Новый год в сердцах

– Сука, у нас салаты не готовы, а ты на диване прохлаждаешься! – Чан стукнул газетой по голове Бина, что уж слишком смело решил заняться ничегонеделанием перед Новым годом. – Вставай, бляха, или нагну тебя раком и выебу. – Чан-а, ну чего ты такой агрессивный? Я же прилёг всего на минуту, – Со покряхтел и повернулся на другой бок, прикрываясь подушкой от ударов. – Будь другом, отстань от меня. – Не отстану, гад ты эдакий, – Чан схватил друга за ногу и принялся тащить с дивана. – Говорю же, салаты не готовы! До прихода остальных час остался! – Целый час, Чан-а! – Со захныкал, пытаясь вырваться из цепких рук. – Дай отдохнуть немного, ты меня целый день гонял. Я даже вздрочнуть не успел ни разу за эти два дня. А это всего лишь на пару минут праздника! – Я берегу твои руки, дрочер, – Бану удалось стянуть друга с дивана. – И салаты будут не на несколько минут, а на несколько дней! Если ты сейчас не поднимешься, то твои бока встретятся с моими прекрасными носками, а потом в ход пойдут стулья и кухонные ножи. – Тебя посадят, – Бин вяло брякает это и делает попытки встать. – Зато там всё готовое и делать ничего не надо, – старший вернулся на кухню и стал быстрыми движениями нарезать необходимые ингридиенты. Из телефона на столе играли новогодние песни, которым Бан сразу же стал подпевать, пытаясь успокоить себя. Всё-таки не хотелось сидеть за убийство. Как говорится: “Как год начнёшь, так он и пройдёт”. – О чём думаешь с такой мечтательной рожей? – Бин берёт нож и садится за стол. Его тёмные глаза смотрят на телефон, из которого играют новые песни, и странно блестят. – О том, что я бы спокойно мог стать серийным убийцей, – Бан положил перед младшим ингридиенты, – поэтому, даже не думай о том, чтобы выключить мою музыку или переключить трек. Твоя задача – мелко всё это нарезать. Справишься? – Справлюсь ли я? – Чанбин фыркнул. – Я с тобой салаты эти почти всю жизнь крошу, конечно, я не справлюсь. Бан лишь зыркнул, да так, что Со без лишних слов принялся за работу. Он посматривал на старшего и не понимал, зачем им так много салатов. Вот кто будет столько есть? Да и после Нового года, все отходили бы от бухаловки. Чан был настолько погружён в готовку, что совсем не обращал внимание на взгляды, которыми его одаривал Бин. – Зачем нам ещё одно оливье? – Со нахмурился, наблюдая за тем, что готовит его старший. – За шкафом, – Чан подошёл к холодильнику и достал оттуда банку с кукурузой. – Не все едят оливье с горошком. – Поэтому ты решил сделать персональное оливье? – Со вскинул брови и охуел от такого. Бан старался так для кого-то… А старался ли он так когда-нибудь для Бина? Но ведь и поводов так заботится о младшем у него не было. Со улыбнулся, а глаза слишком печально уставились на огурец. Сердце кольнуло в груди, а голос в голове вновь зашептал что-то непонятное. – Ты дурак? – Чан посмотрел на друга, как на полного идиота. – Ты единственный не ешь горошек из нашей компании. – Так это ты для меня? – Чанбин огромными глазами посмотрел на Бана, после чего широкая улыбка расплылась по его лицу. Сердце сразу же забилось с силой. – Реально дурак, – старший закатил глаза и продолжил доготавливать последний салат. Они довольно быстро закончили со всем и принялись наряжаться к Новому году. Особого смысла в этом не было, ведь по итогу они всё равно оказались бы лицами в салатах, но почему бы и нет? Чан решил остаться в тёмных джинсах и своей чёрной майке, что не скрывала всех рельефов. Он подвёл глаза чёрным карандашом и добавил немного теней. Пара украшений и готово. Бан не собирался выглядеть прям «Вау», такого хватало тоже. Чанбин сделал быстрый макияж у себя в комнате, надел джинсы, белую футболку и свою любимую красную кожанку. Украшениями он дишь дополнил свой образ. – Чанбин открой, – крикнул с гостинной Чан, принимаясь расставлять тарелки и бокалы. Со быстро прошёл к двери и посмотрел в глазок. На лестничной площадке стояли Джисон, Минхо и Хёнджин. – С наступающим! – Хёнджин уже весёленький повис на шее друга и чмокнул того в щёку. Со покосился в сторону гостиной, боясь, что это увидел старший. – С наступающим, – в один голос сказали Ли и Хан, также обнимая друга. – Ты прости, он не удержался и выпил вино у нас дома, – Джисон притянул к себе Хёнджина, придерживая дылду за талию. – Джисон-и, ну что ты такое говоришь? – Хван посмотрел прямо в глаза Хану и прижался к его губам своими. Джисон замычал что-то, попытался вырваться из цепкой хватки рук, но по итогу лишь махнул Минхо и Чанбину, чтобы те шли. – Ребята, идите сюда, – Бан закричал с гостинной и продолжил стучать посудой. Ли чмокнул Джи и Хвана в щёки и пошёл за Со. – С наступающим! – Чан радостно обнял Минхо и посмотрел за его спину, не понимая, где застряли младшие. – С наступающим, Джинни, Джи! – С наступающим! – Хёнджин отстранился от манящих губ и махнул ручкой, но в следующую секунду вновь оказался захвачен в плен губ. Теперь, Джисону не хотелось отрываться от любимого. Не хватало только Минхо, но тот ушёл в гостинную. – Как ты с ними уживаешься, – Бин плюхнулся на диван, но быстро получил по лбу газетой и поднялся, принимаясь помогать Бану. – В любви и согласии, – Хо улыбнулся и влюблёнными глазами посмотрел на своих парней, что радостно прошли к дивану, на котором расположился Ли и уселись рядом. – Фе, как приторно, – Чанбин скривился и мельком взглянул на Чана, что улыбался и поглядывал на парочку. В дверь раздался новый звонок, и Хван вызвался открыть, дабы хозяева не отвлекались от накрытия стола. Минхо тоже принялся помогать друзьям. – Ёнбок-а! – Хван радостно обнял друга. – Джинни! – Феликс крепко обнял в ответ и засмеялся. – С наступающим, дружище! – И тебя! Пошли на кухню, уже почти все собрались, – Хёнджин взял друга под локоток и повёл в гостиную. – С наступающим! – радостно воскликнули все у стола, и Ликс также поприветствовал друзей, обняв каждого. – Остались только Чонин и Сынмин, – Чан потёр ладони и осмотрел весь стол. Всё было готово. – Сколько у нас до Нового года осталось? – Минут сорок, – Хо посмотрел на часы и вздрогнул, когда на его колени плюхнулся Хёнджин. – Зайка, будь добр, слезь с меня. Ноги болят. – Интересно, от чего у тебя ноги болят? – Бин усмехнулся и подмигнул другу. Джисон залился румянцем, а Хван благополучно не услышал подъёба, уткнувшись в шею любимого. В дверь вновь позвонили и на этот раз открывать пошёл Чан. Со хотел пойти за ним, но за руку его придержал Ликс. – Останься, Бин, есть что обсудить, – беловолосый усадил друга за стол и сложил руки на груди. – Ты не признался ему? – Признался в чём? – Чанбин нервно посмеялся и оттянул ворот футболки. – Не притворяйся, – Джисон приобнял Ликса за плечо и пристально посмотрел на Со. – Ты хотел ему признаться. – Я сделаю это, – Бин нервно дёрнулся на стуле и обернулся назад, проверяя, где находится Чан. – Я верю в тебя, брат, – Хёнджин оторвался от вкусной шеи и посмотрел на Со, по крайней мере, он попытался посмотреть на него. – С наступающим, ребята! – в комнату вошли Чонин и Сынмин. Ребята напялили на себя новогодние шапки, что светились, и радостно помахали всем присутствующим. – Долго вы, – буркнул Хван и поднялся, чтобы затискать каждого. – Ты уже готовый? – Ян удивлённо обнял друга, что чуть не улетел. – Небось винца хряпнул, – Сынмин усмехнулся и крякнул от тяжести, когда его принялся тискать Хёнджин, а с ним и Феликс. – Придушите! – Оставьте моего парня в живых, хотя бы, – смеясь сказал Ян и уселся за стол. – Раз все в сборе, то предлагаю начать провожать старый год, – Бан открыл шампанское и стал разливать по бокалам. Для Хёнджина Минхо взял вино, чтобы градус не понизился, и он не начал блевать. Напитки лились по бокалам, смех разносился по комнате, а весёлые новогодние огоньки мерцали под потолком. По телевизору вещал Лазарев, вместе с какой-то женщиной. – Помню то, как мы все впервые с вами собрались, – Джисон прикрыл глаза, вдаваясь в ностальгию. До Нового года оставалось совсем немного. – Весёлое было время, – Бин тоже принялся вспоминать школьные времена. – Я общался тогда только с Чонином, Сынмин с Чаном и Минхо, Феликс с Хёнджином и Джисоном. – А помните, как Джинни лип к Ликсу, называл того ангелом и своей первой любовью? – Ким прыснул, вспомнив это, и засмеялся, увидев смущённое лицо Хвана. – Я был ребёнком! – воскликнул Хван и пихнул друга ногой под столом. – Да, а потом этот ребёнок сох по Минхо, – Джисон подметил это и щипнул Хёна в бок. – А потом и до меня добрался. – Ну чё вы? – возмущённо буркнул Хван и скрестил руки на груди, дуясь. – Они просто любят тебя, Джинни, – Фел хихикнул и стрельнул глазами в сторону Бина. – У нас в компании ещё кто-то любит, да смелости признаться не набирается. – Ого, в нашей компании ещё есть такие? – Бан допивает свой бокал шампанского и доливает ещё. – Имеются, – уверенно заявляет Фел и резко замолкает, когда на экране телевизора появляется президент. – Скорее, давайте бокалы, – Чан быстрее стал разливать алкоголь. – Где виноград? – Ликс быстро вскочил и стал искать необходимое среди блюд. – Где бенгальские огни? – Бин поднялся со стула и чуть не грохнулся, споткнувшись о длинные ноги Хёнджина. – А мы хлопушки привезли! – Чонин с Сынмином тоже поднялись со стола. – Виноград возле Чонина, бенгальские огни под ёлкой, с хлопушками аккуратнее! – Чан громко ответил всем и принялся расставлять бокалы. – Сейчас куранты бить будут, быстрее! Начался какой-то хаос, но когда на экране появились часы, все уже сидели за столом, только Феликс под. – Один, два, три.. – друзья радостно стали вести отсчёт. – Одиннадцать… Двенадцать! С Новым годом! Хлопушки стали греметь у стола. Ликс довольный вылез из-под стола и закричал поздравления. – Друзья мои, я желаю нам в Новом году всегда быть вместе. Мы были с вами рядом со школьных времён. Сейчас, мы уже многие заканчиваем универ и работаем, поэтому, желаю, чтобы в старости стакан нам подавали не жёны, – Ликс резко оборвался на поздравлении, но исправился и продолжил, – хотя мы с вами собрались компанией пидоров, так что, желаю, чтобы в старости стакан вам подавали друзья! С Новой годой! – Он уже наклюкался? – тихо спросил Сынмин у Бина, а тот пожал плечами. – Видимо виноград забродил, – на эту фразу Со все расхохотались и продолжили пить. Тосты лились также, как и алкоголь. Чанбин с любовью смотрел на друзей и радовался тому, что они все рядом. Когда всем надоело пить и есть, включилась громкая музыка, а половина из их компании, а точнее: все младшие и Чан – пошли танцевать, Бин устроился возле Минхо. Они некоторое время наблюдали за танцующими, после чего завязался диалог. – Долго скрывать будешь? – Хо смотрел на своих возлюбленных, но речь завёл о Чане и Бине. – Собирался сегодня признаться, но думаю, что не стоит этого делать, – Со нахмурился и сжал ладони на коленях. – Почему? – Ли перевёл взгляд на говорящего и в недоумении приподнял бровь. – Это не взаимно, – Бин горько сказал это и поднялся. – Пойду покурю. – Ты же не куришь, – Минхо собирался пойти за другом, но его неожиданно обняли за талию. – Джинни, милый, подожди секунду. – Это не важно, – Со посмотрел на толпу танцующих и кивнул. – Иди потанцуй, я скоро вернусь. Не услышав ответ, Бин устремился на балкон в своей спальне. Со стен на парня смотрели фотографии. Где-то были только он и Чан, а где-то и вся их компания. История запечатлённая на фотобумаге. Холодный воздух на балконе приободрил Чанбина и остудил голову. Кресло в углу было как никогда кстати. Устроив свою задницу на мягком сиденье, Со открыл окно и принялся наблюдать за салютами и снежинками. Некоторое время он сидел в полном молчании и лишь смотрел на ночное небо. – Чего один тут? – Бан застыл в проёме, опёршись плечом о косяк. – Решил передохнуть, – Со улыбнулся и неловко почесал затылок. Атмосфера была странной вокруг них. – Я хотел поговорить, – Чан вышел на балкон и закрыл за собой дверь. Зимний воздух из окна сразу же коснулся его голых плеч. – Замёрзнешь же, – Чанбин поднялся и принялся стягивать свою кожанку, но горячие руки остановили его. – Не замёрзну, – Бан сказал это и прижался к другу, обнимая тело под кожаной. – Ох, ладно, – Со неровно выдохнул и замер, боясь пошевелиться. Они редко были тактильны друг с другом. – О чём хотел поговорить? – Чанбин, мы давно с тобой знакомы. Я знаю тебя с твоего первого класса, как и остальных ребят. Мы прошли с тобой огонь и воду, даже стали жить вместе. Ты всегда был рядом и всегда поддерживал меня, также, как и я тебя, – у Чанбина готово было остановиться сердце, и он боялся, что стук был слышен и Чану, что так близко прижимался к нему и говорил всё это, уткнувшись ему в шею. – Я очень дорожу тобой и хочу признаться… – глаза Со заслезились, а надежда, что готова была исчезнуть, вновь появилась. – Я нашёл человека, которого по настоящему полюбил. Тишина разрезала пространство. Чанбин замер и не знал: плакать ему или смеяться. Это было похоже на признание. Но признание далеко не ему. – Ого, и кто это? – голос предательски дрожит, также как и тело подводит парня, начиная трястись в крепких руках. В родных и любимых руках. – Ты. Я люблю тебя, Чанбин, – Чан быстро проговорил это и отстранился, боясь смотреть в глаза Со. – Что..? В меня? Ты влюблён в меня? – Бин нервно засмеялся, а Бан совершенно не понял его реакции. – Да… – неуверенно подтвердил старший и в следующую секунду замер, в полном ахуе. Чанбин потянулся и поцеловал его, крепко прижимая к себе. Наконец-то его фантазия осуществилась в реальности. За окном загрохал новый салют, а за дверью балкона раздались радостные крики. – Наконец-то! Я думал они никогда не сойдутся такими темпами, – Хёнджин радостно скакал по комнате. – Кто ставил полтос на то, что они не сойдутся? Я жду переводы на карту! – Остался только Феликс! – Так, вы что здесь устроились? – Минхо, что отлучился в туалет, уставился на толпу в комнате Бина. – Быстро в гостиную, мелюзга! – Да блин. Весь кайф обламываешь, – Джисон буркнул это, но схватил Хвана и потащил навыход. А Хван схватился за Ликса, Ликс за Чонина и, короче говоря, всё как в сказке с репкой. – Ха-ха, ну и дают, – Чан засмеялся, крепко обнимая смущённого Бина. – Я люблю тебя. – И я тебя люблю, Чан. Давно. Каждый год, проведённый с тобой, был самым лучшим. Я счастлив, что у нас всё взаимно. Безмерно люблю тебя. С Новым годом, нас. – С новым годом!