери, выкрашенные в тёмно-зелёный цвет, и облупившаяся табличка с названием больницы. Перед входом – пустая асфальтированная площадка, по краям которой росли старые тополя. Их ветви скрипели от ветра, а опавшие листья скапливались у стен.    — Ну че, еще никто не обоссался? — спрашивал Хованский, бросая взгляд назад, где стояла толпа напряженных школьников, внимательно рассматривая старое здание.    — Джарахов уже обделался, не чувствуете запах, что-ли? — ухмыльнулся Кашин, поджигая сигарету, пока Эльдар недовольно хмурился, всем сердцем ненавидя парня.     Внутри было холодно и глухо. Воздух пах сыростью, плесенью и старым металлом. Когда-то светлые коридоры потемнели: плитка растрескалась, местами провалилась, а стены были исписаны надписями, датами и странными символами, оставленными неизвестно кем и когда.    Люминесцентные лампы давно не работали — провода свисали из потолка, покачиваясь от сквозняков. Свет проникал только через разбитые окна, ложась на пол неровными пятнами. В тишине отчётливо слышался каждый шаг, каждый шорох, словно здание внимательно прислушивалось.    Палаты выглядели опустевшими и тревожными. Металлические кровати стояли перекошенными, матрасы были разорваны, из них торчал потемневший наполнитель. Тумбочки валялись на боку, стекло из окон было усеяно осколками. На стенах местами сохранились облупившиеся номера палат.    — А теперь давайте сделаем общее фото! — воскликнула Маша, доставая из сумочки телефон. Джарахов отказался, поэтому его заставили стать фотографом на несколько минут.    Даня обнимал своих друзей за плечи, а точнее – Никиту и Юру, пока Лиззка запрыгивала на его спину. Тушенцов наклонился ближе к щеке Юлика, высунув острый язык, делая вид, что облизывает парня, который лишь скривился. Некоторые девчонки дули губы, показывали что-то пальцами, только Шпагина как модель хуева позировала.     Закончив фотосессию, школьники разбежались как тараканы, разделившись по парам. Даня, Юра, Никита и Неред пошли на второй этаж, где точно должно быть что-то интересное. Они шарились по давно забытым палатам, особенное внимание уделяя личным шкафчикам бывших пациентов, может чет крутое найдут. До них тут уже бегали люди, но клали все на место, оставляя другим смотреть.     — Че, ностальгируешь? — насмешливо бросил Руслан, который вместе с Онешко прибежал на этот же этаж.     — Очень смешно. — фыркнул Даня, открывая очередной шкафчик, где лежали какие-то бумажки. Пока что ничего интересного не найдено.    — Шпагина написала, чтобы мы все на четвертый шли. — говорил Гридин, пряча телефон обратно в задний карман джинс. Увидев кивки, он первый направился в сторону лестницы, только вот Юлик остался стоять.    Он увидел Дашу, которая стояла в самом конце длинного коридора и фоткала красивый вид из окна. Воспользовавшись моментом побыть наедине, Онешко быстрым шагом двинулся в её сторону, предупредив шатена, что скоро подойдет. Каплан выглядела очень красиво, светлые волосы раздувал легкий ветер, глаза блестели, когда она смотрела на небо. А главное, что первым заметил Юлик, это её короткую черную юбку, открывающую вид на ахуенные ноги.    — Даш, может хватит меня морозить? — говорил брюнет, запрыгивая на старый подоконник, который вот вот развалиться.    — А может хватит вести себя как еблан? Ты же меня позоришь, не только себя. — грубо, но зато честно ответила блондинка, встав напротив парня. — Если завтра пробежишь несчастных три круга, я тебя поцелую.    — Слово даешь? — загорелся Онешко, подскочив с подоконника как ошпаренный. Вот такое ему нравится. — А че, щас нельзя?    — А ты три круга уже пробежал? — хмыкнула девушка, поднимая голову вверх, чтобы видеть его наглое лицо. — Мысленно не считается, поэтому сейчас нельзя.     Тем временем на четвертом этаже собирались почти все одноклассники, пока Настя молча тащила их в самую дальную комнату. Шпагина ебанутая, кто знает, что она там увидела, может нанюхалась опять и галюны ловит. Но все равно за ней шли подростки, иногда выкидывая шутки и перешептываясь между собой. Остановившись, девушка распахнула дверь бывшего туалета и указала пальцем на лежащего возле раковины мужика, укутанного в белый огромный халат.    — Это труп? — спросила Неред, удивленно вскинув брови. Настя лишь кивнула, хлопая глазками с наращенными ресницами.     — Прикол, — усмехнулся Слава, пнув ногой мужчину, который резко подскочил и заорал, пытаясь встать в стойку для защиты. — братва, по-моему это обычный бомж..    — Насть, ты сразу не могла проверить жив он или не? — хмыкнул Джарахов, пытаясь увидеть что-то за толпой высоких пацанов. Не повезло ему низким родится.    — Мне стремно было, умник.